Midori tanabiku namimori no...

- Профессор! Эксперимент номер пятьсот семьдесят восемь подаёт признаки жизни! - совсем рядом раздался звонкий голос одного из лаборантов, отвлекая учёного от просмотра одного из неудачных предыдущих образцов, по которому он пытался найти причину гибели подопытного. - Уверены? - недоверчиво переспросил профессор, поправив съехавшие очки. - Да, профессор! Как и предполагалось, встройка ДНК прошла успешно и образец жив, - возбужденно помахивая папкой с результатами, восклицал мужчина. - Напомни, какая разработка тестировалась на этот раз? - устало потёр переносицу лидер всех этих людей, что собрались под его началом, преследуя одну, самую важную цель - получение знаний, хоть и несколько специфических... - Да, конечно, - кивнул головой молодой ученый, тут же перекладывая папку в другую руку и начиная листать её длинными, тонкими пальцами, частично перемотанными в бинты из-за последствий неудачных экспериментов, - Как вам известно, сейчас у нас есть девять образцов... Вернее, уже десять образцов удачных экспериментов с привитием птицам определённых областей ДНК, позволяющих развить мозг до показателей человека. На данный момент в живых после внедрения кода осталось довольно мало птиц. Успех сопровождал только один процент опытов. Однако, даже если на начальных этапах всё проходило гладко, многие из них погибали почти сразу после рождения, именно в этом и состояла вся сложность. Из первоначальной тысячи первый этап прошли всего сто десять, а после второго, как теперь известно, одиннадцать. Судя по мозговой активности последнего выжившего, его интеллект будет довольно высок, процентов на двадцать выше, чем у остальных. Поэтому, предлагаю номер пятьсот семьдесят восемь сделать лидером стаи, - запальчиво и с блеском в глазах быстро доводил информацию юный ученый. - Пока ещё рано делать выводы, - осадил мужчина своего коллегу и, по привычке, провёл рукой по седым, растрёпанным волосам, убирая их назад, - На данный момент нужно сделать так, чтобы подопытный выжил, - поправив белый халат, пробормотал мужчина и провёл языком по сухим губам. - Профессор... - неожиданно замялся молодой брюнет, - Я хотел задать вопрос... - и перевёл глаза на своё начальство. - Задавай, - махнул рукой мужчина, отправляясь на обследование территории. Заодно и посмотрит на последнего выжившего из партии. - Почему именно канарейки? - выпалил учёный и принялся пожирать начальство глазами, ожидая ответа. - А ты бы хотел, чтобы мы осуществляли опыты на более опасных зверях? - с насмешкой протянул старый ученый, - Представь, что мы, например, поставили такой эксперимент с собакой. Она выжила и получила не плохие мозги. Способна сама принимать решения и мыслит как человек. Если такое животное захочет нас всех убить, оно сделает это весьма изощренно. А теперь, представь, что этих собак тут так же была бы тысяча... - спокойно объяснил ситуацию ученый и усмехнулся, увидев побледневшего юношу, - Согласись, отбиваться от канареек легче. - Да, но.. Почему не воробьи и не голуби? Их ведь достать было бы куда легче, - всё же настаивал кареглазый. - Всё просто. Мне нравится желтый цвет, - пожав плечами, ответил ученый, чем вогнал молодое поколение в ступор.       На такое юный ученый не нашёл, что ответить, поэтому, оставшаяся дорога до инкубатора была преодолена в молчании. Войдя в нужное помещение, и пройдясь цепким, стальным взглядом глаз по резко подорвавшимся с мест подчиненным, взглядом, профессор подошёл к экрану, на который выводилось состояние выживших.       Пройдясь взглядом по всем критериям, ученый остался доволен. У всех у них увеличился срок жизни, сравнявшись с человеческим, что не могло не радовать, не придётся заморачиваться с воссозданием каждые несколько лет. Теперь у них есть много времени в запасе для того, чтобы всесторонне их исследовать и тогда следующая партия образцов выйдет с гораздо меньшими потерями и более высоким качеством получаемого материала.       Кивнув себе, ученый открыл последний блок сведений. В нём находилась информация о последнем, только недавно подавшим о себе знать эксперименте. В деталях рассмотрев всё, что только можно, старый ученый оказался приятно удивлён. Образец получился просто прекрасным. Мозговая активность невероятно велика, что не могло не радовать. До взрослого человека она, естественно, не дотягивала, но была где-то на уровне ребёнка двух лет.       Это значило, что он будет довольно способным. Будет не плохой идеей поставить его во главу стаи. Если он выживет, конечно... Да и могут возникнуть некоторые проблемы из-за того, что физически эта канарейка несколько слабее других, но это, скорее всего, сможет выровняться, достаточно только следить за питанием и заставлять птицу больше двигаться. - Переместите образец из инкубатора в отдельную комнату. На данный момент лучше держать его подальше от всех остальных, - сложив руки на груди, отдал приказ мигом встрепенувшимся ученым профессор. - А что делать с десятью? - подал голос один из находящихся тут работников. Ученый даже не стал узнавать, кто именно, а только развернулся и ушел прочь, уже на пороге отдав последние распоряжения. - Их поместить вместе, но не давать никому становиться лидером.

