Механический тушканчик

      В среду после бассейна Алексей кашлял и заболел. Эдик дал ему выпить парацетамол, за неимением аспирина, так как поднялась температура и даже собственноручно переодел его. Алексей жутко потел и утром в четверг Эдик решил вызвать доктора.       - Сейчас я не могу.       - Когда освободитесь - сразу приезжайте, - настоял на своем Эдик.       Эдику пришлось прогулять пару лекций. Температура у Алексея была 39.3 и врач сказал, чтобы ее сбивать нужно принимать парацетамол с аспирином, также назначил амбробене и грудной сбор в травах для отхаркивания мокроты, так как кашель у Алексея был сухим. Но главное, это постельный режим. Доктор дал больничный на неделю и Эдик расплатился с ним. Он доверял этому доктору не единожды свою жизнь, поэтому сразу позвонил ему, а не в Неотложку.       Купил лекарства и сразу же заставил выпить амбробене, переодел и с чистым сердцем пошел на занятия. Решил на обратном пути купить побольше витаминов в магазине. Оставалось только одно обстоятельство, которое беспокоило Эдика - как сообщить в институт, что препод заболел? Сегодня у него как раз должны были быть занятия. Ладно, сам разберется, все-таки взрослый человек.       - Слушай, не одолжишь конспекты трех первых лекций? Прочту и верну сегодня же, - умолял Эдик однокурсницу.       - Ладно, но с тебя шоколадка.       - Хорошо, - просиял Эдик и в порыве поцеловал ее в щечку.       Он со звонком забежал на лекцию, а девушка еще очень долго стояла в растерянности.       После занятий Эдик пошел в магазин и заскочил в аптеку, весь нагруженный приехал на такси. Алексей все еще кашлял и потел. Эдик измерил температуру (38.7) и решил обтереть его уксусом, затем дал выпить аспирин.       - Тебе надо сообщить на работу, что ты приболел.       - Уже звонил, - прохрипел он и закашлялся.       - Доктор дал больничный на неделю. Дай-ка, я постелю другое белье.       Эдик постелил чистое постельное белье, а Алексей скинул мокрые вещи и надевал чистое. Эдик приклеил пару перцовых пластырей на грудь и спину Алексею. Поставил на тумбочку упаковку с бумажными платками и унес в стирку все мокрое и грязное. Закинул все в стиралку с порошком и решил простирнуть вещички. Заварил малину с брусникой и пока в комнате проветривалось, заставил Алексея выпить теплое питье. Алексей смотрел сочувственным и виноватым взглядом.       - Сейчас еще поешь фруктов и выпьешь таблетку.       - Я кушать не хочу.       - Надо кушать, а то сил совсем не будет.       В доме повисло ощущение уныния и безысходности.       Они поели бананов с киви и легли спать.

***

      - Привет, я - Рома с психфака.       - Звучит мега-странно, - замечает Эдик, глядя на худенького паренька в смешной желтой шапке, зеленой куртке и синих джинсах с черными ботинками.       Он посмеялся. У него были такие темно-серые глаза и молочно-белая кожа, что даже Эдик вылупился.       - Куда идешь?       - В Старбакс выпить кофе. Если хочешь айда вместе.       - С удовольствием, - ответил Рома и они пошли обедать.       - Давай быстрее, нужно успеть за полчаса поесть.       - А ты, я смотрю, серьезный парень, - замечает он и так странно смотрит на Эдика, что у того вышибло весь дух.       Эдик решил не реагировать, и так понятно, что этот Рома к нему подкатывал. Тут не надо быть психологом, чтобы понять. Они взяли по салату "Цезарь" и кофе с булочкой. Эдик заплатил за двоих, чтобы не тратить время и быстро уселся за столик. Они ели салатик.       - Очень вкусно, - заметил Рома.       - А ты где обычно обедаешь?       - В буфете покупаю или в автомате. Не успеваешь куда-либо заскочить. Это повезло еще, что Старбакс вплотную к институту, а то бы померли с голоду.       - Ну да. - Эдик пожал плечами.       Когда они доели и шли по пути, потягивая кофе, Эдик решился спросить в лоб:       - Что ты от меня хочешь?       Рома шепнул ему на ухо:       - Ну я бы хотел отсосать тебе.       - И все? - удивился Эдик.       - Ну-у... - и тут он покраснел.       - Понятно.       