«Эра драконов»

Глава VII — «Западня»

      Всё потеряно. Нет больше надежды, ведь её последние крохи исчезли так ловко в разрушенных стенах Анварда. Нет желания продолжать бессмысленный путь. Нет желание жить, потому всё это — слишком. Нет прошлого, о котором я даже не помню, но и нет будущего — его просто не может быть.       Я стою на самом краю пропасти. Кажется, если сделать шаг, то всё может наконец-то закончится. Может и вправду шагнуть? Я смотрю вниз и до меня внезапно доходит, как это — летать. Там, в воздухе, наверное, свобода… А мне так хочется освободится, забыться… Чтобы не было никакой связи, не было боли, страха и безысходности. Там, в воздухе, наверное, свобода…       Я не успеваю заметить, как расправляю руки и, представляя себя птицей, делаю шаг навстречу пропасти.       — Дура! — раздаётся крик и меня резко дёргают обратно. Врезаясь в могучую грудь, я рыдаю, схватившись за широкие плечи. — Дура! — вновь повторяет Чарли, прижимая к себе. Его грудь тяжело вздымается. Он, кажется, испугался. — Зачем? — спрашивает он, разворачивая меня к себе и смотря в глаза. — Отвечай, зачем?       — Я так устала, — шепчу я, сглатывая горький комок в горле, — как же я устала…       — Смерть — не решение проблем! — возмущается Чарли, встряхивая меня. — Никогда ещё смерть никого не освобождала!       — Мне незачем больше здесь оставаться, — гнула я свою палку, смотря сквозь парня. Он, рыкнув, вновь встряхнул меня. На этот раз более ощутимо.       — Надежда есть всегда! — пытается вразумить меня. — Ты это знаешь! А смерть бы не дала тебе даже шанса что-то исправить или сделать!       — Мне больше нечего здесь делать, — повторяю я, заглядывая в его глаза. В них плещется гнев.       — А как же твой Питер? — возмущается Чарли. Руки на моих плечах сжимаются сильнее.       — Я не найду его, — слёзы вновь появляются на глазах. — Не спасу и никогда не увижу вновь…       — А я? — делает попытку вновь.       — Ты… — я вдруг осознано на него смотрю. Пытаюсь найти в чертах его лица хоть что-то, что могло бы помочь. Но ничего нет. — Нет. Рык разносится по поляне и Чарли, резко прижав меня к себе, грубо прижимается губами к моим. Это заставляет прийти в себя. Это не прошлый поцелуй, доставляющий ненормальное наслаждение. Это борьба. Сжимая губы, я отталкиваю его от себя, зло смотря в гневные глаза.       — А что буду делать я, если ты умрёшь? — рычит он, облизываясь. — Подумала?       — Мне всё равно.       — Нет, — он усмехается, — я чувствую твою ложь, помнишь? Ты не можешь оставить меня. Не по своей воли, конечно, но это ничего не меняет.       — Я. Тебя. Не. Люблю.       — Не верю! Ты связана со мной и сколько бы ты ни отрицала, ты любишь. И именно это не позволит сделать тебе этот чёртов шаг. Мне надоело тебя спасать, умолять и отговаривать. Вот, — он резко отступает, давая мне пройти к пропасти, — давай, сделай это. Я не остановлю. Зло выдыхая, я подхожу к краю и заглядываю туда, смотря вниз. Близкая смерть манит, сделай только шаг. Может и вправду, стоит?       — Только помнишь, что если сделаешь, дороги назад больше не будет. Никогда. Ты шагнёшь и на этом твоя история закончится.       — Она уже давно кончилась, просто я этого не поняла, — хриплю я, вытягивая ногу вперёд. Чарли сзади молчит. Неужели, позволит?       — Давай, — торопит он. — Я вернусь домой и, наконец, заживу спокойно. Нет, я чувствую, как рвётся его волк ко мне. Просит остановить. Но человек силён.       — Я освобожу и тебя! — посмотрев на него через плечо, говорю я. — Ты будешь свободен.       — Я тебе говорил, что никогда не буду тем, кем был, — зло бросает он. Я киваю. Да, он прав. Но без меня ему будет чуть легче.       — Лучше смотреть на то, как единственная, кого хочется, никогда не скажет «да»? — внезапно кричу я, оборачиваясь к нему. — Никогда!       — Мы это ещё посмотрим, — он хмыкает. — Но да, лучше будь жива.       — Пф, — я махаю рукой, — я так устала, что на твои слова мне совершенно плевать.       — На все? — вдруг спрашивает он тихо. Я киваю, вновь протягивая ногу. Ну же, давай, сделай шаг. И я уже было срываюсь, когда в спину летит отчаянный крик:       — Он умрёт без тебя! Я дрожу. Потому что знаю о ком говорит Чарли.       — А где гарантии на то, что он ещё не мёртв?!       — А если жив? Кто его спасёт, если не ты?       — Я ничего не смогу, — горько выдыхаю я. — Я бесполезна.       — Тогда знай, что твоя смерть убьёт его.       — Не убьёт, — я вновь горько вздыхаю. — Не теперь. Слишком много времени прошло. Он уже не…       — Но ты-то любишь! — отвечает Чарли.       — Люблю, — соглашаюсь я.       — Тогда почему ты уверенна, что он — нет?       — Потому что та боль, что я ему причинила, сильнее нашей любви! Свои же слова бьют в самое сердце и это заставляет сделать шаг. Я уже чувствую тески смерти, когда…

