Механический тушканчик

      - Что ты делал все дни?       - Учеба. Как всегда вызубривал все наперед. А ты?       - Аналогично. И еще много думал.       - Ну и что надумал?       - Не будем искушать судьбу и доверимся ощущениям. Хватит. Я просто думал, что тебе подобное в радость, но оказалось, нет.       - Да, у меня психологическая травма, зафиксированная и она определяет мое поведение.       - Значит, разговор с отцом немного помог?       - Не совсем. Мне еще предстоит все как следует обмозговать. Скорее всего, когда я поработаю над собой многое будет по плечу. Тут нужна работа над собой.       Он припарковался и мы вылезли из машины. Пошли уже привычно к нему. Подъезд-лифт-квартира. Он тут же впивается в мои губы, сильно покусывая и языком лаская мой растерявшийся язык. Его руки жадно шарили по телу везде, где могли дотянуться.       - Оголодал? - подкалываю.       - Не то слово. Это ты виноват. Не могу уже без этого.       - Давай для начала разденемся и уйдем из прихожей.       Он послушно отпускает меня и я скидываю шмотки, как и он. Мы идем в спальню, так привычно, хотя я не был здесь долго. Мы спешно скидываем вещи. Он сразу опрокидывает меня на постель и тесно вжимается всем телом и наши члены трутся друг о друга. Охотно принимаю эту игру и сильно обвиваю ногами его бедра так, чтобы наши члены были в тесноте наших тел. Он все сразу понимает и начинает двигаться. Меня окутывает его запах тела и дыхание прямо в ухо. Пробирает насквозь. Нам много не нужно. Быстро изливаемся, все красные и потные, с победными криками. Еще ко всему примешался запах спермы. Мне начало сносить башню ото всего этого. Затем Алексей лениво гладил мой торс, а его голова покоилась на моей груди.       - Теперь можно и в душ, - говорю и смеюсь, глядя на липкую лужицу на животе.       - Как я скучал по твоему смеху, - признался он, чмокнул меня в плечо и поднялся с кровати. Тоже иду в душ, следую за его обнаженной задницей.       - Да-да, смотри сколько хочешь, но туда тебе уже путь закрыт. Навечно.       - А я и не против.

***

      - Как думаешь, сегодня сможешь принять меня?       - Да, все нормально. Вчера только использовал вибратор.       - Теперь я у тебя буду за вибратор и с этих пор, он тебе ни к чему, это я обещаю.       У него лицо было такое самодовольное, что я рассмеялся, а он в ответ улыбнулся и хлопнул меня по заднице со звонким хлопком. Видимо, после моего признания и предложения съехаться, он расслабил булки и почувствовал себя хозяином ситуации. Ну не на того напал! Я преклоняться перед ним, точно пред божеством, не собираюсь. Я намерен играть по-крупному и иду ва-банк.       - Посмотрим, насколько ты скучал, - говорю завлекущим томным шепотом. - Давай сделаем это на диване? А чтобы не запачкать - надену презик. Будет здорово!       Он пошел за презиками, а я жду. Когда он возвращается прилипает ко мне в бешеном поцелуе, а руками с наслаждением мнет мою задницу. Таким раскрепощенным с диким желанием я его еще не видел. Настоящий дикарь! Я ни на шутку завелся. Он начинает крупно дрожать от желания и мне приходится одеть на него презерватив, а заодно и на себя. Разворачиваюсь к нему спиной и встаю коленями на край дивана, а локти кладу на спинку, тем самым оттопыривая для него зад. Представляю, какое зрелище! Эта поза хороша тем, что весь вес тела смещается на руки и мышцы таза расслабляются. Вскоре ощущаю его скользкий конец медленно скользящий внутрь. Когда нет возможности смотреть на него - это захватывает дух и разыгрывается воображение - будто занимаешься сексом с незнакомцем. Не хочу ласкать себя, а попробую кончить только от ощущений в заднице. Когда набухает предстательная железа и становится тесно, а движения Алексея жадными и резкими. Пара движений, он лихорадочно сжимает руками мой таз, а затем последний рывок и я кончаю. Волны проносятся по телу. Сжимаю тесно его и он уносится вслед, тесно прижимаясь грудью к моей спине.       - Это был самый потрясающий секс, который у нас был, - сообщаю ему.       - Да, ощущения невероятные! - соглашается он.

