Подарки

      Намджун никогда не собирался искать себе омегу. Променять студию и музыку на семейную жизнь? Нет, такая перспектива ему не нравилась. Только друзья вот знали, что альфа себе пару искать не хочет потому, что считает, что его врождённый дефект никому не понравится. Джун запахи не чувствовал, потому и омегу заводить не спешил, хотя, кому, как не друзьям, знать, что хочется? Хочется, чтобы под боком тихо сопел красивый омежка, может, даже беременный. Джун как-то сказал, что это мило.       Джун, наверное, так и не нашел бы омегу, если бы не глазастый Чонгук, покупающий своему омежке Тэхёну какие-то конфеты. Младший внимательно проследил за взглядом Намджуна, тихо указывая остальным, как тот пялится на прелестного парня с розовыми волосами, что выбирал между двумя похожими коробками для подарка. — Ты скоро слюнями пол затопишь. Познакомься с ним, — кидает Юнги, а потом, зная друга, быстро добавляет: — Или слабо?       Намджун, конечно же, эту уловку знает, но все равно говорит, что ничего ему не слабо, и поднимается со своего места. Только вот, когда к омеге подходит, все слова вылетают из головы, оставляя вместо себя огромное и беспросветное ничерта. И вот он стоит за спиной этого восьмого чуда света, по его мнению, и выдает, возможно, самую глупую фразу за всю свою жизнь: — Ты, случайно, не подарок? Я бы тебя развернул.       Тэхён в объятиях Чонгука начинает судорожно сдерживать порывы смеха, а Чимин звонко прикладывает руку к лицу, как и Юнги. Омега с минуту смотрит на него, а потом звонко смеется. Намджуну кажется, что за эту улыбку он готов отдать и музыку, и студию, и всю свою идеальную жизнь в общем. — Ненавижу распаковывать подарки, — говорит омежка, а потом смотрит на появившиеся ямочки у Джуна и тихо представляется. — Ким Сокджин.       С того момента Ким Намджун решил, что кроме этого розоволосого парня ему никто не нужен.

