В ваших сердцах зима

Кларк почти не появлялась дома. Прошло два дня, еще пара дней и Лекса покинет их. Она увеличила количество часов на работе и приходила домой только поспать. За Лексой ухаживала ее мать, которая вынуждена была уезжать с работы домой и обратно. Кларк не знала, зачем Эбби это было нужно, зачем она так старалась. Она не просто помогала, она реально старалась. Блондинка сегодня вернулась домой раньше, чем обычно, и застала там Еву. Что было следующий час Кларк помнила плохо. Она лежала на кровати и смотрела в потолок. Девушка буквально заставила ее выслушать. Перегородила дорогу наверх и стала говорить. Кларк с каждым словом переставала соображать. Теперь перед ней полная картина событий. Изменилось ли что-нибудь? Нет. Стало легче? Тоже нет. Ей нужно время. Время переварить. *** Кларк снова не могла уснуть. Она очень устала на работе, глаза закрывались, физически она очень нуждалась во сне, но мысли и тревога никак этому не способствовали. Блондинка разблокировала телефон. Самое время высказаться… Что написать? Что сказать? Кларк глубоко вздохнула и убрала телефон под подушку. Она быстро встала с кровати. Лучше бы она заполнила дневник, чем сделала то, о чем может пожалеть. Кларк пошла в сторону комнаты, где спала Лекса. Она быстро открыла дверь, без раздумий, без остановок на «подумать». Так же быстро она обошла кровать и встала. Стоит и смотрит на спящую девушку. Ева сказала, что Лекса из-за камер была вынуждена спать рядом с ней и часто мучилась бессонницей. Ну что же. Камер тут нет. Чего хотела Кларк этим добиться — непонятно. Она сама себе не стала объяснять свои мотивы и действия. Блондинка приподняла одеяло и быстро нырнула в кровать. Подвинулась к Лексе и, облокотившись на подушку, подложила ладонь под щеку и нависла над Лексой, внимательно наблюдая за девушкой. Два действия сразу, которые Лекса терпеть не могла. — Ты дома почти не появляешься, — не открывая глаза прошептала Лекса. — Да, мне тут нечего делать, — спокойно ответила Кларк, все так же разглядывая лицо девушки. — Не простишь меня? — Нет, — Кларк чуть наклонилась. Что она делала? Хотела разозлить Лексу? Или сама лично в чем-то нуждалась… Брюнетка открыла глаза и Кларк чуть не дернулась, но замерла. Нет, уж свою неловкость она точно сейчас не покажет. Расстояние между их лицами сантиметров пятнадцать, еще немного и можно будет кожей чувствовать тепло друг друга. В комнате плотно завешены окна, чтобы Лексе было днем комфортнее. Но сейчас, когда глаза привыкли к темноте, на таком расстоянии можно разглядеть все… Кларк рассматривала ее лоб и снова вернулась к глазам. — Зачем ты это делаешь? — Лекса смотрела и периодически моргала, но не сводила взгляда. — Что делаю? — Кларк нахмурилась. — Ты как-будто… Хочешь спровоцировать меня, чтобы я попросила тебя не пялиться или уйти. — А если так, у меня получится? — Нет, — Лекса тоже нахмурилась. — Жаль, — Кларк откинулась на подушку. — Ты стала… Жесткая, — Лекса вздохнула. — Тебя это не касается, — Кларк усмехнулась. — Кларк, я не могла, я… — Тихо, — Кларк развернулась к ней лицом. — Не сейчас. — Мы должны поговорить. Даже если ты меня не простишь, я все равно должна объяснить. — Мне Ева уже все объяснила, не утруждай себя. Лекса замолчала. Они лежали в тишине минут десять. — Я только не поняла одну вещь. — Какую? — Лекса повернулась. — Что значили слова, что от такой как я ты бы не потекла? Я просто думала… ну я поняла, что она все говорила, чтобы мне побольнее сделать, но ведь она откуда-то это брала. Не просто же так. Так что? — Кларк, — голос Лексы дрогнул, она замолчала. — Со мной было что-то не так? Поделись. — Что ты делаешь? — Лекса приподнялась и повернулась к Кларк. — Да ничего. Рассуждаю. Ты ведь хотела поговорить, мы говорим. Я думаю, что эти слова значат, что… я не в твоем вкусе была. Ну настолько не в твоем, что ты бы даже не… — Замолчи, — Лекса дернулась в сторону девушки. — Ты позволила меня унижать. Хотя достаточно было просто сказать мне «пока» и уйти. — Кларк, — Лекса приоткрывала рот, но не могла ничего сказать. — Я не сталкер, Лекса. Если бы ты просто ушла, я бы не стала тебя разыскивать. У меня есть гордость. Но ты позволила смешать меня с грязью, почувствовать себя дерьмом, недостойным тебя. Жалкой. — Кларк, — Лекса потянулась к девушке и, схватив за шею, потянула на себя. — Нет. Нет, не смей. Пусти. Я не нуждаюсь в твоей жалости! — Прошу, — Лекса стала бороться с девушкой, которая убирала ее руку. — Лекса, у тебя эта рука… ты, — Кларк не смогла схватить ее за раны, и в итоге Лексе удалось потянуть ее к себе, захватив за шею. Она крепко прижала девушку к груди и сжала двумя руками так сильно, что Кларк даже разозлилась. Ей не нужны эти объятия, как она