Алекс Стоун. Закат Невады-6

По пути наверх они слышали невыносимые звуки. Крики, вопли и стоны о помощи, тех, кто остался там внизу и не смог выбраться, и теперь их ждала участь неимоверная – погибнуть, захлебнувшись водою. Порою кажется, что попросту обезуметь, сойти с ума было бы гораздо лучше, чем находиться в уме трезвом и лично лицезреть картину приближающиеся собственной смерти… или все же нет? Мистер Стоун был занят тем, что стоя в лифте, слегка наклонив голову вперед, всматривался в металлическую непроницаемую дверь. Он ждал того момента когда подъемное устройство, достигнув нужного пункта назначения, остановиться и откроет пред ними путь домой, и они смогут свалить из этого Ада – непонятного кем и с какой целью устроенным. Алекс настолько привык к этим непереносимым на душу звучаниям, что даже не заметил, как его друг, стоящий позади, схватившись за голову одной рукой, прижался к задней стенке кабины и малость даже приспустился по ней. Его разум захватили странные видения и голоса, нашептывающие ему ужасные вещи. Он стал бормотать себе под нос слова наподобие тех, что произносил Ллойд, когда того охватило безумие. Коренастый мужчина уже было подвел лезвие циркулярной пилы к своей шее, как вдруг его движение было прервано резко спохватившимся напарником. — Том, ты чего…? Что с тобой? – судорожно спросил Алекс. С силой ему пришлось отобрать у него труборез, после чего дав пощечину, начал трясти за плечи, потерявшего сознание человека. — Том, ты меня слышишь? Очнись! Том! Улыбка промелькнула на лице у мистера Хилла. Приоткрыв тяжелые веки, он произнес: — Свою Ванессу ты также приводил в чувство, когда та наглоталась кучей таблеток снотворного? — Да, пошел ты, – прошипел Стоун, отцепившись от пришедшего в себя Томаса, встав на свое прежнее место. — Ну признай, ты был тогда самым настоящим козлом, гуляя на стороне с какой-то прошмандовкой, ссылаясь на её классную задницу и понимающий взгляд, обвиняя при этом, что твоя жена - та еще сама сука. — Знаешь, порой я сомневаюсь, друг ты мне или нет, так и хочется пустить тебе пулю в лоб за такие слова. — Конечно – Друг! – усмехнулся Том, проделав неудачную попытку приподняться. – Ты мне скажи к кому ты тогда поехал, когда она выставила тебя из дома, а? Правильно, к своему верному и единственному дружбану - Томасу. Но их диалогу не суждено было продолжиться. Лифт остановился. Открылась дверь. Куча подствольных фонарей ослепили взоры двух шахтеров, осветив тем самым кабину, тающейся до той поры в багровом полумраке. — Бросайте инструменты на пол, немедленно! – отдал приказ один из солдат (являющимся командиром группы) в красном тяжелом бронекостюме со шлемом на голове (с тремя вертикальными прорезями, из которых излучалась алого оттенка сияние) в чьих руках красовалась импульсная винтовка, как впрочем, и у остальных его братьев по оружию. Спохватившиеся за свои стволы, шахтеры повиновались, побросав на пол труборез и плазменный резак. — А теперь руки за спину, живо! – как только те выполнили требования, командующий группой отдал очередной приказ двум из своих солдат, находящихся рядом с ним. — Сорок шестой и сорок восьмой, поднимите, того, что позади и повяжите обоих. Молча кивнув, сорок шестой и сорок восьмой зайдя в кабину лифта, подняли с пола мистера Хилла, а затем начали связывать руки сразу обоим шахтерам. — Кто вы такие, черт подери? – спросил Том, пытаясь оказать сопротивление. — Заткните его, и видите их к месту погрузки! Сорок шестой незамедлительно и беспрекословно выполнил приказ, треснув нарушителя прикладом по роже. После удара сломавшему ему нос и выбив пару зубов, Томас, сплюнув накопившуюся кровь во рту, издал небольшой смешок. Облизав кровоточащие губы языком похожим на лопату, мужчина улыбнулся кривой ухмылкой. Алекс попытался высвободиться из крепкого хвата, что бы как следует врезать тому обидчику, в