Ещё одна ветка

Я не могла оторвать взгляда от Акахоши. Он выглядел таким...таким мужественным, сильным, что это не могло не возбуждать. Пока Акира отвлекал Рея, уводя его в сторону, откуда они пришли, Акахоши опустился на колено перед о мной. Я видела собственное отражение в его глазах и от этого мне было страшно. Страшно и стыдно от того, что он видит меня такой: полураздетой, с раскрасневшимися губами, с искусанной шеей... На глазах стали собираться слёзы, а руки предательски затряслись. Акахоши тут же переменился в лице. Пересев на кровать, он одной рукой крепко обнял меня за плечи и прижал к себе, позволяя уткнуться ему в плечо и судорожно выдохнуть. - Ну ты чего раскисла? Всё же хорошо, успокойся, - поглаживая меня по спине, шептал светловолосый мне на ухо, опаляя его своим горячим дыханием. Мне так спокойно в его руках, будто Акахоши был моим миром, центром моей вселенной. - Мне так стыдно. Мне кажется, что я предала тебя, - тихо шепчу, сильнее прижимаясь к его телу. От моих слов он напрягся и лишь сильнее сжал меня в объятьях, почти до боли. Да боли, которой я готова была наслаждаться. Его ладонь, обтянутая тканью перчатки, приподняла моё лицо за подбородок, заставляя посмотреть в его глаза, полны нежность и печали. - Нет, ты не виновата. Я должен был лучше за тобой смотреть и пойти за тобой тогда, в центре. Так что в этой ситуации виноват только я. Или мы оба, теперь это неважно, - в его голосе было столько тоски, столько вины, что моё сердце сжалось от боли и осознания того, что причиной его страдания являюсь я. Уже сама цепляюсь за него, как за спасательный круг. Так много хочется ему сказать, но слова застряли поперёк горла и не хотели выходить. Я не знаю, сколько мы просидели так, прижавшись друг к другу, но неожиданно звуки борьбы стихли и помещение погрузилось в гробовое молчание. - Может... Может, нам уже нужно спуститься? - неуверенно произнесла я, поражаясь, насколько хрипло прозвучал мой голос. Акахошу, вглядываясь в моё лицо, словно высматривая там что-то, неуверенно кивнул. Поднявшись на ноги, он наклоняется и подхватывает меня на руки. Чувствуя, как моя щёки покраснели от смущения, кладу голову на плечо светловолосого, руками обвив его шею. - Ты права. Не нравится мне эта тишина, - произнёс Акахоши и мы отправились в сторону выхода из помещения. Картина, что предстала перед нами, была отвратительной и одновременно завораживающей. Лео и Акира сражались против Рея и Юкари, пока Шион и мистер Альберт что-то искали в стоящих рядом ящиках и контейнерах, наполненных пакетами с кроваво-красной жидкостью. Меня затошнило от резковатого запаха крови. Акахоши шёл тихо, стараясь не привлечь внимания вампиров, но Рей всё же заметил нас. Его кроваво-красные глаза в упор уставились на меня, словно гипнотизирую. Акахоши, видимо, что-то поняв, тут же поставил меня на землю, пряча при этом за своей спиной. Пистолет вновь появился в его руке и теперь указывал в лоб смотрящему на нас Рею. - Решил забрать у меня мою милую пленницу? Не выйдет, - Рей резко двинулся в нашу сторону и в этот момент выстрелы раздались одновременно с двух сторон - со стороны Шиона, отвлекшегося от своего предыдущего занятия, и со стороны Акахоши, что по-прежнему занимал защитную позицию около меня. Я не могла видеть его лицо, но чувствовала, что он весь напряжён. - Высокого же ты о себе мнения. Люси не принадлежит тебе. Она принадлежит самой себе, - вкрадчиво произнёс Акахоши и вновь раздался выстрел, на этот раз поразивший Рея в руку. По всему помещению пронёсся рык невыносимой боли. В плече Рея виднелась серебряная пуля. Казалось, что в этот момент время замедлилось. Юкари вскрикнула, словно она физически ощутила боль Рея, и, оторвавшись от боя с Акирой, кинулась к Рею, помогая ему подняться на ноги. Глаза Рея стали изумрудными, но в них по-прежнему виднелось алое пламя ненависти. Его взгляд скользил по лицам всех находившихся в помещении, пока не остановился на моём. "Ещё ничего не кончено", - услышала я голос в голове. Резкая вспышка чёрного - и место, где стояли Рей и Юкари, уже пустует. От переизбытка эмоций перед глазами поплыло и земля ушла из-под ног. Единственное, что я запомнила, так это тихий голос Акахоши, которой прошептал только для меня: "Я люблю тебя, дурочка".