Ночь

POV Иван       Первая мысль была: «Ну все! Приехали!», но, обнаружив на себе всю одежду, попробовал пошевелить телом для проверки целостности всего организма.       — Ты чего брыкаешься? Дай поспать, — отозвалось тело за моей спиной.       Повернувшись, я обнаружил Миронова, мирно спящего в позе эмбриона. Одежда и на нем присутствовала, что несказанно порадовало.       — Эй, что я здесь делаю?       — Хотел бы я это знать. Ты будешь спать или тебя по башке стукнуть, как вчера ночью?       — Что?!       Миронов резко встал и зажал мне рот рукой:       — Тиш-ш-е-е-е! Не ори. Из-за тебя меня из комнаты выселят. Знаешь, какой у бабульки слух? Не то что у нас.       — А где мы?       — Комнату я у бабульки снимаю. Добро пожаловать, твою мать, в гости!       — Э-э-э… Я ничего не помню.       — Повезло тебе, а мне пришлось тебя вытаскивать из такси, когда ты по бабам собрался, при этом не помня даже своего адреса. А какого насмотрелся таксист, когда ты орал: «Поехали трахнем Сергеевича!» Невзлюбил, я вижу, ты старика. — Черт! Надеюсь, я только отчество называл. — Но главное было впереди, когда ты уже в квартире хотел проделать это все со мной. И знаешь, что я тебе, трахальщик, скажу, если бабулька выставит меня из дома, я тебя сам оприходую.       Вот это я дал! Все, с алкоголем нужно завязывать.       — Все, Матвеев, давай еще поспим. — Демонстративно отвернувшись, он опять свернулся клубком.       А сколько времени? Мои внутренние часы говорят, что уже давно пора вставать.       — Миронов?       — Чего еще?       — Мне бы по-маленькому.       — Терпи! Бабка запретила приводить гостей. Она рано встает, если увидит тебя, мне хана.       — Но мне срочно нужно…       — Черт! Пошли, но санузел совместный, зайдем вместе.       — Нет.       — Да! И чтобы тихо мне.       Квартира оказалась старой планировки. Большой темный коридор, заваленный разным хламом, на который я то и дело натыкался. Санузел тоже был не ахти.       — Ты будешь стоять и любоваться интерьером или сделаешь уже свое дело?       — Я не могу при свидетелях.       — Матвеев, ты что, в общаге не жил?       — Нет.       — Тогда понятно. Только где была твоя скромность вчера, когда ты меня в коридоре хотел трахнуть. Да ладно, не буду я на тебя смотреть.       Он взял зубную щетку и отвернулся к раковине. Когда зашумела вода из крана, я уже не смог терпеть.       Сделав дело, я подошел и просунул руки под кран.       — Матвеев! Я же чищу зубы!       — Но мне нужно. А есть запасная зубная щетка?       — Чертов интеллигент в пятом поколении, может, ты еще и побриться хочешь?       Я посмотрел на свое отражение в зеркале. Да уж! Тут бритва не поможет. Сразу лучше башку отрубить.       — Миронов, а сколько мы вчера выпили? — рассматривая свой новый облик, решил уточнить я, заведомо зная ответ — много.       — Лучше тебе не знать. В следующий раз ты угощаешь.       Только сейчас я обратил внимание на внешний вид моего сослуживца — обнять и плакать. Глаза красные, как у кролика-альбиноса, коротко стриженный ежик, и тот был примят с одной стороны. На правой щеке едва заметное синее пятно.       — Это я так тебя? — сделал я логический вывод.       — Сам виноват, пытался унять тебя и подошел сзади. — Он потер скулу и, улыбнувшись, подмигнул мне. — Красавчики мы с тобой, правда?       — Еще какие! Можно сразу на подиум в Париж. Уж такого гламура там точно нет.       Миронов заржал, забыв об осторожности.       В дверь тихо постучали.       — Сашенька, вы еще не на работе? — писклявый голос старушки реально испугал.       Миронов изобразил губами что-то вроде мата и ответил таким же голоском:       — Нет, Ирина Николаевна. А который час?       — Без пяти девять. Вы там что, не один?       Черт! Сколько?! Нас уволят!       Лицо Миронова тоже вытянулось от удивления, как только он услышал о времени.       — Один. Я по телефону разговариваю. — И наклонившись, прошептал мне на ухо. — Будем сейчас линять из квартиры. Когда дам команду, ты тихо выйдешь и сразу на выход из квартиры. Подождешь на площадке, а я вынесу курточку и ботинки, они в комнате.       Я офигел от такой постановки вопроса. Босиком, в одних носках на площадку? Но, посмотрев на вполне серьезный взгляд Миронова, ничего не осталось, как кивнуть в ответ.       Что ж за месяц такой? То из гостиничного номера убегал, как шпион. Теперь, как горе-любовника, вытолкнули из квартиры, при этом я опять потянул больную ногу. Неужели как Новый год встретишь, так его и проведешь?       Стоя в холодном парадном в одной рубашечке, с перегаром и лицом летчика-испытателя после полета на центрифуге, стало даже смешно. Дожил! Еще парочка таких выходов в свет, и будет, что детям рассказать. Хотя… Лучше не нужно.       Саня спустился минут через десять и, как шпион, оглядываясь и проверяя, стал вытягивать из сумки мою курточку и ботинки.       — Прикинь, чуть не спалила. Говорит, ночью соседи дебош устроили, хотела милицию вызывать. А это, между прочим, ты на лестничной площадке концерт мне закатил.       — Ну извини! — буркнул я, зашнуровывая ботинки. — Не нужно было меня к себе тащить.       — Вот делай после этого добро людям. Побежали!       — Я, кажись, ногу подвернул.       — Ну, Матвеев, у тебя если не голова, то нога! — Подхватив под руку, помог выйти из подъезда.       Оказалось, он живет в десяти минутах от работы. Но и это нас не спасло, когда вошли в отдел, там нас ждал сюрприз в лице начальника отдела Никиты Сергеевича. И это самое лицо лишь говорило об одном — нам хана.