Эдик сразу все смекнул, малец хочет отдаться ему. Неопытный мальчишка. Сексом не получится нормально заняться. Он с точностью представил, что будет дальше. Неловкий перепих и возвращение к Алексею с чувством вины. Короче, он превратится в своего отца.       - Прошу, не отказывай мне! - И в этой фразе было все: "я давно запал на тебя и сделаю все, что пожелаешь".       Эдик призадумался, может и впрямь согласиться и реализовать свою давнюю фантазию? Тем более, что Рома учится на психфаке и его таким не удивишь.       - Ладно, у меня лекции заканчиваются в четыре. Жди у главных ворот.       Он просиял искренней улыбкой с ямочками на щеках. Они пошли на лекции в разные здания. У Эдика было такое ощущение, что его втягивают в какое-то болото и он пожалеет об этом. Он надеялся, что парень говорил об этом серьезно, а не поспорил с друзьями на то, что закадрит парня. Нет, это невозможно, парень голубой, как небо. Даже не би. Это ясно, как божий день.       Все лекции Эдик извелся, думая о том, чем они займутся и как это нехорошо по отношению к больному Алексею. Но он же сам сказал, если подобное произойдет не делать из этого трагедию. И еще знать об его интрижках не желает.       Эдик тяжело вздохнул. Неужели, он это сделает? А с другой стороны, чем он хуже опытного Алексея? Не пора ли ему нарабатывать опыт?       - Куда пойдем? - спрашивает Эдик, заматывая на шее шарф, будто удавку и это так символично в данной ситуации.       - Ко мне. Родители на работе.       - Заскочим только в аптеку.       Рома кивает. В аптеке Эдик берет пачку презервативов и маленький тюбик лубриканта, а также черные женские чулки. Потребовалось куча мужества, чтобы взять весь этот набор. Он сразу сунул покупки в сумку и они с Ромой поехали на маршрутке к нему домой, с пересадками.       Жил он далековато от института, но приемлемо. Трехкомнатная квартира на девятом этаже.       - Я быстренько в душ подготовлюсь, - сразу заявляет Рома и Эдик сует ему чулки.       - Хочешь, чтобы я это надел? Ладно, - пожимает он плечами. - Иди пока в комнату, - указывает он на нужную дверь, а сам скрывается в ванной.       Мылся он не так долго. Эдик успел выложить покупки на постель, снять рубашку с джинсами и разглядеть пару плакатов с мотоциклами.       Рома вошел в белом халате, с черными чулками на ногах и красных щеках. Эдик мог поспорить, что он впервые надевает чулки.       - Выглядишь потрясающе, - хрипло говорит Эдик, сидящий на краю кровати в одних фирменных черных трусах.       Рома улыбается и седлает его. Эдик впивается в его губы и минут десять они просто целуются без остановки. Эдик скидывает с него халат и обнаруживает, что под ним ничего нет, кроме его чулков и член уже болезненно жаждет внимания. Эдик целовал шею Ромы, который получал неимоверное наслаждение, но вскоре все же слез с колен и начал сосать ему. Его язык скользил по стволу и рот охотно принимал большую часть члена, но ему далеко было до умений Алексея и посему Эдик просто опрокинул его на постель и снял с себя трусы. Сначала руками он скользнул по чулкам наверх, а затем натянул презерватив на себя и начал увлажнять парня, попутно покусывая зубами его соски. Тот уже стонал в голос.       - Расслабься, - шепчет Эдик.       Эдик аккуратно начинает входить в податливое тело парня и когда дошел до конца, взмок. Это было так странно, чувствовать под собой столь хрупкое тело. Эдик принялся целовать нежную кожу на шее. Рома в знак согласия на продолжение, обвил ногами бедра Эдика и тот начал двигаться. Вскоре сорвался на быстрый темп, одновременно, надрачивая член Ромы. Тот выглядел просто божественно: красный, взмокший и с взлохмаченными светло-каштановыми волосами. Они задыхались, приближаясь к оргазму. Первым кончил Рома и поддавшись вперед кончил Эдик. Они переводили дыхание, лежа на спине. Эдик перевязал презерватив и выкинул на пол.       Эдик лежа размышлял, насколько странные ощущения, когда ты еще не привык к любовнику, его привычкам и любимым штучкам. После того, как тело удовлетворило свои потребности - ничего не осталось. С тем же успехом можно было и просто подрочить, но не было бы таких фееричных ощущений. Рома вообще долго отходил, наверное, ничего подобного раньше не испытывал. Эдик сел на кровати и с интересом разглядывал паренька. Что-то в нем было. Стройный с серыми глазищами, да плюс какой-то мечтательный. Интересно, не будь Алексея стал бы Эдик с ним встречаться? Хм, кто знает...       