***

      Пока лежал, понял, что Алексей не хочет сближения, а лелеет одиночное проживание, где все по полочкам. Все понятно.       Вода в душе шумела и я лежал благоухающий распаренный после ванны один. Доносится звонок. Кто бы это мог быть? Беру телефон. Хм, незнакомый номер. Отвечаю. Никак я сегодня добрый? Обычно не беру трубку.       - Да?       - Эдик, извини, что так поздно хотел поговорить с тобой. Тебе удобно? - спрашивает Михаил Венедиктович.       - Да. Алексей в душе, а я в спальне.       - Так как теперь я в курсе ваших отношений хочу все же дать несколько рекомендаций. Я это делаю исключительно потому что дорожу сыном и забочусь о ваших отношениях.       Пауза. Что же он дальше скажет? Он и правда хочет помочь нам или наоборот, разрушить отношения?       - Я хочу чтобы мой сын был счастлив, вне зависимости от того, кого именно он выбрал. До этого я не вмешивался в его жизнь.       Снова пауза. Видимо, проверяет так ли внимательно я слушаю или придает увесистости своим словам.       - Я понимаю, - выдавливаю из себя.       - Что, лично я, заметил: у вас перевес в отношениях. Всегда предлагаешь ты - подчиняется он, а в сексе, судя по твоим словам, лидирует он. Также я хочу предложить тебе отработать твою проблему на практике с другим партнером.       - Изменить Алексею что ли?       - Нет. Это, так называемое "театрализованное" представление, где ты должен будешь взаимодействовать с девушкой. Без сексуального контакта, просто обучение. Оно позволит снять тебе зажим.       - А как же профессиональная этика, ведь наши отношения с вами перешли грань допустимого и теперь занятия невозможны, а сеансы должны быть оплачены?       - Я так обычно не делаю, но для этой ситуации придется закрыть глаза на то, что я отец твоего любовника и проводить сеансы, как сексологу. Что думаешь по этому поводу?       - Я бы попробовал.       - Когда тебе будет удобно?       - Завтра перед тренажерным залом у меня свободное время с четырех до семи часов. С восьми до десяти я уже в тренажерке.       - Такой ритм не выматывает? На ночь заниматься упражнениями?       - Нет, я выплескиваю всю лишнюю энергию и сплю как младенец. Я ведь не поднимаю штангу, только бег на дорожке и гантели.       - Тогда, ладно. В пять часов будь у меня в кабинете.       - Э, от Алексея это нужно скрывать? Ведь он не одобряет вмешательства.       - Мой клиент - не он, а ты. Эта ситуация касается его лишь косвенно, а точнее не имеет к нему отношения. Ты должен сам решать, что делать.       - Хорошо, я понял. Спасибо и увидимся завтра.       - Да, до скорого.       Он повесил трубку, а я с удивлением смотрел на время - 23:44. Нужно собираться и ехать домой. Быстро одеваюсь, вызываю такси и ухожу. Уже сидя в такси пишу сообщение Алексею, что я поехал домой.

