Вместе

— Ну, куда же ты спешишь, Рейвен? Я думаю, у нас найдутся дела поважнее. Всё-таки чертовски предусмотрительно со стороны дяди было приставить смотреть за мной… Омегу!.. — с каждой фразой ужас сковывал брюнета всё сильнее. «Что?!» — глаза Рейвена расширились в удивлении, паника наполняла всё существо нервной дрожью. «Он знает! Знает! — мысли хаотично мелькали в голове брюнета, сменяя друг друга со скоростью света. — Что он теперь будет делать? Что МНЕ теперь делать?!» — юноша замер в нерешительности под напором блондина. Вдруг Шериль отстранился от брюнета и, приподняв его лицо за подбородок, заглянул в глаза — Рейвен судорожно сглотнул. — Ну, — прошептал блондин в самые губы парня, — что скажешь? — в серебристой платине глаз сверкало столько огня, что Рейвен невольно засмотрелся, утопая во взгляде блондина. Лицо Шериля расплылось в многообещающей улыбке, он приблизил своё лицо к Рейвену — это немного отрезвило брюнета. Упершись руками в грудь Шериля, он постарался отстраниться из ставших вдруг такими крепкими объятий принца. Рванувшись назад и, оттолкнув Шериля, Рейвен смог, наконец, собрать растерявшееся было самообладание, и проговорить возмущенным голосом, скрывая неожиданно нахлынувшее смущение и возбуждение: — Что Вы себе позволяете?! — возмутился Рейвен, кидая горящий взор по-кошачьи золотисто-зеленых глаз из-под стёкол очков. Шериль опешил было от такой реакции парня, но вскоре от былой улыбки осталась лишь ядовитая усмешка: «Поиграть, значит, решил, но ничего, я же вижу, как горят твои глаза… Твой запах… Скоро же сам не выдержишь!» — Ничего такого, что тебе бы не понравилось, — Шериль вновь попытался шагнуть навстречу Рейвену, однако тот, наученный горьким опытом, шагнул назад на безопасное расстояние. — Ваше Высочество, давайте, я сам решу, что мне нравится, а что нет! — негодованию Рейвена не было предела. — Надо же, какой строптивый, — тихо бросил Шериль куда-то в сторону, глядя на брюнета, — чего ты боишься? — Я не боюсь! — Рейвен, к своему стыду, был очень отзывчив к провокациям, поэтому принцу довольно легко удалось выбить того из колеи. — А что тогда? — казалось, Шериль откровенно веселился над реакцией секретаря. «Нет, ну это уже никуда не годится!» — отчаянно думал Рейвен, стараясь найти выход из сложившейся ситуации. Навязчивое внимание со стороны Шериля усугубляло и без того печальное положение парня. Вот как ему избавиться от этого назойливого принца? Рейвен ни на секунду не сомневался, что того привлёк лишь запах омеги, исходивший от него. «Чёртова сущность!» — в который раз за сегодняшний день сокрушался парень. — Ничего. Я не считаю нужным отвечать на этот вопрос, — тон голоса брюнета стал ледяным, однако полыхающее внутри пламя было готово вот-вот вырваться наружу, сметая все остатки разума со своего пути. — Не будь таким серьёзным! — рассмеялся блондин, сверкнув серебристыми глазами. Рейвену показалось, или они приобрели более насыщенный оттенок? Если честно, Шерилю сейчас тоже было нелегко. Острый запах омеги сводил его с ума, заставляя все инстинкты просто вопить от неудовлетворенности. Хотелось немедленно кинуться на этого строптивого брюнета и разложить его на этой самой кровати, что заманчиво виднелась в углу комнаты, прямо за спиной секретаря. Шериль с силой сжал кулаки, пытаясь контролировать собственные эмоции. Где его хваленая выдержка? Если он сейчас не возьмёт себя в руки — неизвестно, к каким последствиям это может привести. Да и вообще, с чего это он вдруг так завелся? Жаловаться на недостаток подобного рода наслаждений ему не приходилось — обычно все сразу прыгали к нему в постель, сраженные его очарованием и внутренней силой, а также властью, которой он был наделен, как наследник богатого рода, а так же возможный преемник королевской власти. Когда Шерилю сообщили, что его отправляют к дяде в столицу, он воспринял эту новость спокойно и без должного энтузиазма. Коронованного дядю он помнил плохо и не горел желанием вновь возобновлять родственные