Romance love. Продолжение: Надежда не умирает.

POV Jade

— Сейчас зайдём к Меган, — пояснила я Митону, когда мы вышли из машины. — Ага, — он кивнул, и мы зашли в здание. Митон шёл вприпрыжку, а я держала его за руку. Мы поднялись наверх. — Тук-тук, — я постучала и заглянула. Мегс отложила книгу, которую читала, и встала. — Привет, — она улыбнулась. — Привет, — Митон осматривал палату. — Когда меня выпишут уже? — Меган заныла, опустив плечи и скорчившись. Я цокнула, а она приземлилась на кровать. — Через пару дней точно. — Ну мне скучно-о-о! — Почитай книгу. — Я её почти дочитала, — Меган взяла в руки раскрытую книгу и показала мне, что ей осталось прочитать несколько страниц. — Осталось совсем немного. Потерпи выходные. — Почему выходные? Я хочу отдыхать в выходные! Сходить куда-нибудь… Кстати, мне задали домашнее задание по психологии, — я вскинула брови, что означало полную сосредоточенность. — Какое? — Мам, расскажи мне о наших родственниках. Ну…геологическое древо. Это домашнее задание. — Хм… — я выдохнула через нос, — хорошо. Я полезла в сумку за блокнотом и ручкой. — Смотри, вот это ты, — я нарисовала кружочек и написала в нём её имя, — а вот это Митон, — рядом изобразила квадрат и написала «Джордж Митон Вест» Меган нагнулась и всматривалась в листок бумаги, который я вырвала из блокнота. — Это я, — я комметировала всё, что писала. — Второе имя Дугласа я не знаю, поэтому… «… — Отец вас подослал? Я вызову полицию, если не ответите. — Разыскивается Дуглас Матьес МакКлиф. Агентство ФБР…» — Подожди-ка… Матьес. Вспомнила! Матьес! — я почувствовала взгляд дочери на себе. — Почему ты провела отдельную стрелку к нему? — задала Меган вопрос, когда я нарисовала квадратик отца. — Потому что Дуглас мне не родной брат. Он мне единокровный брат. У нас общий отец. — Ясно. — У Марианы, — я кашлянула, — было три имени. Если захочешь, выбери два, но обязательно включи «Мариана». Я уверена, что Меган прочитала «Линда Лидия Мариана Вест». — Всё время задавалась вопросом, почему ты называешь свою маму по имени? — Потому что я не считаю нужным называть человека мамой, который полноценно прожил со мной только первый год моей жизни. — Но это неправильно! — Во всём мире всё неправильно, — у меня сел голос. — Она умерла, Меган. Я не смею её называть мамой.

Flashback

<POV author>

— Расскажи историю, мамочка, — девочка положила голову женщине на плечо. — Хм…какую? Я не знаю… — Пожалуйста-а-а, — тихий голосок казался ей таким несчастным. — Знаешь историю про кролика? — Джейд отрицательно покачала головой. — Жил был кролик. Плюшевый кролик. Его хозяйка — маленькая девочка — была очень заботливой. Она укладывала его в постель рядом с собой, пела колыбельные ему. Девочке казалось, что кролик засыпает под эти песенки, но на самом деле девочка засыпала сама, прижавшись к мягкой игрушке. — А дальше? — Однажды глубокой ночью, когда девочка в очередной раз заснула крепким сном, кролик выбрался из кроватки, открыл дверь комнатки и…

