Слишком много обязанностей

Два месяца назад Драконорожденный альтмер наконец приобрел разрешение на постройку дома около Фолкрита. И вот, все эти два месяца он успешно тратил деньги на это. Оставалось только чуть-чуть заставить трофеями северное крыло. Высокий эльф зашел в двери своего дома, снял с себя сумку с множеством нордских мечей, перьев ворожей и прочей ерунды, нужной для установки трофеев. - Лидия! – прокричал эльф. Нет ответа. Он прокричал еще раз. Опять ничего не слышно. «Тьфу, опять она шляется невесть где. Тоже мне, управительница», - подумал альтмер и пошел к себе в спальню. На двуспальной кровати было свободно спать, да и если что – жену вполне можно привести в этот дом. Он уже приглядывал себе невесту – Мьол Львица вполне бы ему подошла: боевая женщина, с развитым чувством справедливости, только не выносит гильдии воров. Временами высокий эльф размышлял: «А не убьет ли она меня во сне, если узнает про то, что я являюсь главой Гильдии Воров?» Впрочем, мысли у него сходились на том, что нордская женщина так не поступит. Наш Драконорожденный альтмер отличается от других своих сородичей тем, что у него нет предвзятого отношения к человеческим расам. Единственные существа, которых он не выносил – это орки и данмеры, падшие эльфы. Несмотря на то, что последний народ был проклят даэдра или кем-то там, жалости они у Довакина не вызывали, ему даже хотелось их всех поубивать. Что же до орков, то они в его уме представлялись всегда хорошей рабочей силой, не более того. С опьяняющими его душу мыслями, альтмер вылез из своих стеклянных доспехов, залез под одеяло и попытался заснуть. Пролежав минут двадцать, высокий эльф пошел на кухню за медом, умудрился выпить всю бутылку, вернулся в кровать и заснул. Проснулся он с головной болью, хотя одной бутылки меда даже для такого высокорожденного, как он, должно быть мало. Надев свою богатую одежду с меховым воротником, эльф кое-как вышел из спальни и сел за стол в гостиной. Так он и сидел, положив лицо на руки, пока шум упавшего с высоты двух метров казана окончательно не разбудил его. Обратившись на источник шума, он увидел до боли знакомую редгардскую рожу. Назир усмехнулся и поспешно встал с пола, по которому так долго полз. Довакин, открыв рот от неожиданности, ждал объяснений. - Слышаший! Слава Ситису! Я все-таки тебя нашел. - Я никуда и не пропадал, - буркнул Драконорожденный, встав и скрестив руки на груди. - Тебя не было уже два месяца в нашем убежище, вот я и думал, что с тобой что-то случилось. Я поспрашивал у людей по всему Скайриму, и нашел тебя. Стой-стой-стой! Не руби с плеча! – закричал редгард, увидев злую физиономию Слышащего. - Тебе лучше объясниться сейчас и быстро, Назир, иначе я подожгу твою редгардскую задницу! Думаешь, я поверю, что ты «просто соскучился» и решил наведаться ко мне, прокравшись в мой дом?! - Я понимаю, что это звучит глупо, но так оно и есть! А то что я прокрался – это моя профессиональная привычка! Цицерон, Баббета соскучились по тебе, Слышащий! Да и… - Вон из моего дома! – зашипел Довакин, указывая на дверь. - Слышащий, я не… - Вон! Назир пулей выскочил из главных дверей. Альтмер поставил упавший казан на свое место и снова сел за стол, чувствуя, как у него появился нервный тик. «Может, зря я его так? Есть и моя вина в том, что я даже не сообщил в убежище, что меня долго там не будет. А впрочем, Ваббаджек Назиру в зад», - думал Довакин. Послышался стук дверей. В дом зашла Лидия. - Для меня честь снова видеть тебя, тан, - сказала Лидия на ходу. - Стой. Ты где была? – строго спросил высокий эльф. - Тан, ты же меня послал на лесопилку за бревнами для дома. - А, точно. Извини, - произнес мужчина и снова омрачился мыслями о том, какой же Назир этот придурок, и не сделал ли он ошибку, связав свою жизнь с Темным Братством. Посидев немного, он понял, что ему нужно опять развеяться и найти клинок Лютый для своей возлюбленной Мьол. Собираясь в очередной поход в двемерские руины, Довакин прихватил с собой заодно и амулет Мары. Мчавшись на «крыльях любви», высокий эльф за три часа смог зачистить всю пещеру и откопать этот несчастный