Рождественская история Винчестера

У каждой семьи есть своя рождественская история. Кто-то может рассказать, как отец семейства запутался в бороде Санты, кто-то похвастается захватывающей историей праздника, проведенного на лыжном курорте, а кто-то поведает о том, как можно встретить Рождество в закрытом на ночь метро по несчастливой (или наоборот?) случайности. Все эти истории будут рассказаны с юмором, в легком и непринужденном тоне, и обязательно поднимут вам настроение, пусть в реальности все могло быть куда менее радужно. Однако, каждый такой рассказ это маленькое приключение, которое люди берегут в своей памяти сквозь года. Приключений в обычном смысле этого слова у Дина было столько, что они успели стать обыденностью. Для того, чтобы впечатлить охотника, нужно было сделать либо что-то поистине крышесносное, либо что-то абсолютно обыденное. Иногда охотнику вообще казалось, что не хватает только снега, идущего снизу вверх, и картина "жизнь Дина Винчестера - как всегда через задницу" будет завершена. Вполне небезосновательно, надо сказать, казалось. Только у Дина исключительный вечер - это вечер, проведенный в кругу семьи, а не в обнимку с бутылкой пива, оборотнем, или подцепленной девкой. Только для Дина то, что считается обыденностью для остальных, может быть событием года - например, поспать в нормальной кровати, а не на этих скрипящих разваливающихся деревяшках с матрасом в два пальца толщиной, которые по ошибке посчитали пригодными для отдыха. В это же время то, что для нормальных людей - великое чудо, для Дина суровая реальность. И ладно бы список ограничивался только этими пунктами, ведь так живет большинство охотников, - но нет, Судьба решила, что этого недостаточно. Мало того, что она всучила ему прекрасную перспективу пожизненно стать ангельским презиком, мало того, что взвалила на его плечи спасение целого Мира, мало того, что у него над ухом зудит противный седой ангел по имени Захария с маниакальным требованием отдаться Михаилу. Всего этого Судьбе показалось как-то маловато. В довесок она преподнесла Винчестеру последний, самый оглушающий и ошарашивающий подарок, что делать с которым, Дин решительно не знал. Собственно, охотник как раз сидел на краю своей кровати в привычном отельном номере с бутылкой пива в руке, и старательно размышлял. Сидел он так уже - Дин посмотрел на часы - около часа. Впрочем, как ему поступить, он так и не понял. Сэм же в это время спокойно дрых у себя в номере, и не знал, что его брат тут страдает. Дин вздохнул. И как так могло получиться?.. Он, Дин Винчестер, самый натуральный из натуральных натуралов, словил себя на том, что еле сдерживается от того, чтобы поцеловать своего персонального ангела по имени Кастиэль. Тогда Винчестер отшатнулся и быстренько выпроводил ангела из номера, а сам где-то раздобыл почти пустую бутылку виски, так как без спиртного его нервная система и надломленное самолюбие мозгового штурма бы не оценили. А потом уселся на кровать и принялся думать. Здравый анализ ситуации привел к тому, что Дин окончательно запутался в своих чувствах, прикончил виски, перешел на пиво, и понял только одно - близко к Кастиэлю он подходить больше не будет. Пусть с ним Сэм общается. Да. Он больше не подойдет к ангелу и разговаривать с ним не будет. Вот. Такое случалось уже несколько раз на протяжении последних трех недель. Кастиэль по своей ангельской привычке вторгался в личное пространство Дина, пристально смотрел на него своими невозможно синими глазами и что-то говорил. Что именно - Винчестер не очень хорошо слышал, так как все его внимание было приковано к этим удивительным глазам. Впрочем, это было не надолго - через пару таких случаев взгляд охотника случайно скользнул вниз, на губы ангела, и больше Винчестер от них не мог оторваться. Странная привязанность выражалась не только в чисто физическом влечении. Охотник в последнее время начал беспокоиться о Кастиэле, когда тот надолго пропадал. А после того, как тот вновь появлялся, весь растрепанный и с подозрительными ржаво-бардовыми пятнами на воротнике плаща, в Дине появлялась непонятная злость и