По расписанию

- Пять на семь! - снова требует Серинума, когда весы в медкабинете показывают на полтора кило меньше, чем вчера. - Обнимашки! - Почему только мы с Наной отдуваемся? - отчаянно вопрошает Игараши. - Ваш пейринг в топе, - ухмыляется Нишина, уже готовя камеру в телефоне. - Давайте, это всё ради Серинумы-семпая. Тем более тут даже лишних глаз нет. - Ты всё равно фотки в интернет сольёшь! - шипит Нанашима и безуспешно пытается вырвать телефон из её рук. - Всего лишь пополню общую коллекцию! Вы и без всяких пари постоянно палитесь, горячие спортивные парни. - Ладно, Нана, иди сюда. Чем быстрее начнём, тем быстрее закончим, - рассудительно замечает Игараши, и Нанашима даже ответить не успевает, как оказывается в его руках. Игараши бесцеремонно притягивает его к себе за талию, и Нанашиме не остаётся ничего, кроме как положить ладони ему на плечи. - Пять на семь! Точно-точно! - доносится возбуждённый шёпот Серинумы, но Нанашима даже о ней не может думать в этот момент. Потому что Игараши вдруг меняется, будто становится мягче, раскрывает ладони и бережно проводит ими по пояснице, прижимая Нанашиму так крепко, что кроме пары слоёв одежды между ними не остаётся вообще ничего. И Нанашима, поддавшись порыву, жмётся к нему в ответ, обнимая за шею и пытаясь спрятать горящее лицо на широком плече. Кровь в ушах бухает так громко, и сердце в груди долбится так тяжело - Игараши точно чувствует его, и от этого стыд жжёт ещё сильнее. Нанашима даже вздохнуть не может, так сильно пугает этот внезапный приступ неизвестно чего. Может у него эпилепсия? Воздуха не хватает... - Дыши, Нана, - шепчет Игараши, чуть поворачивая голову и касаясь чуть шершавой щекой гладкой щеки Нанашимы. «Он уже бреется», - проносится отстранённая мысль, и Нанашима с трудом вдыхает полной грудью. Знакомый запах одеколона, стирального порошка и свежего пота с шеи Игараши. Господи, голова кругом идёт, а пальцы сами собой сжимаются, комкая ткань чужой школьной рубашки. Только когда Игараши отпускает его и делает шаг назад, Нанашима понимает, насколько тёплые и уютные у него объятия, и как не хватает их теперь, когда пропахший медикаментами воздух холодит горячую от румянца кожу. Он будто в прострации, будто ему мячом по голове попало - реальность воспринимается чуть иначе, и на краткие секунды ты будто забываешь, кто ты есть на самом деле. Нанашиме хватает двух секунд, чтобы понять, как хочется снова обнять Игараши - и одной секунды, чтобы прийти в себя, ужасаясь собственным мыслям. - Эй, Нана, ты как? - спрашивает Игараши, снова подходя ближе и встряхивая его за плечи. - Норм, - тянет Нанашима, пытаясь сфокусировать взгляд на его лице. Голова кружится, и реальность кажется вязким тянущимся сиропом. Да что с ним, чёрт возьми, такое? Что происходит?! - Нанашима-семпай, - зовёт Шиномия, а после в нос ударяет едкий запах. Нанашима встряхивается и фыркает, бьёт Шиномию по руке так, что тот роняет пропитанную нашатырным спиртом ватку на пол, и наконец-то чувствует, как мозги встают на место. - Ты в порядке, Нанашима? - обеспокоенно спрашивает Муцуми-семпай. - В полном. - Напугал же ты нас, - замечает Игараши. - Что это было? И только тогда Нанашима понимает, что Игараши придерживает его за локоть и поясницу. Прикосновения тёплые и мягкие, но не вызывают больше того трепета, как минуту - или сколько там прошло времени? - назад. - Всё нормально, не выспался просто, - глухо бурчит Нанашима, поднимая с пола свою сумку. - Домой пойду. Бывайте. Ему необходимо подумать о произошедшем. Необходимо остаться наедине с собой, в своей комнате. Или наоборот поиграть с Кирари, отвлечься, забыть о сегодняшнем инциденте. Ох, если б только это был единичный случай! Но ведь вчера, когда они с Игараши шли по улице, взявшись за руки, он тоже чувствовал нечто похожее. Что же с ним происходит? Нанашима не уверен, что хочет знать ответ на этот вопрос.