Врач

      Он начал следить за Сансой уже давно, тогда она только начала встречаться с Джоффри. Прошло только полгода, а он уже знал о ней фактически всё. Что она обычно ела на завтрак, какие использовала духи, на каком автобусе ездила домой, какой плакат висел у неё над кроватью — всё. Он узнал так много, что мог с точностью сказать, какую булочку она сегодня купит, или как скоро заметит, что земля в горшке с её любимыми маками уже сухая.       Также он знал о каждом синяке и каждой ране, которые наносил ей Баратеон. И уже обдумывал, как накажет парня за то, что тот подпортил его игрушку. О нём он тоже знал очень многое. И одна информация была очень занятная. Ей он мог бы причинить очень много боли и этому заносчивому блондинчику, и его мамаше, и отцу. И уже даже предпринял первые шаги по нанесению морального вреда семье Баратеонов. Следующие на мушке были Старки, потом Тиреллы и всё остальные знатные семьи их страны. Но пока было ещё рано. До финала оставалось ещё несколько месяцев.       Но появление новой фигуры на его арене доставило мужчине своеобразное удовольствие. Ведь осознание того, что ещё одному человеку он сможет сделать больно, не могло не принести ему радости…

***

      Плечи, по которым роскошным шлейфом спускались рыжие волосы, вздрагивали при каждом всхлипе. Рыдания не прекращались, и Сандору стало казаться, что скоро пол придётся вытирать тряпкой.       Он нерешительно подошёл к девушке и присел перед ней на одно колено.       — Мисс Старк… — позвал он её.       От грубого голоса Санса дёрнулась, наконец, вспоминая, что в палате она всё ещё не одна. Она попыталась успокоиться и вытерла мокрые щёки рукавом.       — Простите… — просипела она, охрипшим от слёз голосом.       — Он… этот мерзкий подонок… Он часто бьёт вас? — замечая покрасневшее место от удара, неожиданно спросил мужчина.       Рыжеволосая посмотрела ему в глаза и снова не смогла сдержать слёз.       — Почти каждый день...— отворачиваясь, ответила она. — Каждый раз, когда у него плохое или слишком хорошее настроение.       — Зачем вы это терпите? — в голосе было заметно возмущение.       Она грустно улыбнулась, снова заглядывая в его глаза:       — Я не знаю.       Он больше ничего не спрашивал и ничего не говорил. Протянув руку, мужчина помог Сансе встать, а потом проводил её до кровати, бережно, как будто что-то очень ценное, придерживая её за плечи.       Укрыв её одеялом, он собрался уйти, но Старк схватила его за халат и прошептала:       — Не уходите, пожалуйста…       Он молча посмотрел в её глаза, там было столько отчаянья, страха и боли, что Сандор невольно сглотнул. Он не мог её сейчас бросить…       — Я сейчас вернусь, обещаю, — тихо сказал он своим хриплым и грубым голосом, совсем не вписывающимся в эту атмосферу.