смеет! Кларк схватила Лексу за вторую руку и хотела было оторвать от себя, но грудная клетка, к которой она была прижата щекой и ухом, стала подергиваться. Кларк замерла. Вот он момент, когда все пошло не по плану. Момент, когда Кларк полностью потеряла контроль над ситуацией. Момент, который она ну никак не ожидала. Сказать, что Кларк стало больно — не сказать ничего. Неужели ее эмоции, которые трансформировались в безразличие, эмоции, которые превратились недавно в ненависть способны в одну секунду так измениться и буквально разорвать душу на куски. Все внутри закрутило хаосом: боль, злость, ненависть, обида и… Кларк резко подняла голову и, обхватив двумя руками Лексу за шею, нырнула лицом к ее уху. Протиснула руки дальше и вот уже Лекса в ее объятиях. И Кларк бы поняла себя, если бы это была жалость, но ей точно Лексу жалко не было. Это было нечто другое. Лекса, обнимая Кларк двумя руками, стала судорожно гладить ее по голове. Кларк чувстовала, как дергается Лекса в ее руках, как намокает ее щека. — Я так хотела тебя обнять. Я так хотела… — Тихо, — что бы Кларк сейчас не чувствовала, разговаривать и слушать Лексу она все так же не хотела. *** Лекса открыла глаза. Боли почти не было, хотя ощущение чего-то инородного мучило ее постоянно. Она опустила взгляд, Кларк мирно спала на ее груди. Неужели они так всю ночь и проспали. Что подумает Кларк, проснувшись… Лекса, чуть прикрыв веки, стала привыкать к тусклому свету в комнате. Когда картинка стала хоть немного четкой, она снова перевела взгляд на Кларк. Она рассматривала ее лицо и в момент сердце участило ритм. Лекса чуть прищурилась. Ее взгляд упал на лоб Кларк, а именно на место над бровью. Там был длинный шрам. Он прокладывал тонкий путь от брови до волос. Лекса, которая хоть немного была знакома с шрамами, так как ее брату пару раз накладывали швы, поняла, что когда-то на месте это тонкой линии было огромное рассечение. Если учитывать связи матери Кларк и какие хорошие пластические хирурги работают в той клинике, еще скорее всего шлифовку, которую проводили над шрамом… Лекса сглотнула. Что с Кларк произошло? Что у нее происходило на протяжении полугода? Лекса и так боялась узнавать новую Кларк ближе и видеть изменения, произошедшие с девушкой, это приносило боль. Что будет, если она узнает что-то еще… Что будет, если в жизни Кларк происходило что-то страшнее обиды и боли? Лекса не уверена была, что готова к таким знаниям, ведь она ничего с ними сделать не сможет. Только винить себя… Но она заслужила это, заслужила эту эмоцию и чувство, которое ранее ей было не знакомо. Только с братом, но там у нее не было шанса что-то изменить… Ева была права, Лекса сама пошла на это. Сама связалась с этим бизнесом. Бизнесом, который слишком много у нее отнял и ничего не дал взамен. Она жалела, когда умер брат, в тот момент казалось, что и жизнь ей не нужна. Но с появлением Кларк… А потом снова из-за своей ошибки и связей с отцом Евы она все потеряла. Ей долго придется отвечать за свои ошибки, но по крайней мере она теперь хотела жить и бороться. Благодаря девушке, лежащей на ее груди. Ева также была права, когда говорила, что живой человек сможет хотя бы попытаться исправить свои ошибки, а мертвый уже не сможет ничего. С чего начать, если Кларк не дает ни шанса? Что делать, когда ей придется покинуть этот дом? Стоит ли пытаться что-то исправить, или нужно оставить Кларк, чтобы она жила дальше. Как будет лучше? Сколько вопросов и нет ни одного ответа. Когда-то Кларк насильно заставила Лексу принять помощь, может Лексе тоже стоит быть… идти против воли и злости Кларк. Пока Лекса размышляла, блондинка проснулась и подняла взгляд, посмотрев на Лексу исподлобья. — Как себя чувствуешь? — хрипло прошептала блондинка. — Хорошо, — чуть улыбнулась Лекса. — Это связано с тем, что я лежу на тебе, или с твоим самочувствием? — С тем, что ты лежишь. — Хорошо, а самочувствие? — Кларк стала подниматься. — Ощущение инородного в глазах, чуть жжет, а так более-менее. Я хотя бы могу смотреть, точнее я вижу. Еще выспалась. — Хорошо, — Кларк поднялась с кровати. — Я в душ и ты иди. Потом я помажу тебе лоб и… все как всегда. Лекса кивнула. *** — Твоя жена быстро ушла, — Кларк раскладывала лекарства на тумбочке. — Она мне не жена. Она приносила документы на развод, — Лекса поднялась повыше и присела, откинувшись на спинку кровати. — Ясно, — кивнула Кларк. Блондинка уселась на край кровати и, придвинувшись ближе, стала рассматривать уже почти зажившие ожоги на лбу. — И что, вы даже не друзья? — Друзья. Она ведь меня спасла, — Лекса внимательно следила за Кларк. — Понятненько. Слушай, не могла бы ты так не смотреть, я не могу разглядывать твое лицо. Лекса отвела взгляд. — И что? Какие планы