От ненависти до любви один шаг.

Они ненавидят друг друга до зубного скрежета. Они настолько не могут терпеть общество друг друга, что оставаясь в одной комнате, они всё время держат руки на рукоятях своих острых ножей, готовые в любой момент перерезать друг другу глотки при любом резком движении. Но также они до безумия хотят друг другу. Две противоположности. Один высокий, мускулистый, с твёрдым и холодным взглядом, который подсознательно заставляет уважать. Второй же среднего роста, довольно худой для своего телосложения. Но в глазах как будто живут маленькие чёртики. Их раздражало и притягивало всё друг в друге. Начиная от бессознательных жестов и заканчивая звуком голоса. Они много враждовали между собой, но даже от самих себя скрывали свои чувства. И вот случилось то, что не раз приводило их к непреодолимому желанию убить друг друга. Они остались наедине в шатре. Медленно поднималось солнце за пределами их небольшого убежища. Они стоят напротив друг друга, впервые открыто смотря в глаза без ненависти или презрения. Воин с какой-то надеждой смотрит в столь ненавистные и… любимые, да, именно любимые глаза, в которых всегда плещется тепло и забота о других, но только не о нём. Внутри него как будто яркий свет, который так манит и затягивает его, спокойного и ничем не интересующегося, кроме битв, человека. Только вот близко этот свет не подпускает, отчего злость поднимается откуда-то изнутри. Лекарь же смотрит в такие холодные глаза, которые успел за столь короткое время возненавидеть, а ещё сильнее – полюбить. С первого взгляда ему понравился этот холодный и неприступный мужчина, который мало кого к себе подпускал. Кроме лекаря, который с помощью издёвок, шуток и насмешек смог пробить эту толстую стену, взамен получив такое же отношение и к себе. И этот холодный взгляд начал вызывать злобу и любовь одновременно. Они стояли в метре друг от друга, не сводя пристального взгляда. Никто не знал, стоит ли что-то говорить. Будто обретя свой разум, ноги делали маленькие шаги вперёд, сближая двух людей до тех пор, пока их губы не оказались совсем рядом. Воин нежно провёл ладонью по мягкой щеке своего маленького мальчика. Да, он уже давно решил, что лекарь будет принадлежать только ему, а он сам станет для него тем, кто будет защищать его. Станет только его мужчиной. Поддаваясь поглаживанию, лекарь сильнее прижался щекой к грубой от мозолей ладони. Он уже давно решил, что хочет завоевать и привязать к себе чувствами этого спокойного, холодного и непоколебимого мужчину. Воин приблизился ещё ближе, касаясь своими губами таких желанных губ. Поцелуй был нежным, переходящим в какое-то противоборство за право первенства, зажигая огонь страсти. И только нехватка кислорода оторвала от этого затягивающего действия. - Я хочу тебя, - тихо и твёрдо прошептал воин, показывая тоном, что не потерпит отказа. Взглянул в приоткрытые затуманенные глаза, видя только разгоравшуюся страсть, желание и… нежность? Воин никак не мог понять, почему же именно сейчас, именно в такой ситуации он с такой любовью и нежностью смотрит на него. Он считал, что своими действиями сможет вызвать только злость и ненависть, которые годами выстраивались между ними, связывая не хуже цепей. Почему? - Я… я тоже хочу тебя. Давно… - шёпотом признался лекарь, скрывая взгляд. Но в этих словах было столько любви, что это уже было невозможно утаить. Именно сейчас хотелось расставить всё по своим местам. Да, только сейчас, иначе потом будет намного тяжелее это сказать. Лучше узнать сейчас о чувствах друг друга, а то потом будет намного больней услышать отказ. – Скажи… ты только сейчас захотел меня? - Нет, я тоже желаю тебя уже давно, - ответил воин. Мужчина впивается собственническим поцелуем в губы любимого, не давая тому и