***

      Просыпаться было довольно трудно. Тело не слушалось, а мозг отказывался подавать дельные мысли. Даже банально думать было лень. Поэтому, недолго думая, расслабилась. Какой прок напрягаться? Ради чего? Вот именно, неизвестно, а значит, смысла для себя я не вижу.       Вот только моё мнение, видимо, мало интересует других, поскольку я почувствовала, как меня схватили. Всё бы ничего, вот только обхватили всё тело сразу! В панике резко открыла глаза, но тут же их зажмуриваю из-за слишком большой четкости изображения. Чуть переждав, а заодно почувствовав, что на меня пристально смотрят, заново открываю глаза. Глаза больше не режет необычная резкость, но от этого не становится легче. Поверьте, когда вы видите перед собой гигантское лицо человека - это не добавит вам душевного равновесия.       Испугавшись, истошно заорала и задёргалась, вот только вместо крика вышло какое то испуганное чириканье. А дёрнуть я смогла только ногами, да и то, прикоснувшись к чему-то, поняла, что у меня только четыре пальца, да ещё один из них как-то странно отставлен назад. - Тшш, - произнёс держащий меня в.. Руках? Великан.       Я помещаюсь в ладонь этому человеку! Что это значит?! Так, стоп истерика, хватит чирикать на всю округу... Чирикать... Нет, ну, не может быть. Я же была человеком? А так тонко поют только певчие птицы. Тут явно что-то не так.       Что последнее я помню? Я умирала. Помню холод и страх. Помню дикую надежду, которую всколыхнули слова моего Ангела Хранителя. Он обещал показать мне мир с другой стороны... Это и есть она? То есть, я умру уже лет через пять, будучи запертой в стальной клетке? Нет, нет, нет! Это слишком ужасно, чтобы быть правдой!       Вот только реальности плевать на мои мысли и доводы разума. Пока я пыталась успокоиться и не умереть от разрыва сердца (что теперь актуально), меня куда-то несли. Сначала мы покинули странное помещение с огромным количеством компьютеров и прочих инженерных новшеств и вышли в длинный, белый коридор, освещаемый только искусственным светом люминисцентных ламп. Пройдя до конца коридора, несший меня в руке кареглазый шатен открыл дверь. За которой, как это ни странно, но была устроена мини-оранжерея. Комната была покрыта зелёными растениями почти полностью, только потолок был сделан в небесном стиле - голубой, с барашками облаков. Ну, а вместо солнца в потолок была вмонтирована довольно крупная лампа в круглом плафоне. По бокам комнаты я так же обнаружила подсветку.       Что-то пробурчав на непонятном мне языке, мужчина прошёл в комнату и аккуратно поставил меня на ближайший широкий, зелёный выступ. Вот только, поставить то поставил, а ноги... Или уже лапки? Не держат своего обладателя, поэтому я тут же упала на живот.       Вздохнув, человек в белом халате, принёсший меня сюда, буквально двумя пальцами обхватил меня с боков и заново поставил на ноги. Всё повторилось. Затем повторилось ещё раз, и только попытке на десятой я смогла неуверенно удержаться на лапах без посторонней помощи. Сразу же послышался облегченный вздох и передо мной насыпали небольшую горку семян.       Недоверчиво посмотрев на предложенное угощение, перевела взгляд на человека. Если честно, то меня сейчас вот прямо в последнюю очередь волнует процесс поглощения пищи.       Буркнув что-то на своём языке, человек ушел, оставив меня одну. Не став медлить, попробовала сделать неуверенный шаг. Казалось бы, что в этом сложного? Вот только стоило мне привычно поднять и передвинуть ногу, как я, не удержав равновесия, впечаталась.. клювом в пол.       Интересно, а если я буду материться, люди будут слышать это как пение?       Кое как улегшись на живот, предприняла попытки подняться самостоятельно. Вот только по привычке попыталась упереться в пол руками. Вместо этого получилось как-то ущербно подвигать крыльями по горизонтали. Прекратив бесполезные махания, попробовала перевести взгляд на ноги. И, честно сказать, это весьма неудобно. Пришлось сильно повернуть голову и склониться, чтобы увидеть всё лучше. Да и вообще осмотреть себя нужно.       