На грани смерти

У него полно идей, не таких, как у обычных людей. Он развит со всех сторон, и этому ему могут позавидовать. Он мечтатель, но это не значит, что он всё время витает в облаках. Он красив внешне и богат внутренне. Его телу завидуют, на него равняются. Миллионы парней мечтают быть похожим на него, но он такой один. Весь мир подождёт, пока он просто проходит мимо. Его глаза цвета шоколада манипулируют сознанием любого человека. Скажите, кто ещё так умеет? И сейчас он ожидает своей очереди. Тихо и мирно. Чувствует на себе взгляды молодых девушек, как они хихикают — всё это порядком смущает его. Никто даже не задумывался о том, какого черта он здесь делает, что чувствует, о чём думает — всё это несущественно для людей, которые и понятия о нём не имеют, а ведь он был опасным человеком. — Мистер Стилински? — с некой опаской произнесла его имя девушка, сидевшая в нескольких шагах от него. Парень посмотрел на неё. Его руки были сцеплены в замок, это помогало ему успокоиться, — Миссис Хаген уже ожидает вас, – Она опустила свой взгляд в экран компьютера. Cтайлз лениво поднялся с мягкого кресла, поправил рубашку и направился в сторону кабинета. Он не мог не чувствовать взгляды на своей спине, в том числе и секретарши. О чём же они думают? Презрение? Ненависть? Зависть? Всё это наверняка отразилось на их лицах, но ведь они даже не знают его. Рука Стайлза плавно легла на холодную ручку двери, нажав на неё, отчего дверь подалась вперёд. Он прислонил к ней ладонь, оттолкнув резную дверь из тёмного дерева перед собой. Она тихо открылась, унося Стайлза за собой. Парень оказался в светлом кабинете. Вот уже который раз он видел одну и ту же картину. Справа от него стояло большое зеркало, он увидел в нём своё идеальное отражение: челка, зачёсанная наверх, спущенные штаны и кривая осанка. Жаль, что зеркало не отражает тебя таким, какой ты внутри, тогда бы мы увидели людей настоящими, такими, какими они являются на самом деле. — Присаживайся, Стайлз, как твои дела? — женщина лет тридцати пяти сидела в нескольких метрах от него. Она указала на сидение перед собой, и улыбнулась. Стайлз сделал несколько шагов и сел на указанное кресло, положив руки на специальные подкладки. Он знал, о чём пойдёт разговор, и чем он закончится, но это было необходимо. Женщина внимательно смотрела на него, а кончики её пальцев были прижаты друг к другу, пока она ждала речь Стайлза. — Нормально, — бросил парень, и это было правдой. Всё, что он сейчас чувствует, можно охарактеризовать одним словом «нормально». И никак иначе. Нормально — это, по его мнению, середина между «очень плохо» и «почти улыбка». Но это очень слабое почти. — Когда было плохо? — спросила женщина с сожалением. Это было частью её работы — испытывать сожаление. — Вчера. — Мы договаривались, что ты подготовишься к нашему разговору. Помнишь? — женщина чуть наклонилась, а вместе с ней и её короткие белокурые локоны чуть выше плеча. — Помню. Я готов, — Стайлз сцепил руки в замок, облизнув свои покусанные губы. — Ложись на кушетку. Стайлз встал, повернув голову налево и сглотнув ком в горле. Его сердце болезненно ёкнуло, а желудок скрутился. Он вновь облизнул свои губы и направился в сторону той самой кушетки кремового цвета. Сев на неё, он провёл рукой по обивке, пытаясь расслабиться. Женщина подошла и села на кресло, что стояло рядом с кушеткой. Она закинула ногу на ногу, держа в руке блокнот и ручку. Стайлз лёг, и его взору представились натяжные потолки белого цвета. Положив руки на грудь, он посмотрел на женщину. — Готов? — спросила она, заметив его взгляд. Стайлз неуверенно кивнул, потому что не был готов. — Да, — соврал он. — Когда достигнешь критической точки, остановись, — приказным тоном, но с ноткой доброты пробормотала она, не забыв при этом улыбнуться. — Хорошо, — прошептал Стайлз, чувствуя, как его пульс ускоряется, и как растёт волнение. — Начинай.