«Не смей!»

В голове проносится отчаянный крик. Голос незнаком. Он где-то внутри, там, откуда идёт вся боль.

«Не смей делать шаг!»

Виски разрывает боль. Застонав, я хватаюсь за голову.

«Кто ты?»

В ответ тишина. Боль, разъедающая всё изнутри не даёт даже сделать вздох.

«Не прыгай! Я не смогу спасти! Прошу, не надо!»

Боль уходит также внезапно, как появилась. Голоса в голове тоже нет, но есть воспоминания о давнем сне, где тот же голос тихо мурчал: «Глупая ты, глупая…» Меня ударяет озарением и я готова разрыдаться от счастья.       — Вэн! — кричу я так громко, как только могу, падая на колени и вцепляясь в холодный снег голыми руками. — Вэн!       Это было неделю назад. Именно Вэн не дал сделать роковой ошибки. Я не знаю каким образом он проник мне в голову, как узнал, что я собираюсь прыгать, но я точно уверена, что это был именно он. Я тут же вспомнила все сны. И те, где я прыгала с пропасти и меня кто-то ловил, и те, в которых мы просто летали и наслаждались компанией друг друга. Я вспомнила всё и это заставило отползти от края, крича имя дракона. Никто не откликнулся на мой зов, больше не было знакомого голоса в голове. Ни разу я с того дня не чувствовала ничего, что касалось Вэнфролха. Ни-че-го. Чарли тогда, как только я отползла от пропасти с криком на губах, подбежал ко мне и, взяв меня на руки, отнёс подальше. Он не знал, что после последнего «не смей» я перехотела прыгать. Ведь благодаря этому странному зову у меня появилась надежда. Надежда на то, что не всё потеряно.       — Я должна найти своего дракона, — новая идея загорелась глубоко внутри и жгла меня таким ярким и тёплым пламенем, что улыбка не слезала с моих губ. — Я должна найти его.       Чарли был рад перемене моего настроения. Его явно не устраивала паника и отсутствие желания жить в моих глазах. Он не знал Вэна, но понимал, что он значит для меня слишком много, раз смог вытянуть из лап смерти. Я усмехалась из-за немного ревностного взгляда Чарли иногда. Он знал, что Вэн — дракон и от этого дулся сильнее.       — Чем дракон лучше волка? — ворчал он временами, на что я смеялась и начинала с гордостью перечислять все преимущества чешуйчатого ящера. Меня пугало только одно: я не чувствовала его. Всё было по-прежнему. Я помнила, как мне было тяжело принимать тот факт, что я — Всадник, помнила, как было страшно впервые сражаться на его спине. Также я помнила и то, как позорно сбежала от него, своей судьбы. И знала, что моё внезапное желание быть Всадником не изменит того, что я его просто не чувствую.       В тот же момент вспомнилась и Леа. Мне было интересно где она и её Гатх. Наверное, если они живы, то тогда Вэн вместе с ними. Но почему он говорил, что не сможет прийти на помощь и спасти? Неужели не хочет? А может… может просто нет возможности?       Несмотря ни на что, силы будто вернулись в моё тело и я, вот уже несколько дней полна энтузиазма. Я найду дракона, а он поможет найти остальных. И всё будет хорошо!

