Властелин галактики

      Только охранники закинули его в клетку, как бедный малый с трудом поднялся и побрел к «своему» месту у решетки. Тяжело присев на многострадальный зад, он вытянул ноги и задумался о своем будущем. Казалось оно ему не совсем радужным (после такого приключения, может быть, даже и близким к радужному символу гейропы). — Где только взялся этот дядя вместе со своими советами, мать с ее долбаными порожками и все эти некрофилы от медицины. Близко больше к районной поликлинике в жизни не подойду, если только выберусь отсюда.       К нему подходила молодая учительница с тарелкой в руках и стаканом компота. — Андрюша, поешь, осталось с завтрака. Тебя пытали так долго?       У парня накатила предательская слеза от такого знака внимания и заботы. — Спасибо, Вера Анатольевна. Да эти твари хотели узнать секреты нашей Родины, но я молчал, как Зоя Космодемьянская, и не выдал адрес Кремля и имя нашего Президента.       Англичанка поправила полы рубашки, стараясь оттянуть ее пониже, и заалела лицом. — Ну что ты так официально? Можно просто Вера, в конце концов мы вдвоем попали в такое положение, да и я не намного старше тебя, всего-то несколько лет разницы…       Андрей принял тарелку с пластиковой лопаточкой вместо ложки и благодарно кивнул бывшей наставнице, а теперь такой же простой рабыне, как и он сам. Каша была холодная и омерзительно безвкусная. Запив компотом трапезу, он разлегся на полу и попробовал подремать. В это время фрагменты разрушенного артефакта начали растворяться на частицы наноботов и с желчью попадать в кишечник; там они проникнут через стенки слизистой в кровь и попадут в мозг, где начнут создавать нейросеть. Медтехник оказался прав: это был действительно артефакт древней исчезнувшей расы — предшественника сеятелей. Из всех десяти образцов он ввел в организм дикаря один — именно исправный. Хоть способ установки и был дико глупым, но для такой технологии это оказалось без разницы. Современные модели устанавливались через прокол в основании черепа с помощью специальной аппаратуры. Артефакты древности в этом не нуждались: их делали в виде маленького браслета на руку, они постепенно впитывались через кожу в кровь и самостоятельно разворачивались, встраиваясь в ЦНС человека — носителя. Через несколько дней юноша станет обладателем супер-пупер-мега крутой нейросети в галактике. Единственной и неповторимой. Если бы медтехник точно знал, что он поставил рабу с далекой планеты, то он бы пооткусывал себе локти на обеих коленках — возможно, даже до крови.       За день охранники вызывали людей из их камеры и тягали туда-сюда. Некоторые не вернулись и об их судьбе было ничего неизвестно. В клетке царил бардак и неразбериха. Пару раз охрана дубинками разнимала возникшие драки, и как только принесли ужин, Алексея и еще тех девятерых человек снова застроили и увели на голодный желудок. Пиратам пришли заказы, и они сбывали товар. Восемь человек с высоким интеллектом и нейросетью база+ купили для работы на орбитальную верфь. Рабы получат базы на управление КСМ и будут клепать межзвездные корабли. Веру и Андрея выкупил наркобарон; его планета была совсем рядом — в пятнадцати звездных системах отсюда — и он торговал с базой пиратов. Нанятый капитан перебрасывал от него дурь на эту базу, откуда она расползалась дальше, а назад вез рабов и оборудование. Вот и сейчас невысокий парень в потертом комбинезоне, с бледным лицом и немытыми патлями, взял управление рабских ошейников своих подопечных и повел их на свое разбитое корыто. Он уже загрузился сеялками и был готов перегнать товар к заказчику.       Люди уже поняли, что эти ошейники могут бить током, доставлять массу неприятностей и болевых ощущений, если этого хотел владелец раба, и поэтому тихо шли следом за провожатым, не предпринимая попыток убежать. Да и куда можно убежать в пиратском логове на чужой планете? Удивительным оказалось то, что Вера понимала его язык. Ее стандартная нейросесть уже установилась и начала работать. Вера задала человеку несколько вопросов с целью прояснения своего дальнейшего положения. Парень недолго остановил на ней изучающий взор и ответил. — Куда ты нас ведешь? — На мою ласточку, отвезу вас на планету к дону Хули-я, он ваш новый владелец. — Послушай, ты не понимаешь. Нас обманули и удерживают тут против нашей воли. Если об этом узнает наше правительство… — И что? Начнет торговать вами на вполне законных основаниях?       