Ну, что я могу сказать, я желтого цвета... Да. И распушенная. Это всё. Судя по всему, со стороны я буду казаться пухлым, желтым шаром. Повернув голову на девяносто градусов, исправила сама себя. Я буду пухлым, желтым шаром с довольно длинным хвостом.       От всей этой бредовой ситуации хочется и смеяться и плакать одновременно. Потрясающе. Просто восхитительно, я стала птицей. Предположительно, канарейкой... Вид не знаю, ибо не разбираюсь в этом. Так, ладно, вдох-выдох. У птиц слабое сердце, они умирают от стрессов.       Кое-как восстановив своё душевное состояние, я приняла решение, что мне нужно как-то отвлечься от всего этого. А учиться заново ходить - самое то. Думаю, что если сосредоточусь на этом, то смогу уже в самом ближайшем времени научиться ходить. Или канарейки прыгают? Они вообще ходят по земле? Вопросов много, а ответов нет. Похоже, всё придётся постигать исключительно на практике и благодаря своим шишкам.       Приняв для себя решение, я попыталась для начала просто пошевелить злополучными конечностями. Оказалось, что это сделать не так-то просто. Моя память о том, как надо двигаться была совершенно не применима для птицы, а это сильно усложняло дело. Всё же, выгнутые в обратную сторону ноги сильно сбивают с толку, хотя и приятно лежать, поджав их к грудке... Секундочку. А вот этот птичий рефлекс, почему то, сохранился. Я автоматически, не думая поджимала всё это время лапки, когда падала.       Немного напрягшись, я всё-таки почувствовала те мышцы, которые отвечают за это. После чего, напрягая и расслабляя мышцы, попыталась найти те, которые отвечают за обратный процесс. Что было довольно трудно и отняло у меня что-то около часа. Точнее не скажу, ибо часов нет и ориентируюсь я по своим ощущениям.       В конце концов, изрядно намучившись, я всё-таки смогла понять, что именно мне нужно делать для нормального передвижения. Поэтому, на проверку пошевелив лапками и убедившись, что всё хорошо, немного напряглась и встала. Удалось это относительно легко, но эту небольшую победу я списываю на хвост, ибо всё равно немного на него упираюсь, но так, чтобы ненароком не повредить перья.       Радостно чирикнув, я попробовала сделать первый шаг и... упала. Да что ж такое?! Разозлившись, не сразу заметила, что нахохлилась, пришлось в срочном порядке успокаиваться, не хватало ещё, чтобы перья топорщились в стороны, и без того на шар похожа.       Немного покачавшись из стороны в сторону, наконец поняла свою ошибку. Вы видели, как ходят большинство птиц? При каждом шаге они двигают в такт головой, как-то себе этим помогая. Думаю, что мне это должно помочь в данной ситуации.       Заново поднявшись, а, заодно, отметив, что теперь мне удаётся это делать значительно проще, сделала первый шаг, качнув в такт движению головой. Как ни странно, но теперь у меня всё получилось. Хотя я и чувствовала себя при этом невероятно глупо. Но всё таки будучи птицей я себя ощущаю не так глупо, как если бы я сделала что-то подобное будучи человеком.       Вдохновившись своей небольшой победой, я продолжила вышагивать по зелёной поверхности, наворачивая круги вокруг горстки зерна. Устав, тут же прилегла, восстанавливаясь после утомительной, пятиминутной прогулки...       Взгляд тут же наткнулся на несколько семян, откатившихся от общей горки и находящихся прямо передо мной. Брезговать я не стала и, подхватив еду клювом, немного её перемолола и быстрым движением заглотила.       Ну, что могу сказать, вкус птицы чувствуют довольно странно, не языком, а нёбом и горлом. Это весьма странно. Впрочем, придётся привыкать и к такому. Выбора у меня всё равно нет.       Кстати, что интересно, лёжа на поверхности этого выступа, я ощущаю все его шероховатости, будто теперь всё тело имеет такую же способность к осязанию, какая раньше была только на кончиках пальцев. Поёрзав немного, можно полностью изучить поверхность под собой. Что я сейчас и делала. Каждым пёрышком ощущая прожилки на листьях и небольшие зазоры между растениями.       Чуть посидев так некоторое время, почувствовала, что меня сильно стало клонить в сон. Сопротивляться этому чувству я не стала, поэтому, устроившись поудобнее, уснула.

