Хоть что-то

«-Черт, ты должен был прикрыть меня! -Ты целовался с его девушкой. Будь я им, я бы тебя убил.» — Сука, — костяшки пронзила острая боль, а над головой пошатнулась картина, — кретин.       Крис был чертовски зол. И даже не помогало лицо Вильяма, которое он представлял вместо стены. Так хотелось, чтобы здесь был он, ударить его так, чтобы сломать его слишком идеальную челюсть, почувствовать на кулаке не свою кровь, а кровь этого мудака. « — А ты не устал быть такой шлюхой, а Крис? Ты, наверное, чувствуешь себя более значимым? Не таким ничтожным? Как это блядство поможет тебе стать похожим на меня?»       Кровь вскипает от воспоминаний их спора. Так сильно не ругались они давно. И эта фраза, брошенная Вильямом непонятно для чего, въелась в сознание Криса. «Стать похожим на меня». Он действительно считал себя идеалом, и Криса это раздражало. Тот, кого он считал своим другом, всё это время принимал его за своего подражателя. И это злило ещё больше. А желание разбить мистеру Идеалу челюсть возрастало с каждой секундой.

***

      Очередная пятница. И очередная вечеринка, на которую Эва идёт с подругами. Очередная вечеринка, на которой она собирается не сильно напиться. Очередная вечеринка, на которой она собирается не грузиться. Очередная вечеринка, на которой она собирается не думать о нём, собирается не искать его в толпе, собирается не надеяться увидеть его улыбку. Очередная вечеринка, на которой она собирается не целоваться с Крисом, а потом смотреть как тот уводит с вечеринки очередную девушку. Она не хочет всего этого. Но, кажется, что всё это стало болезненной необходимостью.       Эва заходит в дом следом за Нурой и сразу отправляется за алкоголем, одновременно всматриваясь в лица присутствующих. Всё, как она собиралась сделать.       В кровь поступает такой необходимый алкоголь, а узел, сжимающийся в груди, чуть ослабевает. Из головы медленно уходят ненужные мысли. И вроде бы становится легче. Пока взгляд не цепляет идеально уложенные тёмные волосы и растянувшуюся знакомую ухмылку, заставляющую сердце замереть в груди.       И, конечно же, он не один. Но как же трудно становиться дышать, когда Эва замечает рядом с ним Нуру.

***

— Что тебе нужно, Крис? - спрашивает блондинка. — Да так, ничего. Просто захотел поговорить, — слегка тянет Крис. Губы привычно расплываются в ухмылке, но в этот раз нет привычной непринуждённости. Он слишком напряжён. Особенно, когда знает, что она здесь, а он до сих пор не рядом. Чувствует взгляд, но старается сфокусироваться на стоящей перед ним Нуре. — Ты не знаешь, где Вильям? — имя бьёт по ушам, кулаки непроизвольно сжимаются. — Зачем ты с ним встречаешься? Думаешь, что ради тебя он перестанет быть собой? — Крис, мне кажется, это не твоё дело, — спокойно отвечает Нура, но Крис замечает нахмуренные брови, и мысленно ставит галочку: в яблочко.       Дальше всё происходит на автомате. Парочка комплиментов, улыбочек. Всё так фальшиво. И самому противно. А игнорировать пристальный взгляд получается всё сложнее. Очередная шутка, и Нура хихикает. — Что здесь происходит? — Вильям. Говорит спокойно, но Крис сразу замечает ходящие желваки. Давай, злись, для чего был весь этот концерт? — Да так, просто болтали.       Развернувшись, Крис оставляет их одних. Это конечно не сломанная челюсть этого урода, но хоть что-то. А сейчас ему срочно нужно пиво.       И она. Чёрт. Когда она успела засесть так глубоко в мыслях, что выкинуть её оттуда никак не получается? Когда найти её взглядом стало нужным как кислород? Когда заставить её смутиться и покраснеть стало самым большим достижением всей жизни? Когда случилось то, что без неё он стал чувствовать себя ничтожеством? Когда всё начало сводиться к ней? Почему вдруг, услышав где-то Эва, его сердце предательски пропускает парочку ударов, а мысли сразу сбиваются? Почему ему плохо, когда её нет поблизости, когда он не чувствует кожей её присутствия? И почему от её улыбки становится легче? Кажется, он нашёл ответ.

