Габриэль. Social Anxiety Disorder
3 декабря 2016 г., 06:53
Social Anxiety Disorder
«Расстройство личности, характеризующееся постоянным стремлением к социальной замкнутости, чувством неполноценности, чрезвычайной чувствительностью к негативным оценкам окружающих и избеганием социального взаимодействия»
Страх. Необузданная, но давно известная, прижившаяся в каждом уголке тела — и им же изгоняемая — тревога. Дико ощущать на себе чужие взгляды и бешеные скачки сердца где-то в области желудка.
К тебе тянутся неисчисляемые ряды рук, сводящих с ума твое воображение, вводящих в состояние ступора, граничащего с безумством. Эдакий коктейль Молотова, получается — сливаются и одновременно отказывают все органы чувств, разрывается мозг, легкие распирает от постоянного давления, немеют ноги. И не убежишь ведь.
Общество ведет себя до невероятия предсказуемо. Конечно. От того, что раньше спокойно можно было назвать обществом, осталась лишь кучка безумцев, слепо действующая всем правилам и загнавшая себя в рамки клеток календаря. То оно отторгает тебя, как нечто неприятное, то преследует тебя повсюду. И по тому же поводу. «Лучше остерегаться» — решаешь и прячешься вновь за кучей глупых вопросов. Правда, все равно выдаешь себя некой деталью, почему и приходится время от времени залегать на дно, дабы выжить.
Страшно быть осмеянным. Как будто заставляют прямо у всех на глазах прыгнуть с крыши соседней многоэтажки. Во-о-он той, с оранжевыми, выцветшими от времени стенами. Да-да, он уже давненько представил себе это пугающее развитие своей жизни. Точнее, конец.
Но пока, благодаря себе, он жив!
Люди всю жизнь наблюдали за ним. Из-за угла или в открытую — да какая, собственно, разница? Главное, что все это время ему не давали покоя унижения (которые наверняка не единожды звучали, пока он отворачивался). И не важно, слышал он их, или нет.
И нет. Это не паранойя! Это лишь рефлекс, защищающий от других. Безумцев не боятся — их уважают. И от того, насколько в почете он будет среди других, зависит количество дней его жизни.
Веселая игра. Забава, которая кажется ему все более захватывающей.
Быть пешкой не всегда в ущерб. Если, конечно, встать на выгодную позицию.
Из своего убежища, где обитают только он и его «веселые» мысли, можно преспокойно следить за всеми. Но чем дольше он смотрит, тем меньше чувствует себя. Нет! Нельзя, нельзя как-либо вообще контактировать с обществом! Лучше накрыться одеялом с головой, чтобы не видеть ничего.
Веселая игра на выбывание. И он останется. Ведь, правда?
Примечания:
Ну-с, начнем с чего-нибудь полегче.