***

Пип-пип-пип-пиип! Это не сигнал тревоги, это всего лишь чёртов будильник. Только его можно так яро ненавидеть с самого утра. За это короткое время у себя в голове Лидия Мартин уже перебрала огромную кучу ругательств, которые только знала. Утро и так не сладкое, а осознание того, что если ты останешься в кровати ещё на десять минут, то в итоге опоздаешь на первый урок, придаёт только злости. Скинув с себя тёплое одеяло, Лидия заняла сидячее положение, вытянув руки перед собой с такой силой, что где-то в плече хрустнула косточка. Проведя ладонью по горячему лицу и по глазу, девушка поднялась с кровати и направилась в ванную комнату. Она встала перед зеркалом, изучая свой сонный вид. Лёгкие мешки под глазами от недосыпа (она снова допоздна сидела за компьютером). Рыжие волосы слегка запутались и чуть завивались от прошлой укладки. Выдавив немного зубной пасты, Лидия смочила зубную щётку, после чего принялась усердно чистить зубы. После всех водных процедур она вышла из ванной, чувствуя, что уже почти проснулась. Открыв шкаф, Лидия изучила содержимое, переминаясь с ноги на ногу и обдумывая, что ей надеть. Хорошо. Пусть будут джинсы. Когда одежда элегантно села на хрупкое тело Лидии, девушка подошла к большому зеркалу, чтобы осмотреть своё лицо. — Это нужно скрыть, — прошептала она сама себе, проведя пальцем по мешкам под глазами. Двадцать минут, и макияж нанесён. Она снова без завтрака, снова опаздывает — и так будет каждый день, прежде чем до неё дойдёт завести будильник на более раннее время. — Доброе утро, милая, — пропела ей мама, сидя за обеденным столом. — Привет, мамуль, — Лидия чмокнула её в щёку и схватила хлеб со стола, быстро запихивая его в рот, — Я без завтрака, опаздываю, — запивая соком, пробухтела она. — Ты всегда опаздываешь, — печально произнёс брат Лидии, доедая омлет. Ему всего восемь. Он очень огорчён уходом отца из семьи. Это случилось год назад. Отец тогда честно признался, что завёл другую семью. Семья Мартин долго проклинала его, предателя. — Хорошего дня, Бен, — махнув брату рукой, Лидия скрылась в коридоре, а после и за дверью. Она не столько опаздывала, сколько торопилась. Ей просто хотелось скорее увидеть Дэйна. Возможно, это из-за него она не завтракает по утрам и так тщательно скрывает все изъяны на лице. Из-за него не делает уроки, а просто тупо сидит и ждёт, когда он позвонит. А он не звонит, что очень огорчает её. Заведя мотор своей не новенькой машины, красавица Лидия направляется в школу. На её губах лёгкая улыбка и блеск для губ. Она не любила косметику, но старалась выглядеть в лучшем свете, чтобы её парень не стыдился её. Лидии повезло, ей досталось место в центре школьной парковки. Редкость, знаете ли. Коварно улыбнувшись,она припарковала машину, схватила небольшой рюкзак, который был скорее для вида, чем для учёбы, и вышла из машины. Толпа людей уже двигалась к входу, и это жутко бесило Лидию. Она не любила находиться там, где так много народу: то на ногу наступят, то локтём в рёбра ударят. Удачно зайдя в школу и оказавшись живой, Лидия поправила причёску и осмотрела, в порядке ли она. Нелепые шушуканья раздавались со всех сторон. Что только не обсуждали в этой школе. Но самые главные новости выносились по громкоговорителю во время перемен: все сплетни, признания и прочий бред. — Добрый день тем, кто уже перешагнул порог школы! Прежде чем вы пойдёте на уроки, директор хочет напомнить вам несколько правил: строго запрещено кидать мелочь в фонтанчик на школьном дворе, ибо стояк засоряется, что приводит к поломке. За приклеивание жвачек к столам в школьной столовой грозит наказание в виде недельной уборки на кухне. Какой кошмар! — Астрид слегка похихикала, продолжив говорить: — Я буду ждать ваши любовные, дружелюбные или ненавистные сообщения, которые вы хотите, чтобы я объявила, так что не стесняйтесь. Усмехнувшись последним новостям, Лидия подошла к своему шкафчику. Введя нужный код, она засунула туда свой рюкзак и устремила взгляд в зеркало. Проведя указательным пальцем по нижней губе, Лидия убедилась, что выглядит идеально. Две горячие руки неожиданно легли на её талию, заставив блаженно вздрогнуть. Лидия улыбнулась и развернулась, желая увидеть лицо своего обожателя. — Привет, — промурлыкал Дэйн так медленно и так сексуально. — Привет, — Лидия положила свои ладошки на накаченные руки парня, слегка сжав бицепсы. — Я звонил тебе вчера, но кто-то просто подышал в трубку, а потом отключился. — Дэйн нахмурился. Его голубые глаза вызывали недоумение. Лидия опустила голову, слегка встряхнув кудрями. — Да, это Бен. Не знаю, зачем он ответил. — Это было сексуально. Я отвечаю, а там вздохи, — Дэйн коснулся губ Лидии, оставив сладкий поцелуй, после чего переместился на шею. Он резко вжал её в открытую дверцу, заставив девушку охнуть. — Дэйн, только не в школе, — взмолилась Лидия, чувствуя смущение. Проходящие мимо люди смотрели на них, как на самую горячую пару школы. Это неловко. — Хорошо. — Дэйн чмокнул свою девушку в губы. — Тогда сегодня. — Поцелуй. — У меня дома. — снова поцелуй. — Хорошо? — Он резко оторвался, посмотрев в глаза Лидии, которая до сих пор не отошла от поцелуев. Она кивнула несколько раз и улыбнулась, чувствуя нарастающее возбуждение внизу живота. — Хорошо, — прошептала она, облизывая губы, на которых пять минут назад был блеск. — Надень кружевное бельё, ты же знаешь, как я его люблю, — прошептал Дэйн на ушко Лидии. Она кокетливо закусила нижнюю губу, коварно посмотрев на него. — Договорились. Дэйн чмокнул свою девушку в губы, сцепив руки. Она любила его прикосновения, они были такими нежными и в тоже время грубыми. Этот парень чувствовал власть над своей девушкой. Она таяла под его взглядом, а ему это нравилось. Дэйн наклонился, страстно впиваясь губами в губы Лидии, отчего девушка ударилась головой о дверцу шкафчика, тихо простонав. Ник покусывал её губы, одновременно лаская их.