дальше? — Кларк стала надевать перчатки. — Продам квартиру, перееду куда-нибудь, — Лекса снова посмотрела на Кларк и заметила, как та замерла с тюбиком в руках. — Ясно, — Кларк вернулась в движение. — Зачем ты спрашиваешь? Тебе не обязательно разговаривать, можешь молча. — Да? Это облегчает задачу, а то я устала уже играть заинтересованность. Лекса вдруг нервно засмеялась. — Ты такая… Тебе хочется меня уколоть или что? Кларк промолчала. — Просто это делать необязательно, мне и так больно, Кларк, — Лекса убрала улыбку с лица. — Если это так, то я рада. — У тебя шрам на лбу, откуда? — Это не твое дело, — Кларк дернула головой, давая понять брюнетке, чтобы та замолчала и подала головой вперед, чтобы она смогла нанести мазь. — Если ты хочешь меня как-то задеть, то это сделать легко. Скажи, откуда шрам. — Хорошо, — Кларк наносила мазь на лоб и смотрела под свои пальцы, — когда ваша машина уехала навстречу светлому будущему, я плакала, а потом, увидев Рейвен, побежала и меня сбила машина. Еще вопросы будут или на этом допрос окончен? — Кларк заглянула в красноватые глаза, которые менялись из заинтересованных в наполненные ужасом. — Стой, — Лекса схватила Кларк за запястье и убрала от себя ее руку. — Уйди пожалуйста. — Брюнетка отвернулась и стала как будто суетиться. — Мне надо закончить, — Кларк нахмурилась. — Уйди, — тихо прошептала Лекса. — Без проблем, — Кларк сняла перчатки, закрыла мазь и быстро встала, направившись к выходу, но остановилась у дверей. Постояла секунд тридцать и все-таки вышла. Лекса походила минут пять по комнате, нервно сжимая и разжимая ладони. Потом вдруг резко подорвалась с места, кое-что вспомнив. Она заходила в ванну, когда очень плохо видела, и заметила там некоторые баночки с лекарствами. В тот момент она не могла разглядеть ничего, что на них было написано. Лекса вбежала в ванную и, открыв шкаф, быстро начала там перебирать все, пока не нашла эту оранжевую банку. Чуть прищурилась и прочитала название. Позже девушка погуглила и нашла информацию о таблетках, которые выписывают пациенту при депрессии. Этой информации было мало. Лекса судорожно дергала пальцы, ей надо срочно узнать сегодня все. У них же должны быть какие-то бумаги в доме. Какая-то информация. Такие таблетки просто так не выписывают. Дождавшись, когда Кларк уйдет на работу, Лекса пошла в кабинет Эбби. Она перерыла там все. Эбби - врач, и у нее слишком много бумаг, слишком много папок. Она должна была держать хоть какую-то информацию о Кларк… Где же она может быть. Лекса перебрала там все. Она потратила час — ничего. Она уже потеряла какую-либо надежду что-то разузнать, но появившаяся мысль… Она не имеет права, она не должна… Лекса послала все к черту и открыла дверь в комнату Кларк, медленно вошла. Она подошла к письменному столу и, выдвигая ящики, стала бумажку за бумажкой рассматривать. В основном тут было все, что сохранилось с детства. Спустя полчаса её руки опустились. Лекса чувствовала, как устали ее глаза, как устала она сама. Лицо начинало гореть и глаза - жечь. Она встала посреди комнаты и прикрыла их. Потом открыла и взгляд упал на полку, находившуюся чуть правее от кровати. Лекса достала книги и папки оттуда. Медицина, медицина… книга, которую она дарила Кларк. Лекса открыла предпоследнюю страницу. Лист, где она писала, был вырван. Она вздохнула и отложила ее, потом нашла этот лист. Он лежал в папке. Она так же нашла лист из… из истории болезни. Нет, она искала что-то подобное, но ведь это конкретно из истории. Что он делает у Кларк? Почти ничего не понятно. Лекса достала другой. Депрессия. Причина: Внешние стимулы, конкретная ситуация. Степень: Зависит от силы психотравмирующего события, стресса. Психогенная депрессия. Психогенное расстройство характерно для лиц, оказавшихся в условиях потери жизненно важных для них ценностей. Это может быть развод, смерть, увольнение с работы и пр). Состоянию заболевшего свойственны перепады настроения и излишне повышенная чувствительность. Заболевание развивается быстро, в течение короткого временного отрезка. В этот период наблюдается четкая фиксация на утрате, появление тревоги, беспокойства за свою судьбу, жизнь близких людей, нарастание внутреннего напряжения. Похоже это какие-то вырезки. Лекса стала перебирать листы в папке и читать дальше. Нетипичные симптомы: Проблемы с концентрацией внимания. Нарушение способности ориентироваться в пространстве. Нарушение процессов запоминания. Убрав листы с вырезками, Лекса достала то, что заставило ее побледнеть. Кларк Гриффин, доставили в клинику при попытке суицида. Девушка находится в тяжелой депрессии. У пациентки выраженное снижение интереса ко всему, что раньше нравилось. Повышенная утомляемость. Отмечены суицидальные мысли, которые