раздражение, адресованные даже не столько самому Кастиэлю, сколько себе и тому, кто эти пятна на плаще оставил. Ведь кровь была явно не вражеская - уж слишком близко она была к шее. И, конечно, Дин винил себя в том, что ангелу так достается - ведь это из-за него парень пошел против своих же братьев. А однажды Кас прилетел к ним, зажимая сияющую рану в плече и пошатываясь так, будто он находился на судне во время восьмибального шторма. Такой прыти Дин от себя даже не ожидал - так быстро он вскочил с дивана и подхватил ангела под здоровую руку. По рассказу Сэма, он выглядел как некая смесь наседки и заботливой мамочки, когда носился с бинтами, ватой, перекисью, иголкой и ниткой. Впрочем, поцеловать Кастиэля Дину сегодня захотелось впервые. Конечно, к тому времени он уже знал о своих к нему чувствах, пусть и держался за надежду на то, что это просто братская забота и восхищение небесным созданием. Побочный эффект, так сказать. Впрочем, эта надежда окончательно рухнула после сегодняшнего инцидента. И, тем не менее, Дин не собирался признаваться в своих чувствах. На то было несколько причин. Во-первых, даже если Дин и влюбился в несчастного выходца с небес, то кто он такой чтобы покушаться на ангела? Он ведь опозорит, запятнает, унизит небесное создание своими обычными человеческими чувствами. Дин ведь простой охотник. Во-вторых, даже если Кастиэля не обидит его признание, тот наверняка его не оценит. В смысле, какие могут быть ответные чувства у ангела? Он ведь даже не знает, как улыбаться, ему и настоящая радость-то не знакома, что уж говорить о любви к кому-то кроме Отца. Ну и наконец в-третьих. Дин боялся, что даже если Кас его не отвергнет, даже если он ответит взаимностью, это не пойдет ему на пользу. Ведь Анна говорила, что падение начинается с сомнений, а потом появляются человеческие чувства, и чем сильнее они становятся, тем неизбежнее печальный исход. Так что Дин решил, что лучше будет, если он просто постарается игнорировать возникшую тягу к ангелу. Просто чтобы не сделать ему же хуже. Впрочем, не смотря на упрямое игнорирование, тяга целенаправленно росла. А потому охотник и собирался пойти на более радикальные меры. Например, прекратить общаться с ангелом. Дин вздохнул, одним глотком допил оставшееся пиво и отставил бутылку на пол возле кровати. Сам же он, даже не раздеваясь, забрался под одеяло и уснул. Лас Вегас - замечательный и страшный город одновременно. Это город отчаянных решений, азарта, надежд и разочарований. Город, который пахнет деньгами и обещает славу и богатство. Тут решались сотни судеб, рушились десятки жизней. В этом городе очень много соблазнов. Именно тут жизнь ощущается особенно остро. Возможно, именно поэтому Трикстер выбрал Вегас для того, чтобы в нем обосноваться. Все это бурление жизни почему-то никогда не надоедало архангелу. В огромном небоскребе, на последнем этаже, была квартира, которая, собственно, занимала этот самый этаж, и могла похвастаться роскошным видом на город. Принадлежала эта квартира одному хулиганистому архангелу, который купил ее за бесценок, так как в ней практически ничего на момент въезда не было. Но что такое мебель и отделка для архангела? Одна из комнат представляла собой огромную студию с окном на всю стену, диваном, образующим три грани квадрата, музыкальным центром и комнатной пальмой в большом белом горшке. При этом все было выдержано в черно-бело-красных тонах, исключая, пожалуй, только пару фиолетовых подушек на красном диване. При этом вся мебель была простой и лаконичной. И стоила, конечно, бешеных денег. Хозяин квартиры сидел на диване, закинув на его спинку руку и вытянув ноги. Напротив него стояли два ошарашенных моментальным перемещением ангела, которые пару секунд пытались понять, куда их занесло, а потом наконец заметили Фокусника. - Габриэль? - первой подала голос рыжая девушка, недоверчиво щурясь. - Мы думали, ты... - Погиб? Не-ет, это слишком просто, - весело отозвался Трикстер. - Ангелам вредно думать, как практика показала. - Зачем мы здесь? - развела руками Анна, явно не понимая, что вообще происходит. - О, ну, я понял, что Рождество - семейный