***

      Джоффри сломя голову бежал по больничным коридорам. В голове всё ещё не укладывалось, что какой-то докторишка позволил себе дотронуться до него. Рука всё ещё побаливала.       В голове промелькнуло опасение, что врач может засунуть свой нос в его дела и помешать его планам. Конечно, до их с Сансой свадьбы оставалось уже не так много времени и вряд ли такой человек как этот Сандор Клиган мог бы отговорить Сансу, но всё же нужно бы принять некоторые меры предосторожности. Он не мог упустить того богатства, что достанется ему после вступления в брак. Ведь этот капитал Старков был очень важной составляющей его замысла.       Внезапно он остановился у поворота в холл, отчётливо слыша бойкий женский голос:       — Катись к чёрту! Думаешь, я не справлюсь без тебя?! Думаешь, не смогу поднять моего малыша самостоятельно?! Так вот! Ты глубоко ошибаешься! Мне не нужны твои деньги! Исчезни из моей жизни, жалкое ничтожество! Я тебя ненавижу! — кричала девушка с такой яростью, что у Баратеона побежали мурашки.       Услышав звук пощёчины и быстро приближающихся шагов, он хотел было уйти, но не успел. Та самая девушка врезалась в его грудь и застыла. Он почувствовал, как намокает его рубашка от её слёз, и стало так стыдно…       Ведь Санса наверняка чувствует себя не лучше и даже хуже… Ведь у неё нет такого стойкого и сильного характера, как у этой незнакомки, чтобы дать ему отпор.       — Я могу вам чем-нибудь помочь? — спросил юноша, кладя свою руку ей на плечо.       Девушка ещё несколько раз всхлипнула и подняла на него свои заплаканные глаза. Голубые, как небо, как море… и в них хотелось утонуть…       — Простите, — неловко проговорила девушка, в прямом смысле отпрыгивая от Джоффри.       — Ничего… — на его лице появилась чуть заметная улыбка, что в последнее время так редко с ним случалось. — Так я могу вам чем-то помочь? — снова повторил он.       — Только если у вас есть на примете какой-нибудь молодой человек, который в ближайшее время мог бы жениться на мне… — горько усмехнулась девушка, стирая с лица последние следы влаги.       На миг парню показалось, что его пронзила молния. Впервые в жизни его охватило такое… такое необъяснимое чувство!       — Простите, — снова повторила незнакомка. — Я, наверное, задержала вас.       — Нет-нет, ничего страшного, — Баратеону стало так страшно, что она сейчас уйдёт и он больше не увидит эту странную девушку. — Могу я узнать ваше имя?       Вопрос прозвучал немного резко и неожиданно, но девушка, перекинув на другое плечо свою длинную русую косу, с улыбкой ответила:       — Ну, раз уж я испортила вам рубашку и отняла у вас время, то надо бы и представиться. Меня зовут Маргери Тирелл. Но зачем вам это?       — Просто… я, кажется, могу вам помочь…

***

      Санса натянула лёгкое покрывало до самого лица и попыталась успокоиться. Но это ей не особо удавалось. Как же сейчас хотелось оказаться рядом с мамой, уткнуться ей в плечо и рассказать всё, что её так волновало. А мама чтобы погладила по голове, успокоила и сказала, что всё будет в порядке. И чтобы не видеть этого мерзкого человека, который медленно и мучительно разрушает её жизнь.       Перед глазами снова всплыл тот момент, когда в палату залетел доктор Клиган и остановил Джоффри. Заслонил её собой. Но почему он так поступил? Почему не испугался власти Баратеона, о которой невозможно было не знать? И почему ей так отчаянно хотелось, чтобы он побыл с ней рядом?       Вопросов было явно больше, чем ответов. Девушка, в который раз поёживаясь, взглянула на часы над дверью. С того момента как ОН ушёл, прошло уже полчаса.       «Он не придёт. Он наверняка и так жалеет, что влез в это дело. И вообще, зачем ему это нужно? Он уже взрослый мужчина, которого дома наверняка ждёт жена, а возможно, и ребёнок», — от этих мыслей сердце болезненно сжималось и не только из-за того, что он не приходил. Просто она уже не верила в то, что у неё когда будет своя большая семья.       «Но он же пообещал», — промелькнуло в голове.       Девушка снова вспомнила его лицо. Левая его сторона была изуродована страшным ожогом, уха, кажется, не было вовсе, а на челюсти виднелся небольшой кусочек кости. Но это её совершенно не отталкивало. И в тот момент, когда он заступился за неё, его карие глаза пылали такой яростью, такой ненавистью, что он становился похожим на грозного хищника, который пытается защитить то, что ему… дорого?       Санса провела руками по лицу, пытаясь, наконец, понять окружающий её мир.