***

- Ну что, как продвигается работа? - спросил профессор у молодого ученого, который и был ответственен за выжившую пичугу. - Приспособление проходит быстрыми темпами, - поправив монокль, отрапортовал ему красноволосый ученый, - Подопытный смог совладать со своим телом довольно быстро, потратив минимум времени на обдумывание ситуации, однако, проявления активности весьма краткосрочны. После нескольких минут активности следует передышка в несколько часов. Однако, даже так это всё равно быстрее изначального плана по реабилитации первоначальных инстинктов. - Это хорошо, - покивал головой профессор, возвращаясь к своему исследованию. Необходимо было узнать, почему некоторых из подопытных разрывало на части... - Сообщите мне, когда он полностью адаптируется. - Хорошо, - сверкнул линзой монокля мужчина и, развернувшись, удалился.

***

      Я тут уже неделю. Уже чёртову неделю. Честно говоря, я почти умираю от скуки, мне совершенно нечего делать, так как я уже успела разобраться с тем, как работает этот организм и спокойно приспособилась к этому. Уставать я теперь стала меньше, а потому прогуливаюсь я по этой комнате всё дальше, впрочем, не выходя за пределы того, откуда я не смогу допрыгнуть обратно.       Почему допрыгнуть? Просто я всё ещё не научилась летать. Да и, собственно, не горю желанием. Зачем мне это? Да и тем более, если я отсюда спрыгну, то точно разобьюсь обо что-нибудь, я в этом уверена. Знаете, не так-то просто это - взять и полететь. Даже если у меня есть всё для этого необходимое, человеческий разум отказывается верить в возможность полёта всего организма в целом, не получая в конце фатальных повреждений.       Кстати, ко мне регулярно заходят двое мужчин. Один из них это тот, который и доставил меня сюда. Тощий брюнет с карими глазами и постоянно нахмуренными бровями, будто он всё время пытается решить одному ему ведомую задачу. А второй - красноволосый человек с моноклем и золотыми глазами. Не знаю почему, но интуиция просто волком на него воет, предупреждая об опасности, и я склонна ей верить. Мало ли, животные вообще чувствительны к людям, так что игнорировать природный детектор неприятностей не стоит. Они постоянно приносят мне немного еды, рассыпая её в разных углах, но так, чтобы я могла заметить, куда они её положили, а после спокойно удалялись. Вот только для меня все эти походы за едой приравнивались к переходу через Карпаты. Ага, пересеките большую комнату по бурьяну, будучи мелкой канарейкой.       Вот и сегодня, снова открылась дверь и впустила сюда двух одинаково одетых мужчин. Только у одного из них был корм, а у другого планшет, в котором он что-то быстро печатал. - Фьють, - присвистнул кареглазый, подзывая меня. Они вообще разработали целую систему знаков-команд, что были довольно странны в понимании. Ладно, ещё я понимаю, что надо делать, а вот как всё это запоминают обычные птицы?       Кое-как доковыляв до удобного места обзора, остановилась и пристально уставилась на них, ожидая дальнейшего развития событий. И они не заставили себя долго ждать. Брюнет достал из кармана своего халата упаковку корма для канареек и помахал им в воздухе, явно привлекая моё внимание. Затем он высыпал часть корма на руку и выпрямился. Подойдя к самой высокой и тонкой платформе, которая тут установлена, он положил корм туда.       Он издевается? Да туда можно попасть, только если уметь летать! Пытаются таким способом заставить меня выполнять то, что они хотят? В принципе, для дрессировки животного они выбрали правильный вариант, но от этого не легче.       Скептически посмотрев на мужчин, возмущенно просвистела. - О, - только и сказал златоглазый и принялся заново тыкать в экран.       К сожалению, речь их я до сих пор не понимала, да и мало для этого недели, но я не отчаивалась, пытаясь запоминать обрывки слов и фраз и соотнося их с реальностью. Получалось плохо, но тут уж, чем богаты.       Делать нечего, если я хочу не помереть с голода, мне придётся выполнять их указания. В следующий раз они всё равно придут только часов через шесть, за это время птичий организм загнётся от голода. Да, как оказалось, мне нужно питаться почти постоянно. Организм по какой-то причине постоянно голоден, даже наедаться впрок у меня не получается, это даёт максимум ещё несколько десятков дополнительных минут к моей активности, а потом меня снова сильно клонит в сон. Я тут вообще дьявольски много сплю, почти по пятнадцать часов в день. А с чем это связано, я всё никак не могу понять. Вроде бы ничего такого не делаю, а силы уходят, как будто их через трубочку кто-то высасывает.       Помявшись с лапки на лапку несколько минут, я всё же решила попробовать старый дедовский способ, который используют все птицы испокон веков... Падение в пропасть. Ну, в моём случае это падение с выступа на пол. Вот только даже это может оказаться для меня смертельным, не смотря на то, что тот находится всего в метре от земли.       Собравшись с духом, несколько неуверенно расправила крылья и пару раз взмахнула ими для проверки. На вид всё было прекрасно... Вот только всё равно страшно. То, что я решилась это сделать, вовсе не означает то, что я вот сейчас возьму и ринусь в пропасть очертя голову. Нет, для начала нужно попрактиковаться...       На эту самую практику я убила почти что час - рекорд активного бодрствования. А потому моё состояние можно было описать как Очень злобное. Ага, маленькая злобная канарейка.       Дико уставшая, я в последний раз взмахнула крыльями, но из-за раздражения взмах получился слишком резким и сильным, от чего меня снесло несколько дальше планируемого и, споткнувшись, я упала с подставки. Дико крича (читай, чирикая), я с остервенением начала махать крыльями, в надежде выжить.       Как ни странно, но у меня это получилось. Руководствуясь какими-то дикими инстинктами, я на них одних смогла выровнять полёт и быстро преодолеть расстояние до горстки семян.       Как только лапки коснулись твёрдой поверхности, с меня как будто спало наваждение. Усталость мигом навалилась на всё тело, высасывая последние крохи бодрости, поэтому, быстро съев пару десятков семян, я тут же отрубилась.

***

- Эксперимент прошёл удачно, - не стучась, зашёл в кабинет начальства красноволосый мужчина. - Райдэн, тебе стоит проявлять больше уважения к вышестоящим, - покачал головой профессор, - Когда его можно будет переводить к стае? - Я и без ваших наставлений крайне вежлив, профессор Кирагава, - невозмутимо ответил златоглазый, - Думаю, что через два дня он будет вполне готов. Он великолепно поддаётся дрессировке, умён, находчив, сообразителен и осторожен, думаю, что он сможет занять не последнее место в стае. - Отлично, в таком случае, иди, не мешай мне работать, - Райдэн не стал как-то это комментировать и просто вышел, оставив своё начальство и дальше корпеть над горой отчетов и смет, накопившихся за время его занятости исследованием.