праздник, который надо встречать исключительно с родственниками, - усмехнулся архангел. - Просто мне нужно кое-что провернуть, а для этого мне нужны ангелы. Я мог бы и сам все устроить, но одному как-то скучно. Вы ведь знаете Кастиэля? - А кто его сейчас не знает? - усмехнулся Бальтазар, усаживаясь на диван напротив. Он решил пока не задавать лишних вопросов и просто плыть по течению. Как и в большинстве случаев, в общем-то. - Неужто он привлек внимание Отцовской Левой Руки? Анна, последовав примеру Бальтазара, тоже присела на край дивана. - А мне интересно, куда эта Левая Рука девалась на столько лет, - добавила девушка. Взгляд Габриэля на доли секунд стал жестче, а на дне светло-карей радужки опасно сверкнуло золото, впрочем, тут же скрываясь, так что это можно было бы принять за простую игру света, не знай вы, кто сидит перед вами. Однако, Анна и Бальтазар знали, а потому заметно напряглись. - Далеко и надолго, - немного более твердо и резко, чем обычно, ответил на вопрос сестры архангел. - Вы и сами прекрасно понимаете, что я больше не имею ничего общего с Небесами, да и не собираюсь, иначе стал бы я торчать тут, сложа руки. Впрочем, я вас не за тем сюда притащил, - мгновение - серьезность вновь сменилась энергичной легкомысленностью. Ангелы на эту метаморфозу отреагировали облегченными выдохами, пусть они и постарались сей факт скрыть. - Сейчас фишка в Кастиэле, - Трикстер сложил руки на груди и перевел взгляд с сестры на брата и обратно. - Этот мелкий идиот влюбился. На несколько секунд повисла тишина. Вообще-то, Анне хотелось сказать очень многое, собственно, как и Бальтазару. О том, что Габриэль ушел и все это время считался мертвым, и о том, как это всех волновало в свое время, и о том, сколько всего он мог бы изменить, и о том, что он мог бы изменить прямо сейчас, и о том, что вот именно сидеть здесь, сложа руки - самое глупое, что он может сделать. Но Бальтазар предупреждающе тронул ее ладонь и заговорил сам. Он знал, что это за огонек в глазах архангела, и прекрасно понимал, чем чревато поднятие темы прошлого. - Это как бы невозможно, - заметил он, разводя руками и нарушая напряженную тишину. - Ты уверен? - Стал бы я напрягаться, вызывать вас двоих сюда в канун Рождества, раскрывать, что я жив и тратить время, объясняя вам, что к чему, - фыркнул Трикстер. - Гораздо продуктивнее и веселее было бы потратить вечер на просмотр какой-нибудь глупой передачи по телевизору. "Гораздо продуктивнее было бы поднять задницу и сделать что-нибудь стоящее", - хотела сказать Анна, но вместо этого просто констатировала очевидное: - Дин Винчестер. Кастиэль влюбился в Дина Винчестера, - девушка подняла взгляд на старшего брата. - Бинго! - тот энергично ткнул пальцем в ее сторону, даже наклоняясь немного вперед. - Этот идиот и правда втюрился в старшего Винчестера! Возьмешь с полки пирожок. Бальтазар, который все еще делал вид, что он все прекрасно понимает, внутренне успел поинтересоваться, что за херня тут происходит, раз десять. Семь - пока Габриэль соглашался с Анной, и три - пока он выдерживал паузу, то ли собираясь с мыслями, то ли думая, как лучше преподнести информацию. - Дело было так, - наконец начал архангел. - Сегодня днем ко мне прилетел ангелочек в плащике, и с мордой кирпичиком поинтересовался, просвещен ли я в делах сердечных. Мол, старший брат все-таки, должен знать, как поступать в непонятных ситуациях. Я, понятное дело, честно удивился и потребовал выложить всю историю целиком. Так вот, это голубоглазое чудо влюбилось еще в душу Винчестера, там, в Аду. А потом, в результате длительного и тесного общения, понял, что к чему. Заняло у него это около года. Дин - еще больший тормоз, он осознавал сей факт месяцев так на пять дольше. - Погоди, то есть Дин тоже влюбился? - удивленно переспросила Анна. Вот этого она не ожидала. Да, собственно, никто не ожидал. - В том-то и загвоздка, - Габриэль вновь откинулся на спинку дивана. - Он даже понял, что влюбился. Но у него какие-то чернобыльские накуренные тараканы в голове, а, если он их не вытряхнет, то останется ни с чем. А то отразится на судьбе всего