***

      — Куда ты собралась?! — Чарли вскакивает с места и, сжав кулаки, смотрит на меня. — Повтори-ка ещё раз!       — В Тельмаринский замок, — спокойно говорю я.       — А точнее?       — В резиденцию Лорда, — закатываю глаза. — Будто ты не знаешь.       — О ужас, ты окончательно сошла с ума. Сначала убивалась, теперь стала ненормально радостной и вот итог — решила идти на верную гибель.       — Мне нужно с чего-то начинать! — возмутилась я. В чём-то, конечно, парень прав, но сидеть сложа руки нет сил. — Последний раз я была с ним именно там! Может быть, меня что-то толкнёт там, и связь даст о себе знать…       — О, так неужели тебя не только со мной связало? — язвит Чарли, сложив руки на груди.       — С драконом всё по-другому, сам знаешь, — вздыхаю я, подходя ближе. — Чарли, мне без тебя не справится!       — Я знаю.       — Ты нужен мне!       — Ох, если бы здесь был другой контекст… — Чарли прикрывает глаза.       — Не начинай.       — Ладно, — кивает он, соглашается.       — Спасибо! — я взвизгиваю от радости, обнимая волка за шею. — Спасибо!       — Но с одним условием, — говорит Чарли, обнимая меня в ответ и чуть отстраняя.       — Ну, а как же, — я недовольно морщусь. — Что тебе нужно?       — Я научу тебя драться…       — Серьёзно? — я скептически приподнимаю бровь. — И всё?       — Не только в рукопашном бою, — он качает головой, — но и…       — Ты не заставишь меня взять меч в руки! — кричу я, возмущаясь. Он не знает, как я не люблю меч! Просто ненавижу его!       — Твои стрелы не спасут тебя в ближнем бою! — протестует волк.       — У меня есть парные клинки!       — Они не спасут тебя! Тебе нужно уметь владеть мечом.       — Да не хочу я! Я плоха в ближнему бою. Последние разы, когда я держала меч… было, в общем, ужасно. Не хочу.       — Тогда мы не пойдём в замок.       — Чем мне поможет умение владеть мечом? Если меня схватят…       — У тебя будет возможность спастись. Мои клыки и когти не всегда могут спасти тебя.       — Но и меч меня не спасёт, — я отрицательно киваю головой. — Не заставляй меня!       — Да почему у тебя такая нелюбовь к мечам?! — вздыхает Чарли.       — Просто не люблю и всё. На мече всё и завязалось. Но об этом я молчу, потому что для других моя нелюбовь к мечам — глупость. Чарли не знает, что владею я этим оружием неплохо, просто я всегда предпочитала нечто другое. Я не создана для клинка.       Чарли меня, конечно, не слушает, поэтому, когда мы приступаем к тренировкам, он вручает мне свой меч. Это довольно тяжёлый меч с заострённым железным лезвием. И он пугает неимоверно.       — А как же ты? — делаю я попытку отказаться, на что Чарли лишь хмыкает. Он высовывает из-под плаща томагавк и демонстративно вертит в руках. Да, весело.       — К тому же, — вдруг говорит он, возвращая топор на место, — у меня есть это, — он обнажает свои волчьи клыки и скалится, — и это, — на руках вместо ногтей, появляются острые когти. — А у тебя нет ни того, ни другого. Поэтому молчи и учись.       Показав ему язык, я принимаю ножны с мечом и быстро высовываю его из укрытия. Лезвие громко звенит, а рукоятка меча неприятно ощущается через толстую меховую перчатку. Сжав губы в недовольстве, я смотрю на лезвие, видя своё отражение.       — Я редко им пользовался, — поясняет Чарли, когда я удивлённо смотрю на него. — В деревне, знаешь ли, не с кем повоевать.       — И ты, что, никогда не убивал? — я удивлённо хлопаю глазами.       — Ну, у всех когда-то что-то бывает впервые, — Чарли прячет взгляд. — Хотя, если считать кроликов и оленей…       — Да ты нежный цветочек, — я хмыкаю, поражённая таким заявлением. — Что, прям ни разу? Чарли отрицательно мотает головой.       — Эх, а я не могу похвастаться таким, — я вздыхаю, — хотя хотелось бы забыть всех тех, кого я когда-либо убивала.       — Тебе приходилось. Ты не убивала ради забавы.       — Это точно, — я киваю, — но мне нравилось убивать. Меня, конечно, терзали муки совести, но впервые пару раз и только. Дальше было легче.       — Ну, я и не говорю, что ты ангел. Я хмыкаю, неожиданно сделав выпад. У Чарли отличная реакция, поэтому он отпрыгивает от меня, избежав участи быть проткнутым мечом. Он ухмыляется, вновь высовывая свой томагавк.       — С ним ты похож на индейца, — я усмехаюсь. — Почему именно томагавк?       — Им кидаться в мишени удобно, — Чарли хмыкнул.       — А в плоть? — я вскидываю брови.       — Ну… — оборотень протяжно тянет, как бы думая, — оленям явно не нравится, когда в них врезается что-то подобное.       — Да ты живодёр! — я блокирую удар томагавка мечом, заглядывая в игривые голубые глаза. — Как не стыдно!       — Я волк, — рычит Чарли, — я должен убивать.       — Животных, — киваю я, — но люди-то это другое. Уверен, что сможешь?       — Смотря ради чего, — он пожимает плечами.       — За меня убьёшь? — я выгибаю бровь, вновь пытаясь ударить мечом Чарли. Тот отскакивает, делая резкий выпад и ставя мне подножку. Не удержавшись, я валюсь в снег, а он нависает надо мной, совершенно по-хищному.       — И принесу труп к твоим ногам, виляя хвостом, — шепчет он, смотря мне в глаза.       — Господи, — я сглатываю, почувствовав странный отклик где-то внутри. Чарли хмыкает, помогая мне подняться.       — Продолжим? — спрашивает он. Я киваю, вновь блокируя удары.       Через некоторое время, уже усталые от долгого боя, мы валяемся прямо на снегу. Вовсе не холодно — разгорячённые тела не позволяют пройти холоду. Я загнано дышу, пытаясь успокоить бешеный стук сердца.       — И всё же, убить человека и животное — не одно и то же, — задумчиво тяну я, не смотря на парня.       — Возможно это труднее, — соглашается он. — Но что же придётся делать, если жизни угрожают?       — Ну да, — я киваю, — либо ты, либо тебя. Знаешь, там, на поле битвы, ты даже и не думаешь о том, как сильно будет больно человеку, который только и мечтает, что пропороть тебя своим клинком.       — Либо ты, либо тебя, — повторяет за мной Чарли, будто пробуя это выражение на вкус. — Там, в гуще событий, страшно?       — Господи, ты как ребёнок, — я умиляюсь, посмотрев на парня краем глаза. Чарли лежит рядом, в нескольких сантиметрах. Улыбается, чуть прикрыв глаза. — Конечно это страшно. До дрожи и трясущихся поджилок. Ты знаешь, что там ждёт смерть. Это гонка, или как весы. На одной половине — жизнь, на второй — смерть. И упаси Господи, если второе перевесит. Не хочу, чтобы ты даже знал что это такое, но, увы, придётся рано или поздно. Ты же со мной, — я хмыкнула.       — Тогда нужно готовится тщательнее! — воскликнул он, подскакивая на месте и покрепче хватаясь за томагавк. — Вставай!       — Ох, — я недовольно вздыхаю, поднимаясь. — Ты отлично владеешь оружием, но не был в бою — прикольно, — говорю я после недолгого сражения. — Чудненько просто.       — Рад, что тебе нравится, — хмыкает он, вновь нападая, делая какой-то пируэт. Меня внезапно волной сносит на землю. Я задыхаюсь, пытаюсь сделать вдох, чтобы пропустить в лёгкие воздух.       — Ча-а-арли, — хриплю я.       — Ой прости, — он слезает с меня. — Не думал, что будет так сильно. Оказывается он прыгнул, придавив меня собственным телом.       — Дурак, — я усмехаюсь, возвращая дыхание в норму. Когда перед глазами перестают плясать круги, я вновь делаю выпад. И на этот раз удачно.