***

      Плохо. Ей пиздец как плохо. Не надо было мешать пиво с водкой. Хотя, скорее всего, в этом виноват не алкоголь. Эву выворачивает наизнанку от обиды и отчаянья. Осознание, пришедшее несколько минут назад, выбивает весь воздух из лёгких. Хочется лечь и умереть, а не признавать чувство, растекающиеся в груди каждый раз. Каждый грёбаный раз, когда она думает о нём. Когда видит, слышит, чувствует. КрисКрисКрисКрис. В голове нет ничего больше.        А ему наплевать на всё. Наплевать на неё. Зачем ему Эва, когда каждая девушка здесь готова лечь под него по первому требованию. И не только здесь, кажется, во всём мире. И от этого становится ещё хуже. Кажется, если бы сейчас её переехал автобус, она бы не заметила.       Очередной обжигающий горло глоток, и внезапно хочется заорать, содрать с себя кожу, содрать с себя этого мудака. — Воу, может тебе хватит, не думаешь? — голос парня Нуры раздаётся над ухом. Слишком громко. — Нет, — хрипит Эва в ответ. Ей сейчас не до Вильяма. Хочется поскорее отвязаться и уйти с этой вечеринки. — Эй, зачем же грубить. Я просто беспокоюсь.       Эве слишком плохо, чтобы задуматься о его словах. Слишком плохо, чтобы обращать внимание на руки у неё на талии, на шёпот, который она не может разобрать. Единственное, что она понимает, что это всё не то. Не те руки, не тот голос, не тот человек.       Вдруг становится холоднее, а рядом пустота. Первое что видит Эва, открывая глаза, это Крис с кулаком, занесённым для удара. Эва видит перед собой лишь напряжённое лицо, когда она перехватывает руку Криса. Она не замечает, как просит Криса остановиться. Не понимает, откуда берутся силы на то, чтобы не умереть от пронзительного взгляда любимых глаз. А Крис, хоть и зол, но слушается.

***

      Гнев мигом улетучивается. Ещё минуту назад, когда он увидел Вильяма и его Эву, которая, кажется, была настолько пьяна, что ничего не понимала, гнев разрастался в груди со страшной скоростью. Но когда Вильям посмотрел прямо на Криса и ухмыльнулся, у парня совсем снесло крышу. Он не успел опомниться, как его друг лежал под ним с окровавленным носом. Но этого было мало. Он не смог бы остановиться. И Крис бы убил его, если бы не обжигающие прикосновение руки. И её голос, заставляющий чувства утихнуть. Она смотрит на него с таким ужасом в глазах, что ему хочется обнять её и бесконечно просить прощения. За то, что заставил её испугаться. За то, что всё видела. За то, что не успел к ней раньше.       Крис медленно поднимается, подходит к ней, боясь что она сейчас его оттолкнёт, скажет никогда к ней больше не подходить. Но она лишь смотрит в его глаза. Она действительно напугана. И в который раз за вечер Крису трудно дышать, когда она обнимает его, обнимает так крепко. И он даже не сразу замечает, что она вся дрожит, а футболка влажная. — Эй, ты чего. Ну хватит плакать. Всё же хорошо. Эва,- Крис пытается её успокоить, но ничего не выходит. И он просто берёт её аккуратно за талию и выводит из дома. А она потихоньку успокаивается.       Знал бы Крис, что она счастлива просто от того, как он произнёс её имя, что на этот раз он уводит не какую-то девушку, а её. И от этого на лице у девушки появляется что-то наподобие улыбки.       Знала бы Эва, как счастлив Крис, что она уже не так дрожит в его руках, а на её губах эта недоулыбка. Знала бы она, что сегодня он дал себе обещание, что её больше никто не тронет, что он убьёт каждого, кто попробует её обидеть. Ну, или разобьёт нос. Это конечно не сломанная челюсть, но хоть что-то.