Мира, и на нашей с вами - тоже. - И... по-твоему, мы должны их свести? - с легким сарказмом уточнил Бальтазар. - Именно, - победно улыбнулся Габриэль. - И я даже знаю, как мы это сделаем. Дин проснулся среди ночи из-за того, что на его кровать опустилось что-то тяжелое, дотрагиваясь до его бока. Он бы не обратил внимание и списал все на сонные глюки, но это что-то положило узкую ладонь ему на плечо и аккуратно, но настойчиво его потрясло. Винчестер скривился и промычал что-то невнятное вроде "Сэм, оставь меня в покое", но спустя всего секунду он подскочил на кровати, выхватывая из-под подушки пистолет и наставляя его в голову предполагаемому нападающему. В мыслях пронеслось что-то о том, что будь это враг, Винчестер уже был бы мертв. Следом за этой унеслась и мысль, что его бы все равно воскресили. - Чего тебе надо? - хриплым со сна голосом напряженно спросил Винчестер, стараясь разглядеть, в кого целится. - Дин, - с интонацией приветствия произнес силуэт, и удивленный охотник слегка опустил пистолет. - Анна, что ты... - Я - что-то вроде призрака прошлого, - улыбнулась девушка, двигаясь так, чтобы на ее лицо падал свет фонаря за окном. - Этой ночью тебе предстоит кое-что понять, Дин, кое-что очень важное. - А разве мне не должен был об этом сказать какой-нибудь другой призрак? - скептически усмехнулся Винчестер. - У нас явный недостаток кадров, достаточно лояльных к тебе и к Кастиэлю чтобы вбивать что-то в твою голову, - пояснила девушка, легко улыбаясь. - У меня даже Рождественская История, и та наперекосяк, - успел закатить глаза охотник, прежде чем ему в лицо ударил сильный ветер, вынудивший его зажмуриться и заткнуться. Когда у Дина вновь появилась возможность открыть глаза, ему пришлось с непривычки щуриться от света ламп под потолком изрисованного сигилами амбара. Впрочем, вскоре они начали лопаться, брызгая снопами искр. Рядом с ним стояла Анна, а Винчестер смотрел сначала на себя и Бобби с одной стороны, а потом на вошедшего в амбар ангела, который спокойно шагал к ним, не обращая внимания на знаки и творившееся вокруг светошоу. - Зачем мы здесь? - спросил Дин, не отрывая взгляда от чертовски красивого сейчас Кастиэля. Растрепанные волосы, уверенный спокойный взгляд, еще чистый плащ, точеный профиль... - Так все началось, - ответила Анна и едва ощутимо коснулась его плеча. В лицо вновь ударил порыв ветра - и в следующий момент они уже стоят в каком-то парке. На лавочке сидел Кастиэль, рядом стоял Уриил, и смотрел на своего брата с легким удивлением. Дин не сразу разобрал тихие слова, так что пришлось подойти ближе и присесть на лавочку рядом с ангелом. - Ты не можешь постоянно слушаться этого... человека, - тихо и с явно ощутимой хрипотцой, которую Дин уже успел забыть, заметил Уриил. - Ты служишь не ему, а Небесам, помни об этом. - Я помню, - ответил Кас. - Но человек прав. - Ты просто слишком привязан к нему, Кастиэль, - неодобрительно качнул головой ангел. Анна снова коснулась плеча Винчестера. На этот раз они оказались в той самой красивой комнате внутри заброшенного склада, в которой Дина заперли перед началом апокалипсиса дабы он не смог помешать. - Так, подожди, стоп, - Винчестер обернулся к Анне. - Притормози. Что ты вообще делаешь? - Показываю тебе важные моменты. Присмотрись, ничего общего не находишь? - поинтересовалась ангел, складывая руки на груди. - Кас, - пожал плечами охотник. - Больше ничего. - Ну... в общем, да. Я пытаюсь показать тебе, что Кастиэль чертовски много сделал для тебя, Дин. Он вытащил твою душу из Ада, отстаивал твою точку зрения перед другими ангелами, пока это было возможно, а когда просто отстаивать ее стало невозможно, он выступил против воли братьев, против Великого Плана, против всех - и все это ради и во имя тебя. Даже не ради твоей идеи, именно ради самого тебя, Дин. Он верит тебе, - Анна вновь протянула руку и коснулась плеча охотника, и на этот раз тот не стал сопротивляться, слишком удивленный сказанными ею словами. Теперь они оказались в доме Чака Ширли, куда Дин с Кастиэлем направились из той злополучной комнаты. Винчестер стоял между окном и двумя мужчинами, лицом