Моя грязнокровка

Драко Малфой ненавидел весь мир. Отец в Азкабане, Лорд заставил принять Метку и приказал убить Дамблдора. Поттер мешается под ногами. Увидев в школе, как Грейнджер смотрит на своего друга взволнованно, он заскрежетал зубами. Как же он хотел, чтобы она на него так смотрела. Чтобы улыбалась ему так радостно. На него смотрела так, как на Уизли. Тупой Уизел ее явно недостоин, и что она в нем нашла? Браун тому и правда больше подходит. Малфой шел по коридору из Выручай-комнаты один. Починить шкаф не удавалось. Он был опять зол. Услышав всхлипы, он свернул на звук голоса. Девушка. С растрепанными каштановыми волосами. Его Грейнджер. Кто посмел обидеть? Только он и никто другой имеет право выводить ее из себя. Неслышно подойдя к ней со спины, он вытащил палочку и прошептал: "Империо." Девушка перестала плакать, ее лицо расслабилось и приняло мечтательное выражение. Драко обошел ее встал перед ней. - Почему ты плачешь? Отвечай. - Рон выбрал Браун, на ее месте должна быть я. У Малфоя перекосило от злобы лицо. Она думала о рыжем придурке. - Поцелуй меня. - Зло приказал он. Девушка потянулась к нему губами и прикоснулась к нему. Ее губы были теплыми и мягкими. Малфой вздрогнул от неожиданности и отстранился. Девушка так и стояла с закрытыми глазами. Отойдя от нее на приличное расстояние, он прошептал "Обливиэйт" и снял империус. И скрылся в коридоре. Следующие несколько дней он наблюдал за Грейнджер. Она не подавала никаких признаков о произошедшем между ними. Не помнит. Облегчение и злость раздирали юношу. В течение следующих нескольких дней он пытался подкараулить ее одну, но не удавалось. И снова злость. И снова Выручай-комната. И все усилия напрасны. Снова коридор. Снова Грейнджер одна. И снова: - Империо. Поцелуй меня. И девушка опять закрывает глаза и целует его. Только на этот раз Драко не отстраняется, а отвечает на поцелуй. Сначала несмело - вдруг она очнется? А потом все смелее и смелее. С каждым новым разом, что он заставляет ее, он все усиливает свои ласки, а девушка откликается на них. Улыбка кажется искренней, а стоны наслаждения естественными. После каждого обливиэйта он говорит себе, что это был последний раз. И через пару дней все повторяется вновь. Вот только уже через несколько часов после заклинания забвения он понимает, что скучает по ней. Ему не хватает ее мягких губ, нежности поцелуев, сладких стонов. "Это все напускное, ненастоящее!" - Кричит он себе и еще сутки мучает себя, чтобы на следующий же день снова подчинить девушку себе и насладиться ею. В коридорах школы встречаться опасно - Поттер так и ходит по пятам. А еще лордово задание, будь оно не ладно... Ему так нужна передышка. И снова Империо. Только уже следует приказ идти к Выручай-комнате. Он идет туда же только другими коридорами. Выручай-комната открывает им дверь в ресторанный зал. Одинокий столик с зажженной свечой посередине, ненавязчивая медленная музыка. Драко подводит Гермиону к столику и помогает сесть. Смотрит в ее осоловелые глаза и говорит: - Поговори со мной. - О чем? - О себе. - Что ты хочешь знать? - Все. И она рассказывает. В другую встречу он ей рассказывает о себе все. И так теперь каждый раз. Разговор за ужином, танец, поцелуи, договор о следующей встрече, забвение. Она будет вспоминать, что ей надо к Выручай-комнате, когда он скажет "свеча". Она не будет помнить, зачем ей туда, но все равно пойдет. И все заново. Драко настолько привык к ней, к их совместному времяпрепровождению, что, кажется, она именно в те моменты настоящая. А еще ему ее становится мало. Он хочет большего. Он хочет всю ее. Он хочет и ее душу, и ее тело. Драко Малфой хочет Гермиону Грейнджер. В свое полное владение. Чтобы она принадлежала только ему. И на следующую