Заключённая

От смерти я ожидал чего-то другого, нежели… это. Знаете, котлы там всякие, сковородки, чертей, ну или, если всё же в рай попадёшь, солнышко, цветочки, поющие птицы. А здесь единственное, что я вокруг ощущаю - это реку, поток. Причём, явно не воды. Скорее, энергии. А я – масляное пятно в этой струе. Этакая амёба, болтающаяся в чашке Петри. Мироощущение странное: себя вижу как будто со стороны. Хотя, логично – глаз же нету. Через некоторое время вижу вокруг себя какие-то искры. Они манят, зовут к себе, звенят, словно маленькие колокольчики. Усилием воли вытягиваю своё тело и касаюсь одного из огоньков. Тот неожиданно сливается с собой. Сразу чувствуется прилив сил, небывалая лёгкость. Перезвон вокруг меня стал ещё пронзительней, словно остальные искры почувствовали, что одной из них не стало. Внутри же меня начали пробуждаться воспоминания: обычный обыватель из двадцать первого века. Из интересов только пища, да интернет. Ещё – компьютерные игры. Парень лет двадцати, не более. Тянусь к ещё одной искре и поглощаю её. Приток сил будит ещё больше отрывков из моего прошлого. Преисполнясь энтузиазма, начинаю есть больше окружающих меня точек, пока не вспоминаю всё до конца. Достигнув этой самой цели, оборачиваю свой «взор» наружу, прочь от себя. Я витаю в каком-то пространстве, наполненном синеватым свечением. Вдали виднеется сфера, поверхность которой испещрена отверстиями. Из-за неё выглядывало что-то, подозрительно напоминающее Солнце, каким оно выглядело бы в космосе: шар чистого пламени. Поток шёл явно к нему. Приближаться же к тому пламени почему-то было очень боязно. Было странное предчувствие, что вовсе не пламя будет конечным пунктом назначения. Начав вытягивать свои «ложноножки», начинаю двигать себя в сторону странной сферы. Мне она, почему-то, казалось спокойной и безопасной. Перемещаясь, заглатываю ещё больше искр, черпая из них силы для ускорения. Плевать, что это. Раз это поможет мне спастись от неведомой угрозы, вполне мною уже ощущаемой, то лучше воспользоваться этим средством. Однако, произошло что-то непредвиденное. Когда до сферы оставалась, примерно, половина пути, одно из отверстий расширилось и начало затягивать в себя часть потока. Что-то внутри меня возликовала и отдалась этой новой силе. И меня стремительно затянуло внутрь…

***

Очнулся я с ужасной головной болью. Это было просто невыносимо. Стоп! Раз у меня что-то болит, значит, оно у меня есть! Я снова жив?! С трудом разлепляю глаза. Сразу становится ясно, что я вовсе не в своей квартире, где меня, собственно, и настигла преждевременная смерть. Под спиной чувствовался соломенный тюфяк, явно старый, а под ним – камень. С трудом переведя себя в сидячее положение, осматриваюсь. Чтоб меня… в общем, неважно. Это же средневековая тюрьма! Через узкое окно под самым потолком камеры пробивался тусклый свет. Из мебели лишь полуразвалившиеся стул и стол, на котором стоит кувшин. Вокруг сырость. Ноздри явно улавливают явный запах воды. Странно. Не припомню за собой такого острого обоняния. Пытаюсь встать и чуть не падаю, запутавшись в ногах и ещё чём-то. Что это? Оглядываясь за спину, чуть опять не теряю сознание: хвост?! У меня явно есть хвост, длинный и чешуйчатый. Да и всё моё тело покрывала чешуя. Тут же начинаю себя осматривать и ощупывать. Пальцы заканчивались довольно острыми когтями, небольшими, правда. Строение ног ниже колена было совсем непохоже на человеческое. Больше напоминало то, что я встречал на изображениях динозавров своего мира. То, что я попал совсем не в свой мир, доказывала ещё и внешний вид узника, что был в камере напротив. Отсюда, из дальней части своей камеры, я не мог толком его разглядеть, но отчётливо были различимы лишь пепельно-серая кожа и красные, чуть мерцавшие в сумерках темницы, глаза. Сверху послышались звуки бряцающего о камень железа. Вниз спускался мужчина в доспехах. Только что понимаю, что наделал кучу шума. Естественно, дежурный пойдёт проверять пленников. - О! Очнулась, гадина, - хмыкнул стражник. – А мы думали, что окочурилась уже. Притащили сюда, блин, полудохлой. Думали, подохнет ящерица. А ты нет, чтобы ласты откинуть! Проснулась. Продукты на тебя переводить… Баба, одним словом. Лишь бы нам, мужикам насолить. Продолжая ворчать что-то себе под нос, стражник поднялся обратно наверх. Я же пялился ему вслед, не зная как реагировать. Лишь рот отрывался и закрывался, не издавая и звука. - Чё? - Что слышала, аргонианка, - ухмыльнулся заключённый из камеры напротив. – В водичке тебе не поплавать, поверь мне. Особенно после того, что случилось. Так, парень явно что-то знает. Надо бы разговорить, но как? - Да, такой магический взрыв устроить, это надо было постараться, - не затыкался мужик. – Я слышал, как шушукались стражники. Имперцы недоношенные. Пепельнокожий фыркнул так, будто знает этих «имперцев» уже не один год. Я же притих. Язык, видимо, узник за зубами держать не умел. - Вы, государственные работнички, что-то там в айлейдских развалинах неподалёку отсюда копали. Что там произошло, уже никто никогда не расскажет. А всё ты постаралась! - В смысле? – у меня глаз подёргиваться начал. Во что же я вляпался, оказавшись в этом теле? А если за это «что-то» меня смертная казнь ждёт?! - Ну, как наскоро нацарапал один из очевидцев, ты вышла из коридора и сходу начала рубить первых попавшихся тебе под руку, потом что-то такое магическое творить. Был обалденный взрыв! С десяток магов Гильдии в пепел обратило, а тем, кто уцелел, напрочь память о последнем годе их жизней стёрло, а свидетель единственный с сердечком слёг, да помер ещё в тот же день. Парень истерично захохотал. - Теперь тебе всю свою недолгую жизнь здесь торчать, деваха земноводная! Поверь, ты тут умрёшь! Слышишь? Умрёшь! Я аж отшатнулся от решётки двери. Парень врёт! Однозначно. Наверняка, всё выдумал, чтобы меня испугать. Хотя, как он мог узнать, что я понятия не имею, за что меня посадили?

***

Через какое-то время стражник снова спустился. Приказав мне отойти к дальней стене, он поставил на стол новый кувшин и тарелку какой-то похлёбки с куском хлеба. - Ну, ешь, раз кормят, - ухмыльнулся тюремщик. – Тебе этим всю жизнь питаться. Привыкай. На мой вопрос о том, за что же я тут, воин лишь усмехнулся и, закрыв за собой дверь с другой стороны, в красках пересказал мне то, что говорило красноглазое чудо из другой камеры. Усевшись на стул и принявшись за еду, я начал размышлять о том, что я имел на данный момент: я умер, попал в другой мир, где оказался в тюрьме. И в довесок ко всем этим проблемам я ещё и девушка-нелюдь! Великолепное начало!