к ним. Пророк положил руку на плечо ангела, и тот посмотрел на него с таким выражением лица, будто это было ну совсем уж лишним. Чак стушевался, а Кастиэль поднял глаза на свет, исходящий из-за окна. Анна немного в стороне повысила голос. - Он пошел на смерть ради тебя, Винчестер. Подумай над этим. Комнату заволокло ослепляющим сиянием, таким, что охотнику пришлось зажмуриться и закрыть глаза руками, чтобы защитить их. Раздался звон выбитого стекла, в спину Дину посыпалась стеклянная крошка. Послышался короткий вскрик, в лицо резко подул сильный ветер - и все стихло, жгущий свет погас. - Привет, охотничек, - раздалось над ухом у Винчестера и тот, дернувшись, обернулся на незнакомый мужской голос. Рядом стоял новый ангел, заложив одну руку в карман, а в другой держа стакан янтарного цвета жидкости, в которой плавали два кусочка льда. - Ты еще кто? - не особо дружелюбно поинтересовался Дин, и стряхнул с плеча остатки стеклянной трухи. - Для тебя я Призрак Настоящего, - насмешливо улыбнулся ангел, и приглашающе повел стаканом. - Оглянись лучше. Дин скептически фыркнул, но советом воспользовался - и вновь увидел Кастиэля. Оказалось, что стояли они не где-нибудь, а в парке. Вокруг было довольно темно - ближайший фонарь еле светился метрах в сорока дальше по аллее. Ангел сидел, оперевшись локтями на колени и теребя в руках полу собственного плаща. Дин удивленно поднял брови - раньше он за Кастиэлем нервных жестов не замечал. Тот всегда был таким спокойным, сдержанным, и вел себя так, будто за каждое лишнее телодвижение ему нужно платить по двадцать долларов. А тут... - Эй, приятель, ты в порядке? - поинтересовался Винчестер, подходя к ангелу и присаживаясь рядом на лавочку. Кастиэль на его голос не особо отреагировал, только тяжело вздохнул, выпустил из пальцев полу плаща и спрятал лицо в ладонях, сгорбившись еще сильнее. - Он тебя не слышит и не видит, Винчестер, - ответил за него Бальтазар. - Но он в порядке? - настойчиво уточнил охотник, приподнимая брови. - Нет, конечно, - усмехнулся ангел. - Его уже неделю динамит любовь всей его пернатой жизни. - Он... кого-то любит? - удивленно переспросил Дин, указывая на Кастиэля и еще сильнее поднимая брови. - Господи, чем Анна с тобой занималась-то? - закатил глаза ангел, после чего вновь опустил взгляд на охотника. - Да, он влюбился. В идиота. Уточняю для особо умных - его фамилия начинается на "Вин" и заканчивается на "честер". Старший. Дошло, надеюсь, или еще разжевать? - Он... - охотник неверяще прищурился. - Он в меня влюбился? - Ну слава Папочке, - фыркнул Призрак Настоящего. - И донести до тебя это должна была еще Анна. - Она сказала, что он много для меня сделал, - уточнил охотник. - Про любовь не было ни слова. - Она - женщина, - развел руками ангел. - Чего ты от нее хотел? По ее мнению, и так все понятно. Какой нормальный ангел станет умирать во имя человека? Дин в кои-то веки предпочел промолчать, и перевел взгляд на Кастиэля. Так значит, его чувства все-таки не безответны. Значит, у него есть шанс. Значит, остается только одна причина, почему он, Винчестер, этим шансом не воспользуется. - Подожди, а зачем мы здесь? - поинтересовался охотник, вновь переводя взгляд на Бальтазара. - Ну, это было на случай, если ты окажешься глупее, чем я думал, и не поверишь мне, - пожал плечами тот. - Он как раз о тебе думает, я бы тебе его мысли показал. - Знаешь, я что-то не уверен... - спустя секундную паузу произнес Винчестер. Призрак Настоящего закатил глаза и отвесил охотнику подзатыльник, после чего отошел и присел на соседнюю лавку. - Я вообще не понимаю, как на это подписался, - пробурчал он, отпивая виски. - Тоже мне, бесплатное приложение нашел. А Дина тем временем согнуло пополам яркой, почти невыносимой головной болью. Он судорожно ухватился за голову, сжимая ее и будто стараясь удержать, не дать ей взорваться. Из глаз почти брызнули искры, из горла вырвался нечленораздельный хрип - и все закончилось так же внезапно, как и началось. Боль ушла, оставляя охотника, вытаращив глаза, тяжело дышать и неподвижно смотреть на асфальт под ногами. А потом у него в голове