связи. Однако родители настояли на его отъезде. Как и все отпрыски богатых родов, юноша сначала окончил военную службу, а теперь мог свободно распоряжаться собственной жизнью. Приглашение во дворец пришлось как нельзя кстати, потому что родители Шериля уже неоднократно намекали ему о том, что «он уже взрослый и пора бы ему найти свою пару», никто его, конечно, не торопил, однако, отправляя сыну в поездку, мать и отец кидали на юношу многозначительные взгляды, смысл которых было трудно не понять. Вместе с Шерилем в столицу напросился поехать его лучший друг — Медор, чему блондин был очень рад, ведь с этим пепельноволосым юношей с острым взглядом необычных фиалковых глаз ему никогда не приходилось скучать, он знал его с самого детства. Также, оказалось, что ещё двоим его знакомым со времен военной службы — Элдору и Фараму предстоит путешествие во дворец. Шериль знал их достаточно хорошо, поэтому предложил поехать вместе. А вот фигурой, которой племянник правителя был не особо рад, стал двоюродный брат по отцовской линии — Фаагвир. Парень был старше Шериля на несколько лет и всегда относился к тому лишь как к надоедливому младшему брату, который к тому же должен был стать главой богатого и древнего рода — мало кто отказался бы от такой чести. Фаагвир хоть и выглядел дружелюбным, внутри оставался столь же холоден, как снег в горных ущельях. Шериль испытывал дискомфорт, глядя в чёрные, как ночь, глаза парня, к тому же блондин подозревал, что тот использует запрещенные виды магии. Но родители предпочли, чтобы за их сыном кто-нибудь присматривал, и выбор пал на более взрослого и предположительно разумного — Фаагвира. Когда Шериль был представлен дяде во дворце, он не испытал должного благоговения перед коронованной особой. В голове отчётливо представились картинки последующих нескольких недель придворной жизни, парню казалось, что его будет одолевать скука, и даже друзья и приемы не скрасят его проживания здесь. До ужаса хотелось вновь вернуться домой к младшей сестренке Сефаси. Эта златовласая чертовка в будущем обещала стать завидной красавицей, но пока была охоча лишь для развлечений и безобидных шалостей над окружающими, веря её улыбке и невинным голубым глазам, те прощали ей всё, что угодно, чем она нередко пользовалась. Шериль улыбнулся, вспоминая о сестре. В той, несмотря на внешнюю женственность, чувствовались задатки альфы — по поводу чего сокрушалась их мать-омега Мидика, считая, что дочери с таким характером придётся пострадать, ведь не каждый выдержит такой бешенный темперамент супруги, однако Мидика надеялась, что Сефаси проявит благоразумие и станет вести себя менее вызывающе. Хотя против собственной природы ведь не пойдёшь. Также у Шериля был старший брат Кирам — типичный представитель бет. Рядом с порой неугомонными Шерилем и Сефаси, тот выглядел словно оплот разумности и постоянства. Блондин не был никогда особо близок с братом — разница натур давала о себе знать, однако он всегда прислушивался к его советам, считая того непрекословным авторитетом. Так что, желание юноши оказаться сейчас дома, было вполне объяснимым, однако он всё же надеялся, что его пребывание во дворце не будет таким уж скучным. Поэтому, здороваясь с дядей и тётей, Шериль лишь лениво обводил взглядом убранство зала для приемов, изредка отвлекаясь на шутки неугомонных друзей. Но тут взгляд его наткнулся на странного брюнета, старающегося никем незамеченным проникнуть в зал. Юноша аккуратно прикрыл за собой дверь и странным семенящим шагом приблизился к свите короля, что несказанно развеселило блондина. Внешний вид парня был весьма необычен: две чёрные косы обрамляли тонкое аристократичное лицо с большими глазами не то зеленого, не то золотого цвета, тёмная туника скрывала фигуру юноши, но Шериль заметил, что тот был немного ниже его самого и с худощавым, но мускулистым телом. Тонкие запястья белели из-под длинных чёрных свободных рукавов, невольно приковывая внимания к нервно сцепленным пальцам. «Почему он так