POV Mariana*

      Я поняла, что вся дрожу. По ногам бегут мурашки, пальцы немеют. Паника. На горло будто давят. Я не могу говорить. Я парализованна. В животе тянет. Так часто случается. Я вроде бы привыкла, а вроде — нет. Ужасно. Я будто потеряна. Чувство, как будто сейчас я упаду в обморок, как будто сейчас умру. Я не чувствую ног и рук. Моё сознание затуманено. Где-то отдалённо я слышу беспокойный тонкий голос. — Мама, с тобой всё хорошо? — слышится мне. Нет. Не хорошо. Я не могу сказать ни слова. Я направляюсь к двери, пошатывясь и не видя точно, куда иду, и нажимаю кнопку вызова. Через три секунды влетают несколько человек врачей, а я сейчас упаду. На глазах белая пелена, гул в ушах. Я чего-то боюсь. Я слышу резкий крик, а потом чувствую жёсткий матрас под собой и подрагивание левой руки, жгучую боль. Я знаю, что Джейд зовёт меня, а её голос срывается на хрип. Прости, солнышко. Ты не должна видеть меня, бьющейся в истерике или смотрящую в пустоту, не должна видеть мои стеклянные глаза.       Моё тело онемело, и теперь мне легче. Они вкололи мне специальное успокоительное. Мне говорят, чтобы я выполняла специальные упражнения, чтобы предотвротить приступ. Если, начиная со следующей недели, у меня не будет приступов паники не более чем раз в день, то меня в скором времени выпишут. Я мечтаю выйти отсюда и быть с Джейд. Каждый раз, когда у меня случается паника, и её выводят, я начинаю жалеть, что так получилось. Я мечтаю водить её в школу за ручку, помогать с домашним заданием, гулять с ней, разговаривать на разные темы, и чтобы времени было неограниченное количество. Я хочу, чтобы она встретила мальчика, влюбилась, вышла замуж, родила мне внуков. Не желаю думать о том, что Джейд начнёт пить, когда вырастет, или курить. Я не хочу видеть её в далёком будущем жалкой потаскухой. Я хочу, чтобы Джейд была счастлива.       Через пару дней ко мне пришёл Он. Я никак не ожидала его прихода, и тем более слов, которые он мне сказал. — Когда же ты сдохнешь, а?! — он смотрел на меня как волк на ягнёнка. Он оскалился и придвинул мою голову ближе. — Какая выгода тебе с этого? — руки похолодели, и я нащупала пальцами ткань рубашки. Мы сидели за деревянным столом. Одни. За дверью где-то за нами мной наблюдали санитарки, но не слышали разговора. — Я отдам Джейд в детский дом, — заявил он, и теперь наши носы соприкасались. Я откинулась назад и закрыла глаза. — Что ты с ней творишь? Зачем так поступаешь? — монотонно спросила я, не открывая глаз. — Как хочу, так и поступаю… — Она не животное, — я его перебила и открыла глаза. — Слушай сюда, — он дотянулся до моих волос, обхватил ладонью и потянул на себя. Я оскалилась и зашипела от боли. Две женщины зашли в комнату и встали за Питером. Он почувствовал чужой недобрый взгляд на себе и отпустил локоны. Я приглядила волосы вспотевшей ладонью и заметила, как МакКлиф что-то пишет. Он придвинул листок ко мне. Я тут же взяла его в руки, а когда услышала шаги, подняла глаза. Питер с санитарками удалились. Теперь я одна сидела в холодной комнате и читала написанное: Если ты ровно через неделю не умрёшь, то пострадает твоя дочь.

Удачи.

Питер.

— вот гад! Я скомкала листок и засунула его в кармашек рубашки. Я надула щёки, стиснула зубы и со всей силы ударила по столу. Ладонь ударило током, и я вскрикнула. Врачи зашли за мной и подняли. Через несколько минут я оказалась в своей палате. Хотя это больше похоже на каморку.       Я видела ссадины на плечах и груди у моей девочки. Она молчала насчёт них, но я же знаю Питера. Если он думает, что я ничего не соображаю, и мне можно вешать лапшу на уши, то он идиот. И что мне теперь делать? Выйти из психбольницы нормальной женщиной, но тогда какие ужасные вещи МакКлиф будет творить с Джейд!; или умереть, и дочь не пострадает?

***

Настоящее.