шанса, чтобы отстраниться. Только сейчас он понял, насколько ему хотелось прикасаться к этому худому телу пусть и скрытого, пока что, одеждой. Насколько хотел целовать эти мягкие и желанные губы. И насколько хотел увидеть и понять, что его любят. Он такой же человек, как и остальные. Ему тоже хочется чувствовать тепло чьей-то души и любить. Сорвав сильными руками тонкую ночную рубашку с любимого, воин даже не заметил, как некоторые пуговицы оторвались и со стуком упали на пол. Не давая и секунды на сопротивление, мужчина жадно целовал тонкую шею и сильно выпирающие ключицы, медленно перебираясь на костлявые плечи. Медленно спустившись дорожкой поцелуев до груди партнёра, воин одними губами прихватил горошину соска. Не без какого-то странного, но в то же время и приятного удовольствия, мужчина начал облизывать её, чуть посасывая. Чуть сжав другой сосок, и немного оттянув его, тело возлюбленного задрожало в сильных руках. Лекарь не мог унять дрожь и слабость в ногах, ещё труднее было удержать свой голос. Оторвавшись от игры с сосками, воин встал на колени, чтобы было удобней целовать остальные части тела, которые находились пониже. Касаясь губами плоского живота, мужчина особое внимание уделил пупку, бережно и медленно вылизывая маленькую ямку. Воин уже видел, что его любимый на пределе. Да и он сам сдерживался от того, чтобы просто не изнасиловать лекаря. Но менее всего ему хотелось причинить боль столь хрупкому существу. Оторвавшись от вылизывания живота, он развязал завязки штанов своего возлюбленного, снимая оставшуюся одежду. Он снизу вверх смотрел на своего мальчика, который сейчас выглядел смущённый, а вместе с тем и очень милым. Но отчего-то только одна фраза вместе с таким невероятно привлекательным выражением лица заставила воина смутиться: - Ты будешь раздеваться? – тихо спросил лекарь. Он очень возбудился от ласк мужчины и его прикосновений. А от столь желанных поцелуев, он был готов тут же кончить. Теперь лекарь точно знал, что больше никогда не отпустит своего воина. Несмотря ни на какие преграды он знал, что будет до последнего бороться за свою любовь. Поборов остатки смущения, лекарь потянул своего мужчину и начал медленно расстегивать петли его рубашки, смотря в глаза своего воина. Мужчина отбросил ненужную вещь в сторону, он прижался ближе к своему хрупкому возлюбленному. Легонько проведя ладонями по рельефному торсу, он уже потянулся к массивному ремню штанов, но его кисти внезапно перехватил партнёр. Убрав тонкие руки лекаря от своих штанов, воин быстро начал снимать с себя остатки одежды. Теперь они оба стояли друг напротив друга, смотря друг другу в глаза. И сейчас лекарь видел в глазах вона не привычный холод или безразличие, а страсть, нежность и любовь. Это приятно удивило лекаря. Внутри было какое-то приятное чувство, что всё происходящее сейчас было правильным. А всё, что было до этого момента так или иначе должно было случиться, чтобы сейчас разобраться в чувствах друг друга и со своими мыслями. Очередной поцелуй, кто-то кого-то потянул на кровать. Они уже не различали где чьё тело, будто сливаясь воедино. Лекарь зарывался руками в жесткие короткие волосы воина, мужчина нежно поглаживал спину своего возлюбленного, постепенно опускаясь к такой желанной части тела партнёра. Да, маленькая и упругая попа стала довольно желанной и сводила с ума одним своим видом. Огладив полупопия лекаря и раздвинув их немного, воин обвёл пальцем ещё никем не тронутую дырочку. Внезапно к мужчине пришло воспоминание о том, что без мази в первый раз может быть больно обоим, поэтому он переложил лёгкое тело любимого с себя на кровать и подошёл к лежащим на полу штанам, на ремне которых хранилась баночка с ароматным маслом. Он даже не знал, зачем носит её с собой, ведь