***

      Намджун довольно ставит большую коробку под заботливо украшенную его омегой ёлку и уверенно кивает своим мыслям. Он не думал, что Сокджин останется с ним дольше недели, но тот, кажется, не обращал внимания на отсутствие запаха и обоняния у альфы. Джин был добрым, заботливым и целый год был рядом с Джуном. Все выходки альфы он спокойно терпел, объясняя все тем, что любит, и уходить не собирается.       Намджун никогда бы не подумал, что будет с таким трепетом выбирать обручальное кольцо. За год альфа успел выучить все предпочтения и желания Сокджина, потому в синей бархатной коробочке лежало кольцо из белого золота. Единственный металл, который Джин соглашался носить.       «Ненавижу распаковывать подарки», — первое, что сказал Джин, когда они встретились. А сейчас Намджун делает ровно наоборот, уверенный, что так будет интереснее, пока омега не вернулся из магазина, куда Намджуна брали крайне редко.       В коридоре послышался шорох ключей, и губы альфы сами растянулись в улыбке. — Джунни, я дома, — блондин выглянул в коридор, видя раскрасневшиеся щеки своего парня.       Омега улыбнулся, замотанный в шарф, и поставил на пол пакеты. Намджун чмокнул его в лоб, шепча тихое «привет, детка», и потащил продукты на кухню.       Сокджин быстро разделся, следуя за парнем, и залез холодными руками тому под футболку. Намджун по привычке напрягается от контраста температур, а потом расслабляется, чувствуя влажные, ленивые поцелуи на своей шее. Джин трется о кожу холодным кончиком носа и заглядывает ему за плечо. — Ты уже все сделал? Я просил заправить салат, — напомнил омега, стягивая с себя свитер. — Я заправил, — кивает Намджун, указывая на холодильник. — Распакуешь подарок раньше? Знаю, как ты это не любишь.       Сокджин недоверчиво смотрит на парня, прищуривая глаза, как тогда, думая об адекватности его сестры, что коллекционирует презервативы. Неспроста все это. — Хорошо, — омега кивает, удаляясь в гостиную. Под самолично украшенной елью он видит большую розовую коробку, и это сразу же добавляет настроение. Пожав плечами, омега вытащил ее, тут же развязывая ленту. Усевшись на мягкий ковер, он обратил взгляд коньячных глаз к своему альфе, подпирающего плечом дверной косяк.       Джин в предвкушении снимает с коробки крышку и хмурится, видя коробку поменьше. Руки так и чешутся ударить Намджуна. — Что это? — раздается в тишине квартиры, и Джун чувствует холодок по спине. — Открывай дальше.       Джин с минуту сверлит в нем дырку взглядом, а потом вытаскивает вторую, подозрительно косясь на Джуна. — Ким Намджун, что за издевательство? — раздраженно спрашивает Сокджин на четвертой коробке и поднимается. — Ты же знаешь, как я это ненавижу! Сам открывай свой подарок. — Нет, Джинни, немного осталось, — Намджун преграждает недовольному омеге путь, но тот легко убирает его руки, уходя в кухню. — Не хочу я! Чего пристал? — Ты постоянно ничего не хочешь! Неужели сложно открыть гребаные коробки?       Омега обидчиво дует губы, натягивает кроссовки, не глядя, хватает легкую куртку и выскакивает из квартиры. Намджун обижается минут пять, а потом быстро распаковывает глупые цветастые коробки, вытаскивая сам подарок и кидается следом. Кого угодно, но Джина он терять не хочет.       Джин плачет громко и навзрыд, утирая мокрые дорожки с покрасневших от мороза и слез щек. Пальцы коченеют почти сразу, как он оказывается на улице. Тонкая куртка не спасает от холода, а телефон, ключи и деньги остаются дома. Дома у них. У него и его альфы. Намджун прав. Сокджин слишком капризный, любит внимание и совсем не думает о том, кого любит. Неужели он не мог один раз потерпеть?       Размышления прерывает теплое пальто, опустившееся на плечи. Он чувствует одеколон Намджуна и закрывает лицо руками, чтобы тот не видел. — Не смотри на меня, я некрасивый, — всхлипывает Сокджин, но альфа убирает руки от его лица, целуя замерзшие пальцы. — Ты очень красивый. Всегда, — шепчет Намджун, вытирая большими пальцами капли соленой воды. — Вот это было в самом конце.       Сокджин удивленно хлопает глазами, смотря на кольцо с витиеватым узором, пытаясь собрать мысли в один комок. — Я бы встал на колено, но холодно на снег, — Намджун неловко улыбается, указывая на дырки на дизайнерских джинсах.       Впрочем, Сокджина это уже мало волнует: он со счастливым визгом кидается к тому на шею, осыпая лицо альфы чередой коротких поцелуев.       Намджун легко отодвигает его от себя, чтобы увести домой. На Джина можно было смотреть вечно — так считал альфа. Розоволосый улыбается, не замечая холода, забавно морщит покрасневший носик и смаргивает крупные хлопья снега с ресниц. — Пойдем домой? — спрашивает альфа, целуя почти мужа в лоб, на что тот быстро и часто кивает, вновь чувствуя, как его накрывает волной холода. — Джунни, я люблю тебя, — негромко тянет омега, переплетая пальцы с чужими. — Я тебя тоже, детка, — Сокджин опять тихо ворчит: «Не называй меня так», а сам предательски улыбается, не в силах заставить себя перестать хоть на мгновение.

***

Год спустя

— Ким Сокджин, что за издевательство? — недовольно ворчит альфа, распаковывая третью по счёту коробку, меньше, чем предыдущие две. — Решил отомстить за прошлое Рождество? — Если ты не распакуешь все до конца, любимый, то пойдешь на салат, — мило растягивает омега из кухни. — Так что не ленись.       Намджун тихо смеется, продолжая рвать блестящую упаковку. Когда остается последняя (меньше уже некуда), в комнату входит Сокджин, усаживаясь на диван перед ним. — Давай скорее, нам уже не терпится увидеть твое лицо, — подгоняет парень, складывая руки на груди. — Нам? — Распаковывай уже! — рычит Джин, на что альфа спорить не решается.       Видя справки и сонограмму, альфа расплывается в счастливой улыбке, запрокидывая голову. — А я знал, что ты беременный, — тянет он, довольный, что его догадки подтвердились. — Откуда же, позволь знать? — с наигранным раздражением спрашивает Сокджин, дуя губы из-за неудавшегося сюрприза. — Если я не могу чувствовать твой запах, не значит, что я не чувствую твой эмоциональный план, — на прищур омеги, Джун лишь хрипло смеется, поднимаясь с пола и заключая парня в объятия. — Месяц назад ты пришел, а на вопрос, где был, ответил: «На УЗИ» и упал спать.       Джин захлебывается в возмущении и краснеет, пряча лицо в изгиб шеи альфы, на что тот целует его макушку и гладит по цепочке позвонков. — Спасибо, — тихо шепчет Намджун, а Джин непонимающе поднимает голову. — Это лучший подарок для меня. — А в шейку поцелуешь? — Все, что хочет моя принцесса.