ВС-II «Легальный исход»

Хромов молча вел машину к своему дому, предпочитая не разговаривать с Власовой и даже не смотреть на нее. Слепому было видно, что она его мощно недолюбливает, поэтому постоянно подозревает. Что ж, пусть покопается в его вещах, если ее это успокоит, все равно же ничего не найдет. А вот продлить вечер можно было бы приятно. Сегодня ему вдруг захотелось суши, так отчаянно захотелось, что он думал заказать их на ужин в давно знакомом ресторане. Интересно, Рита любит суши? Власова тоже хранила молчание, постепенно осознавая, во что вляпалась и почему так ржал в трубку Шустов. Но идти на попятный было поздно, да и не в ее правилах, поэтому оставалось только сохранять хорошую мину при плохой игре. В конце концов, может, она и правда что-то интересное в его квартире найдет – что-нибудь, что подтверждает или опровергает их версию, но уж наверняка, а то так надоело теряться в догадках, что же это все значило. - Прошу, - Хромов открыл дверь в подъезд, а через несколько минут и в квартиру. – Понятых зовем? – осведомился он, словно был не хозяином дома в данном случае, а напарником. - Я без постановления, так что подписывать им все равно нечего будет, - пожала плечами Рита, понимая комичность ситуации, и тут же бодро добавила: - Но если вы боитесь, что я могу стащить у вас что-то ценное – зовите! - О! – рассмеялся Алексей. – Это вы меня зовите, если найдете в моей квартире что-то ценное – будет очень любопытно взглянуть. - То есть никаких ценных вещей у вас нет? – дернула бровью Власова и не удержалась: - А что так? - А что у меня должно быть? Россыпи жемчугов и бриллиантов, золотые подсвечники, фамильное серебро? – усмехнулся он, подходя к ней. – Ну я же не барон какой-нибудь, а обычный человек. - Ну что ж, обычный человек, посмотрим, хранишь ли ты следы преступлений своих, - деланно зловеще произнесла Рита, собираясь начать обыск, но Хромов лишь рассмеялся. - Очень рад, что мы перешли на ты. - Не обольщайтесь, Алексей Егорович, - не оборачиваясь, отозвалась Власова и открыла первый попавшийся шкаф. – Это так, ничего не значащая фраза. - Рит? – он встал сбоку от дверцы шкафа, дожидаясь, пока она выглянет из его недр, чтобы поймать ее взгляд. – Давайте перейдем на ты? - Зачем? – усмехнулась она и заметила: - Вас это не спасет. - А как это должно меня спасти? – улыбнулся Хромов, с ней просто невозможно было оставаться серьезным. - Вы пытаетесь рассеять мое внимание, - ответила Власова, переходя к другому шкафу. - Знаете что, я предлагаю вам сделку, - неожиданно заявил Алексей, и она заинтригованно вынырнула из мебельных глубин. – Если вы ничего не найдете, мы переходим на ты. Ну а если найдете, то… - То везу вас в отделение, вернее – к нам в ФЭС, - довольно закончила Рита и протянула руку. – Идет. - Невозможная женщина, - покачал головой Хромов, но руку все же пожал. Власова быстро выдернула свою ладонь, заметив, что он ее отпускать просто так не собирается, и прошла в спальню. Квартира у Алексея была однокомнатная, поэтому ее осмотр не занял бы много времени. Обернувшись, Рита заметила, что его больше нет рядом, и удивилась. - А вы не собираетесь смотреть, что ли? - А что мне тут смотреть? – Хромов вновь появился на пороге. – Это моя квартира, я все тут знаю, - он пожал плечами, доставая телефон, и вдруг спросил: - Рита, а вы любите суши? - Временами, - лаконично ответила она, осматривая его вещи. – С какой целью интересуетесь? – бросила она, но Алексей, не ответив, вышел. Власова и не стала настаивать. Ей даже на руку было, что он ушел – можно было спокойно все исследовать. Беда лишь в том, что ничего интересного Рита не находила, и в какой-то момент поняла, что это как-то странно – в квартире не было ничего лишнего, никаких приятных безделушек, памятных вещиц, украшений или хотя бы фотографий. Только одежда, обувь, ноутбук, зарядка от телефона… Даже книг на полке было – шиш да маленько. Машинально взяв одну из них, Власова увидела, что между страницами что-то проглядывает. Она быстро открыла толстый томик и улыбнулась: ну вот, насчет фотографий