она пытается скрыть. Заниженная самооценка. Чрезмерное неадекватное чувство вины. Нарушение аппетита. Сейчас Кларк Гриффин под наблюдением на дому и под моим строгим контролем. Почему возникла тяжелая депрессия — вопрос, на которой Кларк отказалась отвечать. Тактику лечения подобрать сложнее. Но по словам Эбби Гриффин я все-таки смог понять общую картину событий, произошедших в ее жизни. Я выявил у девушки: мрачное, даже пессимистическое виденье будущего; чувство неуверенности в себе, заниженная самооценка; патология сна; двигательные нарушения, проявляющиеся в форме заторможенности; отчетливое снижение интереса к деятельности, которая ранее нравилась; сниженное, явно ненормальное для данного человека настроение; депрессивный ступор — обездвиженность, оцепенение. Кларк не склонна к повторной попытке суицида. Были выявлены также соматические симптомы тяжелой депрессии: пробуждение в утреннее время за 2 часа или даже более до привычного времени; психическое состояние более тяжелое по утрам; существенное снижение аппетита; отсутствие реакции на деятельность, событие, которое в прежнее время обязательно должно было ее вызвать; снижение веса. Лекса услышала звуки с первого этажа и, быстро засуетившись, трясущимися руками начала убирать все обратно. Ей почти удалось даже закинуть все на полку, как дверь в комнату открылась и Лекса замерла спиной к двери и с поднятыми руками. — Какого… хрена, — послышалось сзади. Лекса медленно обернулась. Они стояли минуты две. Молча. — Тебе были необходимы эти знания? — Кларк наконец вошла в комнату и кинула сумку на кровать. Лекса молчала. Что ей сказать? Что сделать? Она не могла отойти от шока. Кларк сняла кофту и скрестила руки на груди. Побегав глазами по комнате, Лекса быстро покинула ее. *** Брюнетка до позднего вечера лежала на спине и думала. Если бы Кларк знала, что она чувствовала почти то же самое, и что все то описание и к ней подходило, стало бы все лучше? Конечно, нет. Ведь Лекса и на половину не прошла через то, через что прошла Кларк. Лекса знала, что наступит день… А Кларк - нет. Завтра ей придется покинуть этот дом. *** Вся эта информация разъедала Лексу изнутри. Неизвестно зачем Кларк вчера приходила, но не успела она прийти, как девушка сразу покинула дом. Неужели ей так неприятно находиться в одном доме с Лексой? Оставить её… Господи, этот вопрос не давал Лексе покоя. Если бы она только знала, хоть намёк какой, есть ли смысл не отпускать Кларк? Лучше это или хуже. Нужно это или Кларк наоборот мечтает о том, чтобы та пропала из ее жизни? Собирая вещи, Лекса прокручивала миллион вопросов в голове. Хотелось плакать, громить все… Подойти к Кларк, схватить и спросить «Что ей, мать его, делать?» Если есть хоть малейший шанс? Она сделает все… Лекса: Я не знаю, что мне делать. Сижу, собираю вещи… Ева: Она попросила тебя уйти? Лекса: Мы заранее обговорили сроки. Я сейчас нахожусь в таком состоянии, когда могу сама себя помазать и закапать глаза. Поэтому… Ева: Я думаю, тебе надо найти причину остаться. С другой стороны… Вы разговаривали об этом еще раз? Лекса: Она меня избегает. Дома почти не появляется. Ева: С другой стороны, если она четко для себя приняла решение… Получается, что ты пойдешь против её воли. Лекс, я же не профи в делах сердечных, как и ты… Лекса: Я не хочу уходить. Я не знаю, что мне делать. Ева: Ты её любишь? Лекса: Ты прекрасно знаешь ответ. Ева: Так скажи ей! Что ты теряешь? Лекса, если она хочет, чтобы ты ушла — уходи, но если есть хоть какой-то намек на то, что она этого не хочет — борись. Ты прекрасно помнишь, чем заканчивались мои попытки тебя удержать. Хоть какой-то намек, Лекс, и принимай решение. Лекса: Спасибо, ты мне очень не помогла… Ева: Я не могу принимать решения за тебя. Я бы осталась. Но я навязчивая, и в свое время тебя это отталкивало. Я не советчик, прости… Лекса отбросила телефон и отложила вещи. Надо дождаться Кларк и попробовать еще раз поговорить. Она не находила себе места, шатаясь по дому туда-сюда. Наконец, к вечеру Кларк все-таки появилась. — Тебе такси вызвать? — прямо с порога начала она. — Я могу помочь добраться тебе до дома. Или до Евы, все-таки будет лучше, если кто-то будет рядом. Кларк разулась и прошла на кухню, Лекса пошла за ней. — Кларк, давай поговорим. — Не о чем, Лекса. Не о чем говорить. Ты вещи собрала? — Почти, я думала, что перед моим уходом мы попробуем поговорить, — Лекса глубоко вздохнула… Вот он… даже не намёк, а прямым текстом. — Послушай меня, — Кларк отложила бутылку с водой и подошла к брюнетке, — мне правда жаль, если ты ожидала чего-то другого, и я тебе сейчас делаю больно. Скажи, что ты от меня хочешь? Дружить? — Кларк остановилась в полуметре и заглянула брюнетке в глаза. — А ты