Серая мышка Скамандер

— Альфис! — говоря шепотом, тетя Куинни разбудила ее, тревожно глядя ей в лицо. Она была так напугана, что крохотные морщины на ее лице стали глубже. — Твои кошмары такие яркие! С ума сойти! Девушка еще смотрела на тетю сонно. Понадобилась пара секунд, чтобы придти в себя. Так, она была в Дорсете вместе с братом и Китчем, родители вернулись в Лондон из-за загруженности на работе. Сегодня было двадцатое августа, она шла в Косой Переулок за всем необходимым для шестого курса обучения в Хогвартсе. Вчера она не могла уснуть, хотя устала за день, и ей снился… Черт возьми. И ведь Куинни это увидела, прочитав ее мысли. Альфис не могла определиться, стыдно ли ей или страшно. — Я не читала мысли, — едва обиженно заметила тетя. — Я, между прочим, спала. Но у тебя такие громкие кошмары… — Какой сейчас час? — Без пяти семь. Альфис торопливо оделась и вышла из комнаты, чтобы не разбудить разговорами младшего брата, что все еще крепко спал. Утренняя прохлада наполняла все пространство, она висела в воздухе, словно дымка, за окном моросило. В такую погоду сонным казался сам дом Скамандеров, как и все его обитатели. Шмыгнув носом, девушка торопливо спустилась вниз, чтобы выпить чаю, а потом приняться за утренние обязанности. — Сладкая моя… — тетя следовала за ней, преисполненная жалости. — Нет ничего страшного или постыдного в том, что тебе снится этот мальчик… — Я все еще не хочу об этом говорить, — хрипло отозвалась Альф, поставив чайник на сильный огонь. — Но почему? — Куинни села на стул рядом, глядя на нее с заботой. — Ты же знаешь, что я сохраню любой твой секрет! Альфис на мгновение взглянула на нее, затем стыдливо отвернувшись. Тетя, это было видно краем глаза, выпрямилась, изменившись в лице. — Это я знаю уже давно, — выдохнула она. — И я все еще уверена, что ты не должна себя за это корить. — Я не могу разлюбить мальчишку, который почти что меня убил, — горько хмыкнула девушка, занимаясь чаем. — Это очень глупо. И, если я не буду себя за это корить, я буду глупой вдвойне. — Ты знаешь, что все не так просто, — тетя покачала головой. — Я же вижу, как ты это чувствуешь. И я очень редко в своей жизни сталкивалась с подобной болью, как у тебя. И еще реже я сталкивалась с теми людьми, которую так мудро могли эту боль преодолеть. У тебя хорошо получается. — Да, просто отлично, — Альфис положила крышечку обратно на чайник с заваркой, стукнув слишком громко. Звонкий «бряк» заставил ее поморщиться из-за неприятного звука. — Можем мы просто забыть об этом снова? Я не выспалась и я хочу выпить чаю. Куинни слишком часто заставляла ее ворошить прошлое и думать о себе. Пришлось приложить немало усилий, чтобы вспомнить основы окклюменции и снова закрываться от врожденного дара тетушки. И то, помогало не всегда, потому что совершенно не хватало самообладания и сосредоточения. Так она выяснила, что племянница не желает снова стричься и одеваться в красивые аккуратные платья, потому что такой она нравилась Барнабасу. Для Альфис это тоже было маленьким открытием. Эту причину она прятала в глубинах своей души, не осмеливаясь и подумать о чем-то таком всерьез, но, все же, это были ее настоящие мысли и чувства. От тетушки правду скрыть было невозможно. Придуманные оправдания можно было оставить для себя, а не для нее. Еще тетя прознала про спрятанную в глубинах тумбочки Насторожицу, и предложила носить ее, но только потому, что это очень полезная вещь, не лишенная при этом простой и изысканной красоты. Так же Куинни узнала про то, какую пьесу Альфис подарила Барни на День Влюбленных, и, когда племянница мысленно пересказала ей сюжет, то вздохнула, озвучивая давние мысли девушки: — Ой, их история так похожа на вашу! — после этого Альф напряглась сильнее, упражняясь в окклюменции по несколько часов в день. Свое плохо начавшееся утро девушка постаралась занять мыслями о том, как она пойдет в Косой Переулок. Во-первых, рядом не будет Говарда. Хоть он и был занозой в заднице, но без него покупать учебники и чернила было бы втройне скучнее. Еще там впервые за шесть лет не было бы Барни. Они с Дианой условились встретиться у Гринготтса ровно в десять утра. Кстати, ей уже исполнилось шестнадцать, и у нее был очень тихий, но уютный День Рождения. Говард подарил ей очень дорогое перо для письма, которое могло писать