результате чего и ему знатно приписали. Группа бойцов спецподразделения, неизвестных нашим героям, повела их через весь первый этаж к главному входу Корпорации А. Смит. Холдинг. По пути Стоун замечал и других выживших в сопровождение вооруженных солдат. Они словно послушные болванчики шли по пятам бойцов, временами пугливо озираясь по сторонам на исходившие отовсюду омерзительные и громкие звуки мутантов. Тут же из разных дыр и щелей повылазили живые мертвецы, преобразившиеся до неузнаваемости, нападая на людей. — НЕКРОМОРФЫ!!! — Некроморфы! Открыть огонь по тварям! — Цельтесь по конечностям, отстреливайте их! Раздавались тут и там крики солдат, остреливающихся от набегающих со всех сторон созданий. Воцарилась настоящая суматоха. Хаос. Побежали все: и сотрудники комплекса, и простые солдаты. Оставались лишь те, кому был отдан приказ стоять до конца, прикрывая уцелевших. Возле входа образовалась огромная толкучка. Каждый человек заботился лишь о собственной шкуре, в результате чего под ногами оказывались те, кому было сегодня суждено быть насмерть затоптанным. Некоторые вконец озверевшие взбирались на плечи людей и шли по их головам, втаптывая тех на дно, в грязное месиво. И если вы думаете, что есть хоть какая–та тяжба за кару, то вы не ошибаетесь. Наглецов, возомнивших себя выше остальных, подхватывали некроморфы висевшие на трубах. Скручивая им головы своими длинными щупальцами, они затем поднимали бездыханные, либо слабо сопротивляющиеся тела наверх, прямиком в раскрытые пасти. Проглатывая затем своих жертв, словно какие-то змеи. Некоторые виды некроморфов имея в ротовой полости острые зубы, больше похожие на клыки акул, кромсали тела болванчиков, обрушивая на толпу снизу кровавый дождь из кишков и прочей мерзости их товарищей. Дверь, где находилась камера для приема и готовки пищи, выбил здоровенный толстяк, с большим, нет даже огромным… мясницким ножом. Издав вопль, он побежал прямиком на толпу, размахивая своим тесаком направо и налево, задевая «своих» и «чужих». Пришлось немало пуль всадить в здоровяка, пока он, не упав на колени, не издал предсмертный хрип. Из его разорванного брюха, (отдельно стоит за это поблагодарить одного храбреца, схватившего в руки лазерную пилу) полезли десятки мелких прихвостней – человекоподобных паучков, обмазанных желчью и слизью. Накидываясь на солдат в большом количестве, они буквально за пару минут превращали тех в полуобгрызанные куски мяса, покрытых металлической оболочкой. Полоски с индикаторами жизней ИКС гасли одна за другой. Неизвестно сколько тогда погибло со стороны живых и сколько со стороны некроморфов, однако та группа, что ввела Алекса и Тома, дошла до места назначения целой и невредимой. Посадив тех двоих в фургон (друг напротив друга) с автоматом на крыше, пара человек отправилась за остальными. В скором времени рядом с шахтерами сидели другие выжившие сотрудники комплекса. Когда все фургоны заполнились, машины немедленно двинулись в путь, оставив позади себя толпы бегущих за ними людей, а вслед за теми жаждущих крови некроморфов. Первыми кто добегал до своих жертв были ни кто иные, как «Бегуны». Набрасываясь со спины на хорошо-пахнущих тушек, визжащих от страха, некроморфы кромсали свежую плоть, забрасывая к себе в пасть сочные куски человечины. Ту картину можно было увидеть из маленького окошка, удобно расположившегося на задней двери, замыкающегося длинную вереницу, фургона. Шахтеры, офисные рабочие, медики и прочие сидели пристегнутыми двумя перекрещиваемся меж собой ремнями, в два ряда, друг напротив друга, насчитав вокруг себя по восемь человек. Возле Алекса сидела черноволосая девушка, прижавшись к стенке, она, сжав кулаки, вонзила длинные ногти в ладони. Не чувствуя при том боли, Луиза Тельма Картер (имя было выведено на её ИКС) продолжала дрожать всем телом, нашептывая в слух молитвы. Судя по внешнему виду и не