клинок. Когда альтмер пришел в Рифтен, был уже час дня, и отыскать Мьол со своим спутником Эйрином было трудно из-за толпы на рынке. Наконец, увидев ее, он помчался за ней, догнал, и начал долгожданный диалог. - Эм…Привет. Слушай, Мьол, помнишь, ты мне говорила, что затеряла свой клинок в двемерских руинах? - Да, конечно, - сухо ответила Мьол Львица, всматриваясь в постоянно меняющееся лицо альтмера. Драконорожденный улыбнулся и вытащил из сумки кожаный сверток. - Разверни, - сказал Довакин и в ожидании поламывал костяшки пальцев. Женщина заинтересованно начала разворачивать сверток. Когда она увидела свой Лютый, ее выражение лица сразу поменялось с обычного угрюмого на счастливое, немного детское. На радостях она бросилась альтмеру на шею, начиная благодарить его. По физиономии эльфа разлилась идиотская улыбка. Кончики его длинных ушей покраснели от волнения. Довакин решился пригласить Мьол в таверну, а та, согласившись, послала Эйрина домой. Они сидели за столиком друг напротив друга и разговаривали о том, о сем. - Я смотрю, на тебе амулет Мары. Ты не женат? – спросила Мьол, запивая баранину медом Хоннинга из пивной кружки. - Да, я не женат… Слушай, Мьол, я тебе нравлюсь? – смущенно спросил мужчина. В тот момент он был похож не на закаленного воина, а на мальчишку, который недавно вылупился и пытается устроить свою жизнь. - Знаешь, до сегодняшнего дня я бы так не сказала. Но сейчас ты предстал передо мной в другом свете, так что да, ты мне нравишься. А… - Да, Мьол, именно из-за этого я здесь. Я хочу, чтобы ты была моим спутником по жизни. - Только это…Ты не будешь возражать, если мы возьмем Эйрина с собой. Я ему обязана жизнью и все такое, - сказала женщина с ноткой грусти, ей явно не нравилось в тот момент, что она должна теперь ходить постоянно со своим спасителем, водить его за ручку. - Если рядом будешь ты, то это всего лишь мелочи, - произнес полушепотом эльф. - Ха! А не помрачит ли твою альтмерскую репутацию то, что ты будешь в браке с какой-то грязной нордкой? – пошутила Мьол. - Нет, я не считаю правильным мировоззрение моих сородичей, - обидевшись, сказал Довакин и почувствовал какой-то неприятный укол в свою душу. Однако, как только он увидел улыбку любимой им женщины, плохие мысли сразу же вылетели из его головы. - Хорошо. Иди тогда в храм Мары к Марамалу, жрецу, и спроси у него про брачную церемонию, - согласилась нордка и демонстративно закинула ногу на ногу. Альтмер кивнул ей в ответ и выбежал счастливый из таверны, несясь прямиком в храм Мары. - Твоя брачная церемония будет завтра с рассвета до заката. Не опаздывай на собственную свадьбу! – проговорил жрец, когда Довакин уже побежал обратно к своей невесте. Когда альтмер донес радостную весть до Мьол, они оба решили разойтись ненадолго и встретиться уже в храме, завтра. На следующий день, как только взошло солнце, эльф на радостях понесся в храм в своей свадебной одежде. - А вот и наш счастливый жених! – воскликнул Марамал, когда желтая физиономия альтмера показалась из-за дверей храма. На скамьях сидели различные люди, и те, с кем он много раз имел дело, и такие, которых встречал только раз в жизни. Его взгляд упал на улыбающегося Толфдира. Но вглядываться в его физиономию у жениха не было времени, поэтому он решил приступить к церемонии. - Согласны ли вы связать себя узами брака и в этой жизни, и в следующей? - Да, сейчас и навсегда! – вместе ответили молодожены. - Тогда я вас объявляю мужем и женой и вручаю вам эти кольца в знак этой любви! – торжественно произнес жрец, выдавая кольца Довакину и его возлюбленной. Про себя жрец Мары отметил, что такой союз довольно необычен, и он впервые в своей жизни видел вместе норда и альтмера. После этого многие подходили к молодоженам, высказывая им свои пожелания, даря подарки. Тот человек, которого альтмер вытащил из талморского посольства, а он потом пошел в Гильдию Воров, многозначительно подмигнул эльфу, и пошел по своим воровским делам. Взор Довакина снова пал на Толфдира, который за всю церемонию ни разу не подошел к нему, будто бы ожидал, что он сам сделает это. - Мьол, слушай, у меня есть особняк