Двойная сделка

          Ульяна неуверенно вышла из комнаты спиритизма и тяжело привалилась к стене. Слабость была настолько сильной, что девушка с трудом держалась на ногах, но желание добраться до дивана, вынудило ее пойти в нужную сторону. Только не успев сделать и пару шагов, она почувствовала, как ноги подкосились, а в следующий миг она лишилась чувств.          Став медленно приходить в себя, она поняла, что лежит на диване. Едва приоткрыв глаза, она их тут же вновь закрыла – головокружение было настолько сильным, что комната вертелась перед глазами. Но этого мгновения ей хватило, чтобы понять, что рядом с ней находится Феликс.          - Не надо, - неуверенным голосом прошептала она, борясь с тошнотой. – Ничего не делай.          - Я хочу помочь тебе, - вампир постарался успокоить Ульяну, продолжая и дальше свои магические действия над ней.          - Ты можешь навредить… ребенку, - с трудом подняв правую руку, она положила ее себе на живот. Сил двигаться пока не было, поэтому она продолжала лежать с закрытыми глазами.          - Ребенку? – изумленно переспросил мужчина, не сводя с девушки глаз. – Ты… беременна? – он тяжело опустился на диван в ногах Ульяны, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями. Он столько времени пытался понять причину холодности девушки, не допуская самого банального: ее чувства остались в прошлом, и сейчас ее сердцем владеет тот, от кого она ждет ребенка.          Не желая верить в это, Феликс перевел взгляд на медиума. За те несколько минут, что он пытался привести ее в чувства, он не почувствовал малыша, а он был уверен, что сразу бы уловил его. Но закравшиеся мысли о том, что Ульяна просто бредит, ему тут же пришлось отмести. Ее первым желанием, даже в полуобморочном состоянии, было защитить ребенка, а любая здравомыслящая мать, прежде всего, подумает о своем малыше, а уже затем о себе. Понимание того, что он потерял девушку, резануло его по сердцу, а душу пронзило ядовитой стрелой. Только сейчас он понял, что окончательно лишился Ульяны.          Медиум постепенно приходила в себя, головокружение и тошнота отступали. Открыв глаза и увидев Феликса, она тихо произнесла:          - Я полежу еще пару минуточек, и все пройдет. Спасибо, что помог мне, - она неуверенно улыбнулась, боясь сказать лишнее слово или сделать что-то не так.          - Я заварю тебе чай, - не в силах именно сейчас находиться рядом с Ульяной, Феликс поспешно встал и направился на кухню.          Каждый шаг давался с неимоверным трудом, казалось, что каждое желание и каждая мысль, связанные с Ульяной, сейчас с грохотом падали ему под ноги, а он о них спотыкался. Вся любовь, которая столько времени теплилась в его сердце, разлилась ядом по всему телу. Он снова потерял ее. В очередной раз из-за своей медлительности и осторожности он лишился единственно-необходимой ему женщины. Только на сей раз уже навсегда.          Ульяна не спешила подниматься. Она не думала, что Феликс узнает о ее положении вот так, случайно. Она с самого начала беременности раздумывала над тем, как именно преподнести эту новость вампиру, но каждый раз, к какому бы результату не приходила, продолжала откладывать разговор с мужчиной. Она понимала, что причинит ему сильную боль, и так же понимала, что рано или поздно ее тайна раскроется, только вот как смотреть Феликсу в глаза, она совсем не знала.          Медленно сев на диване, она посмотрела в сторону кухни. Вампир, как и собирался, приготовил ей чай и сейчас наливал его в чашку. Прислушавшись к своим ощущениям, медиум поняла, что все недомогание прошло и сейчас она чувствует себя вполне сносно. Поэтому встав, она медленно направилась к мужчине и сев за стол, пододвинула к себе кружку.          Феликс не спешил занимать стул напротив. Достав из холодильника кровь и наполнив бокал, он сделал несколько глотков, не поворачиваясь к Ульяне, и только после этого подошел к столу.          - Ты действительно беременна? – прекрасно зная ответ на свой вопрос, все же спросил он.          - Да, - не поднимая глаз от кружки, ответила она.          - Почему ты не сказала об этом раньше?          - Феликс, у нас уже давно не те отношения, что были прежде, я не должна перед тобой отчитываться, - стараясь говорить твердо и уверенно, ответила она.          - Не должна, - поморщившись, согласился он. – Но на всякий случай, к примеру, такой, как был сейчас, я должен знать о твоем положении. Мы много времени проводим вместе, я могу помочь тебе в случае необходимости.          - Я все это понимаю, и спасибо тебе за помощь, но я не хочу, чтобы на моего ребенка воздействовали магически. Я человек, и как любая женщина, буду справляться со всем самостоятельно. Токсикоз - неотъемлемая часть беременности, поэтому недомогания будут случаться, но я надеюсь, что обмороков больше не последует. Я проконсультируюсь с врачом по этому поводу. – Ей нелегко далась вся эта речь, желание посмотреть на мужчину и понять, убедила ли она его в своих словах, было слишком велико, но страх, что он прочитает по ее глазам правду, не позволил этого сделать.          - Возможно, тебе не стоит больше работать, - вампиру было не по себе от того, что она отказывается от его помощи, но как бы ему сейчас не было тяжело от свалившейся на него новости, беспокойство за здоровье Ульяны взяло верх над его чувствами.          - Нет! – твердо заявила она и вскинула голову. – Я буду работать! Мне нравится моя работа, и я не собираюсь ее бросать!          - Рано или поздно это все равно придется сделать, - переводя взгляд на ее пока плоский живот, сказал Феликс.          - Давай не будем заглядывать так далеко, - неожиданно дрогнувшим голосом попросила она. – Даже с ребенком я не собираюсь оставлять работу. Да, мне потребуется какое-то время после родов, чтобы прийти в себя и привыкнуть к жизни с малышом, но это не значит, что я заброшу работу.          - Ты права, об этом пока рано говорить, - вся эта история не давала ему покоя и в данный момент обсуждать с Ульяной ее будущее, он был не в состоянии. Слишком невыносимым было представлять ее с другим и при этом знать, что ему самому больше нет места в ее жизни. – Как ты себя чувствуешь?          - Все хорошо, - она несмело улыбнулась и посмотрела в лицо вампира. Он, как всегда, выглядел отстранённым и безразличным, но она его слишком хорошо знала, чтобы видеть сейчас вместо искусно надетой маски его искренние чувства и эмоции, поэтому отчетливо улавливала его затаенную боль и отчаяние. Ульяна поспешно опустила голову вниз, пряча виноватые глаза.          - Тогда я пойду к себе, - не дожидаясь ответа, он взял со стола бокал и устремился в логово.          Девушка проводила его взглядом, понимая, что не может ничего изменить и хоть как-то облегчить его боль.          Оказавшись в кабинете, Феликс почувствовал, что ноги ослабели, и не в силах больше идти, он переместился в свое излюбленное кресло. Откинувшись на спинку и закрыв глаза, он постарался заново прокрутить в голове все то, что только что произошло, но, сколько бы времени не проходило, смысл не менялся – Ульяна была беременна. Вопрос о том, кто отец, не стоял. Он был уверен, что это Макс. Презрительно поморщившись, он закинул ногу на ногу и уставился в стену перед собой.          Сколько веков он уже жил на этом свете?.. Для него не существовало времени, но в зависимости от периода жизни, оно могло то ускорять свой бег, то наоборот, замедлять его. А вот рядом с Ульяной оно было незаметным.          Совсем недавно, всего два месяца назад, он считал ее своей. Она плакала в его объятиях и, не переставая твердила, что не может его потерять. Тогда ему казалось, что его жизнь наладилась. Да разве мог он думать иначе, когда рядом с ним была любимая женщина?!          А затем в один миг все изменилось. Появление Темной отразилось не на нем и Максе, а на Ульяне. И если в момент ее визита Феликс испугался того, что медиум вернется обратно к Максу, то она удивила своей внезапной холодностью обоих братьев.          Вампир до сих пор не понимал, что на нее так подействовало. Темная в тот раз не причинила им вреда, хотя и появилась с целью уничтожить. И пусть в тот момент Феликс был обычным человеком, он понял, что ее отозвали обратно, только не понял, почему и зачем. С того дня она больше не появлялась, но именно с тех пор все изменилось.          Угроза смерти всегда заставляет иначе взглянуть на тех, кто тебе дорог, и он предполагал, что именно в тот момент Ульяна в очередной раз задумалась о правильности своего выбора. Но и сам Феликс повел себя неправильно, он дал ей время для того, чтобы все обдумать и отступил, не решаясь на серьёзный разговор. Возможно, именно тот его поступок привел к тому, что происходит сейчас. Он ожидал от Ульяны окончательного решения, но вместо ответа она все больше и больше стала отдаляться от него, а спустя время и вовсе закрылась от него.          Он помнил тот переломный момент, после которого понял, что теряет ее. Она несколько дней пребывала в задумчивости, была рассеянна и несобрана, и даже с духами умерших не могла общаться. А затем она отпросилась на три дня, сославшись на плохое самочувствие. Он отпустил ее без вопросов, видя ее состояние. После возвращения она окончательно установила рабочие рамки между ними. Ульяна намеренно отгораживалась от него и одергивала каждый раз, когда он стремился позаботиться о ней или как-то проявить свое внимание.          Теперь он понимал, что, скорее всего, именно в те дни своего отсутствия она либо забеременела, либо узнала о своей беременности, именно поэтому позже ее поведение так сильно и изменилось.          Вот только Феликс думал, что Ульяна ведет себя так отстраненно не только с ним, но и с его братом, но как оказалось, к Максу она была добрее, о чем говорила такая скорая беременность.          От злости он смахнул со стола все шахматы. Да он готов был разнести весь кабинет и не только его, но понимал, что это ничего не изменит. Злость на самого себя и на Макса грызла его изнутри, хотелось разодрать себе душу и выпустить эту ярость наружу, но и этого он сделать не мог.          Феликс не представлял, как сможет регулярно видеть Ульяну, наблюдать за развитием беременности и при этом знать, что каждый вечер она будет возвращаться к его брату. К тому, кто явился перетащить его на сторону Тьмы, к тому, кто всеми способами стремился доказать, что Добра не существует, к тому, кто лишил его единственного Света. Вампир только надеялся, что все это не было игрой со стороны Макса и что он действительно любит Ульяну, а не доказывает таким способом, что у медали есть две стороны – светлая и темная.