***

      Неприятности настигли меня неожиданно, через несколько дней, когда я уже сносно могла летать и даже разобралась под каким углом нужно распускать хвост и наклонять крылья для поворота, дверь в комнату открылась раньше положенного срока. На пороге оказались всё те же знакомые лица, вот только в этот раз за место корма в руках у кареглазого была стальная клетка, что мне Очень сильно не понравилось. - Фьють, - позвал он меня, но я не спешила приближаться.       Что-то неразборчиво буркнув, он снова свистнул. Вот только я всё так же гордо игнорировала его. - Фью, - прорезал тишину комнаты свист несколько иной тональности. Заинтересованно выглянув из своего укрытия, заметила свистящего красноволосого. Заметив меня, он выпрямил в мою сторону руку и выпрямил один палец, как бы предлагая сесть на него. После этого он начал что-то проникновенно говорить, но я не могла разобрать его слов. Лишь по одной тональности понимая, что он мне что-то обещает.       Решив для себя, что лучше путешествовать так, чем в клетке, я слетела к нему на палец и пристально уставилась ему в глаза. Хмыкнув, он согнул руку в локте и развернулся в направлении выхода.       Коридор предстал передо мной точно таким, каким я его и запомнила. Всё тот же белый цвет вокруг.       Прошествовав дальше, и оставив позади второго человека, который сейчас явно возмущался, мы спокойно завернули в один из похожих друг на друга как две капли воды коридоров. Плутали мы не долго, от силы минуты четыре, но даже за эти несчастные четыре минуты нам уже успели встретиться порядка двадцати человек, которые считали своим долгом остановить нас и о чём-то спросить, подозреваю, что обо мне. Поскольку постоянно проскальзывающее в диалоге слово "джикен*" я слышала и раньше, когда они подзывали меня. Это что, кличка? Да нет, вряд ли, тем более не могут столько людей знать имя появившейся неделю назад зверушки.       Когда мы, наконец, достигли пункта назначения, я уже была готова улететь куда подальше от этих странных ученых. А то, что это именно ученые я поняла уже давно, буквально на второй день, когда смогла немного отойти от стресса.       Как только дверь перед нами открылась, то мы тут же угодили в "лесную обитель". Тут повсюду росли маленькие деревья, на разной степени удалённости от потолка покачивались жердочки для птиц. Повсюду понатыканы светильники, а в самой середине комнаты расположился фонтан, в котором сейчас плескался десяток моих сородичей и все они бурно что-то обсуждали между собой.       Услышав щелчок, и, почувствовав небольшую тяжесть на ноге, я испугалась, тут же вспорхнув под потолок. И уже только там, с опаской косясь на стоящего внизу человека, осмотрела лапку. На ней была плотно облегающая золотая бирка, с небольшим колечком сзади. Для чего нужно это отверстие я не совсем понимала, как не понимала и то, что на меня вообще навесили нечто подобное. Присмотревшись лучше, отметила, что на бирке выгравировано число пятьсот семьдесят восемь.       А тем временем, мои сородичи уже вовсю обсуждали увиденное. Судя по возмущенному щебету, они не в восторге от того, что кто-то посторонний явился на их территорию. Но я не стала сейчас прислушиваться, обратив всё свой внимание на пристально разглядывающего меня человека.       Заметив, что я так же рассматриваю его в ответ он фыркнул и быстро ушел, прихватив с собой недовольно сопящего компаньона.       Вот теперь я смогла расслабиться и полностью посвятить себя птичьим делам. Быстро слетев к фонтанчику, села на самый край. - Привет, - поздоровалась я со всеми. - Ты кто? - склонив голову на бок, вопросила одна из находящихся тут канареек. - Эмм, птица? - предположила я довольно логичный вариант. - Ты кто? - повторила всё та же птаха. - Можете звать меня Лена... - растерянно предложила я. - Рен? - переспросила другая птица. - Лена, - поправила я её, ну, или его.. Чёрт их разберёт, а по голосам не понятно... Кстати... А какого пола я? Впрочем, женского, скорее всего. - Рен, - настоял на своём птиц. - Ты не прав.. - начала я, но была перебита. - Я всегда прав! - распушив перья, произнёс он. - Никто не бывает прав всегда, - оспорила я его мнение. - Станешь вожаком, будешь указывать! А сейчас ты находишься на моей территории, - злобно косясь на меня и пушась, чтобы казаться больше, произнёс он. Появилось ощущение, будто я спорю с ребёнком. - А ты, значит, вожак? - для проформы уточнила я. - Да, - гордо произнёс он. - А тебе не кажется, что ты раздул конфликт из воздуха? - протянула я, видя, что тот всерьёз намеревался сражаться со мной.       С воинственным кличем он бросился на меня, выставляя когти на ногах вперёд, чтобы провести атаку. Вот только я всё же буду поумнее среднестатистической птицы, а потому не бросилась в лобовую атаку, а отлетела немного назад и, дождавшись когда он попадёт на то место, где находилась я, толкнула его назад, прямо в воду. Не удержав равновесия, он свалился, но тут же попытался встать. Вот только, куда там. Я не собираюсь давать ему шанс на передышку. Мне не нужны конфликты, тем более в первый день, а потому я приземлилась прямо на канарейку, не давая ей встать, и быстро обратилась к остальным. - Ну, что, моя взяла? - склонила я голову на бок.       Все птицы коротко подтвердили это, а потому я тут же слезла с противника. Тот не выглядел особо расстроенным, что меня удивило, но я не стала заострять на этом внимание. - Слушайте, я ничего не имею против вас, поэтому, давайте жить дружно, хорошо? - миролюбиво вопросила я. - Да, Босс! - вразнобой подтвердили они. А я несколько удивилась. Странно, что они знают такое слово, ну да ладно, может, услышали где. - Вот и чудно, - радостно заключила я и присоединилась к всеобщему купанию.