недалеко от Фолкрита, у озера. Я думаю, тебе не составит труда его отыскать. Я еще немного здесь задержусь, но приду как можно скорее. Иди туда с Эйрином, - сказал Драконорожденный, которого уже напрягал взгляд старика из Коллегии Магов Винтерхолда. Его жена покорно кивнула, попрощавшись, и вышла со своим спутником из храма. Теперь можно было поговорить с Толфдиром. - Архимаг! Со свадьбой! Я тут к тебе с делом, правда, - улыбаясь, говорил старик. - Да, конечно, Толфдир, в чем дело? - Помнишь, я тебе говорил про то, что затерял свой перегонный куб? Так вот, я его нашел в Зале поддержки на полке. - Так ты сюда заявился только из-за этой, даэдра ее побери, ерунды?! – вспылил эльф. - Нет, нет, боги! Конечно, не только из-за этого. У меня к тебе есть важное дело. Так как ты все-таки архимаг, то придется тебе с этим разбираться. Недавно один из наших учеников проверял заклинания Разрушения и случайно испепелил дотла другого. Тебе нужно… В тот момент эльф закрыл лицо ладонями и зарычал так, что все, кто еще присутствовал в храме, обернулись на источник звука. Но на этом дело не закончилось. Довакин достал свою сумку, запрятанную под скамью, порылся там и вытащил одежду архимага, которую всегда с собой носил. - Толфдир, из тебя получится хороший заместитель архимага, - сказал эльф, вручая шмотки недоумевающему старику. - Архимаг, я… - Нет, нет! Ты достоин такой чести, я тебя хорошо знаю, Толфдир! Возьми эту мантию, возьми мои привилегии и тащи свое жалкое тельце вон отсюда! Разбирайся с этим сам! – сказал альтмер. В нем в это же время проснулось страшной силы желание отписать ретировавшемуся старику пинок под зад, но он понял, что это будет слишком грубо, не под стать высокому эльфу. С ехидной улыбкой жених вышел из храма направился домой. Уже на следующий вечер он дошел до дома. Его новоиспеченная жена бросилась ему навстречу, обнимая и целуя его. Альтмерки слишком высокомерны для такого. - Лидия, - обратился эльф к управительнице, войдя в дом под руку с женой, - пойди на лесопилку и опять купи бревен. Эйрин, составь ей компанию, пожалуйста. - Тан, но сейчас уже почти ночь, - попыталась возразить Лидия. В ответ на это мужчина неприлично по отношению к даме указал на дверь. Дружок Мьол рысью выбежал вслед за хускарлом. Как только главная дверь захлопнулась, Довакин жадно впился губами в свою жену и потащил ее на своих руках в спальню. Бедняга еще ничего не успела понять, как уже сильные руки эльфа стаскивали с нее одежду. Стоны с перерывами продолжались порядка трех часов. Но несколько бессонных ночей альтмера дали о себе знать, и тот, уставши исполнять свой супружеский долг по отношению к Мьол, лег рядом, обняв ее. Как только Довакин сомкнул глаза, он услышал бешеный визг своей жены, которая, к несчастью для него, завизжала ему в правое ухо. Открыв глаза, он увидел мрачную тень в капюшоне, которая, видно, уже долго за ними наблюдала. Альтмер без одежды моментально вскочил, вызвав светящийся шар. Шар осветил лицо нарушителя покоя. - Знаешь, парень, я тебе завидую, - давился от смеха Бриньольф. Но Драконорожденному было не до смеха. - Брин, что ты здесь забыл, твою мать?! – в бешенстве тряс мужика эльф. - Ну понимаешь, с тех пор, как ты стал главой Гильдии Воров… - ГЛАВОЙ ГИЛЬДИИ ВОРОВ?!!! – закричала в ярости Мьол, бросившись одеваться. - Дорогая, я все тебе объясню, - начал оправдываться альтмер, глава Гильдии Воров, вспоминая, как сильно его жена ненавидит это «сборище попрошаек». - Так вот, я тебя выследил, зашел в дом, а тут эти ахи и охи…Я решил вас не беспокоить, поэтому захотел просто положить тебе новую броню главы Гильдии и уйти. Но ты же понимаешь, я не смог удержаться, чтобы не посмотреть на это зрелище, - на полном серьезе произнес Бриньольф, будто бы издевался. - И как тебе, понравилось?! – взбесился Довакин, вытаскивая Брина за шиворот из комнаты на лестницу. - Да я не то что бы… В ответ на это голый эльф спустил Бриньольфа вниз по лестнице, а тот без оглядки побежал прочь. - Стоять! – командным голосом выкрикнул Драконорожденный, когда воришка уже был у двери. Бриньольф понял, что окончательно