раздался непривычный, чужой голос. Мысли, начавшие возникать в пережившем встряску сознании Дина, явно принадлежали не ему. "Это ведь грешно. Отец, как же это грешно... Хотя ведь любовь - это не грех? Ведь в Писании твоем сказано, что... Хотя там сказано также, что содомия - страшный грех. Господи, я запутался. И совсем не знаю, что делать. Отец, если ты слышишь меня, помоги, прошу. Дай мне знак. Я очень хочу рассказать ему о своих чувствах, но не знаю... не знаю, как. И не уверен, правильно ли то, чего желаю. А еще мне страшно. Ведь чувства - это признак падения, верно? А они такие сильные, Отец! Мне страшно. Дин..." На этом голос резко замолчал, а ангел нахмурился и поднялся на ноги. Бальтазар встал со своей скамейки и, подойдя к ошарашенному услышанным охотнику, вновь отвесил ему подзатыльник. На этот раз было не так больно - просто подзатыльник, довольно сильный, но без особых спецэффектов. - Полетел, голубок. К тебе, между прочим. Понял, что тебе делать? - поинтересовался Бальтазар, глядя, как его брат расправляет потрепанные крылья и, взмахнув ими, мгновенно улетает в сторону мотеля, где спал Винчестер. - Я не знаю, - честно признался Винчестер. - В смысле, я не уверен. Бальтазар обошел Винчестера и сел на место улетевшего ангела. - Какие еще сомнения остались в твоей буйной голове? - почти с интересом спросил Призрак Настоящего, отпивая еще глоток спиртного. - Ну он ведь может пасть из-за всех этих чувств, он сам так только что подумал, - махнул в сторону исчезнувшего ангела Дин. - Я не могу жертвовать его ангельской сущностью. - Он так думает потому, что он такой же непросвещенный в вопросах падения идиот, как и ты, - раздался сбоку знакомый насмешливый голос, вынуждая охотника обернуться в ту сторону. Дин слегка дернулся и удивленно уставился на произнесшего эти слова нагло улыбающегося архангела. Через мгновение его глаза сузились и он едва не прошипел: - Так это все - твоих рук дело? И ты с ним... - он обернулся к Бальтазару, но лавочка с той стороны уже была пуста. - Заодно, - кивнув, закончил его фразу архангел, после чего щелкнул пальцами. - Загляни в будущее, Винчестер. В лицо Винчестеру вновь ударил ветер, заставляя зажмуриться. А когда ему удалось открыть глаза, он увидел себя. Себя, Сэма, Бобби и... Кастиэля, заточенного в огненный круг. - Посмотри мне в глаза и скажи, что не работаешь на Кроули, - тихо и с явной надеждой в голосе сказал тот, второй Дин. А Кастиэль, открыв было рот, вновь сомкнул губы и отвел взгляд. В лицо Винчестеру снова ударил ветер. Следующая остановка - подвал дома Бобби. И снова в центре внимания Кастиэль, только на этот раз он какой-то... не такой. Это было заметно с первого взгляда - Кас стал более уверенным, более отчужденным и более... холодным, что ли. Это уже был не тот неловкий синеглазый ангел, которого знал Дин, нет. С ним явно что-то было не так. - Послушай меня, - Дин из будущего, шагнул ближе к этому новому Кастиэлю. - Послушай. Я знаю, много воды утекло, но когда-то мы были семьей. Я бы умер за тебя, и несколько раз почти так и случалось. И, если это хоть что-то значит для тебя... пожалуйста. Я потерял Лизу, потерял Бена. А теперь я потерял и Сэма. Не дай мне потерять и тебя. У Дина расширились глаза и он отступил на шаг назад, натыкаясь на какую-то железную тумбу. Как это - потерял Лизу и Бэна? Как потерял Сэма? Этого ведь не могло случиться. Это... В этот момент в комнату, явно шатаясь, вошел младший Винчестер, и кое-как наклонился чтобы поднять что-то с пола. На душе у Дина стало резко гораздо легче. Значит, мелкий жив. Слава богу. - Ты говоришь так только потому, что я победил, - подал голос Кастиэль. - Потому что тебе страшно. Ты мне не семья, Дин. У меня нет семьи. Стоило ему договорить - и в его спину был воткнут ангельский клинок, поднятый Сэмом. Кас потянулся к рукоятке чтобы вытащить его. - Эту сцену можно пропустить, - прозвучал у Дина над ухом насмешливый голос, отвлекая внимание от слов, произнесенных Кастиэлем далее. Винчестер только краем уха разобрал что-то про "ты смог сделать это". - ...