***

      Весь день, как на иголках в ожидании сеанса. И спешно лечу, едва попив кофе на бегу.       Меня встретил уже знакомый в коричневато-черно-бежевых нотах кабинет. В кресло уселся Михаил Венедиктович, а на диванчике сидела миловидная белокурая девушка в белом платьице и бежевых туфлях. Ну а я рядом с ней смотрелся мальчишкой в голубых джинсах, зеленой футболке и черных берцах, которые пришлось снять и остаться в синих носках.       - Что будем делать? - бодренько спросил, а сам жутко нервничаю.       - Общаться на уровне тактильных ощущений, то есть на языке тела.       - Что-то вроде предварительных ласк?       - Да и если все пойдет хорошо то, раздеться до нижнего белья.       - И что это даст?       - Посмотрим на твои реакции и отследим.       Он взял со столика пульт и нажал на кнопку, заиграло что-то неторопливое. Значит, никаких слов и только действия?       По итогу сижу на диване, сгорбившись и зажав руки между коленей. Двигаться совершенно не хочу и девушка берет инициативу на себя. Она сначала поглаживала мою руку. Ничего особенного.       - Закрой глаза, - говорит он и я подчиняюсь.       Ее рука скользит по груди вниз медленно, как и теплое дыхание по шее. Да, я знаю, что это девушка, но проклятое тело покрывается мурашками и цепенеет. Особенно, когда рука забирается под футболку и гладит торс круговыми движениями, будто успокаивая. Чувствую себя ребенком. Резкий щипок соска и я вздрагиваю и открываю глаза.       Она нагнулась, чтобы меня поцеловать (или мне только так показалось), я же подскочил как ошпаренный, едва не перевернувшись назад через спинку дивана.       Тяжело дышу, стоя на сиденье дивана. Сверху все кажется таким нелепым, даже миниатюрная девушка.       - Только не обижай меня, - плаксивым голосом выдает она.       И внезапно становится стыдно, что я напугал такую симпатичную девушку.       - Извини.       Опускаюсь рядом с ней, подложив одну ногу под себя. Ладно, я это сделаю. Кладу руку ей на затылок и целую в щеку.       Нервы натянуты и спина напряжена. Она же наоборот расслаблена и смущена. Стараюсь не думать, что это девушка и делать все так, как если бы это был парень. Прикрываю глаза и веду губами к уголку губ. Она берет вторую мою руку дрожащими пальцами (играет робость?) и сжимает.       - Ты милый и нежный, - шепчет она. - Я еще не встречала таких внимательных парней.       Эти слова пронзают меня насквозь. Что же она такое делает? Хочется верить ее словам, хотя что-то говорит мне не делать этого.       Открываю глаза и отстраняюсь от уголка ее губ. Так непривычно видеть миниатюрные женские губки вместо мужских губищ.       - Хочешь, покажу какое на мне белье?       Она расстегивает молнию где-то сбоку и встает. Платье плавно струится по телу и падает на пол. У нее идеальное тело в белом с кружевами белье.       - Красивые кружева.       Она смеется милым смешком.       - Можешь потрогать, если хочешь.       Я робко протягиваю руку и с опаской касаюсь женской груди, будто она могла взорваться.       - Приятная на ощупь кожа.       Но мне больше всего хочется потрогать ее пузико, что я и делаю.       - Как ощущения? - встревает снова сексолог.       - Непонятные.       - Последнее на сегодня: обними ее и всем телом прижмись. Для этого ты должен снять футболку.       Вздыхаю, но утешаю себя тем, что через минуту все будет позади. Быстро скидываю футболку и подхожу ближе к девушке. Некоторое время не знаю, как поудачнее ее обнять, но плюю на все и просовываю руки под ее подмышками и одним движением прижимаюсь к ней. Чувствую теплое мягкое тело своим. Такое гибкое и нежное. Пахнет жасмином.       - Жасминка, - говорю и меня немного отпускает.       Ее мягкая грудь прижимается к моей, а легкое дыхание скользит по моему плечу. Все чувства обострились.       - Видишь, ничего страшного не произошло. Ты просто обнимаешь милую девушку. Она добра с тобой и дарит тебе свою любовь.       Меня совсем отпускает и я закрываю глаза, вдыхаю приятный аромат жасмина.       - Моя мама в детстве заваривала мне чай с жасмином и ставила тарелку с миндальным печеньем. Я так люблю запах жасмина, - выдыхаю я.       - Ты в полной безопасности, - говорит он.       Еще раз вдыхаю аромат и отпускаю девушку. Мы одеваемся и садимся на диван.       - Все прошло даже лучше чем ожидалось. Ты - молодец! Теперь расскажи о своих ощущениях.       - Ну это не было неприятно, скорее, непривычно обнимать девушку. Она более хрупкая, что ли... и такая миниатюрная, как фарфоровая куколка. Это были другие чувства. Я испугался, когда она хотела поцеловать меня.       - Что же тебя так напугало?       - Ее близость.       - Но она же не хотела тебе ничего сделать? Что же ты ожидал от нее?       - Что она кинется на меня или закричит.       - Но этого не произошло.       - Да.       - И это удивило тебя, не так ли? Что твои ожидания не совпали с реальным положением вещей.       - Да.       - Хорошо. Вот твое домашнее задание: изучать женщин, подмечать детали одежды, жесты и мимики. Постарайся, как можно больше проводить время в обществе девушек, невзначай касаться их, делать комплименты. Это позволит тебе наработать базис. Мы постараемся проработать эту проблему. Возможно, двух сеансов будет достаточно. Посмотрим. А теперь можешь идти.       - Когда следующая встреча?       - В среду, в это же время.       Одеваюсь и хочу отдать ему деньги за сеанс, но он не берет их. Говорит, что делает это только для наших с Алексеем отношений. Прощаюсь, как в тумане и закидываю сумку на плечо. Не помню, как добрался до дома. Очнулся только, когда посмотрел на часы: шесть сорок пять. Спешно выпил стакан морса и схватил сумку для тренажерки.       Та девушка была странная, будто помесь Герды и Снежной королевы одновременно. Какая-то двойственность. Все вспоминались ее касания, такие деликатные ласки и по сравнению, с мужскими топорными, казались слишком уж робкими и неестественными. Все два часа думал о ее коже, груди, дыхании и хрупком теле. Затем быстро помылся, вытерся и высушил волосы под сушилкой для рук. Все на автомате. В итоге, я в растрепанных чувствах и выжатый, как лимон, добрался до дома и рухнул спать.