смогла бы со мной снова дружить? Я бы хотела, чтобы у меня был шанс, снова… — Лекса никогда себя такой слабой не чувствовала, как сейчас. Унижение ли это? Нет. Но стоять под таким взглядом и слушать интонацию, с которой Кларк общалась с ней, было в такую новинку, что Лекса не знала даже, как реагировать и что говорить. Она постоянно терялась, что было ранее не свойственно. — Мы никогда не будем больше друзьями, пойми ты это уже наконец. Я не злюсь на тебя, честно. У меня было время подумать и даже простить тебя. Ты была в плену своих же ошибок, и у тебя не было выбора. Я не виню тебя за то, что было со мной. Больше не виню. Но в моей жизни ты мне больше не нужна. — Кларк наклонила голову и заглянула в глаза девушке, которая уже не знала, куда отвести взгляд. Лекса почувствовала, как дрожат руки и слабеют ноги. Надо идти. Идти и собирать вещи. Надо успокоиться… Лекса, поднимаясь по лестнице, думала, как бы не упасть. Перед глазами начинало все плыть. Бежать отсюда и больше не появляться. Подальше. Она появилась слишком поздно в жизни Кларк. А когда было бы вовремя? Блять, было бы вовремя не уходить вообще. Лучше бы сдохла от пули в лоб, чем ушла. Лекса проклинала себя и все свои решения. Она быстро кидала вещи в рюкзак и периодически сжимала кулаки, чтобы унять дрожание рук. Найти намек? Да. Какие намеки еще нужны? Лекса собрала вещи и села на кровать. Что будет дальше? Она последнее время только и жила моментом, чтобы вернуться к Кларк и все рассказать. Если бы она только знала, чем все это обернется, что Кларк настолько хрупкая. Что ее внутренний мир настолько ранимый. Если бы она только знала. Лекса медленно спускалась по лестнице. Она бы шла и еще медленнее, если бы это было возможным. Кларк, увидев ее, отложила телефон и, обойдя стол, встала недалеко от прихожей. Подперев спиной выступающий косяк и закинув одну ногу на другую, она стала наблюдать за девушкой. Лекса поставила рюкзак на пол и присела на корточки, чтобы обуться. Пока она шнуровала кроссовки, то смотрела на ноги Кларк. Блондинка дергала ступней. Чем медленнее Лекса надевала обувь, тем нервозней Кларк дергала ногой. Наконец, Лекса выпрямилась и, взяв рюкзак за лямку, закинула на плечо и посмотрела на Кларк. Лекса коснулась ручки и смотрела, не сводя с блондинки взгляда. Выражали ли что-то глаза блондинки? Нет. Можно ли было во взгляде что-то прочитать? Тоже нет. — Спасибо, Кларк, — кивнула Лекса, сдерживая позыв заплакать. Она сжимала вторую руку в кулаке так, что впивались ногти. — Не за что, — сглотнув, хрипло ответила блондинка. — Такси уже ждет, — уже совсем сипло добавила она. Лексе на секунду показалось, что Кларк проделывает с собой то же самое. Она, поджав губу, медленно потянула на себя дверь и, наконец, разорвав зрительный контакт, открыла дверь и вышла, закрыв её за собой. Брюнетка громко выдохнула. Внутри все сжалось. Казалось, что сердце просто откажет и остановится. Лекса опустила рюкзак на землю и посмотрела на дверь. Когда-то Ева ей сказала, почему она не отпускает Лексу. Почему постоянно, даже насильно, удерживает. «Если по настоящему всем сердцем любишь… Когда ты дышишь человеком… Разве ты сможешь по доброй воле так просто его отпустить?» Лекса, которая раньше не любила, не могла осознать полностью этих слов. Брюнетка открыла дверь. Кларк стояла на том же месте, в том же положении, единственное, что… она смотрела в потолок, а щеки были мокрые от слез. Лекса сделал быстрый шаг в ее сторону и, хватая за лицо, не дав Кларк опомниться, поцеловала. Лекса зажмурилась так сильно, что от боли в глазах пошли искры. Но она не отпускала. Она как прижалась губами, так и стояла, не встречая сопротивления. Не встречая никаких движений. Они просто стояли в таком положении минуту, пока Лекса не стала задыхаться и веки не стало жечь с такой силой, что их было просто необходимо открыть. Она отстранилась от Кларк и громко поймала воздух. Зеленые глаза бегали по лицу напротив. — Скажи мне, что мне можно остаться, — задыхаясь и еле слышно произнесла Лекса. — Если бы ты снова ушла, я бы умерла, — губы Кларк дернулись и, сдерживая истерический позыв, она закрыла дрожащей рукой глаза. Кларк быстро развернулась и побежала в свою комнату. Лекса громко и тяжело вздохнула. У нее есть шанс. Она отпустила таксиста и вернулась уже в свою комнату. Она не беспокоила больше сегодня блондинку. Она не беспокоила ее и на следующий день, зная, что Кларк не выходит из своей комнаты, и только Эбби, ничего не понимая, носит ей туда еду. Нет, Лекса не боялась попасться Кларк на глаза. Но она дала ей время осознать, что произошло. Если Кларк столько выстраивала эту стену, то рухнувший барьер… Ей просто необходимо было время. *** Может зря Лекса его давала? Сегодня (спустя неделю) Лекса усомнилась в правильности своего решения. — Мне Эбби сказала, что ты уволилась? — Лекса кушала за обеденным столом, а Кларк куда-то собиралась. Выглядела она очень наряженной. — Да, — Кларк махнула рукой, — я все время лучше буду отдавать учебе. Ну и… В общем, это было мое решение. — Хорошо. Ты кушала? Лекса пересекалась, конечно, с Кларк, все-таки в одном доме живут, но их диалоги были настолько короткие, что даже разговором не назвать. — Не, я покушаю в кафешке. Приятного аппетита, Лекс, я побежала, — Кларк чмокнула в щеку маму, которая стояла у плиты, и быстро выбежала из дома. — Она изменилась, — Эбби подошла и села рядом с Лексой, — что-то мне подсказывает, что благодаря тебе. — Да, она улыбается, — Лекса отодвинула тарелку. — Она не просто улыбается, она светится. Я ее такой не видела… Я ее такой давно не видела, — Эбби тяжело вздохнула. — Она тебя простила, только это могло вернуть ее к жизни. Снять, так сказать, груз… — Я надеюсь, что это действительно прощение, — Лекса встала и, взяв тарелку, пошла к раковине. — Если ты хочешь, перебирайся в комнату Рейвен. Она все равно переехала к своему мужу. Комната свободна. — Мне в гостевой хорошо. Я у вас ни разу не спросила, — Лекса повернулась и посмотрела на Эбби, — я вам не мешаю тем, что живу тут? Я просто не хотела оставлять Кларк… — Нет, я все равно дома не появляюсь. А Кларк нужен друг рядом. Ладно, я пойду, вещи в стирку закину, скоро на работу. Друг рядом… Не друг она ей. Никто… Просто почему-то здесь живет. Конечно, Кларк изменилась и это было видно. Лекса последние дни часто слышала смех из ее комнаты, когда она разговаривала по телефону. Лекса досмотрела фильм и, услышав, как вернулась Кларк, взглянула на часы. Время почти час ночи. Хорошо она в кафешке посидела. Лекса вышла из комнаты и тут же прижалась к стене. Кларк была не одна, Лекса четко слышала женский голос. Брюнетку как будто током прошибло. Она вышла к лестнице. — Привет, Лекса, — Кларк махнула ей рукой, — Мари, это моя соседка. Лекс, спокойной ночи, — Кларк потянула подругу за собой, и, со смехом, они закрылись в комнате блондинки. Вот, что делала здесь Лекса. Ничего. Брюнетка как стояла, так и продолжила стоять в шоковом состоянии. Она нервно поморгала и приоткрыла рот, но тут же закрыла. Что происходит? За этим ли осталась Лекса? Чтобы наблюдать, как Кларк становится лучше, и она продолжает жить? Ах да, соседка. Вот в каком статусе Лекса. Соседки. Брюнетка медленно стала закипать. Она, не успев обдумать все, что стоило бы, быстро подошла к комнате блондинки и постучала. Кларк, широко улыбаясь, распахнула дверь. — Можно тебя на минутку? — Мари, я сейчас, — крикнула Кларк и вышла, закрыв дверь. Лекса взяла ее за запястье и подвинула в сторону. — Что это все значит? — Не поняла? — лицо Кларк стало серьезным. — В смысле что значит? — Кто это? — Это… надеюсь, что в будущем моя девушка, а что? — Кларк, пусть она уйдет, — Лекса эти слова буквально выплюнула и после, сжав челюсть, заиграла желваками. Кларк нахмурилась и долго смотрела на Лексу, просто рассматривала ее лицо, пытаясь понять… Она словно хотела что-то разглядеть. — С чего бы ей уходить? — сквозь зубы произнесла блондинка. — С того, что ей здесь не место. У Кларк открылся рот. — Лекса, ты… Что? — Кларк развела руками. Она совсем ничего не понимала. Это было по ней четко видно. — Что непонятного я сказала? — Лекса, слушай. Мы договорились, что ты остаешься. Точнее… — Кларк откашлялась, — мы будем дружить, просто мне надо время. То, что я общаюсь с кем-то, еще не значит, что мне совсем наплевать, что ты здесь, просто… просто, я же могу… — Не можешь, — перебила ее Лекса и непонимающе дернула головой, — че ты несешь вообще? — Что? Они молча смотрели друг на друга. Между ними точно непонимание. Полное непонимание. Кларк, подняв брови, махнула рукой и быстро пошла к двери. Открыла, вошла и закрыла. Лекса прикрыла глаза, мысленно помедитировала. Она готовила себя ко второму раунду и, чуть успокоившись, встала напротив двери. Вдруг дверь распахнулась, и Кларк вытолкала девушку. Она реально ее вытолкала. Кинула взгляд на брюнетку и громко хлопнула дверью. — Что с ней не так? — Мари повернулась к Лексе и возмущенно взмахнула руками. — Если ты еще раз, — Лекса подошла к девушке и зеленые глаза сверкнули, — подойдешь к ней, я тебе переломаю руки и ноги. Тебе ясно? Мари широко распахнула глаза. — Вали давай, — Лекса толкнула ее в плечо. Брюнетка не просто ревновала, она чувствовала, как гнев охватывает все ее тело от одной мысли, что Кларк будет с кем-то… Девушка убежала, а дверь в комнату Кларк открылась. — Руки ноги переломаешь? — Кларк наклонила голову и уставилась на брюнетку. — Тебе тоже, — Лекса быстро пошла вдоль