Зима

Снега этой зимой выпало много, а ближе к весне в горы пришли лютые морозы. Днем небо было затянуто белесой дымкой от ледяного пара, а ночами там холодно сияли звезды. Дом выстужался к утру, приходилось вставать затемно и топить печь. Братья делали это поочередно. Кили проснулся от ощутимого пинка под одеялами. — Вставай! Твоя очередь топить, — сонно пробормотал Фили, толком даже не проснувшись. — Не моя! Я вчера вставал вместе с тобой! — Кили не остался в долгу и врезал пяткой по ступне брата. — Это было твое желание! А сегодня очередь! — прошипел Фили. — Ничего не знаю, я спать хочу! — Ладно, спи. Маленький ты еще, — Фили сел в кровати, зевая. Он спустил ноги вниз и вздрогнул, коснувшись ледяного пола. Изо рта уже вырывался едва заметный пар. Фили торопливо оделся, не затягивая никаких ремней — просто сунул ноги в зимние унты, натянул свитер Кили — потому что тот закрывал колени — и присел у печки. Лучинок на растопку он наколол с вечера, чтобы облегчить брату жизнь, и дрова для первой закладки лежали в тепле. Гном выгреб золу, открыл вьюшку и поддувало, разложил лучинки шалашиком поверх толстого бревна. Вскоре в топке заплясало пламя. Когда занялось полено, Фили подкинул несколько других, поменьше, закрыл нижнюю дверцу и собрался за дровами. Он уже влезал в шубу на выходе, когда его догнал помятый и растрепанный брат. Кили зевал так, что едва рот не рвался, зато тащил с собой полозья. — Наберем сразу побольше, — буркнул он. Фили натянул ему на голову меховой капюшон и вытолкал на улицу. Месяц висел над далекими хребтами узкой ледяной краюшкой. Звезды казались острыми пиками, нацелившимися на двух гномов, что осмелились выйти из тепла в лютую стужу. Снег под ногами хрустел так громко, что слышно было, наверное, даже на перевале. Фили в который раз пожалел, что не успели прорубить место для поленницы внутри горы. — Летом сделаем! — шмыгнул носом Кили, который думал в точности как брат. Дрова местами смерзлись, и в рукавицах было неудобно их отрывать друг от друга. Фили выругался, но прежде чем он успел вынуть руку из спасительного тепла, на помощь пришел топорик Кили. Старший брат благодарно кивнул. Вдвоем они нагрузили полозья, закрепили дрова и поволокли ношу внутрь. Дома от печки уже распространялось тепло. Фили подкинул дров, Кили принес воды и поставил ее греть на плиту — утром Дис собиралась стирать. — Теперь можно еще поспать! — младший гном разделся и нырнул под одеяла. — О, так ты спать собрался, — Фили сделал нарочито серьезное лицо, — а я-то думал… — Ты, главное, сюда иди, а там уж разберемся, — хохотнул Кили, выcунув нос наружу. — И то правда! К вечеру небо затянуло тучами, пошел снег. Огромные хлопья быстро засыпали склоны, дорожки, навесы. Фили стоял у оконца с большой кружкой супа в руках и смотрел, как кружится снег. Кили подошел тихо и встал рядом. — Завтра придется разгребать завалы. Твоя очередь! — Нет-нет-нет, вовсе не моя! — замотал головой Кили. — Я же сегодня встал! — Как всегда, — усмехнулся Фили, прихлебывая суп. — А то! Иначе нельзя, — хитро подмигнул ему Кили. — Теплеет, чувствуешь? — Да, скоро весна. — Ох, и мокро у нас тут будет… Кили фыркнул в кружку, потом не удержался и заржал в голос. Через секунду к нему присоединился Фили, утирая слезы. Они смеялись так, как могут смеяться два гнома, понимающие друг друга без слов.