Выгода Орфея Зави

— Катце сказал, меня ищет какой-то монгрел, — Зави положил ногу на ногу и холодным взглядом окинул стоявшего перед ним человека. — Да, это я тебя искал. Парень держался без малейшего проявления страха или подобострастия. Он смотрел прямо Орфею в глаза. Зави он показался излишне заносчивым — так разговаривать с блонди, словно они слеплены с ним из одного и того же теста, было немыслимо. Честно говоря, Орфей никогда не одобрял экстравагантных решений, которые принимал Ясон, когда вел дела. И этот брокер Катце, верный пес Минка, для Зави был пятном на сьюте Лучшего из Лучших, но самый настоящий шок у него вызывало пристрастие Ясона к его пэту. Кошмар длился три года, и, если бы не протекция Ясона, Орфей раздавил бы этого неконтролируемого, как стихия, грязного полукровку подобно таракану. Но сейчас «это» стояло перед ним и ухмылялось. Два дня назад Катце обратился к Зави со странной просьбой. Странной она была по двум причинам. Первая — Катце никогда раньше не обращался к Орфею ни по какому вопросу, и второе — ему хватило наглости просить о личной встрече Орфея с монгрелом. — Ну вот, предположим… — Зави поднял свои тонкие пальцы вверх и поднял глаза, словно брал в свидетели какую-то высшую силу, — предположим, мне стало интересно, но какая мне в том выгода? Парень пожал плечами и растянул губы в улыбке, больше напоминавшей оскал. Он смотрел исподлобья на главу администрации Эоса своими черными глазами, и на секунду Зави показалось, что он погружается в бездну. Это произошло так неожиданно, что блонди невольно встряхнул головой, откидывая со лба золотистые пряди волос, чтобы избавиться от наваждения. — В чем твоя выгода? А ты что, уже успел соскучится по мне? — вместо ответа, ухмыляясь, ответил парень. Монгрел держался вызывающе. Весь его вид, одно только его существование и присутствие в кабинете господина Зави вызывало диссонанс, словно в комнате находится пространственная аномалия, от которой все вокруг искажается. — Я не советую тебе дерзить мне, мой юный немытый друг, особенно, если ты просишь об одолжении, — лениво протянул Орфей вытягивая свои стройные ноги, гибкий, словно барс. Орфей поправил кружево на манжетах. Он любил дорогие эксклюзивные вещи, и его черный бархатный сьют, расшитый золотом с огромным камнем, скрепляющем шейный платок, был тому доказательством. Его называли самым элегантным блонди Танагуры, ибо его природное чувство стиля и тонкий вкус были притчей во языцех. И на этот взыскательный вкус стоявший перед ним монгрел был верхом убожества и безвкусицы: полное отсутствие породы, слишком черный цвет, слишком мускулистый торс, жилистый, как пружина, дикий зверь. — Я не прошу об одолжениии, — отозвался этот зверь, — напротив, я помогаю тебе предотвратить в будущем проблемы, которые непременно наступят в твоем любимом Эосе. Орфей нахмурился, что имеет в виду этот выскочка? — Ясон задумал меня вернуть и держит в заложниках моего партнера. — Мне ваши игрища неинтересны, — отмахнулся Орфей. — .. и вернет он меня к тебе в Эос, Орфей, а, как ты сам понимаешь, ни я не горю желанием туда попасть, ни ты — видеть меня там, так что помоги мне оплатить должок. Подумай, это не настолько большие деньги для того, чтобы спать спокойно. К тому же, я не себе их заберу. Ну давай, соглашайся. Лицо Орфея стало похоже на маску. Монгрел был чертовой занозой в заднице. Зави перестал скептически улыбаться, сощурился и со злобой в голосе сказал: — А что мне мешает прямо сейчас вызвать дроида, а потом вынести отсюда то, что останется в пакетах в твой любимый Керес? Прозвучало совершенно неэлегантно и с угрозой. Но почему-то монгрел лишь тихо рассмеялся и снова пожал плечами. Он стоял, уперев одну руку в бедро, абсолютно расслабленно, без малейших признаков тревоги на лице, придерживая второй рукой переброшенную через плечо влажную куртку из черной кожи. Очевидно на улице шел дождь. Монгрел убрал рукой несколько прядей со лба, которые от влажности скручивались кольцами, и ответил: — Ну, наверное, запись, которая сейчас ведется Катце. Зави скрипнул зубами. С другой стороны, мелкий ублюдок был прав — десять тысяч карио не такие уж и большие деньги для Орфея. Это стоимость одного элитного пэта для того, чтобы уберечь тысячу других и спать спокойно. — Хорошо, — решившись, наконец ответил Орфей. Он не любил нарушать закон, но в данной ситуации этой переменной можно было пренебречь. — Я заморожу твою регистрацию и временно переведу тебя в свой Гарем, а деньги передам через Катце. Как ты сам понимаешь, у меня в рукаве сейчас наличных нет. Держи. В воздухе что-то сверкнуло, и монгрел ловко поймал предмет, который кинул ему Орфей. Это была серьга пэта. — Хм, — улыбнулся монгрел, рассматривая драгоценное украшение со встроенным идентификационным чипом, — ради такого дела, Орфей, я даже проколю ухо. Он натянул куртку и сунул серьгу в карман. У него теперь будут деньги, чтобы расплатиться. Кажется, завтра кое-кого хватит удар… Ради интереса, на выходе, монгрел поднес серьгу к считывателю. Оперативность, с которой Орфей принимал решения и осуществлял их — поражала. И зачем он только делал вид, что Законы Эоса — это нечто столь незыблемое, что нужны годы и годы, чтобы хоть что-то тут сдвинуть с места? На табло высветился номер «Z-108Z». «Однако!» — усмехнулся про себя юноша и вышел из холла. Как и у всех блонди, у Орфея было особое чувство юмора, поэтому закрепить за ним порядковый номер идентификатора, следующий за номером «107», показалось ему вполне логичным. Последняя буква в номере всегда совпадала с фамилией хозяина. На все про все блюстителю порядка в самой густонаселенной башне Танагуры потребовалось минут пять. Теперь этот диковинный черный «зверь», формально, был закреплен за Зави…