Но я больше не ангел, Сэм, - Кастиэль отложил клинок. - Я ваш новый Бог. Лучший. И вы склонитесь предо мной и вознесете мне любовь свою. Иначе я уничтожу вас. Дин был настолько ошарашен последними словами этого незнакомого Каса, что едва успел зажмуриться, когда в лицо вновь ударил ветер. Теперь он стоял под стенкой больничной палаты. Посреди комнаты стояла койка, на которой, сложив руки на коленях, прямо сидел все тот же Кастиэль. Только теперь он был одет в белую больничную одежду, и неотрывно смотрел в одну точку на стене пустым, безнадежным и отсутствующим взглядом. Винчестер обернулся, желая узнать, на что смотрит ангел, но увидел только дверь с маленьким окошком. - Это психиатрическая больница, Дин, - удивительно серьезно прозвучало у охотника за спиной, и тот резко обернулся. Габриэль стоял, подпирая плечом стену и сложив на груди руки. - Что он тут делает? - Дин хотел спросить это с угрозой, но вышло как-то надломлено и хрипло. - Существует, - пожал плечами архангел. - Жизнью это назвать сложно. - Я не о том спросил. - Это длинная история, - Габриэль вздохнул и оттолкнулся от стены, чтобы подойти к кровати и присесть рядом с братом. Дальнейшее он говорил, с грустью разглядывая неподвижное лицо. Охотник, последовав его примеру, сел с другой стороны от ангела и внимательно уставился на такого непривычного и странного Трикстера. - Единственное, что имеет значение - он снова пожертвовал собой ради тебя. У Сэма в голове была остаточная реакция от пребывания в Клетке - он видел глюк-Люцифера. И не мог от него избавиться. Похоже на шизофрению, только шизофрения обычно не пытается тебя убить, а Люци именно к этому и стремился. Семь суток твой брат не спал а, если ты не знаешь, человек без сна живет одиннадцать дней. Ну, а потом ты нашел его, - архангел кивнул на брата. - Ты думал, что он погиб, а на самом деле он просто потерял память, и, вернув ее, пришел сюда, чтобы забрать Люцифера у Сэма из головы, - Габриэль перевел взгляд на Дина. - Это случится через два года, если ты ничего не изменишь, Дин. Винчестер сжал челюсти и перевел взгляд с архангела на Кастиэля. - Что я должен сделать? - тихо спросил он. - Просто выкинуть из головы чушь про падение и понять, что твое счастье у тебя под носом, - закатил глаза архангел. - Серьезно, Дин, это глупости. С ним ничего не случится, он даже жабой не станет, если ты его чмокнешь в губы. Винчестер несколько долгих секунд сверлил взглядом своего ангела, а потом нахмурился и посмотрел на Габриэля. - Если я так и сделаю, мы сможем остановить Апокалипсис? - Не знаю, - Трикстер улыбнулся и пожал плечами. - Мне казалось, ты не любишь предрешенность? - Тогда какая тебе в этом выгода? - еще сильнее нахмурился Дин. - Я не погибну от руки моего же брата. Плюс у меня будет шанс на мой собственный Хэпи Энд, - пожал плечами Габриэль. - Да и вообще куча народу сможет выжить, хоть меня это и мало волнует. - В таком случае... - Винчестер встал с кровати и хотел было подойти к архангелу, но напротив Кастиэля остановился и, наклонившись к нему, в самое его ухо прошептал: - Я все исправлю. Держись. Возможно, Дину показалось, но, когда он отстранялся, ангел улыбался уголками губ, прикрыв глаза. В лицо Винчестеру ударил ветер. - Кастиэль! - охотник резко сел на кровати и понял, что все это время, кажется, спал. За окном точно так же светил фонарь и точно так же раздавались то гул проезжающих машин, то собачий лай. На электронных часах светилось "00:00", которое на глазах у Винчестера сменилось на "00:01". Волна разочарования, накатившая на охотника, ушла так же быстро, как и обрушилась на него, уступив место заинтересованности. Дин просто вспомнил, как Кас переправлял его туда-сюда во времени. Каждый раз, когда это случалось, он просыпался в новом времени. Просыпался. Возможно, сейчас все было точно так же. Винчестер спустил ноги на пол и, встав с кровати, потянулся. В принципе, это было очень легко проверить. Ему даже не пришлось звать ангела повторно - Дин едва успел открыть рот, но вынужден был его закрыть обратно за ненадобностью. В комнате раздался привычный шелест крыльев, и в нескольких шагах от охотника появился ангел в своем потрепанном