она, пожалуй, погорячилась. Внутри лежали три снимка, на которых были запечатлены люди в военной форме, явно разговаривающие между собой, где-то среди степей или полей. На двух из трех снимков она узнала Хромова, здесь он был чуть моложе и стриженный под ежика, а не с такой шевелюрой, как сейчас. Другие мужчины на фото были Рите незнакомы, и сами по себе снимки никакой улики не представляли, но она на всякий случай сфотографировала их на свой телефон. И решила не говорить, что нашла их – тоже на всякий пожарный. Она потом посмотрит, что это за люди. Хотя… вряд ли Хромов действительно такой идиот, чтобы хранить компромат на себя в своей же квартире. Поставив книгу на место и убрав телефон, Власова закончила осмотр комнаты и прошла на кухню, где Алексей курил у открытого окна. - Как улов? – весело спросил он. – Нашли что-нибудь ценное или интересное? - Пока нет, - с вызовом ответила она и подчеркнула, - но еще не вечер. - Это вы верно заметили, - улыбался он, глядя на сумеречное сентябрьское небо. – Еще не вечер. - Я не в том смысле, - отрезала Рита, не желая, чтобы разговор переходил в иное русло, но Хромов оставил ее заявление без комментария. - Если я вам тут мешаю, я могу уйти в комнату, - любезно предложил он, потушив сигарету, и теперь она не пожелала отвечать. Кухня была небольшая и не сильно обжитая, чтобы было, где разгуляться в поисках. - Как-то у вас не очень много вещей, - заметила Власова, но Алексей лишь равнодушно пожал плечами. - Да мне много и не надо. Я не барахольщик – не люблю всякие эти цацки, сувениры и прочую лабуду. Вещи должны быть полезными, выполнять свою функцию. - А люди? – сама не зная почему, вдруг спросила Рита, и он серьезно посмотрел ей в глаза. - А люди должны быть приятными, - Хромов выдержал паузу. – Вы закончили с обыском? - Почти – мне остался санузел, - улыбнулась вдруг Власова. – Но вы не волнуйтесь, это быстро, я скоро уйду. - Я не волнуюсь и вовсе не хочу, чтобы вы уходили, - улыбнулся он в ответ. - Но я все равно уйду, - усмехнулась Рита и прошла в ванную комнату. Здесь тоже все было без сюрпризов. Власова уже хотела выйти из санузла, когда услышала звонок в дверь, и решила задержаться внутри. Кто это? Она слышала, как Алексей открыл, с кем-то перекинулся парой фраз и захлопнул дверь снова. Рита осторожно выбралась в коридор, но Хромова в нем уже не было. - Мне показалось или в дверь звонили? – разыграла дурочку она, проходя на кухню. - Доставка, - коротко объяснил Алексей, обернувшись, и она увидела на столе коробку с надписью «суши». – Вы закончили? – он улыбнулся. – Можно поужинать? - Да, - кивнула Рита. – Ужинайте на здоровье. Приятного аппетита, - она развернулась, чтобы уйти, но он бойко преградил ей дорогу. - Нет, так не пойдет, мы договаривались: если вы ничего не найдете, то мы переходим на ты, - напомнил Хромов. - А кто вам сказал, что я ничего не нашла? – вздернула подбородок Власова. - М-м, - улыбнулся он, как маленький мальчик в ожидании подарка, - поделитесь находками? Даже любопытно, что же вы там такого раскопали. Рита улыбнулась такой реакции и вдруг осознала, как все это глупо выглядит со стороны – ее подколки, постоянные наезды и подозрения, а бедный мужик все терпит и ухом не ведет. - Ладно, Леша, - вздохнула она, заключая мир, - твоя взяла. Ничего этакого я у тебя не нашла. - Да здравствует ФЭС! Самая экспертная служба в мире! – не удержался он, и Власова рассмеялась. - Хотя не исключено, что я плохо искала, - остудила его пыл Рита, но уже беззлобно. - Моя квартира в твоем распоряжении, - заверил ее Хромов. – Всегда, когда ты захочешь поискать еще – милости прошу. – Она снова рассмеялась, и он предложил: - Пойдем поедим уже, а? - В смысле – пойдем? – улыбка тут же исчезла с ее губ. - Я суши заказал, - просто ответил Алексей. – Сегодня весь день что-то хочется, вот решил на ужин взять. Ты сказала, что временами их любишь. Сейчас какое время – когда ты их любишь или нет? – заглянул он ей в лицо, и Власова не могла не улыбнуться, настолько ребячливо и смешно это выглядело. - Ну, допустим, люблю, - медленно