Какая же ты киса, Фарафонов.

      Гене не хватает только усов, хвоста и ушей, чтобы стать настоящим котом, а мне пора бы уже заводить личный дневник, потому что держать в голове все его закидоны вперемешку с разношерстным туровым дерьмом просто невероятно.       Итак, дорогой дневник, это уже шестой город, который мы разрываем, и шестой город, по которому Гена уходит гулять ночью один.       На утро у него царапина на шее сверху, почти незаметная, но я не толпа: я стою с ним на одной сцене, и слышал его читку достаточно раз, чтобы разглядеть детали. -С уличными котами подрался что ли? — прохрипел я спросонья, разбуженный щелчком входной двери номера.       Гена лишь ухмыльнулся и, наскоро стянув потрепанные кроссовки, завалился на стоящую рядом с моей кровать и быстро заснул. И мне кажется почему-то, что во сне он мурлыкает.

***

-Ген, куда ты уходишь постоянно? — спросил я, потирая мокрую после душа бороду. -Гулять, — он блаженно улыбался, лежа с закрытыми глазами.       Уже начинало светать, комната наполнилась холодным зимним светом; он лежал как пришел: в красной толстовке, черных штанах, которые промокли внизу от хождения по лужам. Гена обнимал себя чуть дрожащими пальцами, так и не удосужившись забраться под одеяло (и кто тебя потом лечить будет?). И отчего-то улыбался, будто ему снился лучший сон в его жизни. -Какая же ты киса, Фарафонов, — сказал я, пройдя к шкафу напротив его кровати. Он напрягся и, подскочив, судорожно ощупал голову, тяжело выдыхая. — Ты чего? — поинтересовался я, вопросительно подняв одну бровь. -Да так, — он, ненадолго задумавшись, лег обратно, но глаза уже не закрыл.

***

-Просыпайся, киса, — будил я его за пару часов до концерта. -Блять, уже? — его лицо искривилось в муках. -Да, люди вообще-то ночью спят. -Да я и не… — он осекся и, встав с кровати, все-таки поплелся в ванную.       Я сел на край его кровати: «Ну и что ты не?», — истерично прозвучал внутренний голос. Спокойно, Никита, ты просто устал. Ладно, может так проще будет? Дорогой дневник, Гена… -Блять! — отрывает меня от мыслей крик из ванной. -Че такое? — спрашиваю я, где-то за задворках сознания молясь всем богам, чтобы все было хорошо.       Ответа не доносится, лишь заглушенное злобное мяу.       Я, усмехнувшись, подошел к двери и уже собирался открыть её. «А Гене не хватает только усов, хвоста и ушек, чтобы…» Я открываю дверь. «Чтобы…»       А, нет, уже хватает.

***

-Ген, а это что? — блять, а я будто сам не вижу. -Отвернись! — истерично кричит он в ответ, смотря широко раскрытыми глазами то на меня, то на отражение в зеркале. А я не могу: я застыл на месте, будто прикованный.       Он взял себя в руки, успокоился и тяжело выдохнул: -Да оборотень я. Только во всяких «Сумерках» они в волков превращаются, а я — в кота. Только я это не контролирую. А тут какой-то пиздец, блять: и в кота не превратился, и человеком не остался. -А по-моему, мило, — я все-таки развис и, подойдя к нему, почесал за ушком. Гена тихо замурчал, прикрыв глаза, но вдруг резко отпрянул. -Блять, а выступать мне с этим дерьмом как?! — его хвост хаотично задвигался из стороны в сторону. -Может, само пройдет? — улыбался я. Он и правда мило выглядел: черные ушки с седыми кисточками, черный пушистый-пушистый хвост, оттопыривающий низ толстовки. Но усов все-таки не было. -Лучше бы твой долбоебизм сам собой прошел, — зло прошипел он. -Какая злая киса, — я еще раз приблизился и почесал за ушком. На этот раз отступать было некуда. Да ему, видимо, и не хотелось.       Он упал головой мне на грудь: -Почему эта хуйня происходит со мной, Никит? — тяжело выдохнув, спросил Гена. Я провел рукой по волосам — он тихо мурлыкнул. -Потому что ты киса, Фарафонов, — еще одно поглаживание — он зарывается носом в мою футболку. — А на концерт я тебе шапку дам какую-нибудь. -Они мне не идут, — почти промурлыкал парень. -Говоришь так, будто у тебя есть выбор, — я спустился рукой к плечам и спине. -А с хвостом что? — он вскинул его вверх, слегка задев мою щеку пушистым мехом. -В штаны запихай и не поворачивайся спиной к залу.

***

-Апчхи! -Будь здоров, Игорь, — бодро произнес я, когда мы шли ему на встречу с «замаскированным Геной, — простудился что ли? -Да нет… Апчхи! Да нет вроде. Пару минут назад все хорошо было, — ответил парень. -Аллергия? — неуверенно спросил Гена. -Да у меня только на кошек аллергия. Апчхи! Откуда в отеле… Апчхи!..кошка? — он развел руками, а Гена лишь сконфуженно улыбнулся, выдавив из себя: «Действительно». -Так, все, идем покурим, пока такси не приедет, — быстро сменил тему я и почти что вытолкнул ребят на улицу. -Ты какой-то чересчур активный сегодня, — закурив, усмехнулся Игорь. -Настроение хорошее, — широко улыбнулся я, украдкой взглянув на Гену. -А тебе холодно что ли? Вроде в шапке никогда не ходил, — кивнул в его сторону битмейкер. -Да, — Гена опустил глаза, что, впрочем, не вызвало никаких подозрений, потому что делал он так часто.       Мы курили и слушали историю про дочку Игоря, пока не подъехало такси. Мы с Геной сели на заднее сиденье, а парень, дорассказав историю на ходу, — на переднее.       Гена, спрятавшись за сиденье от зеркала заднего вида, то и дело поправлял шапку, которая то и дело норовила соскочить, явно не рассчитанная на кошачьи уши. Игорь и таксист что-то живо обсуждали, казалось, не замечая нас, поэтому, воспользовавшись моментом, я перехватил его руку и, резко опустив её к нему на колени, плотно сжал своей: -Успокойся, — шепотом произнес я. -Не продержится она весь концерт, — обреченно вздохнул парень. -Да ты её не трогай хотя бы, — выдохнул я.       Он свободной рукой достал из кармана телефон и стал что-то набирать в гугле. -Думаешь найдешь что-то? — я вопросительно поднял бровь. -«Гугл — найдется все», — саркастично произнес он и, открыв какую-то ссылку и быстро пробежав глазами по тексту, резко заблокировал телефон и убрал его в карман. — Ничего путного, на самом деле, — отвел он взгляд.