***

      Прошло уже два с половиной часа, как Сандор Клиган покинул палату Сансы. И всё это время её образ не давал ему покоя. В мыслях снова и снова всплывали её ярко-синие глаза, в которых плескалось отчаянье, они словно просили за неё: «Помоги!», её стройный силуэт под лёгким летним платьем, тонкие длинные пальцы, хватающие его за халат…       — Эй, вы слышите меня, мистер Клиган! — позвала пациентка, и мужчине пришлось вырваться из потока своих мыслей.       — Д-да, конечно, — он снова принялся писать рецепт, в который раз отмечая, что слишком рассеян. — Вот, — протянул он женщине бумажку, — я всё расписал подробно. Принимайте эти таблетки в течении двух недель, а потом снова приходите на приём. И не забывайте соблюдать ту диету, что я вам прописал.       Пациентка поблагодарила врача и вышла из кабинета. Сандор с облегчением снял маску с лица и подошёл к приоткрытому окну. Погода обещала быть замечательной, и он вдохнул свежего воздуха. Сейчас у него обед.       «Может хоть раз в жизни воспользоваться им полноценно?» — промелькнула мысль. — «Я ведь обещал.»       И словно в подтверждение его словам память услужливо подкинула её фразу: «Не уходите, пожалуйста…»       Постояв у окна ещё несколько минут, мужчина снова натянул маску и, положив в медицинскую сумку всё нужное, направился в палату в отделение патологии беременности.              Джоффри аккуратно открыл перед Маргери дверь, пропуская её в кафе. Оно было маленьким, но очень уютным, и блондин не пожалел, что решил зайти именно сюда. Они прошли в самый конец зала и заняли крайний столик у окна.       Маргери заметно нервничала и, видимо, уже успела пожалеть, что сорвалась на незнакомце, выворачивая на него все свои проблемы.       Баратеон заметил, как девушка нервно теребит салфетку, поэтому накрыл её маленькие холодные ладошки своей рукой и, к собственному удивлению, широко и искренне улыбнулся.       — Не волнуйтесь, всё в порядке. Вы можете мне всё рассказать, а я взамен обещаю вам помочь.       — Но зачем это вам? — она удивлённо повела бровями.       — Хм… — Джоффри пожал плечами, впервые, наверное, задумываясь над этим вопросом. — Не знаю… Просто мне очень хочется вам помочь, — задумавшись на мгновенье, он предложил, — и может уже всё-таки перейдём на ты?       — Хорошо… Но поверьте, то есть поверь: если у тебя какой-то злой умысел, то знай, я не такая беззащитная, какой кажусь на первый взгляд!       От её пронзительного взгляда у него перехватило дыхание, её слова эхом повторялись у него в ушах и он понял, что никогда в жизни не причинит этой девушке вреда… Её сосредоточенное лицо, горделивая осанка, бесстрастный голос заставляли поверить в то, что она действительно не просто слабая девушка.       — У меня нет злого умысла, — негромко проговорил блондин, почему-то вспоминая всхлипы Сансы, доносившиеся утром из душа. — Я правда хочу помочь.       Маргери снова посмотрела в его глаза. Она не могла понять этого человека. Зачем ему помогать незнакомой девушке? Но там не было скрытого обмана, его ладонь, лежавшая на её руках, была тёплой и как будто обещала укрыть от проблем.       — Тогда слушай, — наконец сказала девушка. — Моя семья — одна из самых состоятельных в нашем городе. Моя бабушка является владелицей самой крупной сети цветочных магазинов по всей стране, а у отца свой бизнес, связанный с производством оружия. С самого детства меня и брата воспитывали как будущих наследников. Все эти глупые манеры, обычаи, этикет… — грустная улыбка коснулась её губ. — Никаких бесполезных игр и развлечений. Никаких друзей. Каждый день расписан по часам. Представь, как я была рада, покинув наш семейный особняк, когда мне исполнилось 18. Я, наконец, стала свободной! У меня появились друзья, о которых я так мечтала, а потом и любимый человек… — она о чём-то задумалась, засмотревшись в окно. — Я поругалась со своей семьёй, сказала им, что больше никогда не вернусь в этот проклятый особняк. Бросила учёбу, ведь я никогда не хотела быть юристом, на которого заставила меня учиться бабушка. Я сразу же переехала в квартиру к своему парню, Ренли Баратеону… — Джоффри поморщился при упоминании имени своего дяди, надо же, какое стечение обстоятельств. — Мне казалось, он любит меня… Он очень разозлился, когда я рассказала ему, что отказалась от наследства. А два месяца назад я узнала, что жду от него ребёнка… — слово «ребёнок» было сказано с таким трепетом и нежностью, что юноша нервно сглотнул, снова вспоминая Сансу. — И знаешь, что Ренли сказал мне на это? — она подняла на него свои пронзительно-голубые глаза, наполненные слезами. — Что никогда меня не любил! Он был со мной только из-за денег, из-за богатства моей семьи. А ещё, что ему не нужен этот ребёнок. Но это мой малыш! Он уже живой! — по щекам Маргери скатились первые слезинки, а голос задрожал.       Джоффри не понимал её чувств, не понимал, почему женщины так сильно любят ещё неродившихся детей… Санса тоже плакала, тоже не хотела делать аборт… Ему снова стало противно от самого себя, как он может так издеваться над ней! Старк ведь совсем не виновата, что его жизнь превратилась в дерьмо! У него вообще есть сердце?!       — Но я не такая, как они все думают! Мне не нужны ни их деньги, ни их магазины! Я сама справлюсь! — холод в голосе заставлял кожу Баратеона покрываться мурашками. — Всё, что мне нужно, чего я хочу, это найти мужчину, который мог бы приютить меня на время и заключить со мной фиктивный брак. Потому что дому Тиреллов не нужны чьи-то бастарды. Я скажу родителям, что вышла замуж и больше не ношу эту ненавистную фамилию, чтобы они навсегда оставили меня в покое, увидев, что я жду ребёнка от законного мужа. А потом я уеду. Далеко-далеко, и никто больше не обидит ни меня, ни моё маленькое счастье… — Маргери погладила свой ещё совсем маленький живот и слабо улыбнулась.       Блондин шокированно смотрел на девушку. Он восхищался её силой, её несгибаемостью. Она всё ещё держалась на плаву, несмотря на все свалившееся на неё беды. Осанка по-прежнему оставалась прямой, а взгляд прожигающим. И только слёзы на щеках, указывали на её душевную боль…

