Часть 2
12 декабря 2016 г., 10:39
Гангрел ринулась вниз по ступенькам убежища, злобно рыча в ответ на всё усиливающийся стук.
— Да иду я, иду! — взвыла она, распахивая дверь, — и замерла на месте.
— Ну-с… — прошипел Штраус язвительно, на грани ярости, — не могли бы вы объяснить, почему я только что получил это? — с этими словами он поднял конверт, держа его двумя пальцами за край, словно слизняка, которого собрались препарировать.
— О господи… — будь неонатка жива, она покраснела бы как помидор. — Это ведь не то, о чём я думаю?
— Полагаю, так и есть. Я всё ещё жду действительно хорошее объяснение тому, что это попало ко мне.
Гангрел ещё некоторое время была недвижима, прежде чем вернуться к проблеме. Чего ради кому-то (кхмГэрикхм) присылать постер Регенту? Нет, если Голден рассчитывал, что её прибьют за такое, он всё правильно сделал, но на это ли он рассчитывал? Нет, это было бы чересчур. В таком случае, попросту унизить её перед всеми Сородичами города? Ну, тут уж он точно преуспел!
Максимилиан кашлянул, напоминая о себе, и выдернул девушку из глубин собственного разума.
— Да, прошу прощения, проходите, пожалуйста, сейчас я всё объясню. — по крайней мере она могла проявить вежливость, что в подобных ситуациях могло стать решающим фактором между не-жизнью и окончательной смертью. Штраус чуть поумерил пыл, войдя в квартиру, и без ожидания приглашения уселся на ближайший диван. Гангрел чуть не сказала «чувствуйте себя как дома», но осеклась: в данный момент оно того явно не стоило.
— Я принесу выпить… — Тремер поднял руку в отклоняющем жесте, и помещение вновь погрузилось в неловкую тишину.
— Я так посмотрю, не мне одному пришло в голову сюда явиться.
Штраус и юная Гангрел повернули головы в сторону двери. На косяк её, скрестив руки и непринуждённо ухмыляясь, опёрся Беккет. Неонатка спрятала лицо в ладонях и утробно зарычала.
— Пожалуйста, только не говори, что тебе пришёл один из этих…
— …постеров?
— …блять. — Девушка проигнорировала выражение лица Штрауса, скривившегося от обсценной лексики, и потёрла виски. — Да уж, а ночка всё лучше и лучше…
— Новообращённая как раз собиралась рассказать, почему это недоразумение, — Максимилиан указал на конверты на столе, — распространяется по городу.
— Вот именно что недоразумение! Мне и самой интересно! — Гангрел тяжело выдохнула. — Слушайте, во-первых, я сама только что об этом узнала, а во вторых, тут только лицо моё!
— Как может только лицо быть вашим? — спросил озадаченно Штраус; Беккет также выглядел растерянным.
— Компьютерные технологии. — проворчала она. — Гэри взял мою фотографию и, очевидно, отфотошопил её, приклеив моё лицо к какому-то пин-апу.
— Отфото…шопил? — Господь всемогущий, они тут совсем о компьютерах не слышали? Ладно Штраус: он уже, наверное, несколько веков не-живёт практически безвылазно в своей Капелле, — но у Беккета оправданий не было. Он видел мир. Путешествовал. Да ему вообще ничего не мешало влиться в современный стиль жизни!
— Фотошоп. Программа такая. Компьютерная. — проще было сказать как данное и отмахнуться.
В дверь вновь кратко постучали, и в проёме показалась голова Найнса Родригеса.
— Эй, малыш?
— КАИНА РАДИ, И ТЫ ТОЖЕ?!
— А, ну то есть ты уже в курсе…
Свирепое лицо неонатки говорило само за себя.
— ГЭРИ ГОЛДЕН, Я СДЕРУ С ТЕБЯ ШКУРУ, ВЫПОТРОШУ И КИШКИ ПУЩУ НА ПОДВЯЗКИ!
— Такие же, как на постере?
— БЕККЕТ, ЗАТКНИСЬ! — неонатка сделала несколько глубоких (и по сути бесполезных) вдохов, пытаясь успокоиться, затем обвела взглядом всё увеличивающееся в численности собрание Сородичей. — Ладно, слушайте, мне правда очень жаль, что вас всех в это втянули! Поверьте, я меньше всего хотела бы, чтобы нечто подобное произошло.
— Почему вообще вы решили, что позволить Голдену получить вашу фотографию — это хорошая идея? — Штраус смотрел на неё как на дуру. Вполне справедливо.
— Ну я же не думала, что он вытворит такое!
Беккет открыл рот, но был прерван телефонным звонком.
— Ой. Ничего, если я возьму?
— Разумеется.
Гангрел подошла на кухню и взяла трубку.
— Алло? — С той стороны на неё кричали. — Князь, я сейчас всё объясню!