Мысли учительницы были сбиты этим вопросом. — Нет, у нас нет рабства, есть конвенция ООН, в которой говорится… — Послушай, я вижу, ты смышленая девушка, позволь дать тебе простой совет. Здесь нет тех законов, к которым ты привыкла на своей варварской планете. Здесь есть только право — право сильного. Тебе это лучше понять до того, как я доставлю тебя к дону Хули-я.       Вера замолчала, а пилот задал встречный вопрос: — Сосешь как, хорошо? Если плохо, могу дать пару уроков, пригодится на месте. — Как ты смеешь? Да я порядочная девушка, да у меня всего два мужчины в жизни было, не то, что у некоторых!       Капитан рассмеялся. Он незлобно куражился над своим грузом, не думая, впрочем, воспользоваться своим положением. Девушка была не в его вкусе: слишком спортивная, холеная, с правильным лицом и длинными, белыми волосами. Он предпочитал полненьких брюнеток, так как они напоминали ему подругу детства.       На судне он отнесся к ним даже гуманно: выделил отдельную каюту, разрешил воспользоваться душем и накормил ужином. Вера живо с ним общалась, даже заигрывала, стараясь разузнать побольше о том печальном положении, в котором они оказались. Андрей ничего не понимал из их разговора и просил ее переводить. — Андрюша, иди в каюту и поспи, а я тебе потом расскажу все, что смогу разузнать.       Пилот не понял русского языка, но увидел кислую рожу Андрея и рассмеялся. Парень ушел. Он очень устал за сегодняшний день и пережил большой стресс. Только он задремал, как прибежала училка и начала трясти его за руку. — Андрюша, проснись скорее! — А, что? — Андрей, Валериан говорит, что мы попали в метеоритный поток и просит нас занять место в спасательной капсуле на всякий случай! Пошли быстрее…       Она потащила его за руку, да и парень не отставал — жить-то хотелось. Возле перечеркнутой крест-накрест двери их поджидал капитан. Он открыл шлюз, пропуская их в узкую кабину, и задраил его у пассажиров за спиной. Было, прямо-таки сказать, тесно для двух человек — как будто их затолкали в небольшой лифт. Андрей не старался сильно наваливаться Вере Анатольевне на спину, но некоторые его части тела вошли с ее круглым задом в достаточно тесный контакт. — Что-то несильно это похоже на спасательную капсулу, здесь даже сесть некуда! — только англичанка произнесла эту фразу, как раздался хлопок пиропатрона и капсула отделилась от корабля. Лампочка над головой сразу потухла, и они оказались в абсолютной темноте и тишине. — Ма-мо-чка! — Вера истошно заголосила, а ученик обнял ее руками. Девушка стояла столбом не шелохнувшись. До нее дошло, что они не в спасательной капсуле и их только что выкинули в открытый космос в простом ящике, без системы жизнеобеспечения. Что произойдет раньше: они задохнутся или замерзнут? Мысли забегали у нее в голове: она так молода и ей рано умирать, она так мало видела в жизни, не съездила в Италию, не вышла замуж, не родила прекрасных детей и не занялась их воспитанием по передовой методике. Много разных мыслей пронеслись у нее в голове в этом момент. Надо сказать, не все они была глупыми, но скажем так, она думала о многих вещах одновременно. И про то, и про это, и чуть-чуть про красное платьишко и шляпку.       Когда ее разбежавшиеся мысли собрались в кучу, она поняла, что в ее голую жопу упирается поднявшийся член ученика, а жить им осталось несколько минут. Вера плюнула на руку и смазала слюной щелку, взяла Андрюхин член маленькими пальчиками, направляя его правильной дорогой. Учительница выгнула спинку настолько, насколько позволяли стесненные условия, и приняла гостя на всю глубину.       Парень оторопел и удивлялся той простоте и легкости, с которой он занялся сексом в первый раз в жизни. Вера Анатольевна была красоткой. Только что из училища, она работала в их школе первый год, и все буквально исходили слюной, глядя на нее, но дамочка держала себя строго, храня себя для «одного и единственного».