Эдик лениво начал царапать ногтями живот парня, прекрасно понимая, что пора уже уходить, если он еще хочет успеть покушать и в тренажерку. Их глаза встретились, впиваясь друг в друга.       - Хочешь уйти? - спросил он шепотом.       - Надо. Мне еще в тренажерку. А добираться долго и успею ли поесть.       - Так поешь у меня! - вскричал он и резко сел на кровати, замер на месте.       - На твоем месте, я бы так резво не суетился.       - А ты не можешь остаться? Тебе со мной совсем не понравилось? Давай повторим или я сделаю минет, хочешь? - затараторил он.       Видимо, он подумал, что Эдик хочет отделаться поскорее от него. Эдик понял, что ему нужно произвести хорошее впечатление на парня, чтобы не нажить себе врага.       - Ладно, никуда не пойду. Только душ приму и покушаем, а ты лежи пока, приходи в себя.       Эдик собрал свои шмотки и пошел в душ. Он решил, что ничего не произойдет, если пропустит один день тренажерки.       В душе он ругал себя за мягкотелость. Нужно уходить, пока он не наломал дров. Быстро смыл гель для душа, стараясь не мочить волосы. Вышел он одетый, а на кухне в белом халате и коричневых тапках, поверх колготок, суетился Рома. Делал какие-то бутерброды с сыром, ветчиной и помидорами.       Эдик сел за стол и смотрел на парня, движения которого стали более замедленными и скованными.       - Не смотри так на меня, - жалобно пропищал он.       - Как? - удивленным тоном спросил Эдик.       Рома наконец поставил на стол полную тарелку с бутербродами и поднял на него глаза. В этом взгляде была неприкрытая ранимость и нежность, что Эдик оторопел и сглотнул. На него еще никогда так не смотрели.       - Я чувствую себя жутким извращенцем, особенно стоя в этих колготках и халате.       - Почему? Выглядишь соблазнительно. Тебе идет белый цвет. - Он покраснел от комплимента, а Эдик добавил: - Я бы хотел еще раз заняться сексом, но это будет уже неразумно.       - Посмотрим, - проговорил сдержанно он и поставил на стол две чашки чая.       Рома осторожно сел на стул и они вгрызлись в бутерброды.       - А почему ты вот так запросто ко мне подошел?       - Надоело просто смотреть и решил попытать удачу. Я уже месяц наблюдаю, а подойти смог только сегодня.       - А психология, что не помогает стать смелее? - подкалывает Эдик и улыбается.       Рома смотрит на него, как на чудо природы.       - У меня сенситивный тип.       - Да? А у меня какой тип?       - Я думаю, "циклоидный".       - Это у тех, у кого постоянные перепады настроения?       - Да.       - Ну и как наши типы сочетаются? - Эдик тепло смотрит на Рому и улыбается.       - Хорошо.       - Ну и отлично. Ты что-то хотел спросить?       - Да, я хочу знать, как тебе со мной? - Взгляд при этом у Ромы был напряженный и вся фигура сгорбилась от ожидания.       - Мне понравилось и тебе, я думаю, тоже.       Молчание.       - Из тебя получится отличный психолог. Ты на каком курсе учишься?       - На первом.       - А я на третьем, экономический.       - Да, я знаю.       Рома так забавно покраснел, что Эдик не выдержал и провел ладонью по его щеке.       - Сколько тебе лет?       - Восемнадцать.       - Даже и не скажешь.       - Ну, я год учился на программиста и понял, что это не мое и пошел на психфак. Пока мне все нравится.       - Ты получается год потерял? - Эдик сделал большой глоток из кружки и уже корил себя за любопытство. Зачем он полез в душу к этому парню, зачем ему столько знать о нем?!       - Угу, - пробурчал он доедая последний бутерброд и запивая чаем.       - Ну что, пошли?       Они направились в комнату, где Эдик утянул паренька за собой на бочок и облачил их члены в презервативы, чтобы не запачкать одежду и постельное белье. Он сжал их члены в своих ладонях и ласкал, пока Рома усиленно вылизывал его язык. С Эдиком такое впервые. Впервые он не чувствовал вины и неловкости, ведь они с Ромой были одного возраста и им было так хорошо вместе. Они были по всем показателям равны.       