***

- Как всё прошло? - не поворачиваясь к своему собеседнику, вопросил Кирагава. - Всё прошло согласно плану, - чуть смежив веки, ответил Райдэн, - Внедрение объекта прошло успешно. Образец смог сразу заполучить лидирующую позицию, сместив предыдущего главу. - По какой причине вы вообще допустили этот инцидент? Я ведь ясно помню, что давал приказ не допускать появления лидера, - чуть повернувшись к ученому, вопросил профессор, крайне недовольный этим фактом. - К сожалению, как бы персонал не старался, а исключить подобного не смог. Уже в первые минуты стало ясно, что более слабые особи подчинились главарю. Особь демонстрировала довольно агрессивное поведение, именно поэтому так и случилось, - подав плечами, пояснил ситуацию Райдэн. - И я узнаю об этом только сейчас? - с холодком в голосе поинтересовался профессор. - Было решено, что, на данный момент, это будет лучшим решением возникших проблем. Если бы мы насильно оторвали от стаи признанного лидера, то, с вероятностью более чем девяносто процентов, в будущем они не смогли бы взаимодействовать, - ничуть не впечатлившись скрытой угрозой пояснил красноволосый. - Ты не ответил на мой вопрос, - заметил профессор, - Впрочем, уже не важно, были ли какие-нибудь отклонения от нормы? - Отмечу, что подопытный не переносит ограничения свободы. Заметив в руках моего коллеги клетку, образец тут же перестал реагировать на зов. Было видно, что он прекрасно понимает какой перед ним предмет, ну, либо испытывает какие-либо негативные эмоции относительно него. Однако, не смотря на это, он отреагировал, когда я позвал его и спокойно перелетел на руку. Из этого я сделал вывод, что птица не сторонится тактильных контактов, а так же умеет делать выбор, - и тут же дополнил, видя, как профессор выгнул бровь в недоумении, - Ранее было заметно, что образец опасается меня, но в этот раз спокойно приблизился, впрочем, не теряя настороженности. Так же образец показал свой ум и не стал улетать, как только мы покинули комнату, - отметил Райдэн. - Отлично, - кивнул головой главный учёный и задал контрольный вопрос, - Каков уровень интеллекта подопытного? - Думаю, что уровень соответствует пятилетнему ребёнку, - чуть подумав, дал он свою оценку. - Отлично, просто невероятный результат, - кивнул головой Кирагава, - Есть ли тенденции к развитию? - Сложно определить, но, скорее всего, это будет максимум. Остальное ему заменят инстинкты, - поправив монокль, сообщил Райдэн. - Так, значит? Что же, этого следовало ожидать, тем более даже так мы получили потрясающий результат, - помассировал переносицу учёный и перевёл взгляд на толстую кипу документов, лежащих сейчас на широком, дубовом столе со множеством дополнительных ящичков и работающим компьютером, - Можешь идти, - махнул он рукой в сторону входа и тяжело опустился на мягкое компьютерное кресло, придвинув к себе клавиатуру.