он не собирался её использовать. Взяв стеклянную маленькую баночку с полупрозрачным содержимым, воин вернулся к развратно лежащему на кровати лекарю. - Позволь мне… - парень без слов понял, что хотел сказать воин и только кивнул на невысказанную до конца просьбу, разрешая делать с собой всё. Воин благодарно потянулся за поцелуем. И снова он был нежным и неторопливым. А потом медленно перерастающий в полный страсти и любви. Они оба умирали, возрождались и искали друг друга в этих многочисленных поцелуях. Они были настолько сладки и притягательны, что ни на секунду не могли отстраниться друг от друга. Воин беспрестанно целовал щёки, нос, веки, лоб, губы… Он наслаждался и сходил с ума от запаха и вкуса бархатной кожи своего возлюбленного. Лекарь и сам плавился и растворялся от прикосновений пальцев, которые медленно проникали вглубь него, от губ, что обжигали нежным огнём, от непривычно ярких ощущений, которые он ни разу не испытывал в своей жизни. Пальцы воина медленно проникали всё глубже, подготавливая. С каждой минутой они двигались всё свободней в жарком и узком нутре. Мужчина боялся, что боль от проникновения пальцами будет настолько неприятной, что его возлюбленный сразу же откажется, но видимо оказался неправ. И от этого становилось легче на душе. Воин видел, что парень почти на пределе, поэтому вытащил пальцы. - Сейчас, сейчас мой маленький, - шептал мужчина, когда услышал удивлённый вздох любимого. Лекарь уже ничего не понимал. Он полностью отдавался своему воину. Парень не знал, что с ним происходит, ведь когда его кто-то другой трогал там, это не возбуждало так сильно. Точнее, таких непонятных и при этом настолько приятных чувств он не испытывал. Но только от одной мысли, что именно ОН там трогает и именно ОН проникает в него, приносила счастье и удовлетворение. Но когда чувство наполненности исчезло, лекарь не сразу понял, что произошло, отчего начиная паниковать. Воин что-то шептал ему на ухо, но затуманенный разум не желал воспринимать слова и понимать их смысл. Но стоило только чему-то побольше начать входить в растянутый анус, как парень немного выгнулся в спине, тихо и кротко застонав. Далее пришло на несколько минут осознание происходящего, и небольшая боль от проникновения растворилась в чувствах счастья. Лекарь не чувствовал боли, хотя знал наверняка, что она должна была быть. Но когда мужчина вошёл полностью, возбуждение накатило с ещё большей силой, отчего парень не выдержал и тихо застонал. Стоны возлюбленного настолько будоражили сознание, что воин сорвался на быстрый ритм, прикусывая нежную кожу и крепко держа худое и желанное тело в своих руках. И теперь, добравшись до того чего так неосознанно желал, он не мог оторваться. Будто наркотик пленял его сладкий голос. И когда воин врывался в тело своего лекаря, парень стонал и сходил с ума, растворяясь в ощущениях и прося ещё. Мужчина же срывался на грубые, резкие толчки, впиваясь поцелуями в шею и плечи любимого. Через несколько толчков мужчина почувствовал сильнейший оргазм и кончил внутрь лекаря. Сам парень от тёплого семени и послеоргазменных судорог партнёра, кончил себе на живот. Лекарь понимал, что такого оргазма и таких чувств он ещё ни разу не испытывал. Приятня слабость захватила тело, тёмные пятна в глазах, как будто он смотрел на солнце, мелькали кругом. А ещё было всепоглощающее счастье. И одна только мысль, что он хочет ещё раз почувствовать это именно с этим человеком, который стал для него самым любимым и желанным. С тем, кто уже давно стал солнцем его мира. Они лежали на кровати, переводя сбитое дыхание. И каждый думал только об одном: тот человек, что лежит сейчас рядом теперь самый близкий к сердцу человек. И никто из них не отпустит другого. Ведь от ненависти до любви один шаг…