коридора. Так быстро, как только могла. Ревность просто буянила в ней и, конечно, она боялась, что сорвется на Кларк. — Эй! — Выкрикнула сзади Кларк. Блондинка поймала Лексу у дверей в её комнату и резко развернула на себя. — Что это было? Лекса молчала и лишь тихонечко пыхтела от злости. — Ты что себе позволяешь? — вдруг Кларк дернулась от осознания, ее глаза расширились. — Лекса, — голос дрогнул. — Кларк, если я тебе не нужна, скажи мне. Я могу терпеть твое игнорирование и даже находиться здесь как тень, но я не смогу наблюдать, как ты на моих глазах с кем-то… Кларк сделала шаг назад… Лекса только сейчас поняла, что Кларк и не догадывалась. — Я… я пойду… — Кларк стала медленно разворачиваться. — Мне надо время… — Сколько можно уже? — Лекса догнала её и резко дернула к себе лицом, — сколько тебе надо времени? Зачем? — Лекса, пусти, — Кларк попыталась вырваться. — Кларк, а если я приведу к себе кого-нибудь и трахну прям у тебя до… — Лекса не договорила. Обжигающий удар по щеке заткнул ей рот. Блондинка резко развернулась и стала уходить. Лекса снова ее догнала и схватила за руку, которую Кларк тут же стала вырывать. — Мы не договорили! — Договорили! Отвали! Приводи, трахайся! Мне насрать! — Кларк толкала брюнетку в грудь. — Трахайся, как со своей Евой трахалась полгода! — Я не спала с ней! Ты что дура, я не пойму? — Лекса схватила Кларк за плечи и резко дернула на себя, — я не спала с ней! — Я не верю тебе! Пусти, бля! — Кларк уже не контролировала силу, она хватала Лексу и за больную руку и локтем отпихивала, задевая лицо. — Как я могла с ней спать, если я любила тебя? — выкрикнула Лекса и с силой шибанула Кларк в стену, — прекрати меня бить, мне больно, черт тебя побери! — Ненавижу, я тебя ненавижу, — Кларк продолжала толкать Лексу в грудь и отдирать от себя, оттягивая за плечи. — А я тебя люблю, слышишь? — Ненавижу, — Кларк чуть ослабла и Лексе удалось зажать ее к стене всем телом. — Люблю, люблю тебя, люблю, — Лекса стала целовать Кларк в щеки, в лоб, в шею. Она это делала так быстро и судорожно, боялась, что этот момент оборвется и она не успеет… не успеет… Она старалась покрыть поцелуями каждый миллиметр на лице блондинки. Сердце Лексы прыгнуло к горлу, когда Кларк, резко схватив ее за подбородок, потянула к себе и поцеловала. Кларк толкнула Лексу и та врезалась в стену напротив. Кларк тут же подскочила и снова поцеловала. — Скажи мне, скажи мне еще, — отрываясь от поцелуя, шептала Кларк. — Люблю, люблю тебя, — Лекса гладила белокурые локоны и перебирала пальцами по коже на ее лице, — люблю… Прости, умоляю тебя, прости, Кларк, прости, прости меня… прости… — Тихо, тихо, — Кларк вытирала большим пальцем слезы на щеках Лексы, — если ты снова уйдешь, я умру. Я умру, Лекса… — Кларк, будь моей женой, — вдруг выскочило из губ брюнетки. — Что? — Кларк оцепенела. — Прости, я хотела сказать, черт, прости я… — Ты серьезно? — Кларк, когда я это делала фиктивно… я только и думала о том, чтобы… я думала… Я… Мне так жаль, мне жаль. Я не знаю, как теперь мне все исправить… Прости, я сейчас куда-то лечу… Извини, что я… Я хочу так много сказать, только позволь мне. — Лекса, надо время. Нет, нет, стой, — она поймала лицо брюнетки и, целуя лоб, глаза, не останавливаясь, продолжила шептать, — время тебе, а не мне. Разве так делают предложение? — Прости меня, прости, прости, — Лекса, закрыв глаза и перебирая пальцами по мягкой коже на лице Кларк, продолжала повторять и повторять. *** — Только честно, — Кларк оседлала Лексу, и брюнетка, щурясь, открыла глаза. — И тебе доброе утро, — Лекса обхватила ладонями руки Кларк и широко улыбнулась. — Ты спишь со мной… Точнее, ты спишь? Господи, не знаю как спросить, — Кларк наклонилась и уставилась в зеленые глаза. Нахмурилась и продолжала смотреть, не моргая. — Кларк, — Лекса усмехнулась, — я снова знаю, что ты делаешь. Я сплю с тобой, и ты можешь на меня пялиться сколько угодно, к тому же, у тебя очень красивые глаза. С такого расстояния, правда, не очень хорошо видно, — Лекса чуть подвинула Кларк, чтобы взгляд смог сфокусироваться на ее глазах, — вот так. Так хорошо. Кларк широко улыбнулась. Лекса повалила её на спину и, нависая над ней, стала рассматривать ее лицо. — Черт, ты была права, это не слишком комфортно, — Кларк стала смущаться и отворачиваться. — А мне нравится. Не отворачивайся, посмотри на меня, — Лекса повернула за подбородок ее лицо на себя. — Мне больно смотреть на твои глаза и лоб, — у Кларк вдруг заблестели глаза. — Все пройдет, — Лекса потянулась и поцеловала Кларк в шрам, еще и еще… целуя каждый миллиметр. — Я хочу, чтобы ты знала, если бы я знала… я бы никогда… я бы… — Тихо, хорошо? — Кларк обхватила девушку двумя руками и потянула на себя, укладывая к