***

      Ну, что я могу сказать. Канарейки, оказывается, весьма болтливые существа. Я бы даже сказала, что Очень болтливые. Они не затыкаются ни на минуту. Я засыпаю - они галдят. Я просыпаюсь - они галдят. Я ем - они галдят. Я купаюсь в фонтанчике - они галдят. И так далее по списку. Иной раз мне хочется убить уже кого-нибудь. А ещё, хочется крикнуть во всю мощь лёгких : "Верните мне мою тихую одиночную камеру!".       Вообще, во всей этой ситуации были и положительные стороны. В водной глади фонтана я смогла рассмотреть своё отражение. До этого мне это не удавалось, так как в предыдущей комнате была только стилизованная под природу поилка для птиц, а там не полюбуешься на себя, как бы ни старался. Так что рассмотреть себя со всех сторон я смогла только сейчас. И могу с уверенностью сказать, что я довольно милая. Чёрные бусины глаз так и светятся наивностью, небольшой хохолок на голове придаёт большей безобидности в глазах других, а топорщащиеся, ярко жёлтые перья вызывают умиление даже у меня. - Босс! Босс! - вдруг раздалось совсем рядом, от чего я вздрогнула, и чуть было не свалилась с жердочки. - Чего тебе? - буркнула я в ответ. - Нам нужен совет Босса! - быстро выпалил он. - Да что случилось-то? - недоуменно вопросила я, но всё же последовала за быстро удаляющейся канарейкой. - Ну и что тут у вас? - протянула, садясь на ближайшую ветку дерева, от чего та сильно покачнулась, но я смогла удержаться.       Вся остальная стая тут же повернулась ко мне и радостно загомонила. - Босс! Босс! Мы тут нашли чужаков, смотрите! Их много! А ещё они всё за нами повторяют! - наперебой рассказывали они.       Я в недоумении уставилась на них, в упор не замечая новеньких. Осмотрев толпящихся канареек ещё раз, я уловила блик на полу. Уже догадываясь, что я там увижу, подлетела ближе, и, действительно, на полу валялось небольшое карманное зеркальце. - Вы, что, собственного отражения никогда не видели? - недоуменно вопросила я у них, - Вы ведь в воде каждый день плескаетесь. - Отражения? - тупо переспросила одна из птиц, недоуменно склонив голову набок. - Это вы сами, тут больше никого нет, - терпеливо начала я объяснять, - В этом зеркале вы видите самих себя, именно поэтому все действия происходят синхронно и вам кажется, что вас пародируют. - То есть, чужих нет? - опять переспросили канарейки. - Да, чужих нет, - подтвердила я ещё раз. Видимо, произнесённая мной речь оказалось слишком заумной для птиц. - Босс, вы такой умный! - восторженно произнесла одна из птиц. Стоп. Умный? - Скажите ка мне, друзья мои, дорогие. А как кого вы меня видите? - осторожно спросила я. - Как босса! - не задумываясь, дали они мне свой ответ. - Нет, вы не поняли. Я спрашиваю, я мальчик или девочка? - конкретизировала я свой вопрос. - Мальчик, - уверенно ответили они мне всей стаей.       Знаете, если бы птицы умели плакать, то я бы уже рыдала... А так, пришлось справляться с накатывающим негодованием старым, дедовским способом... Пожалуй, такого количества матов птицы ещё никогда не слышали, даже притихли.       Зато пришедшие ухаживать за нами женщины смотрительницы сначала впали в ступор, смотря как я хожу по столу и, яростно размахивая крыльями, высказываю миру всё, что я о нём думаю, а затем как-то странно застыли, прислушиваясь. Когда я обратила на них своё внимание, то не удержалась и высказала своё гордое "фи" и в их сторону. Те моих попыток не поняли, а только сильнее умилились. Когда я выдохлась и замолкла, то тут же услышала радостные хлопки от этих двух куриц. Они с радостными лицами что-то весело обсуждали, пока я недружелюбно на них поглядывала.       Выразив свою бурную радость, они полазили по карманам и поставили передо мной большую дольку яблока, погладили по хохолку и отсыпали семечек подсолнуха. А вот остальным они просто дали корм.       Потрясающе. Впервые меня благодарят за то, что я послала их в туман.       Отказываться от угощения я не стала, а потому дальнейшее "заедание" горя продолжилось в тишине. - Босс... - как-то робко позвала меня одна из канареек. - Что? - недовольно буркнула я. - Что нам сделать, чтобы вы были довольны? - и выжидающе уставились на меня. - Не давите мне на нервы, и тогда мы будем жить в мире и радости, - отозвалась я через некоторое время. - Как скажете, Босс! Мы будем выполнять всё, что вы скажете! - горячо заверили меня канарейки. - Представьтесь что ли, да и пол заодно скажите.. - доев и немного успокоившись всё же попросила я. До этого как то лапки не доходили спросить. - Меня зовут Зу, девочка - представилась самая крайняя канарейка с довольно тусклым оперением и зелёной биркой. - Шу, мальчик - сказал её сосед с красной биркой, по совместительству являвшийся тем, кто управлял этой стаей. - Мик, мальчик - весело подпрыгнула канарейка с голубой биркой. - Ра, девочка - ответила стеснительная птица, поблёскивая серебристой биркой. - Кир и Рик, мальчики, - задорно произнесли похожие друг на друга канарейки, только у первого была черная, а у другого белая бирки. - Рур, девочка - гордо возвестила птица с фиолетовым отличительным знаком. - Нью и Мью, девочки - совместно ответили канарейки с синей и розовой биркой, соответственно.       Услышав их имена я несколько задумалась. Нет, запомнить их не сложно, они короткие и легко запоминающиеся, но они всё равно странные. Интересно, что их имена состоят максимум из трёх букв. В таком случае не удивительно то, что они коверкали моё имя. Как они меня там назвали? Рен? Ну и ладно, новая жизнь - новое имя. И пусть оно немного мужское, да и не русское какое-то, ну и ладно, и так сойдёт. - Зовите меня Рен... - протянула я. - Как прикажете, Босс Рен! - тут же откликнулись птицы.       Если так подумать, то их четыре на пять. Распределили пары заранее? Может быть. Кто их знает, этих ученых, какие опыты они проводят над пичугами... На данный момент мне бы разобраться во всей ситуации в целом, а уже потом переводить внимание на что-то постороннее. - Ладно, пусть будет так, - кивнула я и задумалась.       Вот только, неожиданно для всех сейчас находящихся в этой комнате, мигнули и погасли лампы, освещающие помещение. Включилось аварийное питание, и комната осветилась красным. Послышался вой сирен и крик людей за дверьми. Женщины, находящиеся с нами испуганно завизжали.       