Сверхновая. Дина, Каин.
11 февраля 2017 г., 19:42
Девчонка светилась как самый чистый Ангел Небесный, и Каин никак не мог взять в толк, как пришедший с ней демон ещё не превратился в дымящуюся лужу плавленой кожи и свернувшейся крови.
Каин медленно цедил пиво и вяло наблюдал за игрой «убей Диану Винчестер» Дианы Винчестер с демонами. Стоит сказать, демоны проигрывали малютке всухую.
Яростная. Неукротимая. Неистовая. Прекрасная.
Огненная Птица Феникс вонзает нож в грудь последнего демона, удачно уложенного ею на стол, красуется перед Каином, любит сражение, дышит пыльным кровавым запахом поединка. Вспышка сгорающего демона пускает по зеленой радужке безумный отблеск. Каину это нравится.
Метка на его предплечье заходится воплем, требует впитать эту силу, разрушительную, изумительную, чудесную силу.
Девчонка — жидкий огонь с пожаром вместо внутренностей. Она требует, требует, требует.
Как Метка.
Ещё когда малышка переступила порог, Каин знал, что она заберет с собой его ношу.
Знал это просто потому, что желание Метки — разрушать — впиталось в его кровь, въелось в его мозг, перестроило каждую клетку его тела за прошедшие тысячелетия.
Знал это просто потому, что до нервной дрожи хотел посмотреть, как эта Сверхновая, восседающая на его диване в его гостиной и просящая передать ей Величайшее Проклятье, превратится в Чёрную Дыру; хотел посмотреть, как Метка выпьет кровь этой птички до дна, как Феникс осыплется золой.
Правда, в этом сценарии чудесное воскрешение не предусмотрено.
***
В конце девчонка, как и ожидалось, приходит к нему, усыпанная шрамами, заклеймённая болью, залитая страданиями, которые никогда не оставят её. Каин улыбается делу рук своих, точнее тому, как оно движется, потому что Искра Его Звёздочки ещё горит, тоненькая, слабенькая, ненадёжная, как пламя свечки, дунь — развеется, как будто и не было. — Ты никогда не замечала, что твоя история жизни есть моя, лишь только в обратном направлении? Девочка не дура. Она глупенькая, безрассудная, смелая, но не дура. Она понимает. Она боится. Страх делает её сильнее. — Скажи! Скажи, что этого можно избежать! Скажи, что без этого можно обойтись! — кричит, просит, молит, плачет. Каин смеется: — Твои руки будут в его крови. Последняя капля света, держащаяся на мыслях о двухметровом домашнем питомце и надеждах, на него возлагаемых, мечется из стороны в сторону и практически тает. Сингулярность поглощает первого братоубийцу.
