Механический тушканчик

      Меня ведут к нужному столику. Какой же я сейчас красавчик! Голубые джинсы, желтые ботинки patrol, белая не заправленная рубашка с подкатанными до локтей рукавами. Я посчитал, что Алексей все равно во время секса увидит пластырь, так что нечего так тщательно скрывать. Но телесного цвета пластырь практически не заметен. На руке привычные часы, лицо заретушировано тональником и фирменная укладка муссом. Уже ничего не боюсь.       Столик был в середине зала у окна. Сразу повесил маленькую сумку на спинку стула и поприветствовал Алексея. Он был сегодня в синих джинсах и серой рубашке, заправленной в них и открывался коричневый ремень. Без изысков. Только на руке был черный ролекс. Сажусь.       - Сделал уже заказ?       - Да. Ты против?       - Нисколько.       Натянуто улыбаюсь, а он делает знак официантке. Нам разливают красное вино. Делаю глоток и встречаюсь взглядом с ним. Теперь мы можем говорить свободно после того, как ушла официантка. Мы окружены перегородками от других посетителей.       - Выглядишь потрясающе!       - Спасибо. Ты тоже сегодня приоделся.       Улыбаюсь. Нда, нам даже поговорить не о чем на людях. Делаю глоток. Откидываюсь на спинку стула и спрашиваю:       - Хм, мне вот все интересно, сколько тебе лет?       - Ну у нас пятнадцать лет разница, если ты об этом. Почти вдвое старше тебя. - Делает глоток вина. - Для тебя это наверное грандиозная разница.       - Вовсе нет. Это не главное в отношениях.       - А, что на твой взгляд, главное? - Он положил локти на стол, сплел пальцы между собой в замок и уткнулся в них практически носом.       - Взаимопонимание и желание быть вместе.       Перевожу взгляд на столовые приборы и скучающе изучаю их. Мне и правда наскучила тема. Зря вообще спросил про возраст, вот сейчас все пойдет-поедет.       - А ты считаешь по-другому?       - В целом с тобой согласен, но множество факторов определяют дальнейшее развитие отношений.       Смотрю на него и уже не понимаю, о чем мы на самом деле говорим. Слава богу нам принесли аперитив в виде салата из рукколы, оливок, помидор и кусочков сыра. Мы начинаем есть вилками. Стараюсь сильно не тревожить руку и не сгибать, а двигать лишь запястьем.       Только сейчас понял, что отвык от общения с ним или может, авария меня изменила? Как тогда, когда я был за рулем, много вещей передумал и взялся за ум. По-настоящему. С тех пор, уже год прошел, а никаких загулов и непонятных попоек с друзьями. Стал ходить в зал и сбрасывать лишнее напряжение там, вызубрил много чего. Авария в среду заставила меня по-трезвому взглянуть на свою жизнь, вернее, на самого себя. Нужно больше уделять себе внимания, любить себя. Больше не хочется играть и что-то из себя изображать.       - Ты сегодня какой-то тихий, - заметил он.       - Не знаю. Наверное. Ах да, чуть не забыл! - роюсь в сумке и достаю небольшую бирюзовую коробочку и протягиваю ему.       - Это тебе. Увидел это и подумал, что тебе бы очень подошло.       Протянул левой рукой и он заинтригованный взял в руки. Открыл, а на картонной вставке лежит коричневый ремешок с переплетенными нитями с множеством мелких бусин в бело-красную полоску.       - Что это?       Я встаю со своего места и подхожу к нему, извлекаю ремешок из коробочки.       - Вытяни эту руку, - прошу я и рядом с его ролексом, застегиваю ремешок на необычный замочек и теперь красные бусины с белыми полосками красиво болтаются на нитках, а кожаный браслет с вырезанными узорами венчает в центре буквы "WQ" в честь известного бренда. Сажусь на свое место, делаю глоток.       - Если не нравится - могу снять. Наверное, к одежде не очень подходит.       - Оставь, как есть. Спасибо, мне понравился подарок. А ты чего не ешь салат, не нравится?       - Я уже поел помидоры с оливками и сыром. Я принципиально не ем рукколу. - Я наморщил нос. - Чувствую себя парнокопытным.       Он улыбнулся.       - Хорошо, с этого дня - никакой зелени.       - А тебя ничего не интересует? - спрашиваю и допиваю вино.       - Например?       - Ну, обо мне?       - Да, много всего, но эти вопросы не для общественного места.       - Понимаю, - грустно протягиваю и решаюсь отдаленно намекнуть Алексею, когда официантка приносит мясное блюдо и убирает тарелки.       - Принесите, пожалуйста, две стопочки текилы, - ослепительно улыбаюсь девушке и она уходит.       - Ни капли мне это неинтересно, - говорю ему, потому что он уже ревнует, я же вижу. - Тут у меня был горький опыт.       Об этом даже мысленно боюсь вспоминать и думать. Гоню от себя эти мысли.       Когда приносят текилу, чокаюсь с ним и залпом выпиваю.       Он смотрит, чуть нахмурившись и ставит пустую рюмашку на стол.       - Хотя, я хотел бы знать одно - твое имя.       - А ты разве не знаешь? - Делаю удивленное лицо.       - Я привык звать всех по фамилиям, но в свете последних обстоятельств называть тебя так не хочу.       - Тогда, - делаю театральную паузу и выдыхаю - догадайся сам. Пораскинь мозгами.       Приступаю к трапезе.       - Обиделся? - предполагает он.       - Нет, с чего ты взял? - искренне удивляюсь. - М-м, мясо вкусное. Что это?       - Крольчатина в винном соусе с длинной лапшой.       - Никогда бы не подумал. Удивительно!       Демонстративно смотрю на часы и произношу:       - Если в течение пятнадцати минут назовешь мое имя, то с меня любое твое желание. В разумных пределах, естественно.       Я знаю, что он усиленно будет скрипеть мозгами и это будет забавно.       Прошло одиннадцать минут. Я почти доел и смотрю на него. Его взгляд до этого блуждал по моему лицу, а сейчас задумчиво опустился на стол и наткнулся на рюмашки. Щелкнуло что-то в голове и все стало на свои места. И медленно его лицо от недоверия перетекает в полный ужаса от осознания очевидной вещи. Я вижу столько эмоций впервые на его лице. Прошло тринадцать минут.       - Хм. Эдуард, значит. Теперь понятно, почему ты хотел со мной сблизиться. Почему ты раскрылся именно сейчас? Мог бы молчать.       - Надоело делать вид, будто не знал тебя. Зови меня Эдиком. И верни мне очки-хамелеоны, они мои самые любимые. - Тихонько смеюсь.       По-моему, я сейчас собственными руками разрушил все.       - Алексей, пойми, мне реально надоело делать вид и между прочим, тогда я рассчитывал на другой расклад. И как оказалось все не так просто, учитывая положение вещей. - Пауза. - Мы можем уже поехать? Или еще будет десерт? Тут душно и хочется на свежий воздух. Пожалуйста, выйдем, - умоляю.       - Хорошо, можешь выходить и подождать меня у машины, а я тут завершу все дела. Ты и правда выглядишь неважно.       - Спасибо, - благодарю и закинув сумку на плечо иду к гардеробу.       Как только оказался на воздухе перестали гореть щеки. Я закуриваю и нахожу взглядом машину, припаркованную в пятистах метрах, на другой стороне улицы.       Уже навострился курить левой рукой и одеваться тоже ею же. Потушил окурок носком ботинка. Вижу идет уже Алексей к тачке и впускает меня в салон, буквально падаю на сиденье. В руке какие-то ноюще-тянущие ощущения. Почему-то алкоголь не полностью притупил боль, может, нужно было выпить побольше?       - Все нормально? Не нравится мне твой видок. Скажи мне честно, что с тобой?       Он так строго посмотрел, что бесполезно было отрицать.       - Когда ехал от тебя в среду попал в небольшую аварию.       - Ты принял какие-то меры и написал заявление?       - Нет. Мне гласность ни к чему. Отец всыпет мне. Пришлось пройти обследование и все.       - Ты же не виноват.       - Да, но отцу все равно. Он потому не выдает мне машину и я живу максимально близко к институту. Ему проще снимать мне дорогое жилье.       - А что за история была?       - В аварию попал по своей вине. Год назад. Отцу все равно. При слове "авария" просто не глядя всыпет.       - Хм, вот как. А ты сам, как не пострадал?       - Отделался ушибами, да зашили руку. Сейчас со швами в локте хожу. Тяжело было первые дни.       - Почему мне не позвонил?       - Зачем тебя тревожить такой ерундой?       - Это не ерунда!       - Не хочешь уже поехать?       - Да.       Он проводит рукой по волосам.       - Почему ты так взволнован?       - А ты не догадываешься?       - Нет.       Искренне удивляюсь.       - Ну и дуралей, - он улыбается и тычет пальцем в нахмуренные брови, тогда я все понимаю.       Он трогается с места и мы наконец-то едем к нему.