POV Jade

— Свою бабушку по маминой стороне я не помню, но мне рассказывали о ней. Мне известно только одно имя и фамилия, — я нарисовала кривой круг и черканула пару слов. «Доменика Вест». — Доменика Вест..? Итальянское имя? — Да, — я кивнула и продолжила рисовать. — Эннио Вест, мой дедушка, погиб от разрыва бомбы в армии. ** — А Доменика? Она жива? — Меган всегда была любознательна. — Уже нет. Кэролайн говорила мне, что видела её на похоронах 2006 года. А потом она пропала. Как будто испарилась. Поэтому наврятли она живёт до сих пор, иначе бы связалась со мной или с Кэролайн хоть как-нибудь. — А ты была там? — Нет. Точнее, была, но не на самих похоронах. Я сидела в машине отца. Он тогда не разрешил мне выходить, — мне тяжело рассказывать об этом, но Меган хочет знать, поэтому я расскажу. — В церкви, в зале со скамьями, где говорили речь, я была, а потом мой отец сказал сидеть в машине. Я понимаю, что он хотел отгородить меня от этого кошмара. Я помню, что родственники моей мамы были в растроенных чувствах. Все эти вопли и шмыганья носом сводили меня с ума. Я ушла после того, как закрыли гроб. Я не смотрела внутрь. Это пугало меня, казалось жутким. — А ты знала этих родственников? — голос Мегс понизился. — Запиши их! — я отрицательно покачала головой. Они лишь погладили меня по голове тогда, человек пять, и прижали на пару секунд к себе, а потом говорили что-то отцу. Я видела родственников Марианы только один раз. — Бабушка и дедушка со стороны моего отца, — я продолжала чертить, — Августов Джордан Рональдо МакКлиф и Патриссия Мелани Руфас сейчас живут в штате Нью-Йорк. Я всегда плохо находила с ними общий язык, но они рассказали мне о своих родственниках. Сестра Патриссии, — я нарисовала рядом со своей бабушкой кружок, — Фреска Камилла Руфас, была учительницей, уехала жить и работать куда-то там в СНГ… — Ахах, Фреска, — дочка залилась хохотом. Митон дёргал меня за рукаф. — Да, Митон, — я обратилась к нему. — Можно…я…выйду в коридор?.. Погулять. Я хочу погулять. — Можно, — я кивнула, — только избегай скопление людей. — Я всегда боялась за него. Боялась, что он потеряется и будет паниковать. У него начинается паника, когда он попадает в места с большим количеством людей или непонятных для него предметов. Да, бывает и такое. Митон захлопал в ладоши и побежал в коридор, закрыв дверь. Я продолжила чертить. — Родители Патриссии и Фрески — Милана Руфас (я не знаю второго имени) и Вильям Питер Нагильски — учавствовали в Второй Мировой войне. Ну как учавствовали, Милана в возрасте 5 лет паковала мед-сумки, работала на заводе, а Вильям сортировал патроны и оружия, работая на заводе. Ему тогда было около десяти лет. — Ого! — я так и знала, что ты удивишься, Меган. — Мы частично проходили по истории этот период. Германия завоевала Польшу и напала на СССР. — Родители моего дедушки родом из Франции. Лукас Григори МакКлиф и Виолетта Авинна Девольери. Сестра Виолетты Авинны — Мадонна Фэллин — была монашкой, а брат — Поль Цвен — начинающий писатель. Он так и не достиг славы. — Что за имена такие? Цвен… Авинна… Фэллин. — Древне-французские имена. Не знаю, — я подняла глаза и пожала плечами. — А Кэролайн запишешь? — Нет. Она не наш родственник, Меган. Она просто мой опекун. — Но она твоя крёстная мать! — И что? Меган, у нас нет с ней родственных связей! — я разозлилась. — А про родственников папы знаешь? — Я знаю только его родителей. Остальное спросишь у него. — Разрешаешь? — А почему ты спрашиваешь? Разве я неясно выразилась?! — я свела брови к переносице и нахмурилась. — Спасибо, — шепнула она и придвинула к себе листок. — Своих родственников я больше не знаю. До седьмого колена не дошло, прости… — Ладно. А с чего это вдруг ты разрешила мне общаться с папой? — она взяла ручку и принялась рисовать узоры в уголке. Я даже не знаю, как на это ответить. Так…пора звать Митона. Уже пять часов вечера. — Меган, я…я пойду поищу Митона. Мы приедем за тобой в воскресенье днём, — я соскочила с места. — Но ты не ответила на мой вопрос! — Я не знаю, как на него ответить! — крикнула я, уже стоя за пределами комнаты. Так… Митон… Митон… Сейчас буду выглядеть обеспокоенной мамашей, которая кричит сына.       Я заметила мальчика в двадцати метрах от меня и направилась к нему. Я видела испуг на его личике, и что он теребил футболку. Он нервничал. Скосив голову на бок и высунув язык, он смотрел куда-то вверх. — Митон, — я подбежала и обняла его. — Я потерялся…я…не мог найти комнату… — его голос дрожал. — Все двери одинаковые. — Я же учила тебя — на дверях написаны цифры, — Я подняла его лицо. — Нужно было найти нужную цифру. — Цифры сливаются…я путаю. — Ну…ты же нашёлся, — я посмотрела в янтарные глазки***. Митон кивнул. Я прижала его сильней к груди.