встречу он снимает ее мантию и галстук и расстегивает рубашку. Девушка вздрагивает. Драко отстраняется в испуге, что заклятие пропадает. Но видит все тот же рассеянный взгляд. - Что с тобой? - Спрашивает он. - Мне страшно. - Отвечает она. - Ты не должна меня бояться. - И она кивает. - Поцелуй меня. И девушка тянется к его губам. Малфой неистово отвечает на ее поцелуй. Он жаден. Эти губы могут принадлежать только ему. Эти руки могут обнимать только его. Почти уверенными движениями он обнажил девушку до пояса и наклонился к ее груди. Гермиона вздрогнула, но не отстранилась, а лишь сильнее вцепилась ему в волосы и закрыла глаза от удовольствия. Драко жадно целовал девичье тело, лаская его руками. Ее кожа была словно бархат, а сам стан тонок, и он льнул к нему ближе. Девушка выгибала спину и постанывала от наслаждения. В промежности у Драко заныло от нетерпения. Он приложил руку девушки к себе и сказал: - Сожми его и погладь. Девушка послушно выполнила его указания. Ее рука слегка дрожала, но она не смела ослушаться приказа. Драко целовал ее, гладил, опускаясь руками ниже, пробираясь под ее юбку. Девушка снова вздрогнула от интимных прикосновений его рук, но не отстранялась. Лишь участившееся дыхание да тяжело вздымающаяся грудь выдавали ее возбуждение. Драко чувствовал ее желание сквозь ее трусики. Его пальцы были влажными. Но проникнуть внутрь он не осмеливался. Малфой продолжал ласкать ее, надавливая сильнее. Девушка уже стонала в голос. Драко толкался в ее руке, желая окончить эту пытку. - Быстрее, Гермиона! - Жарко прошептал он ей в ухо, водя языком над ключицей. Девушка сильнее сжала его в руке и ускорила свои ласки. Издав утробный низкий рык, Драко излился в штаны и резко выдохнул. Он мог бы на этом остановиться, но не хотел. Не хотел оставлять Гермиону без разрядки удовольствия. Он стал сильнее и быстрее ласкать девушку сквозь белье, сжимая ее попку другой рукой. А губы терзали ее рот. - Давай же, Гермиона, кончи для меня. - Прорычал он, не особо отстраняясь от нее. Девушка громко застонала, а потом обмякла в его объятиях. - Умница. - Похвалил ее Драко, и девушка улыбнулась. - И запомни. - Прошептал он ей на ухо. - Твой первый оргазм - мой оргазм. Зрачки Гермионы расширились, а сама она кивнула. Драко произнес очищающие и высушивающие заклинания, сказал быть через два дня и вывел ее за пределы Выручай-комнаты. Скрывшись за поворотом, он надеялся, что двух суток ему хватит, чтобы прийти в себя и отказаться от Грейнджер. Через два дня он стоял у Выручай-комнаты и ждал девушку. Она послушно пришла, не зная, зачем ей надо в тот коридор. В эту встречу Драко был уже более смел и ласкал девушку под бельем. Поставив ее ногу на стул, на котором она не так давно ужинала, сидя с ним за одним столом, он проник пальцем под полоску ткани и погрузил свой палец в ее влажный вход. Лаская клитор большим пальцем, средним он ласкал и массажировал ее изнутри, вызывая у нее стоны удовольствия, что перешли в крик, и по его руке стек ручеек ее влаги. Драко расстегнул пояс и ширинку брюк, спустил их вместе с бельем. - Возьми меня. - Сказал он Гермионе и ощутил, как небольшая ладошка обхватила его ствол. - Ласкай меня, пока я не кончу. - Твердо произнес он и приник к ее груди, вбирая в рот полностью, сжимая губами и зубами ее соски, лаская ее тело, что принадлежало ему. Под его руководством девушка ласкала его член так, как Драко было приятно, и довольно скоро он кончил, облив ее руку своей горячей спермой. - Как бы мне хотелось, чтобы в эти моменты ты была настоящей. - Прошептал он с закрытыми глазами, прижавшись своей щекой к ее. Следующие встречи проходили по расширенному сценарию: ужин, разговор, ласки, оргазмы, договор о следующей встрече, забвение. Драко