Не создан для отношений

      Секунд тридцать Катя не приходила в себя, пока Плисецкий не подошел и не щелкнул пальцами перед глазами. Только после этого девушка пришла в себя.       - Юрий, - она посмотрела на Плисецкого. – Федя, - перевела взгляд на Титова. Она могла спросить, что они здесь делают, то и так это знала, поэтому спрашивать было глупо. Она молчала, не сводя глаз с бывшего.       - Как ты? – Федр первый заговорил.       - Хорошо…       - Конечно, хорошо! А почему ей должно быть плохо?       - Юра, заткнись, пожалуйста, - заткнул блондина Титов. – И оставь нас наедине.       Юрий цокнул языком, демонстрируя недовольство, но вышел.       - Почему ты мне не сказала? Почему я узнал это не от тебя, а от сторонних, по сути, людей?       Катя тяжело дышала, сердце вырывалось из груди, руки и ноги дрожали.       - Потому, что не смогла.       Федя подошел ближе, почти впритык, от чего девушка попятилась назад.       - Знаешь, я летел сюда с целью высказать все тебе в лицо, все, что я о тебе думаю…       Катя опустила глаза, она знала, что он имеет на это полное право.       - Когда я прилетел в Питер, после той поездки к тете, первое, что я сделал – помчался к тебе домой. Я даже не забрал свой чемодан с аэропорта, оставил его на родителей. Я пришел к твоей двери и раз десять позвонил в звонок, потом столько же раз звонил на мобильный, хотя и в первый раз услышал «абонент вне зоны действия сети». После того я побежал в Клуб. Я бежал, не смотря на минусовую температуру, на снег, на то, что уже задыхался, но я не останавливался…       - Остановись, пожалуйста…       Но Федя не обращал внимания, он продолжил.       - Как только я попался на глаза Якову, он быстро скрылся за дверями кабинета, что, согласись, было странно, а Юра отвел меня в сторону и рассказал все…все, что ты должна была рассказать. Но ты так не сделала, ты решила все за нас обеих, - парню тоже было тяжело все это говорить, он как будто переживал все снова, но собравшись, он продолжил. – Первое, что я сделал, отвесил Юрке оплеуху.       - Зачем? – удивилась Катя.       - Потому, что я был уверен в тебе на столько, что не мог поверить в такие бредни. Но не тут то было! Но, спасибо ему, что он не позволил мне тебе написать, потому что я был готов тебя морально убить… Месяц прошел, Катя, всего лишь месяц, а ты уже собралась замуж.       - Откуда ты знаешь?       - Не важно. Просто знаю. А знаешь, я ведь хотел позвать тебя замуж после победы на Гран При.       - Ч-что? – Катины глаза расширились.       - То, что слышала. И, знаешь, мне интересно, что бы ответила, если бы не Виктор. Ты бы согласила и продолжала меня обманывать?       - Я…       - Катя, я же знал… Я всегда знал, что ты не любишь меня и никогда не полюбишь. Я знал, что ты всегда принадлежала и будешь принадлежать только Виктору… Именно поэтому я сейчас так спокойно говорю с тобой, а не называю теми словами, которые хотел сказать в первые дни. А еще потому… потому, что я до сих пор люблю тебя. Можешь представить такое? Вот хохма-то, - Федя улыбнулся такой холодной, неискренней улыбкой, что Кате стало не по себе. Он стоял, держа руки в карманах пальто, его темные волнистые волосы, которые успели отрасти, спадали и почти закрывали грустные глаза.        - Если сможешь когда-нибудь простить меня – прости. Но ты прав, я всегда его любила, но боялась признаться себе в этом. Прости… прости меня за все, и за то, что бросила тебя одного на льду и… - девушка не смогла закончить фразу, она расплакалась, как ребенок. Федя стоял и просто смотрел на нее, забитую в угол, такими же мокрыми от соленых слез глазами. В тот момент в раздевалку зашел Виктор и увидел эту картину. Сначала он не понял, что происходит, что здесь делает его бывший товарищ и друг, но когда увидел рыдающую невесту, на автомате подошел к Титову и ударил его в лицо, не разобравшись в чем дело. Но Федя не стал молча ждать, что будет дальше, поэтому ударил Никифорова в ответ, только его удар был куда более мощным, ведь парень вложил в него всю ненависть и зависть, которую уже давно испытывал к сопернику.       По подбородку Виктора в момент растеклись две красные дорожки, которые на шее соединились в одну.       - Федя, нет! – крикнула Катя, подбежав к жениху, который от удара чуть не упал. – Что вы делаете?!       Никифоров спокойно сидел и вытирал кровь с разбитого носа рукавом светлого пальто, а Титов присел под стенку и потирал кулак. Екатерина опустила голову на плечо любимому и истерически плакала, пока в раздевалку не вошел Юрий. Он окинул взглядом двух парней, сначала Федю, с разбитой губой, а потом Виктора, с кровоточащим носом, и улыбнулся. Он был явно доволен, что Федя навалял Виктору.       - Привет, Витька, - довольно сказал Плисецкий. – Ну, что? Получил по заслугам? – он подошел к нему и тыкнул пальцем в нос избитого мужчины, от чего второй поморщился.       Виктор ничего не ответил, его взгляд был устремлен на Титова. Одной рукой он прижимал к себе девушку, а второй убрал с лица вымазанную челку. Впервые в жизни Юрий увидел его с таким выражением лица – злобный взгляд, уголки губ, все в крови, опущенные вниз. «Он похож на раненого волка» - подумал Плисецкий.       Когда Катя успокоилась, Никифоров аккуратно взял ее под руку и увел прочь, на последок бросив на парней угрожающий взгляд. Больше Никифоровы никогда не виделись с русскими друзьями.

***

      Через два месяца, после стычки в раздевалке, Катя и Виктор сыграли свадьбу, но «сыграли», это громко сказано. У Кацуки собрались все самые близкие, как и планировалось. Никаких свадебных платьев и костюмов не было, все было максимально просто, ведь все это, как считали молодые, лишняя трата времени, денег и нервов.       Никифоровы так и продолжали жить на той же квартире и заниматься теми же делами – Виктор занимался с Кацуки, а Катя тренировала детей.       Одного июльского дня, когда Никифоров занимался с Юри, на каток прибежала Катя, чем не на шутку напугала мужа.       - Катя, что случилось? – перепугался Никифоров увидев задыхавшуюся жену. – Почему ты прибежала сюда? Ты же должна быть дома сегодня?       - Витя… Я… - не могла отдышаться девушка. – Я… Я беременна…       Виктор упал на колени и закрыл лицо руками. Мужчина плакал.

***

3 года спустя       - Витя! Я же просила не выходить с ребенком на лед, - кричала Катя с раздевалки.       - Любимая, ты не доверяешь мне? Ты думаешь я упаду? – отвечал Никифоров с двухлетней светловолосой девочкой на руках.       - Ой, ой! Ты же знаешь, какая она непоседа… Вить, ну не ходи на лед с ребенком.       - Эх, Виктория Викторовна, придется нам уходить, а то мама нервничает уже.       Никифоров сошел с катка, крепко прижимая дочку к груди.       - Кать, ты уже переоделась?       - Да, давай мне ее и переодевайся. Мы опаздываем.       Виктор переоделся, переобулся, забрал у жены дочку и усадил в коляску.       - Все, пошли, крестный уже заждался.       Никифоровы вышли с ледового дворца и втроём отправились в гости к Кацуки.