Рома прижимался все теснее и вскоре оторвался от его губ и рвано задышал Эдику в грудь. Они кончили вместе и после того, как избавились от презервативов, лежали в обнимку долгое время.       Эдик взял у него номер телефона, даже не зная зачем и они долго не могли расстаться, просто целовались в прихожей. Потом попрощался и вышел из квартиры.       Когда он шел по улице понял две вещи: ему абсолютно плевать на этого паренька, ему скорее нравилось то, что с ним все проще, чем с Алексеем, к которому он относился с нежностью и любовью. По-настоящему дорожил им. К Роме была привязанность иного свойства, как к ровне, с которым он не побоялся бы пойти на свидание, ведь даже если бы их увидели вместе, ну подумали бы, что друзья или даже любовники. И ничего такого. А вот с Алексеем все сложно: учитель и плюс разница в возрасте, докажи другим, что вы случайно встретились, не получится даже списать на дружбу между парнями. В этом плане встречайся он с Ромой было бы проще, но в сексуальном плане он уже привык к Алексею.       Эдик по пути курил и пока думал, выкурил не одну-две сигареты. Зашел в магаз и продолжал думать. "Все-таки, секс с нелюбимым человеком опустошает, а с любимым - наполняет силами и дарит счастье. Хотя, может, это я просто не знаю Рому и он кажется чужим. Узнай я его - мы бы поладили? Скорее всего. Ох, как все сложно! Как и говорил Алексей, все может измениться в одночасье и отношения вещь сложная". Его губы до сих пор горели после поцелуев, а тело помнило объятия сероглазого паренька.       Эдик берет побольше пельменей, сыра и всяких морсов с фруктами. Вызывает такси и едет домой. На часах уже десять тридцать, когда он подъезжает домой. У Эдика уже нет сил думать, просто делает все на автомате. Расплачивается и прет три пакета с продуктами к себе наверх. Открывает дверь и вваливается с пакетами в прихожую, все время пыхтя. Когда ставит на пол и закрывает за собой дверь, к нему выходит Алексей.       - Простудишься, ложись обратно в постель. Ты пил лекарство?       - Да, недавно. Чувствую себя уже чуть получше. По крайней мере, уже не покойник, - пытается он шутить.       Эдику даже улыбаться не хочется, какая-то атрофия души. Никаких чувств и эмоций. У него и правда все циклично. То подъем и желание общаться с людьми, то полный упадок сил и хочется чтобы оставили в покое. Последнее было пару раз всего за период Алексея в его жизни. Все сглаживалось тем, что у него была смена настроения и не так было заметно.       - Сейчас отварю пельмешек, а тебе я морсы с фруктами взял, подкрепишься.       Эдик скидывает с себя вещи и тащит пакеты в кухню. Часть морсов оставляет на столе, чтобы были теплыми, а часть убирает в холодильник, как и прочие ненужные продукты. Ставит на огонь кастрюлю и чайник, идет скоренько в душ и переодевается в любимую футболку с изображением космической хрени и Рика с Морти, и также натягивает хлопковые синие штаны. Он думал, что это его взбодрит, но на деле вышло - раздражающе (даже взгляда на мульт было достаточно, чтобы апатично вздыхать и психовать).       Эдик выкладывает из сумки все тетради на стол.       - Балииин! Забыл Нине конспекты отдать, вот тупень!       От этой всей досады даже голова разболелась.       - Ладно, придется тетради в понедельник отдать.       Загудел чайник и Эдик вспомнил, что нужно идти готовить пельмени. С трудом отлепился от дивана и пошел в кухню. Чайник уже не гудел, а за столом спокойно сидел Алексей и весьма демонстративно ел банан. Или может, Эдику только показалось? Раньше бы он даже возбудился от этого зрелища, но сейчас его как-то переклинило в сторону мрака и апатии - ему было пофигу. Он подсолил воду в кастрюле, закинул пельмени и начал помешивать.       - Что-то ты не в духе.       - Обещал конспекты отдать, но забыл. И сегодня с ними таскался. Ладно, придется в понедельник.       Эдик апатично помешивал пельмени, пока те не всплыли, убавил огонь и сел за стол.       - А ты чего не лежишь?       - Кушаю, - ответил Алексей и налил в стакан морса.       - А, ну да.       У Эдика было такое ощущение, будто он сел в лужу. Конкретно и глупо.