ответила она, понимая, что он включил уже всю имеющуюся артиллерию, чтобы добиться ее расположения. В голове прозвучали ироничные слова Шустова об ужине при свечах. – Леш, ты вообще это зря делаешь, - честно заявила она. - Что именно? Ем суши? Жрать очень хочется, - так же искренне признался он. – Давай уже есть, а? И Власова поддалась – села за стол, с интересом наблюдая, как он вынимает ужин из коробки, потом спрашивает, что она будет пить, и следом достает бутылку вина. Ох, Шустов завтра будет петь и в барабаны бить! Нет, на завтрак она оставаться точно не будет и после ужина сразу уйдет, хоть и видит, как Хромов старается, разливая им вино и ведя ни к чему не обязывающие разговоры за жизнь. - Вообще неожиданно так получилось, - призналась Рита после пары бокалов. – Приехать на обыск и закончить его ужином. - Если бы все обыски заканчивались так, я бы специально что-нибудь нарушал и вызывал подозрения. Но только если будешь приезжать ты, - добавил он. - Леш, ну вот куда ты гонишь, - вздохнула она, видя этот блеск в глазах, и облокотилась на стол. – Сказала же, что есть у меня любимый человек. - Да? – он подался вперед, оставляя бокал чуть в стороне. – И почему ты сейчас не с ним? – задал он резонный вопрос. - Ты знаешь, поздно уже, - после паузы произнесла Власова. – Я, пожалуй, пойду. - К нему? - А это уже не ваше дело, майор Хромов, - Рита встала и направилась к выходу. - Грубиянка, - услышала она вздох сожаления и обернулась. - Чего? Алексей поднялся вслед за ней и тоже вышел в коридор. - Договаривались же, что на ты, - напомнил он. – А ты опять… Власова молча оделась, застегнула куртку и повернулась к хозяину квартиры. - Спасибо за ужин. Было очень вкусно, - словно докладывала она. – А насчет грубиянки – я такая. И будет лучше, если ты это усечешь сразу. Не нравится – не общайся. Никто не заставляет, - Рита дернула дверь на себя, но Хромов тут же выбросил руку вперед, чтобы захлопнуть ее снова, и преградил путь. - Нравится, - ответил он на не заданный вопрос. – Очень нравится. - Дай пройти, - холодно отреагировала Власова, думая, что только сцен ей сейчас не хватало. - Давай я хоть тебя отвезу, - не слишком уверенно предложил Алексей, понимая, что партия проиграна. - После трех бокалов вина? – усмехнулась она. – Молодец! Нет, спасибо, я доеду на общественном транспорте – тут недалеко. - Рит, ты обиделась, что ли? – помрачнел он и в этот момент напоминал побитую собаку. – Ну я ж не хотел ничего такого. - Не обиделась – расслабься, - улыбнулась Власова. – Но я тебе сразу сказала: не влезай – убьет, верно? Ну предупреждала же? А ты все равно… Пропусти меня – мне ехать надо, меня ждут, - спокойно, но твердо закончила она, не уточняя, кто именно ее дожидается, и Хромову не оставалось ничего другого, как отойти от двери. – Спокойной ночи, - попрощалась Рита и быстро вышла на лестничную клетку. - Спокойной ночи, - вяло донеслось в ответ. Соколова вошла в квартиру и устало прислонилась к двери. Какой длинный день. Может, потому что был долгий путь из Ярославля бок о бок с Лисицыным, а может, потому что до сих пор не раскрыли это дело с похищением Султанова и покушением на нее. Но кому это надо было? Рогову? Зачем? Юля пыталась вспомнить самые щекотливые дела, которые только были у нее в производстве, но Рогова там и близко не было. Впрочем, как и Уфимцева. Этот слюнтяй еще тот. Соколову передернуло от воспоминаний, она отлипла от двери и начала медленно раздеваться. Еще этот майор Хромов, которого девчонки не поделили. Ей эта фамилия ни о чем не говорит. Надо было глянуть на фотографию. Юля прошла в комнату и с наслаждением упала на диван, вытянув ноги. Нет, она все равно не помнила какие-то очень опасные и вопиющие дела в своей карьере. Понятно дело, что все это время она не кроликов в деревне разводила, но… Соколова задумчиво глядела в потолок. Пожалуй, самые страшные операции у нее были в «Красном ветре», но когда это было! И потом, в то время она еще была капитаном и подчинялась приказам одного майора. Юля невольно улыбнулась, вспоминая, как