себе на грудь. — Кларк, — Лекса смотрела перед собой, — ты растопила мое сердце. Ты стала моей жизнью… если бы я тогда знала, что тебя ждет… я бы не ушла. Я все время себя успокаивала тем, что ты сильная и справишься… Я бы лучше умерла, если бы от этого зависело твое благополучие. — Не говори так… Не смей! — Кларк сильно сжала плечи девушки и еще крепче прижала к себе, — твой взгляд. Ты смотришь на меня как на что-то прекрасное. Каждый раз, с момента, как ты смогла открыть после травмы глаза, твой взгляд… *** «Давно я ничего не писала. Наверное, мне было не до этого. Сегодня особенный день. Нет, у меня не свадьба, сегодня я узнала, что Рейвен беременна. Это побудило меня столько всего сказать. Написать. Столько мыслей. Я сегодня вспоминаю то, что было три месяца назад, когда Лекса произнесла слово «люблю». Мне показалось, что на меня падает небо. Это такое чувство… оно непередаваемое. Какой-то адреналиновый скачок, смешанный с чувством эйфории. Как будто ты бежишь огромную дистанцию… и у тебя нет сил. Ты уже задыхаешься. Отказывают ноги, ты их не чувствуешь, но вот финишная лента, и ты ее пересекаешь, она рвется у тебя на груди, и ты в изнеможении падаешь. Я не горжусь своими поступками и слабостями. Но если сравнивать это с марафоном… Когда Лекса меня тогда трогала и повторяла, что любит… Я простила все. Я в тот момент простила все. Было ли что прощать? Эмоции никогда не поддаются мыслям. Если бы Лекса тогда, стоя на улице, мне ответила, что тоже любит. Если бы она сказала правду о том, что происходит. Если бы меня не ограбили, и я не поцеловала Найлу. Если бы я не попросила Лексу тогда уйти, открыла бы книгу и прочитала… Если бы я раньше осмелилась ей сказать, что люблю. Если бы Ева не вступилась за Лексу. Если бы Лекса осталась…и … Если бы… Мы люди, обычные люди, накручивающие себя и додумывающие все самостоятельно. Было ли за что мне прощать Лексу? Нет. Она мне намеренно не причиняла боли. Она живой человек и, как и я, трусиха. Мы все задаем себе когда-нибудь вопрос «если бы», но жизнь так устроена, что роняет нас и набивает нам синяки, оставляя такие шрамы, что … Не хочу о плохом. Лекса каждое утро на меня смотрит так… Этот взгляд невозможно описать словами. Скажу по секрету, даже Рейвен с Финном так не смотрят друг на друга. Ее голос, которым она ко мне обращается и произносит мое имя. Всё это наполнено такой нежностью, и я благодарю Бога каждый день, что дал нам обеим шанс исправить свои ошибки. Тот период в жизни я не буду вспоминать никогда. Ради нее. Иногда в ее взгляде я вижу боль. Она смотрит на мой шрам, и ее глаза наполняются болью… Я не хочу видеть боль в ее глазах. Никогда не хочу. Не хочу, чтобы она винила себя. Не хочу, чтобы она жалела о чем-то. Я хочу жить дальше. Я вспоминаю свои разговоры с Рейвен на кухне, когда рассказывала ей о том, как я боюсь, что Лекса поймет, что я к ней чувствую. Боюсь, потому что эта девушка в моих глазах была просто недосягаемой, а сейчас она моя. Я благодарна богу за то, что когда-то вошла в тот дом и поднялась на крышу. Я благодарна богу за то, что он дал нам шанс. Кстати, у нее же после травмы волосы были … ох как сказать, короче, там лоб-то подгорел, и была небольшая проплешина. В общем, там все отросло, она у меня красотка неписанная была даже с той проплешиной. Боже, если она узнает, что я замечала (а я всегда делала вид, что не вижу) она меня убьет. Конечно, она знает, ведь там была огромная поляна волос, точнее их отсутствия. Она безумно красива. Она безумно… красива…. И я люблю. Я очень ее люблю. ___________________________________________________________ Примечание автора, которое не влезло в примечание автора. Вы заметили, что здесь нет ни одной постельной сцены? Можете меня поздравить, у меня есть фф, где нет секса. Надо поменять рейтинг. Работа завершена, как и планировалось. Ничего дописывать и дополнять я не буду. Все как я хотела. Спасибо за награды, которые приходили от вас, пока работа была в «процессе», это слишком много. Безумно приятно. Конечно драматург из меня… сомнительный, но эта работа была под настроение, я не знаю, может кого-то разочаровала. Что-то было не так… Но лично я люблю их. Люблю эту историю. Почему-то именно в этой работе у меня куча сомнений. Я не знаю почему, не могу ответить себе на этот вопрос. В любом случае, я за драму и ангст больше не возьмусь. (в ближайшее время точно) А может это просто не мое. Ну, в общем, стоило себя попробовать во многих жанрах. Ребят, я вас правда очень люблю и безумно благодарна за каждый отзыв и за вашу поддержку. Боже, если бы я только могла передать ту эмоцию, которую я испытываю, читая что-то ободряющее и вдохновляющее. Ну и по традиции) Низкий вам поклон, пока и до встречи в других фф!