***
23 ноября Виктор улетел в Японию, так и не попрощавшись с Катей. Сейчас на календаре было 22 декабря – день, когда Катя должна лететь в Японию. - Блин, я чет так нервничаю. - Кать, успокойся, ты весь месяц была спокойна, а сейчас чего так разволновалась? Все будет хорошо, вот увидишь. Виктора повидаешь, посмотришь на совсем другу культуру. Тем более Япония красивая страна, - поддерживал Федя девушку в зале ожидания в аэропорта. - Ничего красивого я там не увидел… - бубнил Плисецкий. - Юр, помолчи, совсем не помогаешь. - Не, ну а чего ты как ссыкло, в самом-то деле? - Федя, убери его отсюда, а то я его убью, - Катя пригрозила Юрке кулаком. - Екатерина, послушай меня, - сказал Юра с серьезным выражением лица. – Тебе реально незачем переживать. Витька к тебе не остыл, ты же сама знаешь, что он каждый день писал нам и спрашивал о тебе, значит он тебя типа это, любит. Да, ты еще та истеричка, но и он тут не прав, а ты делаешь большой поступок, и я уверен, что даже такой напыщенный индюк, как Виктор, оценит это. А еще я написал тебе все свои указания, как там не заблудиться, на бумаге, так что не потеряй. Кстати, я тут тебе еще кое-что приготовил. Вот, возьми, - Юра протянул Кате конверт. – Но только не читай пока не взлетишь. Я подготовил некий план действий, согласно которому ты должна действовать. Так что прочти обязательно! Короче, все вроде. - Юр, ты такой деловой милаха, спасибо, - Катя обняла Юрия и чмокнула в щеку. - Фу, фу… Убери от меня свои губы, перестань, - вырвался Плисецкий с Катиных объятий и покраснел. - Кать, тебе, кажется, пора, - сказал Федя. – Смотри на табло. - Точно, уже началась посадка! Ребят, я вас очень люблю и спасибо вам за то, что так меня поддерживали, я буду скучать… - Да иди уже, а то опоздаешь! – толкал девушку Плисецкий. - Иду, иду, не толкайся! Все, пока! – кричала Катя на бегу, помахав ребятам рукой на прощанье.***
Кате попалось место у аварийного выхода, чему она обрадовалась, ведь полет будет долгим, а так хоть будет место куда ноги деть. Самолет набрал высоту и уже начал выравниваться, значит пора читать Юркины писульки. Катя открыла конверт, вынула белый лист А4, который весь был исписан аккуратным почерком, и принялась за чтение. ПЛАН 1. Перелет. После первого же пункта Катя засмеялась, ведь Юра так серьезно отнесся к ее проблеме и выглядел таким деловым. 2. При выходе с аэропорта ты сразу попадаешь на перрон. Твое задание впихнуться в любой поезд, так как все поезда с аэропорта едут в ту сторону, куда тебе нужно. Но будь осторожна, ведь час пик в Питере – это еще цветочки. Сама поймешь, когда увидишь. 3. Твоя остановка 7 по счету, не прозевай! 4. Только ты выйдешь с поезда, сразу увидишь красивое многоэтажное здание, там еще написано что-то типа «Метеослужба… и т.д.», но для тебя просто чёрные иероглифы. Если стоять лицом к зданию, то тебе нужно идти в левую сторону. 5. Если ты ничего не напутаешь и пойдешь правильным путем, то через метров 500 увидишь мост, твоя задача его перейти. 6. Пройдешь мост, никуда не надо будет сворачивать, дорога будет только одна, ведущая в одну сторону. 7. Через 10-15 минут по правую сторону будет еще одно красивое стеклянное здание, опять с иероглифами. Именно это здание твоя цель. 8. Входишь в парадную дверь и идешь на запах льда. Катя опять рассмеялась, но на этот раз так громко, что сосед на нее странно покосился. 9. Находишь там Виктора, кидаешься ему в объятья, он хватает тебя разок другой за попчанский и все, хеппи энд. Катя бросила письмо, схватилась руками за рот и изо всех сил старалась подавить вырывающийся смех. Сосед слева опять зло посмотрел на Катю, но ничего не сказал.***
Полет длился чуть больше 9 часов, но Катя, на удивление, почти весь проспала. Девушка посмотрела на огромные часы в зале приема багажа - местное время 11.27 дня. Через несколько минут она забрала свой багаж и вышла на улицу, после чего вынула план Плисецкого и еще раз его пересмотрела. Конечно, это был альтернативный план действий, ведь Катя за 2 недели до вылета забронировала себе номер в гостинице, а кроме того у нее был адрес Кацуки, где проживал Виктор, а так же прорисован весь маршрут. Но так как девушка хорошо выспалась и чувствовала себя бодро, она решила все-таки действовать по плану Плисецкого.***
- Так, вроде тут. Катя стояла напротив того самого стеклянного здания, о котором писал Юрий. Девушка опять заволновалась. Прошел месяц. Хотя это не так и много, но, все-таки, за это время Катя и Виктор ни разу не общались. Она подготовила речь, которую 100 раз переписывала, и даже выучила наизусть, но страх был так силен, что все слова перемешались. «А что, если его тут нет? А если он не захочет говорить со мной? А если он выслушает меня, но не ответит взаимностью?» - нервничала девушка. - Так, соберись! Надо быстрее с этим покончить! – командирским голос сама себе приказала девушка и пошла в сторону стеклянной двери. К счастью, не понадобилось вычислять лед по запаху, так как легко было понять по звуку коньков царапающих лед, где именно каток. Катя пошла на звук, в результате чего оказалась там, где надо. Катя крадущейся походкой подошла ближе и, в своем репертуаре, спряталась за стеной. Сказать, что сердце девушки забилось чаще – это ничего не сказать, так как волнение било по каждой клетке. Она осторожно выглянула из-за стены и наблюдала за происходящим на катке. Виктор, любимый всем сердцем Виктор, такой грациозный, такой легкий, нежный и в то же время страстный… Катя сразу же узнала его программу с предыдущей серии Гран-при, которую он как раз откатывал, видимо для Кацуки, который наблюдал за ним с таким же восторгом как и Катя. Эти прыжки, вращения, движения, мимика… В тот момент она его боготворила. Музыка закончилась, Виктор застыл в финальной позе, а Кацуки так и продолжал стоять с полуоткрытым ртом, и тут Катя не сдержалась, ее руки сами потянулись друг к другу и девушка захлопала в ладони. Виктор машинально повернулся в сторону звука и увидел ее... Его глаза, широко распахнутые от удивления, смотрели на нее. Сердце замерло, во рту пересохло, голова пошла кругом, дыхание тяжелое, сбитое, конечности задрожали. - Катя... - выдохнул Виктор ее имя и кинулся бежать через весь каток, как когда-то бежала она.