***

      Чарли, исподлобья наблюдает за мной, идущей рядом с ним. С прошлой нашей остановки прошло несколько часов и мы оба устали. У меня, например, уже перед глазами пляшут черти, соблазнительно предлагая упасть прямо здесь и сейчас, чтобы отдохнуть. Вот только напряжённый взгляд щенячьих глаз прожигает во мне дыру.       — Что? — устало спрашиваю я, посмотрев на него. — Почему так смотришь?       — Мы прошли деревню полчаса назад, — жалобно тянет он. — Я так соскучился по удобной кровати и вкусному хмельному пиву!       — Ты идиот? — я удивлённо смотрю на него.       — А что сразу на грубость-то?       — Потому что иначе никак. Сам же знаешь, что чёрные знают меня и, если заметят, будет худо. И предлагаешь идти прямо к ним в лапы?       — Мы будем скрыты и если что… я обернусь и мы убежим оттуда! — умоляет он. — Ну прошу тебя! Прошу! Через связь тягучим теплом тянется его умоляющий настрой. Он — словно мёд, такой манящий и липкий. Чарли думает об удобной кровати (в отличии от земли, кровати в деревенской таверне действительно удобны) и меня тоже манит такая перспектива.       — Ой, ладно! — я, вздохнув, разворачиваюсь обратно, шагая по дороге к деревне. — Но если мы попадём в беду, я… — я замолкаю, придумывая участь похуже, — я тогда не буду позволять тебе прикасаться ко мне и неделю буду обращаться к тебе, как к собаке, понял?       Чарли согласно мотает головой, улыбаясь. Вздохнув, я пихаю его в плечо и чуть улыбаюсь. Ладно, мы столько времени, как дикие живём, поэтому можно себе позволить немного отдохнуть.       Чарли сильнее кутается в тёмный плащ, посматривая на меня вот уже несколько раз за пару минут. Я, накинув капюшон своего плаща как можно сильнее на голову, оглядываюсь по сторонам. Вдруг сейчас откуда ни возьмись выскочит чёрный и прибьёт нас, как назойливых мух?       Быстро открыв дверь таверны, Чарли скользнул внутрь. Я двинулась следом. Помещение встретило нас теплом и уютом. Здесь не воняло так, что нос вянет, нет, просто… было немного неприятно. Чарли чихнул, а я злорадно усмехнулась. Ну дык, это же крутая волчья чуйка… бедный чарлин нос, который сейчас словил все «прекрасные» ароматы этого заведения.       — Ой, молчи, — улыбнувшись, сказал Чарли, — иди, занимай столик, а я закажу поесть. Ты будешь что-то пить?       — Чего-нибудь простое, — сказала я, махнув ему рукой. Кивнув, оборотень ушёл к стойке, а я, оглянув помещение, быстро отыскала нужный столик и вскоре уселась на свободную скамью, чуть прикрыв глаза и вздохнув. Пока всё было чисто — нет никого, кто бы походил на вооружённый отряд чёрных. Но снимать капюшон я не собиралась. Чуть-чуть поправив ножны с мечом, закреплённым на поясе, я сняла перчатки и сложила их на стол, посмотрев на свои руки. Во что они превратились? Сейчас бы ножнички маникюрные, чтобы срезать весь этот ужас! И поправить кутикулу…       — Добро пожаловать в таверну «Золотой грифон», — Чарли появился внезапно, усевшись напротив и, облокотившись о стену, смотрел на меня с прищуром.       — Откуда ты знаешь название? — я удивилась.       — Милая девушка, что сидит за той стойкой рассказала, — Чарли озорно подмигнул, но глаза оставались серьёзными. Он, что, проверяет меня? О, боже!       — Не думаю, что это, — я кивнула на молодую девушку, которая была одета слишком вызывающе, — хорошая партия.       — Ревнуешь? — плохо скрываемая надежда отразилась в светлых глазах. Так и знала.       — Чарли, нет, — я покачала головой. — Просто я вижу эту девку и могу сказать, что кроме твоего тела, ей ничего не интересно. Парень обижено фыркнул, надувшись. Я лишь пожала плечами. Как ни странно, но, несмотря на нашу связь, ревности я действительно не ощущала. Лишь заботу и всё.       — Ты достоин лучшей девушки, чем вот той, — я бросила беглый взгляд на ту деву. Он протирала тряпкой кружку и внимательно смотрела в нашу сторону. Как только она заметила мой взгляд, тут же раскраснелась и уткнулась взглядом в кружку, которую тщательно полировала. — Я уверена в этом.       — Может достойная девушка не обращает на меня внимания, потому что её мысли заняты другим? — с открытым намёком поинтересовался Чарли.       — Кто его знает, — я не стала отрицать, но и соглашаться тоже. Всё же я не считала, что я и правда достойная. — Кто в твоём понимании достойна?       — Та, к кому тянет, — Чарли пожал плечами, — та, кого избрали для меня сами боги. Та, которую люблю.       — Глупости, — я зло фыркнула, всплеснув руками. — Ты же практически ничего обо мне не знаешь!       — А мне и не надо! Я знаю то, что мне надо знать и то, что ты хочешь, чтобы я знал. Ты скрытная, согласен, но, если приглядеться, тебя можно читать, как раскрытую книгу.       — Да ну? — я выгнула бровь. — Ну, давай, прочти. Чарли нахмурился. Я бросила ему вызов и он не мог отказать.       — Ну, — он задумался ненадолго. — Я уверен, что твоя холодность и сарказм лишь маска, под которой ты прячешь свои искренние чувства. Я хмыкнула.       — Этого мало.       — Сколько бы ты ни отрицала, тебя тянет ко мне, но в тебе борются чувства к другому. И, я вижу, они довольно сильны. Иногда мне кажется, что они, возможно и победят. Если ты начнёшь мне доверять окончательно, а я чувствую, что ты напряжена со мной и при каждом нашем разговоре, сначала подумаешь, что сказать, то, возможно, будешь более ласковее ко мне и добрее.       — Я груба? — удивилась я.       — Да, довольно часто.       — Прости, — я чуть дёрнула уголками губ.       — Ничего, я понимаю. На тебя за последнее время слишком многое навалилось. Я не знаю, что там произошло до меня, но уверен, что это довольно сильно тебя подкосило. В твоих глазах я вижу боль и тоску, а по запаху — разочарование. Не удивляйся, я могу ощущать эмоции по запахам. Так, дальше. Эта боль, словно от предательства…       — Это невозможно! Ты не можешь быть так проницателен!       — Да тут и думать особо не надо, — он хмыкнул. — Ты злишься и не желаешь принимать связь, что свалилась на тебя, будто обухом по голове и всяко противишься, но, я думаю, если бы не было третьего лица, — Чарли сделал акцент на этом выражении, — то ты бы уже давно сдалась и мы были бы вместе…       — Ты не многого ли набрал? — возмутилась я. — Вообще-то, ты даже не в моём вкусе.       — Да? — он выгнул бровь, явно не веря моим словам. Вздохнув, я кивнула, давай разрешение продолжить дальше выворачивать мою душу наизнанку.       — Ты хороший воин, несмотря на то, что девушка, но при этом тебе не очень приятно держать в руках оружие, из чего можно сделать вывод, что стала воином ты не по собственному желанию.       — И что дальше?       — И вновь на тему любви. Моя, знаешь ли, больная тема. Твой, как там его, Питер, явно не даёт покоя и, если нырнуть глубже, то можно подумать, что ты боишься встречи с ним. Говорить причины было бы глупо, потому что ты мне их итак назвала. Но! — он взмахнул рукой. — Как только я начинаю прикасаться к тебе, или нарушаю личное пространство, то в твоих глазах я отчётливо вижу сомнение. Тебе хочется, я чувствую. Если бы не видел, не наседал бы.       — Ты пытаешься разрушить стену? — я удивилась.       — Меня совсем не устраивает то, что я не могу обнимать пару, целовать её, ласкать… Волк страдает из-за этого, ему плохо.       — Я говорила, что будет трудно, — я сжала губы в тонкую полоску.       — И я согласен на эту боль, — глаза Чарли погрустнели, — лишь бы иметь право быть рядом. Чуть наклонившись, он провёл пальцем по моей щеке. Я отстранилась, скрыв внезапно появившееся желание пересесть ближе и прижаться к нему. Сердце громко бухнуло в груди.       — Вот видишь, — Чарли победно улыбнулся. — О чём я и говорил.       — Не надо, — я прикрыла глаза. Парень что-то ещё хотел сказать, но его прервали. Довольно грузная женщина поставила поднос на стол и, смерив нас пристальным взглядом, удалилась.       — О, еда! — воскликнул он и сразу же набросился на еду. — Неужели я поем то, что не ловил и не убивал, а? — радовался он, облизываясь.       — Ага, — я кивнула и вяло приступила к трапезе, благодаря Чарли за быструю смену темы. Аппетита, если честно, не было совсем, но желудок нужно было чем-то наполнить. Еда оказалась довольно вкусной, если вспомнить те жаренные тушки на костре, которыми питались вот уже несколько дней. Просто жаренное мясо без ничего — это ужасно. А ту хоть какие-то добавки.       — Картошечка, — радостно говорил Чарли с набитым ртом. Я усмехнулась, делая глоток какого-то травяного чая.       Двери стукнулись об стену, привлекая своим звуком весь собравшийся народ. Застонав, я прикрыла глаза и сползла по скамье чуть вниз. Чарли тоже замер, весь напрягшись. Его ноздри раздулись, а глаза распахнулись в изумлении.       — Почему так всегда? — я обречённо вздохнула. — Бесят!       — Что будем делать? — тихо спросил Чарли. Я недовольно уставилась на него, аккуратно наблюдая за тем, как пару чёрных быстро прошлись до стойки и начали флиртовать с той девчонкой, которая недавно была объектом нашего любопытства.       — Попробуем свалить по-тихому, — также тихо ответила я. — Только давай аккуратно, без лишнего внимания. Чарли кивнул, отодвигая тарелку с едой подальше от себя. Печально вздохнув, он медленно поднялся и, вытянувшись во весь рост, заслонил меня собой.       — Ты прикалываешься? — удивилась я. — И это незаметно?       — Сущность требует…       — Да мне плевать, что она требует! — я зло оттолкнула его, делая шаги в сторону выхода. Чёрные, слава богу, пока были заняты девушкой.       Чарли, зло пыхтя, следовал за мной. Мы аккуратно пробрались через столики к выходу и я уже было потянулась к ручке двери, когда услышала удивлённое:       — Так вот они же! — девушка махнула рукой в сторону нас и непонимающе нахмурилась. Мысленно чертыхнувшись, я обернулась. Чёрные внимательно смотрели на меня.       — Лови её! — закричал один из них, кинувшись к нам.       — Чёрт! — воскликнул Чарли, пихнув меня в спину, а я, будто отойдя от оцепенения, вылетела из таверны, припуская на своих двоих в сторону выхода из деревни.       Чарли бежал за мной, то и дело оглядываясь назад. В отличии от меня, бег ему давался довольно легко и он вскоре, схватив меня за руку, побежал вперёд. До ворот оставалось совсем немного, когда мимо меня, почти задевая капюшон острым лезвием, просвистел арбалетный болт. Взвизгнув я обернулась, практически сразу же чуть не споткнувшись, потому что меня мотнуло в сторону. Это Чарли дёрнул меня в сторону.       Следующий болт просвистел в сантиметре от плеча Чарли, но тот успел увернуться. Мы были почти у выхода, когда оборотень резко обернулся, останавливаясь. Я не сразу поняла зачем, но его рука взметнулась вперёд, а потом я услышала странный звук. В левой руке, в сантиметрах двух от груди, Чарли держал деревянный болт, удивлённо смотря на него. Он поймал болт! Господи, он его поймал!       Зло отшвырнув его, Чарли нахмурился, уставившись на замершего в нескольких метрах от нас чёрного.       — Оборотень, — прошипел он, начиная заряжать арбалет вновь.       — Бежим! — закричала я, вновь принявшись бежать. Адреналин бурлил в крови и именно поэтому у меня ещё были силы.       Чарли незамедлительно последовал за мной. Нам удалось выбежать из деревни и скрыться в лесу. Но надолго ли?