каждый раз с трудом себя останавливал, чтобы не перейти черту. Но это было все труднее. Вне их встреч в Выручай-комнате их взгляды были острее лезвия ножа. В один из вечеров Гермиона, слушаясь своего внутреннего голоса спешила к Выручай-комнате. Она не знала, зачем ей туда надо, но понимала, что очень ждет там чего-то. Она ходила вдоль стены, не понимая, почему дверь не появляется. Что ждало ее за стеной? Почему ей так одиноко? Когда стало ясно, что ничего не произойдет, она повернулась в сторону своей башни и ушла из далекого коридора, чувствуя неясную тоску в груди. В тот вечер Драко Малфой лежал в больничном крыле после нападения Поттера в туалете. У него не было возможности прийти к Гермионе. Он лежал с открытыми глазами и думал, как на этот раз внушить ей прийти туда опять. Он был один, никого не было вокруг, и от этого хотелось завыть по-волчьи. Ему была остро необходима Гермиона. Ее ласки, ее губы, ее руки, ее стоны, ее крики, ее удовольствие. Его удовольствие. Когда он привязался к грязнокровке? Выйдя из больничного крыла, Драко не знал, как вести себя с Гермионой. И он решил понаблюдать за ней. С первого взгляда все было как всегда, вот только иногда она уж очень уходила в себя. Была крайне задумчива, хмурила брови, кусала губы. Драко боялся подойти к ней и произнести заветное слово - вдруг не вспомнит? Он даже ходил в Выручай-комнату чинить Шкаф в ночное время - лишь бы не пересекаться с Гермионой. Но один раз, направляясь к Выручай-комнате, он увидел ее у той стены. Девушка нервно расхаживала, как будто в ожидании чего-то. - Зачем ты здесь? - Грубо спросила она его, увидев. - А ты? - У него внутри все похолодело в ожидании ее ответа. - Я... я не знаю. - Растерянно ответила она, и для Драко все решилось. - Свеча. - Произнес он, и у девушки слегка остекленели глаза, а на губах появилась мечтательная улыбка. В тот вечер не было ни ужина, ни разговора. Тем вечером Драко овладел Гермионой. Он нетерпеливо раздел ее, избавился от всей одежды сам и уложил ее на так удачно появившуюся кровать. Выручай-комната всегда выполняет искреннее желание. А заняться любовью с Грейнджер Драко хотел до помутнения рассудка. Он был нежен, ласков, терпелив, шептал ей о своей любви и безумстве, безрассудстве и желании. Лишив ее девственности, он шептал ей слова извинения и слизывал ее слезы. - Моя! Моя! Моя! Ты - моя! - Говорил он ей с каждым своим толчком. - Да! Да! Да! - Соглашалась она со всем, теснее прижимаясь к нему, крича от удовольствия, что накрывало ее. Мерзкий Уизел расстался с Браун, и Гермиона снова начала таскаться повсюду с ним. Малфой сходил с ума от ревности и ежевечерне разбивал руки в кровь. Когда его особо накрывало, то он был резок с девушкой, оставлял на ней синяки и засосы. - Ты - моя! Запомни! - Яростно вдалбливался он в нее, не сильно беспокоясь о ее комфорте, но девушка, казалось, этого не замечала, продолжая стонать от мазохистского наслаждения. Она послушно получала удовольствие. - Ты - грязнокровка! Моя грязнокровка! Никто не смеет к тебе прикасаться! Ты только моя! - Твоя! Твоя! Твоя! - Выкрикивала девушка, бурно кончая. В их последнюю встречу Драко плакал. Он любил ее как никогда до этого. Он прощался с ней. Всю ночь напролет в разных позах он доказывал ей, как сильно любит ее и будет тосковать по ней. Он не считал, кто и сколько раз кричал от удовольствия. Это было неважно. Важно было лишь одно: - Я люблю тебя. Я люблю тебя. Я люблю тебя, Гермиона! - Шептал он ей. - Знай это, помни это. Что бы ни случилось. Я люблю тебя больше всего на свете. Гермиона ничего не говорила в ответ, а лишь кричала и стонала от удовольствия. На следующий день был убит Дамблдор, а Драко расстался со своей мечтой. Так закончился шестой курс.