Яблоки для Стайлза

Капитолий. Огромный зал для приемов. Идеальные белые розы в дорогущих вазах. Двое мужчин сидят за укрытым белой скатертью столом, один из них седовласый мужчина с идеально белой розой в нагрудном кармане пиджака, как и те, что украшают эту комнату, вскидывает руку в подзывающем жесте. Тут же невысокого роста девушка с идеально зачесанными волосами, подливает в его бокал вино. -Что же, Мистер Хейл, думаю время на раздумия у вас больше нет, вы готовы предоставить мне план Арены? – наконец заговорил он. Мужчина, который до этого молча сидел напротив седовласого мужчины, встал. -Думаю да, вам же известно, что этот год выдался достаточно холодным для дальних дистриктов, - поинтересовался он, приподняв брови. -Так, и что вы хотите этим сказать, - вскинув голову, спросил седовласый. -Я хочу сказать, что у меня появилась идея создать в этом сезоне самую холодную арену в истории Игр. Президент, а именно он сидел в кресле за столом, отставил бокал с недопитым вином и задумался. Что ж, а это была неплохая идея, заставить участников страдать не только от голода, жажды и болезней, но еще и от холода. -Хорошо, у вас есть полгода на воплощение в жизнь вашей задумки, - мужчина поднялся и отправился к выходу из комнаты, но у самой двери затормозил, - Не разочаруйте меня, Дерек. А после вышел из комнаты, оставив второго мужчину в одиночестве. Дистрикт 7. Полгода спустя. -Стайлз! Стилински, где ты?! - высокий парень, со скошенной челюстью, перехватывает топор с длинной рукоятью поудобнее. -Черт бы побрал этого гиперактивного придурка, - пробормотал он. -Эй, я вообще-то все слышу! - послышалось сверху, а потом перед юношей свесился вниз головой парень, широко улыбаясь. Юноша с топором вскрикнул и чуть было не приложил друга этим самым топором. -Воу-воу, Скотт, полегче, - запаниковал Стайлз. -Что ты творишь, придурок! А если бы я…если бы! О, боги! -Да ладно тебе чувак, расслабься!! – расхохотался Стайлз. Скотт зло на него зыркнул и опустив топор пошел вглубь леса, не став дожидаться, повисшего не ветке парня. -Эй, да ладно тебе Скотт! – неуклюже свалившись с дерева, парень отыскал среди пожухлой листвы свои топоры и отправился вслед за убежавшим вперед другом. -Да ну, серьезно?! ТЫ будешь дуться на меня за это? -Ты идиот, Стилински, не хочу с тобой разговаривать, - проворчал Скотт. Стайлз показал язык хмурящемуся другу и подкинул в руке топор. Скотт же долго злится на друга не мог, Стайлз это понимал и пользовался этим. -Ты понимаешь, что я мог тебя прибить? Ты хоть раз можешь подумать о последствиях, ты…ты идиот, Стилински! – ругался Скотт. Стайлз хмыкнув и отбросив топоры в сторону забрался на Скотта, весело смеясь. -Да ладно тебе, ну не прибил же, я цел, голова вроде на месте, что еще надо для счастья? – выдохнул Стайлз. -Мозгов тебе надо, - бросив свой топор рядом со стайлзовыми и перехватив друга поудобней, ответил Скотт, - Кстати, нам пора возвращаться, скоро стемнеет, - Стайлз захныкал и сполз с друга. -Не хочу обратно, завтра Жатва, Скотт! – завопил парень. -И что? Ты же сын главы миротворцев, твоя вероятность попасть на арену ровна нулю. Да по всему Панему распространяется правило, что если ты посвятишь свою жизнь служению Капитолию, то твои дети вряд ли попадут на Арену. По крайней мере, последний ребенок служителя Капитолию побывал на арене больше 30 лет назад. Стайлз как-то резко поутих. Да его отец глава миротворцев, но это не отменяет того, что каждый год, на протяжении уже четырех лет Стайлз исправно посещает каждую Жатву и с замиранием сердца ждет когда же произнесут имя, а после с облегчением выдыхает. -Да, но посещение жатвы никто ни отменял, тебе кстати тоже, это твоя последняя жатва. -Последняя, - подтвердил Скотт. Скотт везучий засранец, не смотря на то, что он является сыном обычной медсестры, которая работает в госпитале в центре Дистрикта, и то, что ему в этом году исполняется 18, он ни разу не был выбран трибутом. -Ладно, темнеет уже, пошли обратно, - подбирая с земли оружие, Стайлз отправился вперед. *** -Стайлз? – доносится с кухни, когда Стайлз с грохотом роняет на веранде топоры. -Да, - отзывается парень. Джон неодобрительно качает головой, когда видит продрогшего сына. -Вы опять со Скоттом гуляли за периметром Дистрикта? – спросил мужчина. Стайлз пожимает плечами и подрагивая от холода проходит мимо отца. -Ребенок, ты же понимаешь, что это опасно? И даже то, что я являюсь главой миротворцев, не дает тебе и твоему другу выходить за периметр Дистрикта. Стайлз скинул любимую красную худи и прошел в дом. -Сын? -Да папа, я понимаю, - опустив голову ответил Стайлз. Джон покачал головой и прошел мимо сына, подходя к включенной плите. -Ужинать будешь? – спросил он. -Да! Голоден как волк! Кстати!!! – вскрикнул парень, - Представляешь, мы сегодня на лесоповале видели со Скоттом волка, такой огромный и черный как ночь, - усаживаясь за стол, восторженно закончил он. -Волк? Но здесь уже больше сорока лет волки не водятся. Стайлз лишь пожал плечами увлеченно поедая кусочек хлеба: -Может пришел откуда-то издалека? -Возможно… *** -Стайлз?! Пора вставать! - раздался громкий голос Джона. Стайлз поморщился и закутался в одеяло. Джон только улыбнулся и, подойдя к кровати сына, стащил с него одеяло. -Давай, сын, пора вставать, сегодня Жатва. -А можно не надо? – невнятно забормотал Стайлз. Джон покачал головой и схватил сына за ногу. -Я встал! Я встал! – завопил Стайлз, когда до встречи с полом оставались считанные секунды. Джон отпустил сына и тот все же приложился об пол, но тут же подскочил и сонно заморгал. -Отвратительный день, - констатировал Стайлз. Идеально выглаженная рубашка. Темные штаны. Относительно чистые ботинки и неизменная улыбка. Даже в такой день Стайлз умудрялся радоваться. Хотя, это же Стайлз. -Эй, доброе утро, Скотти! – поприветствовал Стайлз друга. -Оно определенно не доброе. Стайлз хмыкнул. -Да ладно тебе, вспомни, что ты говорил мне вчера, меня не выберут, у тебя это последняя жатва, это наш год, Скотти, мы с тобой чертовски везучие! Скотт неодобрительно покачал головой и отправился вслед за другом. На площади уже все готово. Подростки стоят в длинной очереди, а родители толпятся в стороне, украдкой утирая слезы. -Не волнуйся, Скотти, прорвемся, - подмигивает Стайлз другу и протягивает руку женщине. И Скотт верит ему, верит, до последнего момента верит, пока не видит огромные от ужаса и блестящие от слез глаза друга на сцене и прекрасную дочь мэра рядом с ним. Что-то определенно пошло не по плану…