скажешь, что она была религиозной дамой, даже напротив, та походила на расфуфыренную девку, сидящую обычно на коленях у шефа. Однако вдоволь навидавшись за сегодня, Луиза решила обратиться за помощью к Всевышнему. Напротив Тельмы сидел щуплый, почти дохлый паренек. На его бледном, замызганном чужой кровью, лице выступила мелкая дрожь и пот. Огромные очки в круглой треснувшей оправе, едва держались на курносом, пятнисто-веснушчатом носике. Временами он похныкивал, чем здорово взбесил Томаса. — Эй, ну хорош уже, заткнись! – заворчал мистер Хилл, пихнув нытика плечом. — А вы собственно, по какому поводу велите ему прекратить? – заступился за паренька пухлый лысеющий старичок, сидевший рядом с ним. — Слышь дед, если нравиться его сопли, то пусть хнычет тебе в жилетку. Только что бы я ни слышал этого, – огрызнулся Том. — Да вы что себе позволяете? – рассердился старик, чье лицо налилось густой красной краской. Тут в разговор вмешалась женщина, в потемневшей от сажи безрукавке. С трудом сдунув с лица липкие, плохо пахнущие каштановые волосы, она заставила заткнуться мужчин, после чего немного успокоившись, принялась вновь выстраивать у себя в голове планы на дальнейшие действия, когда та выберется из этого чертового фургона, набитого придурками. Трое оставшихся людей с восточно-европейской внешностью сидя молча, временами переглядывались между собой. Это были два брата и сестра, работавшие на складе. Им здорово повезло, что они оказались здесь вместе, а не порознь. Стоун старался не принимать участия во всем развернувшимся действии. Продолжая всматриваться в решетчатое окошко, пытаясь разглядеть, куда они направляются, он вскоре разочаровался – помимо маленьких отверстий через которые хрен что увидишь, впереди сидящий солдат загородил и без того не отчетливую картинку. Проматерившись, Алекс нарочно ударился затылком об металлическую поверхность позади него. Стоило Стоуну проделать такой нехитрый прием, как вдруг фургон на высокой скорости врезался впереди стоящую машину, вздумавшую резко остановиться, перевернувшись на крышу, фургон затем упал на бок. Алекс очнулся, когда внутри фургона, он обнаружил отсутствие Луизы и её соседки в безрукавке. Покачав головой, он с трудом пытался вспомнить последние минуты до аварии. Однако потусторонние шумы мешали ему это сделать. Прямо над ним висел, закрепленный в ремнях, как и он сам, Томас, находившийся без сознания. В отключке находился и паренек в очках, если быть точнее, уже без них, покуда они валялись теперь не пойми где. Старичок и вовсе издох, свернув себе короткую шею. В дальнем углу фургона Алекс заметил, сидящую на коленях к нему спиной, белобрысую девушку. Он услышал, как она рыдала, и увидел, как та прикрыла лицо ладонями. Девушка оплакивала мертвых братьев. — Эй, послушайте меня… мисс, – попытался обратиться к ней Алекс, — вы меня слышите? Вы не могли бы мне помочь выбраться? Ответа не последовало. Прокашлявшись от накопившейся здесь пыли, мужчина вновь попытался завязать разговор. — Вы меня слышите? Как вас зовут? «А может быть, она…», – промелькнула обрывочная мысль в голове. — Вы говорите по-английски, мисс? «Тупица!!!» Помятая дверь, обвалилась. Показалась фигура солдата. Он схватил без лишних разговоров сопротивляющуюся девушку и в спешном порядке унес в неизвестном направлении, не обратив внимания на издаваемое: «ЭЙ!» от Алекса. — Вот, сука! – ударив кулаком по мятому металлу, Стоун принялся оглядываться по сторонам, дабы найти предмет, при помощи которого можно было освободиться от ремней, так плотно прилегающих к телу. Приметив что-то острое с виду, мужчина незамедлительно притянул вещицу к себе при помощи кинезиса. Освободившись, он осторожно высвободил и своего друга, положив его тело на пол, Алекс принялся приводить Томаса в чувство, но без толку. Вдобавок в нос Стоуна ударил неприятный интенсивный запах топлива. Недолго