он постоянно подтрунивал над ней, как над маленькой девочкой, в свободные от службы часы. - Так что ты забыла в этой глуши? – его глаза смеялись, предвкушая ответ. Ему хватило нескольких дней, чтобы раскусить ее, и его неимоверно забавляло, когда она пыталась держать маску и стоять твердо на одной и той же версии. - Служба у меня, товарищ майор, как будто вы не знаете! Боже, как звенел еще тогда ее дерзкий голос. Как много она успела пережить и осознать за эти пять лет… - Трус, - спокойно говорил он ей, садясь рядом и пихая в плечо. - Кто? – выкатывала она свои большие глаза на него, и майор смеялся снова. - Да ты, кто ж еще. - Что это я трус? Никогда за вашей спиной не пряталась! – возмущалась она, но его доброе лицо мешало ей сердиться. - Да лучше б пряталась, - весело усмехался он. – А вообще, в следующий раз привяжу тебя у себя за спиной, чтобы не лезла куда ни попадя. Что ты вообще здесь делаешь, а, Юлька? - Служу отечеству, - гордо отвечала она, стремясь уйти как можно дальше от болезненной темы. - Ну, пионер, - только и улыбался майор. Казалось, ничто не могло всколыхнуть его. Он всегда был дружелюбен и невозмутим. Соколова ощутила, как на душе стало легче и даже как-то теплее от этих воспоминаний. Он позволял ей выплеснуть эмоции, словно специально открывал кран, чтобы она их сливала, потому что на войне голова должна быть холодная, говорил он. Прав, конечно, был, но как же ее штормило тогда после всего случившегося, так неожиданного случившегося, в последние дни ее работы в ФЭС. Ведь Лисицын даже ни грамма удивления или сомнения не выразил, когда она ему сказала про гипотетическую новую работу. А она ведь думала когда-то, что у них могло что-то получиться. Что-то серьезное… На душе снова стало горько, Юля села на диване, пытаясь прогнать воспоминания, бередившие старые раны. К чему теперь это? За пять лет остыло уже все. Ведь если бы там еще что-то оставалось, если бы за это время он понял и осознал, что она ему нужна, ну нашел бы, куда делась, разве нет? Ну хорошо, допустим, гордость и все такое – не стал бы искать. Но теперь, когда она сама пришла, если бы там что-то еще было, не встретил бы ее так хмуро. Соколова вновь видела себя в буфете ФЭС, вновь ощутила, как спиной буквально почувствовала его взгляд на себе и обернулась. И даже улыбнуться хотела, но он смотрел на нее так, что толком не смогла. Дура ты, дура… Тяжело вздохнув, Юля встала с дивана и прошла на кухню – надо же поесть что-нибудь. Это ты его спиной до сих пор чувствуешь, а он, как и раньше, только блеять может что-то невразумительное, не решаясь на конкретные шаги. Значит, ему просто не надо. Не надо было тогда, не надо и сейчас. Иначе бы уже… Мысль пошла по кругу, и Соколова рассердилась на саму себя. Надо дождаться выздоровления Султанова, возвращения Рогозиной из министерства и попросить ее перевестись обратно. Может, даже в «Красный ветер». Если тот майор там еще работает. С ним ей было легко и комфортно… Юля подошла к окну, за которым перемигивался яркими огнями ночной город. - Дома тебе надо сидеть, ясно тебе? – посмеивался он над ней. – Дома! Выйти замуж, растить детей, варить борщи! - Да не умею я варить борщи! – возмутилась она как-то, чтобы он от нее отстал. - Хочешь – научу? – вместо этого предложил майор, и она опешила. - Ты умеешь варить борщи?! - Я умею все! – спокойно, без капли хвастовства, ответил он и пожал плечами: - Жизнь такая была… - Ну, если я когда-нибудь выйду-таки замуж, то в качестве свадебного подарка принимаю мастер-класс по кулинарии, - торжественно заявила она тогда, положив руку ему на плечо. - Договорились, - просто кивнул он. – Жду от тебя приглашения. - Слушай, а может, мне за тебя выйти? – вошла она во вкус шутки. – А что, очень удобно – и можно не учиться варить борщи! - Не, Юлька, на меня в этом плане не рассчитывай, - смеялся майор. – Я никогда не женюсь. Моя жена – это война, а своей женщине надо быть верным. - И не совестно вам так сразу разбивать сердце девушке? – пожурила она его, но он лишь обнял ее тогда за плечи и поцеловал куда-то в