Особенная

Я думала, истерика накроет меня с головой, но этого не произошло. Моя попытка надраться успехом не увенчалась. Я сидела в каком-то подпольном кабаке, потому как единственный бар для волшебников, что я знала, оказался закрыт, и пила паленый виски. Хмель в голову не приходила. Я чувствовала себя полностью опустошенной и совершенно одинокой. Умом понимала, нужно бежать, пока у меня есть такая возможность, но не могла заставить себя двигаться. Я просто сидела за барной стойкой в обнимку с бутылкой и словно ожидала чего-то неминуемого. - Позвольте спросить, какой мерзавец посмел разбить сердце такой очаровательной особе? – ко мне подсел молодой человек. Слишком молодой, я бы сказала, вряд ли ему многим больше двадцати. Но нужно отдать ему должное, он был высок и симпатичен, впрочем, все равно не заинтересовал. - Он очень скоро будет мертв. – голос предательски дрогнул. Порой я не до конца уверена, что у меня вообще есть сердце, пока в груди не начинает щемить. Но стоило кому-то спросить о том, кто разбил мне сердце, я ответила не задумавшись и на секунду. Пусть все и не совсем так. Мое сердце разбил вовсе не Грейвс, а его скорая кончина, к которой я пусть косвенно, но руку приложила. - Вы говорите страшные вещи. – парень засмеялся. Он пытался отшутиться, но выглядел все же достаточно обеспокоенным. И не удивительно, подобные речи кого угодно могут выбить из колеи. - А что поделать? – спокойно ответила я и театрально развела руками. – Геллерт не терпит конкуренции. Парень ретировался так быстро, что я могла только удивленно вздохнуть. Будто магл мог знать, кто такой Грин-де-Вальд. Я подняла со стойки бокал с коричневатой жидкостью и стала лениво крутить его в руках, грозясь расплескать содержимое. - Очень скоро будет мертв. – вновь негромко произнесла я и зачем-то повторила еще раз. – Очень скоро… Эта мысль крутилась вокруг меня слишком долго прежде, чем я смогла за нее ухватиться. Конечно, Персиваль жив, нельзя ведь обратиться в мертвого человека. Вот только от этой мысли все внутренности сводит, все же Геллерт садист. И моя призрачная надежда в мгновение становиться страшнейшим кошмаром, но по крайней мере, я знаю, что нужно делать. Чтобы попасть в МАКУСА потребовалось совсем немного усилий, чтобы попасть в кабинет Грейвса, чуть больше. Понятия не имею, сам Персиваль или Геллерт в его обличие установил защиту, мне почти без труда удалось ее сломать. Тем не менее, я была практически уверена, что установивший защиту узнал о проникновении, потому времени у меня было совсем не много. Я метнулась к картине с дьяволицей. - Позволь, Лилит.- я почти взмолилась. Существо с картины посмотрело на меня с сомнением. Я догадывалась, что озвученная мной фраза не пароль, но мне больше не на что было надеяться. Дьяволица отчего-то вздохнула, но сейф открыла. Я вытащила содержимое. Поисковый кристалл крепко сжала в ладони, а карту города расстелила на письменном столе, который в мое отсутствие должен был вновь порасти ворохом недописанных отчетов, и все же был в идеальном порядке. Мне понадобилась, кажется, целая вечность прежде, чем я решилась представить Персиваля. Не знаю почему, в моем воображении он теперь выглядел совсем не так, как я запомнила – он был истерзан и совсем не походил на себя. Кристалл выскользнул у меня из рук, но прежде чем мне удалось посмотреть на карте точный адрес, пришлось ухватиться ладонями за край стола – настолько дурно мне стало от представленного. Камень указывал место, которое мне ни о чем не говорило, но теперь я точно знала, что Грейвс еще жив. Я уничтожила поисковый кристалл взрывным заклятием, чтобы им наверняка больше никто не смог воспользоваться. После взяла перо и чернила и написала на карте последнее, что я хотела бы сказать Персивалю: «Чтобы не случилось, мистер Грейвс, я хочу, чтобы вы верили лишь тому, что я по-настоящему вас любила. Остальное не имеет никакого значения». Признание вышло неожиданным даже для самой меня, но я вдруг поняла, что чувство, теплящееся у меня в груди, назвать иначе нельзя. Карту я вернула в сейф. - Спасибо, Лилит. – произнесла я, закрывая тайник. Дьяволица кивнула мне так, словно могла понять, за что я ее благодарю. По искомому мной адресу оказался большой особняк из серого камня с несколькими дымоходами и высоким кованым забором. Именно таким я представляла дом Персиваля. Пусть теперь не была ни в чем уверена. Ворота оказались не заперты. Обстановка на территории не сулила беды. Можно было сказать, что это обычный мрачный дом, которых в этом районе немало. Лишь застывшая фигура из камня, судя по одежде, местной прислуги, стоящая у самого входа в дом, заставила нервно сглотнуть. Я уже видела подобное. Геллерт наказывал подобным образом тех, кто ему не угодил. В том, что я иду правильным курсом, сомнений не возникало. Стоило проверить весь особняк, так я думала, и все же чисто интуитивно искала только одно – вход в подвал. Я слишком много времени провела с Грин-де-Вальдом, чтобы уметь думать не так, как он. Увидев в тени подвала фигуру, прикованную к стулу, я не сразу поверила, что вижу Персиваля. Он был раздет до пояса, весь в шрамах и сочащихся ранах, исхудавший, с обросшими волосами и бородой. Сколько времени он здесь провел, я боялась судить. Я бросилась к Грейвсу, падая на колени и пытаясь заглянуть ему в лицо. Мои руки, притрагивающиеся к нему обрывисто, ища за что ухватиться, ощущали только холод. На мгновение мне показалось, что Персиваль мертв. - Мистер Грейвс, пожалуйста. – я ладонями взяла волшебника за подбородок, принуждая посмотреть на себя. Пустой расфокусированный взгляд Персиваля заставил все мои внутренности сжаться. Я не могла точно сказать, что именно Геллерт с ним сделал, но общее представление имела, и от этого тошнота подступала к горлу. - Персиваль, умоляю, скажите хоть что-нибудь. – я на самом дела умоляла. Так и не получив ответа, я принялась распутывать веревку, которой руки Грейвса были связаны за спиной. Узлы упорно не поддавались. Прошло какое-то время, прежде чем мой судорожно работающий мозг догадался сделать это при помощи магии. Руки Персиваля безвольно повисли. Он вообще не реагировал на происходящее вокруг, что только ближе подталкивало меня к состоянию истерики. Я вновь попыталась заглянуть в глаза волшебника. - Персиваль, нам нужно отсюда уйти. – попыталась донести до него я. Я взяла Грейвса за запястье, готовясь трансгрессровать, как он неожиданно выбил палочку из моих рук. Ладони мужчины сомкнулись вокруг моей шеи и моментально сдавили с такой силой, что я почти потеряла способность к сопротивлению. Мои вялые попытки отбиться провалились. Спросить «почему?», «за что так со мной?» сил не осталось. Чувствуя, как тело мое тело обмякает и, кажется, содрогается в конвульсиях, я смогла увидеть полный отчаяния взгляд Персиваля, что совершенно не вязалось с тем, что его руки выжимают из меня жизнь…