Испугавшиеся канарейки как сумасшедшие носились по комнате, испуганно крича. А я стояла на месте и усиленно думала над сложившейся ситуацией. Судя по всему, у нас появились большие проблемы, точнее не у нас, а у людей. Вот только это не отменяет того факта, что достаться может и нам. Да и вообще, если тут появились крупные проблемы, то этот значит, что конкретно эти ученые занимались тем, чем заниматься было нельзя категорически. - Что нам делать, Босс?! - испуганно пискнула Зу. - Держитесь меня, - твердо ответила я ей и, не успела моргнуть, как весь десяток птиц приземлился точно за мной, сбившись в кучу, но так, чтобы не мешать друг другу взлететь, если что. - Да, Босс! - хором произнесли канарейки.       Тут, неожиданно распахнулась дверь, и на пороге её оказался тот красноволосый, что и притащил меня сюда. Обведя комнату взглядом и не удостоив вниманием оказавшихся тут женщин, он остановился взглядом на мне и коротко свистнул. так как ситуация была явно не простая, я решила подчиниться и быстро перелетела на плечо к мужчине, ну, а за мной роем двинулись и остальные птицы, громко галдя. Человек нахмурился и поднёс два пальца к губам. - Тшш.       Канарейки проигнорировали его и стали просто летать вокруг. - Летите за нами и чтоб ни звука! - помогла я мужчине.       Птицы тут же заткнулись и стали просто наматывать круги вокруг нас. Мужчина, одобрительно кивнув, быстрым шагом удалился из помещения, оставив истерично кричащих девушек за тут же закрывшимися дверями. Вскоре, мужчина перешел на бег, постоянно сворачивая в одном ему ведомом направлении по освещённым кровавым светом ламп коридорам и игнорируя крики людей и звуки выстрелов. А то, что это были именно они я уверена. Это пугало. Похоже, ситуация куда серьёзней, чем я подумала изначально. Плохо. Очень, очень плохо.       Завернув в очередной коридор мы резко остановились, так как впереди замаячили люди в маскировочной форме и с оружием в руках быстро отступив, красноволосый отступил назад и спрятался за стеной так, чтобы оценивать обстановку в целом. Неожиданно, он потянулся к внутреннему карману халата и вытянул оттуда несколько скальпелей и пистолет с глушителем. От осознания того, что он собирается сделать, я сильнее сдавила лапками плечо мужчины, распарывая ткань. Он тут же обратил на меня внимание и дёрнул плечом.       Не став перечить, я взлетела, присоединяясь к общему хороводу. А мужчина тем временем, дождавшись, когда трое его будущих жертв подойдут ближе, сделал резкий перекат в сторону, оказываясь прямо перед ними и метнул скальпели в самого близко стоящего. Один из бритвенно острых ножей попал человеку в горло, от чего тот захрипел и, бросив оружие из рук, схватился за рукоятку торчащего из его тела ножа.       Следом за первой жертвой последовала и вторая. Не став тратить время на доставание других скальпелей, он направил пистолет на другого человека. Прозвучал приглушенный хлопок, и на пол упало тело мужчины в камуфляже. Вот только красноволосый явно не успевал повернуться в сторону последнего противника, а тот уже направил на него своё оружие и готовился к выстрелу. - Стой! - громко крикнула я, от чего нападавший вздрогнул и резко перевёл автомат в мою сторону, видимо, рефлексы. Потраченной секунды хватило красноволосому для того, чтобы устранить угрозу раньше, чем он устранит меня.       Коротко выдохнув, он свистнул и тут же побежал вперёд, а мы, ошарашенные всем происходящим, клином последовали за ним. Особенно страшно было мне, ведь я намеренно отвлекла внимание чужака на себя и теперь с ужасом понимаю, чего бы мне стоило моё геройство, если бы ученый не успел расправиться с нападавшим.       Жалею ли я тех, кто напал? Нет, конечно. Жалость смыло моментально, как только я увидела направленное на меня дуло пистолета. Пусть я буду трусихой и последней сволочью, не обращающей внимание на жизни других, но зато живой. Своя рубаха ближе к телу. Тем более они не были мне хотя бы знакомыми.       Мы плутали по коридорам ещё минут десять, прежде чем перед нами показались большие, двустворчатые двери, которые сейчас были настежь распахнутыми. А за ними виднелось небо. Ярко голубое небо, увитое барашками облаков и прорезаемое тёплыми, солнечными лучами.       Свобода.       Вот только, не успели мы выбежать, как на нас уставили несколько десятков дул пистолетов.       Осмотрев всё вокруг, и, поняв, что дело - дрянь, он явно выругался. Но быстро взял себя в руки и посмотрел на неторопливо приближающегося к нам человека. Тот был одет в чёрный костюм тройку и чёрные сапоги. Зелёные волосы были зачесаны назад и скреплены лаком. А серые глаза с насмешкой уставились на нас. Он что-то сказал красноволосому, но ученый огрызнулся. Покачав головой, костюмированный достал пистолет и направил его на "нашего", тихо что-то скомандовав.       Ругнувшись сквозь зубы, он отбросил пистолет и вытащил несколько десятков скальпелей, так же отправив их в короткий полёт до земли.       Наверняка возник вопрос... На кой чёрт я смотрю на это и не спасаю шкуру где-то под облаками? Всё просто, на нас так же было направлено оружие, из-за чего нам так же пришлось сесть на землю. Канарейки тоже послушали меня, что радовало, не хотелось бы, чтобы по ним стреляли.       Дальнейшие события проходили как-то сумбурно. Как только зеленоволосый убедился, что ученый избавился от оружия, то резко подскочил к нему и ударил его прикладом в висок. От удара златоглазый потерял сознание и рухнул к ногам победителя.       Монокль покатился в сторону.       Подняв мужчину за шиворот, его поволокли в сторону тонированных машин. А вот к нам стали подходить странные люди с пультами в руках. Не успели мы моргнуть, как от этих пультов протянулась странного вида нитка, прикрепившаяся к кольцу каждой бирки. Что странно, каждая нить была своего цвета и подходила к определённой бирке. Испуганная стая взвилась в воздух, но, как и стоило ожидать, результата это не принесло. Вот только, что странно, пульта с "моей" нитью ни у кого из них не было, а этот значит, что я, по сути, свободна.       Заметив сие недоразумение, меня попытались поймать вручную, но кто сказал, что поймать птицу легко? Вот именно. Метнувшись в сторону, я подобрала монокль и в последний момент залетела в ту машину, в которой находилось тело красноволосого.       На кой чёрт? Всё просто. Одна я умру. А с ним у меня есть кое-какой шанс выжить, да и держу пари, что и моих сородичей отвезут в то же место, что и ученого, а значит, что мне не нужно волноваться о них.       Заметив, что в закрывающуюся дверь влетела канарейка, четыре человека, находящихся тут (включая того зеленоволосого), сначала удивились, но, увидев у меня в лапках монокль, усмехнулись и оставили меня в покое сидеть на коленях у ученого.       Машина тронулась с места.       Что же, похоже, что моя жизнь с этого момента снова круто повернётся...