***
— Гниль гнилью! Я точно убедилась! — возмущалась Чжоу. — Чжоу, я с тобой полностью согласна! — чуть ли не взрывалась от негодования Луна. И только Алекс, когда речь заходила о Малфое, помалкивала. Это, конечно, немного подозрительно, но… Кто знает, что на самом деле на уме у Гипогриффки? Тем не менее, пришла пора расходиться по гостиным…Через месяц в гостиной Слизерина
— Драко, что-то не так? — промурлыкала сволочь по имени Пэнси Паркинсон, полюбившая его с первого взгляда, да и родители у них были знакомы… — Отстань, мопсоголовая… — сидя на кресле перед камином и держа ладонью голову, буркнул блондин. — Но я же чувствую, что что-то не так… Может тебе горячего шоколада налить? — порхала вокруг него Пэнси. — Я сказал ОТСТАНЬ! С пяти лет меня достаешь, бесит! — начал раздражаться Драко. Он заканчивал дописывать домашнюю. Пэнси так же легко, сверля Драко своими влюблёнными глазами, упорхнула. — Только знай, мы всё равно будем вместе! Твои родители начали рассматривать вариант того, чтобы я стала твоей невесткой… — подмигнув, Пэнси умчалась в свою комнату, что бы не получить по мопсиной морде. Драко офигел. Девочки начали шушукаться, парни еле сдерживали смех. У Драко проносилась только одна мысль в голове — «Какого хрена родители мне ничего не сказали?!». Он откинул пергамент с домашним по Защите от тёмных искусств и, выйдя из гостиной, направился к Чёрному Озеру, выпустить пар.В это же время в гостиной Гриффиндора
Алекс, уже выполнив всю домашку, мирно болтала с Гермионой насчёт того, какие дополнительные предметы выбрать для третьего курса. — Лично я бы пошла на все… Хотя это в принципе невозможно. Ну, может быть, кроме Прорицания — слишком не точная наука, всё, как в тумане, и Магловедения, я и так Маггл, зачем мне повторно что-то учить про себя саму? — верещала Гермиона. — Ну, как знаешь. Я бы выбрала Уход за магическими существами и Нумерологию. Это хоть пояснее Прорицания… А то сидишь за шаром, не фига не видишь, а на Нумерологии каждая циферка расписана… — мечтала Алекс. Потом, посмотрев друг на друга, девочки рассмеялись, как бывает у лучших подруг. Они с Гермионой стали не разлей вода. Только Алекс не очень нравилось отношение Рона к «Профессору Грейнджер». Эта шуточная кличка была дана недавно, и Герми никогда не обижалась на неё. Наоборот, это её только веселило. Вдруг из их комнаты вышла расфуфыренная Лаванда. — Ты что, на бал собралась?! — одновременно произнесли Грейнджер и Алекс. — Ой, да ну вас! Грязнокровки несчастные, вам не понять. Я иду на тренировку по квиддичу, возможно Гарри меня заметит… — подправляя причёску ответила Лаванда. После она вышла из гостиной. Забавное это было зрелище: невысокая девочка, на каблуках, в ярко-красном, цвета крови, платье, с кудрявыми волосами, заплетёнными в улитку, идёт в осеннюю грязь. Гермиона поникла. — Эй, Профессор Грейнджер, что случилось? — как можно веселей спросила Алекс, хотя её тоже немного задело. — Она… Назвала нас грязнокровками… Это худшее унижение… — пролепетала Гермиона. Остальные, девочки — забияки, косо посматривали на них, и смеялись. — Ой, да чего ты… Пойдём к Чёрному Озеру, успокоишься. (Я уже прям на столько банальщину пишу…) — Алекс взяла под руку Гермиону, и они обе отправились к озеру.***
Драко сидел на берегу и смотрел вдаль. С кем угодно, но только не Пэнси! Но он понимал, что родителей так просто не отговорить. Да и больше никаких вариантов не было, кто же такого мерзавца полюбит? Да и со своей зализанной причёской, и красавцем он особо не был… В это время, Гермиона, с заплаканными глазами, шла под руку с Алекс. Алекс утешала Герми, как могла. Драко обернулся. Он недовольно фыркнул. Алекс, увидев его, повела Герми подальше. Девочки сели под стену школы, возле теплиц. На этой стене плелись Виноградные лозы. Маленькая Болтрушайка подлетела к ним. Синенькая птичка завозилась на руках у Гермионы, и та погладила Болтрушайку. Вскоре птичка улетела. — Я слабачка… Меня уже столько раз обзывали, а сейчас… — винила себя Гермиона. — Вот именно! Сколько раз? А ты всегда терпела. Они знают, что ты самая сильная на факультете. Вот и пользуются этим… Если люди плачут, это не значит, что они слабые. Просто они были сильными слишком долго… — обнимая Гермиону ответила Алекс. Гермиона успокоилась. Она сказала, что пойдёт пока в библиотеку, что после свежего ветра с озера и слов Алекс, она успокоилась. Алекс не хотелось торчать в библиотеке, но Гермиона её поняла просто по взгляду, и оставила огнёвку в покое. Алекс закрыла глаза, и наслаждалась приятным ветерком. Она даже не услышала шаги, приближающиеся к ней. Но, как только что-то опустилось рядом на траву, она открыла глаза… — Малфой, какого дьявола?! — Алекс подскочила. Рядом с ней устроился ненавистный Драко. Тот лишь глянул своими серебряными глазами на неё — в них явно читалась насмешка. — А что, принц не может сесть рядом с простой холопкой? — усмехнулся он. — Я тебе сейчас врежу… — Алекс начинала злиться. — Да ладно тебе… Что, до сих пор дуешься? — Драко выгнул одну бровь. У Алекс кулак расслабился. — Нет. Просто ты реальный долбаёб по жизни. — Алекс направилась в школу, но шла медленно, будто ожидая чего-то. — Может быть. Но уж точно я знаю, что не заслужил быть мужем Пэнси… — опустив глаза произнёс Драко. — Кого? Этого тролля? — Алекс повернулась к блондину. — Ага… Я её просто не вынесу! — разгневался Драко. — Не кипятись, в конце концов, сам виноват, никто на тебя больше никогда не западёт… Да и ты не способен любить! — с садистской искрой в глазах подметила гипогриффка. — Уверена? А может предмет моего обожания стоит прямо передо мной? — саркастически выгнув бровь ответил Драко. — Что… что ты несёшь?! — с небольшой дрожью в голосе спросила Алекс. — Хм… В первый раз в жизни несу чистую правду. Конечно, сначала я тебя ненавидел, да и сейчас это осталось. Но… Что-то меня понесло. — с ухмылкой произнёс сероглазый. — Так, хватит шутить. Я знаю, сейчас ты в своей манере закричишь «Попалась!», выбегут твои приспешники… — не верила Алекс. — Я не обману, гипогриффка… — поднявшись ответил Драко. — Малфой… — Алекс закрыла лицо руками. — Если что, у меня имя есть! — с наигранной обидой воскликнул блондин. — И вряд ли я тебя буду по нему звать… — Алекс не выдержала, и с остатками гордости ушла в школу.