напряжен?» — удивился Шериль, подмечая также плотно сжатые губы, сбитое дыхание и то, что парень постоянно отводил взгляд, казалось, брюнет вот-вот упадёт в обморок. «Да что с ним такое?» — Шериль уже было хотел обратить внимание присутствующих на странного парня, как король полез с «тёплыми семейными объятиями», чуть ли не душа блондина в порыве отеческой любви. Но вот дядя отстранился и подозвал того самого парня в очках, представив его как своего лично секретаря и уточнив, что теперь по всем вопросам Шериль должен обращаться именно к нему. «Нянька, значит, — с раздражением подумал парень, — и что все так стремятся его контролировать?» Однако поток невеселых мыслей парня был неожиданно прерван неожиданным открытием: «Омега?! Здесь?! Да ещё и в таком состоянии? — Шериль оглядел зал, останавливая взор дымчатых глаз на секретаре дяди. — Вот оно что! Хм… Вот, значит, кого мне приставили в роли няньки», — глаза парня сверкнули предвкушающим блеском, а вероятность нескучно провести здесь время — парень оглядел краснеющего брюнета с головы до ног — сильно возросла. Запах омеги был не сильным — Рейвен, так вроде зовут этого секретаря, его маскировал, но для Шериля и его сущности альфы это не было проблемой. Кажется, даже друзья блондина заметили состояние секретаря — это Шериль заключил по блеску их глаз. «Пусть не надеются, — взыграло чувство собственности в принце, — он будет моим — будет глупостью упустить столь отличную игрушку» Хотя потом можно будет и «поделиться» с остальными — будущая судьба брюнета его не особо волновала. Когда Рейвен вел его по коридору к его комнате, Шериль едва сдерживал себя, чтобы не послать друзей куда подальше и не затолкать секретаря за ближайшую дверь, и… Дальше фантазия парня рисовала тысячи вариаций на тему того, как бы он поступил, сделав что-то подобное. Но, наконец, они остались в одиночестве! Теперь можно было не сдерживаться… Наверняка, пара комплиментов, яркая сущность альфы и статус принца сделают своё дело… Однако теперь Шериль стоял напротив шарахавшегося от него словно от огня брюнета и пребывал в совершенной растерянности относительно того, что же делать дальше. «Он что, цену себе набивает?» — пренебрежительно подумал сероглазый, оглядывая Рейвена. — Вряд ли, — почему-то заключил блондин, видя, как брюнета колотит нервная дрожь, пожалуй, во взгляде того не было не толики алчности, лишь страх — а вот это-то и озадачило Шериля. Чего тот боится? Неудачный опыт? Но блондин тоже не привык так легко отступать, незнающий отказа баловень судьбы и на сей раз решил любыми способами получить желаемое. «Однако тут следует действовать иначе, нежели грубой силой, — подумал блондин, - и скоро он сам ко мне прибежит». — Если это всё, Ваше Высочество, то я предпочту удалиться, — на выдохе проговорил брюнет, поправляя очки — видно было, что ему очень тяжело дается себя контролировать. «Дурак! Лишает себя и меня прекрасной возможности!» — у Шериля внутри бурлило негодование, захотелось применить собственную магию стихии, парализуя Рейвена небольшим электрическим разрядом. Юноша насилу удержал в себе этот порыв: «Не время». К тому же, в его златокудрой голове уже, кажется, возник гениальный план, как заполучить этого гордого юношу. — Думаю, да, — задумчиво проговорил Шериль, отступая от двери на безопасное расстояние, открывая тем самым Рейвену путь к выходу, — но учти, я не из тех людей, что легко сдаются. Приходи, если передумаешь! — Спасибо за благодушие, но я уж как-нибудь сам! — ядовито бросил брюнет и быстрым шагом бросился к двери. Ответом ему послужил звонкий смех, от которого всё почему-то переворачивалось внутри, заставляя сердце неровно биться. — Посмотрим-посмотрим… Даже уже выбежав за дверь и идя в направлении своей комнаты, парень не мог выбросить из головы последние слова принца: «Что они значили?!» Почему-то улыбка, которой наградил его Шериль на прощанье, лишь укрепила брюнета в мысли, что ему необходимо как можно скорее найти подавляющие сущность препараты.