R U Mine?

Сильная женщина. Смогла бы сделать все и сама, но держится за тебя.

      В тот вечер Никифоров никак не ожидал звонока от Плисецкого, он планировал провести это день ходя по улицам своего родного Питера, но видимо не судьба. — Витенька, милый мой, лапушка моя, приедь ко мнеее, — услышал он пьяный голос Юры на том конце провода. — Оп, оп, оп. Юра, ты ли это? — Витя никак не ожидал таких нежностей от парня. — Мы поссорились. Опять. Она в очередной раз укатила к Ксении, сказав что я долбадёб. У меня взрослые твааавмы, — всё так же скулил Юра — К Ксении? К той милой девушке? — Никифоров приподнял уголки губ. Вите симпатизировала подруга Даши. — Так, стоп. Какие травмы? — Блять, сука, не о ней речь. Что бы через час был тут, пидор. Узнаешь что за травмы, — кинул напоследок Юра и сбросил вызов.

***

      Через час Витя был в квартире Плисецкого и сразу был отправлен на кухню. — Я для неё столько всего, а эта паскуда просто так берёт и валит к Ксюхе, — в который раз несвязно повторял Юра. — Ну, что ты начинаешь? Ты же знаешь свой характер, что бы она и дальше тебя терпела, приходится идти на такие жертвы, — Никифоров уже попивал виски вместе с Юрой. — Я же эту мразоту люблю до безумия, что она делает то со мной? — Девушки всегда делают что-то непонятное с нами. — Да как же всё заебало. Пусть идёт нахер, и Ксюха идёт нахер, и Настюха эта тоже, и все бабы пусть идут нахер! — блондин вскочил со стула, при этом уронив его. — Ну, сукааа, даже сейчас всё против меня, — не унимался он, пытаясь поднять стул. — Не гони на них. Эти три бабоньки нормальные, — сероволосый отпил ещё немного виски. — Знаешь, а я понимаю, почему пидоров становиться так много. Бабы просто невозмооожны, — Юру уже было не остановить. — Не мели чепуху, все девушки прекрасны. — Ой, да ладно тебе. Сам то с Юри сколько раз сосался? А кольца ваши, помнишь? — Юра приподнял одну бровь и слегка ухмыльнулся. — Нууу. Это другое. Не напоминай об ошибках прошлого, — Витя слегка покраснел и начал смеяться. В тот вечер они поговорили обо всём. И какие бабы тупые, и как им мужикам тяжело и только когда начало светать, они решили пойти спать. — Бля, вот поясни что с ней не так? — спросил Юра, нарушая тишину, приподнимаясь на кровати. — Даха у тебя сильная женщина, знает что ты, с кем и когда, — раздался сонный голос с раскладушки. — Ну, нахуя сразу валить к Ксюхе? Я скоро сам поселюсь там, — буркнул зеленоглазый. — Да, шавуха порой не права, но скажет об этом сама, — пожал плечами Витя. — Да что ей вообще нужно? Я даю ей всё, что только могу. Любовь? На. Деньги? Всегда, пожалуйста. Забота? Да, я забочусь о неё больше, чем о своей кошке! — Блять, деньги вообще тут не причём. Много ей не надо, чтобы ты, сука, был рядом. Она же как и все, боится одиночества, — Никифоров поднялся с раскладушки смотря Юре в глаза. — Да, ну. Она же понимает, что я не могу постоянно быть рядом с ней, — махнул рукой парень. — Может и жалеет, а может понимает, но ты, самодовольный дурак, даже не спросишь, — начал было тираду Витя, но осёкся смотря на своего друга. Юра уже мирно сопел.

***

— Вы, блять, адекватные? Дураки! — раздался звонкий голос Дарьи на следующий день. Ещё утром девушка хотела было попросить у Юры прощения, но сейчас в ней бушевала дикая ярость. Как только она взяла бутылку из-под виски к ней подбежала Ксения, которая была тогда рядом. — Даша, я не дам тебе сесть в тюрьму из-за них, — девушка забрала из рук подруги бутылку и пошла будить парней. Через минуту стали слышны протяжные стоны из спальни. — Как же светлооо. Выключите солнцее, — Никифоров укрылся пледиком и свернулся калачиком. — Дашенька, душенька моя, не убивай, — Юрочка (видимо ещё полу пьяный) побежал к Даше хотя её обнять, но она быстро его остановила. — Алкаш, ёбанный! Не дыши на меня перегаром! Вы что с квартирой сделали? Я сейчас у вас обоих хуи вырву! И мне похуй что ты мой парень, а Витя мой лучший друг. Сейчас убирать всё будете. Вам ясно, ушлёпки? — Даша еле сдержалась, что бы ни влепить пощёчины обоим. Но всё-таки слишком она их любила, да и жалость взяла вверх. Уже через час вся фантастическая четвёрка сидела на кухне. Парни держались за головы от боли, а девушки мило смеялись. — Советую по быстрее отойти, вам ещё убираться, — Ксения похлопала обоих по плечу. — Вы ужасные женщины! — Витя скулил от досады. — А всё из-за тебя, долбаёб. Травмы у него взрослые, видите ли, — с этими словами Никифоров отвесил подзатыльник Плисецкому. На что второй гневно столкнул его со стула. Отходили парни ещё долго, но зато было весело. Под вечер Ксеня решила пойти домой, а с ней ушёл и Витя, клятвенно заверив Дарью в том, что проводит её. — Ну что, алкашик мой. Больше так не будешь? — русоволосая обняла Юру. — Ну, уж нет. Точно не в ближайшее время, — прошептал парень, зарываясь носом в волосы девушки.

Ты так и не узнаешь, что сильная женщина лишь потому прощает тебя, ведь ты слабей, чем она.