влип. - Вывернул карманы! Быстро! - Давай обойдемся без этого, - промямлил Брин, но под грозным взглядом главы Гильдии Воров ему стало не по себе настолько, что уже смерть показалась не так страшна. Когда воришка выворачивал уже свою сумку, из нее выпала Бритва Мерунеса Дагона в ножнах. - Ты хоть знаешь, что это такое?! – закричал Довакин, подняв беднягу над собой. - Н-н-н-нет… - Вон отсюда! – громогласно заявил альтмер, выталкивая ворюгу за дверь и прокричав «Фус!», дабы добавить ему скорости. Теперь Довакину предстояло разобраться с женой. Когда он зашел в комнату, та уже под свет свечей выгребала все свои вещи из тумбочек и шкафов в огромный мешок. Сперва эльф носился за ней на коленях, умоляя остаться. Но поняв, что это бесполезно, решил разговаривать с ней по-другому. - Сидеть! – резко скомандовал Драконорожденный. Настолько резко, что у его жены сразу же подломились ноги, и она упала на кровать. - Так-то лучше, - довольно улыбнулся альтмер и начал ей объяснять, что не такая уж и плохая эта Гильдия Воров, что они с какой-то стороны несут справедливость, грабя только богатых. Наконец Мьол согласилась с ним и решила остаться. Когда она снова раскладывала свои вещи по местам, эльф набросился на нее, и через десять минут они опять обнимались, лежа в темноте. Позже Довакин распределил хозяйство так: он добывает деньги, Лидия – управитель дома, Эйрин – повар, кузнец, конюх и фермер в одном лице, а Мьол просто жена. Когда через месяц Довакин затаривался материалами для дома, его поймала Эйла, пытаясь всучить ему очередное задание. Дальше она ходила за ним по пятам, говорила, как хочет после смерти загонять добычу в охотничьих угодьях Хирсина, от какого дара отказались Вилкас и Фаркас, и вообще, почему она теперь единственный оборотень из Соратников. «Ну и тупая же она баба», - думал эльф, мило улыбаясь и махая рукой Эйле на прощание. Теперь ему настолько щемило душу то, что он взял на себя так много обязанностей, что он скрылся бы где-нибудь в нордских руинах до скончания времен. Когда Довакин вернулся домой, зашел внутрь, он открыл рот от изумления. Цицерон плясал на его столе, разбрасывая столовые приборы, а Назир и Баббета пытались его стащить. И, как в старые добрые времена, верный «Фус» решил все проблемы. Потом оказалось, что Цицерон соскучился по Слышащему настолько, что даже притащил с собой Гроб Матери Ночи (ведь нельзя же ему надолго покидать тело Темной Матроны). Такая компания разместилась в подвале, к неудовольствию Лидии, и никак не хотела съезжать. Но Мьол это не напрягало, а это главное. Еще через месяц в один дождливый день, когда все странное семейство собралось за столом, произнося тосты, Довакин вышел из дома. Просто проветриться, он любил скайримский дождь. Когда эльф направился к озеру, то услышал чей-то легкий бег, обернулся и увидел Серану, Дочь Хладной Гавани. В ней что-то изменилось, это было определенно. - Я теперь…человек. Наконец-то я чувствую себя живой! Спасибо тебе, что показал мне настоящую жизнь, - высказалась моментально Серана, грустно улыбаясь альтмеру. - И что же ты теперь будешь делать? – после недолгих раздумий спросил Драконорожденный. - Буду сражаться с вампирами на стороне Стражи Рассвета. Наверное, стоит посвятить этому всю жизнь. В общем-то это все, зачем я тебя искала. Прощай, я буду навеки тебе благодарна. Кстати, тебе привет от Израна, - сказала Серана и, развернувшись, пошла обратно, на восток. Эльф долго смотрел ей вслед, пока она не растворилась вдалеке с дождем. Он ожидал каких-нибудь сюсюканий, дискуссий, но никак не «Привет-пока». Впрочем, это его волновало только первые десять минут. К ночи, когда все готовились ко сну, Мьол подозвала к себе Довакина. - Я хочу тебе кое-что сказать. Теперь ты будешь не последним Драконорожденным. У тебя теперь будет ребенок! – радостно сообщила она, поглаживая живот. В ответ на это Довакин крепко обнял ее, не зная даже, что сказать. Мало того, что он Слышащий, архимаг Коллегии Винтерхолда, глава Гильдии Воров, Предвестник Соратников, Довакин, а теперь еще и станет папашей… А впрочем, нет ничего, с чем бы не справился Драконорожденный!