бежевом плащике и с растрепанными волосами. - Что-то случилось? - поинтересовался Кастиэль, подходя к Винчестеру на пару шагов и останавливаясь аккурат на расстоянии вытянутой руки. - Нет. То есть да, но это не важно, - рассеянно отмахнулся от него охотник, сам делая шаг навстречу и сам же нарушая пресловутое личное пространство чтобы положить ладони ангелу на плечи и слегка сжать, давая понять, что то, что он говорит, очень важно. - Кас, слушай, это странный вопрос, но... где ты только что был? Это правда важно. Ангел своего удивления почти никак не выдал - только брови едва заметно приподнялись. - В парке, - честно ответил он, прямо глядя на Дина. - Значит, правда, - выдохнул охотник и дернул Кастиэля на себя, обнимая его за плечи и крепко прижимая к себе. Не на шутку удивленный ангел неловко засопел над ухом своего человека, выдавая волнение. - Знаю, я странно себя веду, - улыбнулся Дин, чувствуя, как его щека прижимается к виску Кастиэля. Через мгновение он разжал объятия, впрочем, все так же оставляя ладони на плечах ангела. Винчестер немного наклонился чтобы заглянуть в его глаза, и придал своей улыбке успокаивающее выражение. - Кас, все нормально. Я не одержим. Просто у меня был очень... странный сон. В общем, я вряд ли решусь сказать это еще раз, так что слушай меня внимательно, ладно? - охотник дождался согласного, хоть и не особо уверенного кивка, после чего продолжил уже абсолютно серьезно: - Ты мне очень нужен и очень дорог, Кастиэль. Ты для меня - часть семьи, которую я никогда не буду готов потерять. А еще я чертовски благодарен тебе за все, что ты для меня уже сделал и делаешь сейчас. А теперь я должен сказать кое-что очень, очень важное. Я... - Винчестер запнулся и, набрав в легкие побольше воздуха, закончил, ломая последнюю преграду, выстроенную им чтобы ни в коем случае не сказать этих слов. - Я тебя люблю, Кас. Ангел все это время немного недоверчиво смотрел на охотника, явно размышляя о том, какая ведьма его укусила. И только на последних словах его глаза совсем уж неверяще сощурились, а голова, вероятно, по привычке склонилась немного в бок. - Любишь? - переспросил он одними губами. - Люблю, - просто кивнул Винчестер. Кастиэль еще пару секунд вглядывался в лицо охотника, а потом просто положил ладонь ему на шею и, притянув к себе, вжался в его губы своими. А Дин во второй раз в своей жизни целых три секунды не знал, куда деть руки. Хотя в итоге он просто обнял ангела за талию и прижал к себе, отвечая на неумелый, но настойчивый и почти что отчаянный поцелуй - единственный за этот вечер, в котором Дин позволил вести своему ангелу. В это время в Лас Вегасе, на последнем этаже небоскреба, в роскошной квартире хулиганистого архангела сидели хозяин этой самой квартиры, а так же его брат и сестра. На головах всех троих красовались рождественские красные шапки с каноничным белым мехом по краю и таким же меховым помпоном на кончике колпака. Наколдованная елка светилась разноцветными огоньками, сверкала нарядными шарами и приятно пахла хвоей на всю комнату. - Говорил я, что у нас все получится! - довольно произнес Трикстер, сунув в зубы полосатый загнутый леденец, и материализуя из воздуха поднос с виски и тремя наполненными до половины стаканами. - С Рождеством и со спасением Мира от левиафанов, - архангел приподнял свой стакан чуть выше, салютуя брату и сестре. Те взяли свою выпивку и, выпив за предложенный тост, заговорщицки переглянулись. - Вы что-то задумали, - констатировал Фокусник, отставляя свое виски на появившийся из воздуха белый столик. - Не успели и суток пообщаться, а вы уже ведете себя, как обычные младшие брат и сестра, решившие приколоться над старшим. - Конечно. Нам, видишь ли, понравилась роль сводников, - Анна улыбнулась и подмигнула старшему брату. - Возьмем Кастиэля, и пойдем просвещать второго Винчестера. - А то что ж это он без ангела-то, - усмехнулся Бальтазар, предусмотрительно отставляя стакан на столик. - Или даже без архангела, - добавила Анна. В следующий момент оба едва успели уклониться от полетевших в них подушек с вышитыми на наволочках рождественскими оленями.