***

      В дверь кто-то негромко постучал и Санса, не поворачиваясь, безразлично произнесла:       — Входите.       Сандор, подавляя волнение, вошёл в палату. Девушка сидела на кровати лицом к окну и, по её опущенным плечам он понял, что она подавлена. Он почти физически чувствовал тоску, исходящую от неё. Но самое страшное, то, что бесило его больше всего — мужчина не знал, как ей помочь.       — Я пришёл, — почему-то именно такое решение пришло ему на ум, просто показать ей, что она не одна.       И на удивление, это действительно подействовало. Старк вздрогнула и повернулась. Как он и предполагал: она плакала. На её лице отобразилась гримаса боли, а слёзы катились и падали на махровый халат. Клиган не мог оторвать взгляда от её синих глаз, которые так манили своей глубиной, они горели одновременно яростью и отчаянием, и он испугался, что они потухнут…       Неожиданно, не только для девушки, но и для себя, он оказался рядом и обнял её. Было так ново и непривычно ощущать чьё-то тело так близко возле себя. Она вцепилась тонкими пальцами в его белый халат, уткнулась ему в грудь и заплакала в голос. Сандор гладил её по голове и плечам, бормоча что-то бессмысленное и глупое.       — Я рядом. Всё хорошо. Он больше не тронет тебя. Теперь у тебя есть я. Моё плечо всегда прикроет тебя…       Вскоре рыдания прекратились, и только подрагивающие худые плечи напоминали о недавней истерике. Потом она совсем стихла и они просто сидели, вот так, прижимаясь к друг другу. А потом она спросила:       — Зачем ты носишь эту маску?       Он не мог видеть её лица, но был почти уверен, что синева её глаз такая же яркая…       — Ты знаешь почему. Я не хочу, чтобы другие смотрели на меня с отвращением.       — Но я же так не смотрю… — Санса всё же подняла голову и теперь смотрела на него в упор.       — Только ты. Остальные, увидев меня без маски, сразу же думают: «Фу… Какой урод. Как он вообще может ходить по улицам, где полно людей», — он смешно нахмурившись, передразнил этих неизвестных людей.       — В человеке главное душа, — с лёгкой улыбкой проговорила девушка. — И у тебя она совсем не уродливая.       От её искренности у Сандора защипало в уголках глаз, но он не отвёл взгляда.       — Только ты так считаешь, — буркнул он.       — Ну и что. Зато теперь у тебя тоже есть плечо, на которое можно опереться…