думая шахтер, схватив Хилла за подмышки, потянул к выходу. Оказавшись снаружи, Алекс в какой-то мере пожалел, что покинул фургон, так как здесь, за пределами коробки на колесиках, творилось нечто невероятное, и объясняющее причину аварии не только двух столкнувшийся меж собой машин, но и всего конвоя вместе взятого. Место, где была произведена… так скажем, не очень мягкая и экстренная остановка, кишело невиданными доселе зверьми, сбежавшими из своих клеток, находящихся в засекреченной лаборатории. Да-да это была та самая постройка – здание, извольте произнести, с допуском четвертого уровня, ту, что по обыкновению миновал ранним утром мистер Стоун. Впереди стоящие машины были разбросаны по сторонам: и тут и там, как детские игрушки обычного мальчишки, вздумавшего устроить настоящий: «Бум!» у себя в комнате, вообразив себя монстром, несущим за собой хаос и разрушение. Только вот монстром, сейчас, в данный момент, являлся не какой-нибудь рыжий и конопатый семилетний Тимми, а огромная мутированная горная горилла. Выбежав из своей тюрьмы, проделав в стене дырище, озлобленный мутант приметив впереди длинную вереницу, едущих (вернее сказать, пролетающих невысоко над землей) друг за другом, машин, решил именно на них выпустить пар. Водитель, увидевший чудо-юдное за окном, прожал педаль тормоза, но было уже поздно. Одним прыжком горилла настигла фургон и, схватив его, лишь одной лапой (она, как и другая была обтянута дубильной кожей, с кучей мелких болванок, приделанных к ней, сросшийся в живой организм, тем самым напоминая некую булаву) выпотрошила всех рыбешек из консервной банки. Обвешенный костяными шипами, торчащими во все стороны, мутант издал рык, разинув свою клыкастую пасть, из которой шмонил запах гнилых трупов. На его зов: из окон, дверей, канализационных люков и прочей лабуды повылазили маленькие, не менее озлобленнее и страшнее, чем их вождь, мартышки. Лишенные как такового волосяного, да кожного покрова, с горящими угольками в глазах и острыми когтями из сверхпрочного металла, мелкие обезьянки устроили настоящую резню, прибираясь за папочкой. Томас очнулся, когда его друг тащил его по земле, унося от фургона, как можно дальше. — Хорош, я в норме. — Уверен? — Абсолютно. Алекс помог встать на ноги Тому, после чего те двое собрались бежать из этого кромешного ада. Реакция на внешний вид атакующих конвой мутантов была из разряда: « А ну в задницу эту хрень, надо валить отсюда, да поскорее!» Но шахтеров окликнул еле вылезший из фургона, то самый, всеми позабытый, полудохлый тощий паренек. — Пожалуйста, подождите меня, прошу! – умолял он, ползя по разбитому стеклу, обращаясь к размытым пятнам, похожим на людей. Обстановку накалил резко возгоревшийся фургон и приближающийся твари к безоружным сотрудникам промышленного комплекса. — Твою мать, что делать то? — Нужно его спасать, – решительно сказал Стоун. — Ты сдурел? Ты сдохнуть вместе с ним хочешь? — Пока мы тут с тобой собачимся, он точно превратиться в никому ненужный труп. Тяжело вздохнув, Томас, положив руку на плечо другу, произнес: — Я сам. Найди что-нибудь, что может стрелять и прикрой меня, уяснил? Но уяснять Алексу не пришлось. Вожак обезьяной стаи запрыгнул на лежащий бочком фургон, раздавив его, схватил орущего и хнычущего паренька, поднял его вверх и начал им махать из стороны в сторону (словно играя с тряпичной куклой), ломая ему все кости, а затем попросту разорвал худенькое тело пополам, отбросив переднюю его часть к ногам мистера Хилла. — Охренеть… кажется, теперь точно пора валить! Алекс не мог с этим согласиться. Двое шахтеров развернувшись дали деру. Горилла, не желавшая отпускать свои маленькие игрушки, в два прыжка оказалась уже перед ними. Издав рык, та замахнулась лапищей, но получила порцию выстрелов из пулеметов и полуавтоматических винтовок. Это подоспели солдаты, во главе с капитаном спецгруппы.