***

      — Чья была идея лезть в деревню? — хрипела я, пытаясь отдышаться. — А?       — Что сделано, то сделано, — проворчал Чарли. Я зло дышала, стараясь унять бешеный стук сердца.       — И почему они постоянно появляются в тавернах, когда я ем? — возмутилась я, усмехнувшись. — Ведь все разы так и было, блин.       — Ну, Ксень, сейчас мы не в таверне, — Чарли весь напрягся.       — Что? — не поняла я. Чарли ничего не ответил, вытащив томагавк.       — Ты серьё… — договорить я не успела. Чарли внезапно толкнул меня и как раз вовремя, потому что вскоре, в том месте, где я стояла, прямо в дерево, вонзился арбалетный болт.       Еле удержавшись на ногах, я быстро вытащила лук из налучья. Наложив стрелу на тетиву, я напряжённо вглядывалась в лес. Слава богу, был день и я уже видела, как медленно, даже не пытаясь скрыться, шёл отряд чёрных. Там их было не меньше десятка.       — Ну что, Чарли, — я горько усмехнулась, натягивая тетиву, — готов попробовать вонзить свой томагавк в кого-то, поумнее оленей? Чарли сглотнул.       — И да, — я даже не посмотрела на него. Всё моё внимание было сосредоточено на чёрных, которые стройным рядом, подняв мечи вверх остриём, надвигались на нас, — если мы выживем, я тебя…       — По наши души слишком много желающих, — Чарли передёрнул плечами, не дав мне договорить, а после придвинулся ко мне практически вплотную. — Не думаю, что мы сможем выжить. Я зло фыркнула, готовясь отражать нападение. Чёрные были уже близко, шанса сбежать просто не было.       — Но если мы выживем…       — Ты меня убьёшь, ладно, — Чарли раздражённо кивнул, — понял.       — Нет, — я покачала головой, — я тебя расцелую. Удивлённый взгляд Чарли словить мне не удалось, потому что чёрные уже подошли слишком близко.       — Сдавайся, — проговорил один из них, стоящий в центре. Все они были как один: в чёрных плащах, железных перчатках и с длинными мечами.       — Да пошёл ты! — рявкнула я.       — Взять их, — крикнул он. Я не видела его глаз, они были скрыты маской, но могла поклясться, что там полыхнуло настоящее пламя. Стройный ряд двинулся в нашу сторону. Я и Чарли напряглись. Посильнее сжав руку на рукоятке лука, я откинула капюшон в сторону и, вздохнув, выпустила первую стрелу, отправляя её в свободный полёт…