Настоящий маг

Все вернулось на круги своя, с той лишь разницей, что теперь у Алека был подозреваемый. Лайтвуд все так же сидел перед монитором и просматривал запись, мысленно прокручивая все возможные варианты случившегося. В большинстве версий, которые рождались в его голове, Магнус был невиновен, но все они разбивались о неоспоримую улику — картину в багажнике Лайтвуда. — Алек, мне жаль, — Клэри неслышно подошла сзади, но Лайтвуд даже не обернулся. — Ни на багажнике, ни на картине отпечатков нет, — продолжила девушка. — Нет отпечатков Магнуса, я имею в виду. А вообще их много, особенно на багажнике, но ни одни не совпадают с отпечатками на картине. Скорее всего, он был в пер… Стой, — от возгласа девушки Алек подскочил на месте и удивленно обернулся. — Стой, верни запись назад. Алек вздохнул и перемотал запись на несколько секунд назад. Фрей прильнула к монитору, рассыпая безобразно рыжие кудри по столу и заставляя Лайтвуда сдвинуться вбок. — Останови, — скомандовала она и, спохватившись, принялась рыться в папке, которую всю это время держала в руках. — Смотри, — выудив один из листков, она положила его перед Алеком. Это была фотография картины из багажника. Полная безвкусица, как давеча выразился Магнус. Абстрактные узоры и яркие пятна, от которых начинало рябить в глазах — совершенно ничего интересного. — И? — Алек пожал плечами. — Лайтвуд, ты давно зрение проверял? — фыркнула Клэри. — Смотри внимательно. Алек закатил глаза. Сегодня его уже второй раз просили быть внимательнее. Его, Алека Лайтвуда, который сам всегда замечал каждую мелочь, когда дело касалось работы. Похоже, алкоголь убивал в нем все, чем он гордился. Или это были проблемы с Магнусом, Алек все еще не решил. — Фрей, у меня был тяжелый день, хватит издеваться, — вздохнул он, понимая, что уступает этому рыжему недоразумению. — Да смотри же, — она ткнула пальцем на экран, где виднелась украденная картина. — Это не она, — Фрей потрясла листом перед носом Алека. — Это другая картина. — Разве? — Лайтвуд прильнул к экрану, затем переводя взгляд на фотографию. — Та же абстрактная чепуха. Если бы хоть запись была цветная, а так… — Я училась в художественной школе, я и без цвета вижу, что формы фигур различаются, — девушка опять склонилась над столом, рассыпая на нем локоны — как только они не мешали ей в работе? — Вот тут, — она провела пальцем по экрану, — овальная фигура, а позади нее прямоугольник, а здесь, — указывая на фотографию, пояснила она, — два квадрата, позади овала. Это самое очевидное. Алек не мог позволить себе поверить на слово кому-то вроде Клэри. Некоторое время он молча переводил взгляд с экрана на фотографию, которую примостил рядом с монитором. Чем дольше он смотрел, тем очевиднее была разница. Как только он сам не заметил этого раньше? — Не думал, что скажу это, — Лайтвуд повернулся в кресле, — но спасибо! Клэри лишь самодовольно улыбнулась и, придвинув стул — стул Магнуса, примостилась рядом, а Алек включил самую первую запись, чтобы сравнивать фотографию с другими картинами. После четырех часов и 6 чашек кофе, когда Алек уже перестал обращать внимание и смахивать рыжие волосы со стола, они наконец нашли то, что искали. — Да! — кулачок Клэри рассек воздух. — Да-да-да, наконец-то, Алек, мы нашли ее! Алек опасливо огляделся, но засидевшиеся допоздна, как и они с Клэри, сотрудники, не обратили никакого внимания на повизгивающую девушку. Хорошо, хоть обниматься не полезла — этого Алек точно бы не перенес. Как выяснилось, найденная в багажнике картина была украдена из этой же галереи одной из первых, но в то время Алек не имел никакого отношения к делу и спрятать картину в его машине было просто невозможно. Тут же появлялась и еще одна проблема — не было никакой возможности выяснить время, когда картина появилась в служебном автомобиле детектива: у злоумышленников было несколько месяцев, в течении которых Лайтвуд от силы раза три заглядывал под крышку багажника и на небольшой сверток мог даже не обратить внимания. — Я думала, что ослепну, — пробурчала Клэри, устало протирая глаза и размазывая тушь. — А что теперь с Бейном? — судя по заинтересованности в голосе, ей явно пришелся по душе очаровательный маг. — Я не сомневалась, что он не виновен. — Бейна придется отпустить, — с одной стороны, радоваться бы, но с другой… Обиженный Магнус, еще одна кража, отсутствие улик и подозреваемых. Для радости причин было мало. — И все равно я не понимаю… — пробурчал Алек, переводя разговор и еще раз пытаясь разложить по полкам события прошлого вечера и ночи. — Если картину не брал Магнус, то куда она могла деться? — И ты все еще не веришь в магию? — хмыкнула рыжая. — После всего, что ты видел, после Магнуса? — девушка взмахнула руками, изображая движения мага и едва не опрокидывая стаканы из-под кофе на бумаги. — Если бы ты был внимательнее… — Хватит! — Алек сорвался, услышав поучительные нотки в голосе Фрей, которая опять указала на то, что он не такой внимательный, как она сама. — Хватит, — постаравшись успокоиться, тихо добавил он, — прости, я не должен был на тебя кричать, после того, как ты мне помогла, — извиняться было неловко, особенно перед Клэри, но Лайтвуд был ее должником. — Бывает, — девушка собрала свои бумаги со стола и с улыбкой добавила: — Обращайся, если понадобится помощь. Алек стиснул зубы, чтобы не огрызнуться еще раз — уж очень не хотелось извинятся перед ней повторно — и коротко кивнул в ответ, провожая тонкую фигуру девушки взглядом. Стряхнув со стола следы Фрей в виде длинных рыжих волосинок, Лайтвуд подготовил бумаги, необходимые для освобождения Магнуса. По-хорошему, он должен был пойти и извиниться, но посмотреть в глаза магу было выше его сил. Алек знал, что поступает как трус, поручая дежурному освобождение Бейна и, прикрываясь срочным делом, унося ноги из участка, чтобы не дай Бог, не встретиться с магом. Чувство вины не покидало его с самого утра, но тогда у него было оправдание — факты. Теперь же прятаться за ложными уликами стало невозможно, и липкое, тягучее чувство накрыло Лайтвуда с головой.