макушку. - Нечего было убегать. Говорю же – трус! Соколова сделала глубокий вдох и повернулась к холодильнику. - Это не я трус – это он трус, - пробормотала она себе под нос, выуживая из ящика яблоко. – Хотя какое это теперь имеет значение. Власова вернулась домой, когда уже было темно, но Никита еще не спал. - Меня ждешь? – улыбнулась Рита, быстро глянув на часы. – Как дела в школе? - Норм, - ответил ребенок. – На следующей неделе играем против восемьдесят второй. Придешь? - Ну, конечно, приду! Когда я тебя подводила? – притворно обиженно заявила мать, потом рассмеялась и обняла сына. – Ладно, давай на горшок и в люльку – поздно уже. - От тебя алкоголем пахнет, - заметил Никита, когда она наклонилась, чтобы поцеловать его. - Да, выпила пару бокалов вина за ужином, - просто улыбнулась Власова, не желая придавать значения событиям сегодняшнего вечера. - В ресторане, значит, была? – прищурился мальчик, словно следствие вел. – И кто он? Я его знаю? - Кого? – не сразу сообразила Рита. - Твоего собутыльника. - Эй-эй, ты полегче в выражениях, - посерьезнела она. – Не собутыльник, а коллега по работе. Пригласил на ужин, да. Что это вообще за допрос ты матери устраиваешь? Я ж тебя не спрашиваю, каких ты девочек за косички дергаешь! - Потому что я не дергаю! – с вызовом ответил ребенок, и Власова нахмурилась. - Так, Никитос, что-то я не поняла. А что это у нас сегодня с настроением? - Ничего, просто хотел знать, где ты была и с кем, - дернул он плечом, надувшись, почуяв, что мать рассердилась. Рита вздохнула. Нет, Хромов определенно не вписывался в ее жизнь. Вон Никита ей ни с чего уже сцену устраивает, а ведь даже незнаком. Да и не было никогда такого. И что на него нашло? Начался переходный возраст? Ревнует мать теперь? Приплыли… - Нас сегодня отпустили в кои-то веки вовремя, а мне надо было заехать к одному коллеге по делу, - как можно дружелюбнее ответила Власова. – А он меня заодно ужином накормил – вот и все, - развела она руками. - Ну да, по делу, - скривился сын. – Знаю я эти ваши дела. - Нет, Ник, честно, - Рита обняла его одной рукой и серьезно посмотрела в глаза. – Просто коллега, просто ужин и ничего больше. Ну ты же знаешь, что ты у меня самый любимый мужчина, нет? – улыбнулась она, чтобы разрядить атмосферу. - И что, ты так больше замуж не выйдешь? – рискнул мальчик. – Папа вон женился… - Да не за кого, Ник, - грустно улыбнулась Власова. – Нет достойных… Поэтому достойным мы сделаем тебя, и пусть хотя бы моей невестке повезет! – тут же сменила она тему, чувствуя, как горлу подкатывает ком. Никита рассмеялся, обняв мать, потом они какое-то время еще подурачились, и она отправила сына спать. Убедившись, что он заснул, Рита ушла в свою комнату и достала заветную фотографию из ящика. Слишком много мыслей крутилось у нее в мозгах. Положив снимок на диван, она села рядом на пол, прислонив голову к валику. - Даже если он ни в чем не виноват, - тихо произнесла Власова, будто продолжая разговор, – даже если с ним весело и прикольно – это не то, понимаешь? С Даниловым тоже прикольно, и с Шустовым, и с Селивановым, и даже с Кругловым. Это не то! Вот с тобой никогда не было просто прикольно или весело, с тобой с самого начала было… правильно. Да, наверное, это самое подходящее слово, - она провела пальцем по фотографии. – С самого первого момента все было правильно. И не было никаких сомнений или вопросов… Он сегодня назвал меня грубиянкой, а ты в таких случаях называл кокеткой. И в этом тоже дело, в этих мелочах. И да, я их помню! Ты ни разу не повелся ни на одну из моих подколок – ты всегда видел то, что внутри, а не то, что на поверхности… Они так не умеют… А ты не можешь там договориться, чтобы вернуться? Ну, может же душа вселиться в другое тело, верно? А во сне мне сообщишь, мол, завтра в булочной Иван Иваныч за тобой в очереди – это я. Хотя… - она почувствовала, как слеза побежала по щеке. – Можешь не сообщать – я и так тебя узнаю. Везде. Всегда… - Рита тяжело вздохнула, закрывая глаза от бессилия, вытирая мокрые щеки. – Когда же я перестану сходить с ума…