конспекты вместо нее и, черт возьми, Альфис недоумевала, где был такой же подарок для нее на все значимые дни в этом году. На фоне этого старинная серебряная заколка для волос казалась бестолковым подарком, но Диана оценила его даже больше, чем заколдованное перо. Это растрогало гриффиндорку. Ну и приятным бонусом было то, что она утерла кузену нос. Кажется, подруга хотела сказать кое-что важное, но потом она узнала, что к Скамандерам на днях должна приехать миссис Ковальски, а потому решила перенести рассказ, секретность которого уже начинала тревожить. И сегодня у них тоже не получилось бы поболтать об этой тайне. Тетя уезжала только завтра. Альфис думала написать Диане после отъезда Куинни. Ведь Надзор за это время окончательно сняли, можно было переписываться, о чем угодно. И, все-таки, девушка была уверена, что подруга ничего не расскажет таким образом. Шадис не была одной из тех людей, что могли выдать важную информацию в письме, не заботясь о том, как собеседник по переписке мог отреагировать. Нет, Диана рассказала бы ей только с глазу на глаз, обязательно сотню раз извинившись за такую задержку и секретность. Если бы там было что-то по-настоящему задевающее ее, подруга не начала бы рассказ, не убедившись сначала, что Альфис готова к нему морально. И девушка думала много раз, что такое может знать Шадис, о чем не положено знать никому, кроме них двух. С такой таинственностью они говорили только о Барни, но ведь Альф знала о нем ровно столько же, сколько и Диана, а, может быть, и больше. У нее были связи, у нее были воспоминания об этом мерзавце… Черт, как она опять дошла до мыслей о нем? — Не выражаться, — рефлекторно подметила тетя, уже готовя завтрак для них с Джоной. — Я в мыслях, — усмехнулась Альф, уже не такая злая на Куинни за то, что она следит за ее головой. — Я знаю, — с ухмылкой откликнулась тетушка. — Это плохая привычка. — Мама тоже выражается, — пожала плечами Альфис. — О, попробуй запретить твоей маме выражаться! — перезвон смеха раздался на всю комнату. — Она работает мракоборцем уже большую часть своей жизни. Ее коллеги — потрепанные жизнью мужчины, ее враги — закоренелые преступники, — и, только успела девушка подумать о том, что она тоже собирается стать мракоборцем, тетя поцокала языком, — а ты, милая, хоть и похожа на маму, не сумеешь стать таким же солдатом, как она. — Мракоборец должен сначала делать, затем думать, а потом только чувствовать, — Альф вспомнила старую нелестную поговорку. — Да, понимаю. Я слишком благородная и милосердная для этого. Но я же не главой отдела стать собираюсь. И у меня хватит ума не пожалеть тех чудищ, с которыми я буду бороться. — Некоторые чудища могут тебя обратить на свою сторону, — каким-то глухим голосом сказала тетя, стоя к ней спиной. — Будь ты хоть умная, хоть милосердная, хоть все и сразу… — Это было другое, — снова обиженно заметила Альфис, приняв это, как укор в свою сторону, как насмешку над ее борьбой с Барни. — Я говорю не об этом мальчике, — неожиданно резким тоном прервала ее Куинни. — Я говорю о волшебниках, подобных Грин-Де-Вальду. Никогда нельзя быть такой самоуверенной. Испытав стыд и страх, девушка уткнулась взглядом в свою чашку чая, не говоря ни слова. За все утро они эту тему больше ни разу не поднимали. В половине десятого утра они уже были в Косом Переулке, кипящем волшебством и неутомимой энергией, хотя погода сегодня была пасмурной и не расположенной к веселью. Альфис была рада видеть эту пеструю аллею со всеми магазинчиками, разными домами, маленькими лавками, разрывающимися от обилия товаров. Ведьмы и волшебники в совершенно разных одеждах ходили тут и там, болтая друг с другом. Посетителей везде было навалом. Девушка развернула свой список, читая о нужных ей вещах сама. Куинни и Джона с почти одинаковым восторгом оглядывались по сторонам. Вряд ли их сейчас можно было заставить сосредоточиться на покупках. Ведя их за собой, маленького ребенка и взрослое дитя, Альф первым делом направилась к банку. Ей там нужно было только встретить Диану, а деньги уже были. Ей их дал папа, чтобы дочери не пришлось в одиночку разбираться с банковскими гоблинами, которые скрывали за своим равнодушием большую хитрость. По пути пришлось потратиться на мороженое для брата, а шляпку себе тетя купила сама. На одну секунду Альфис и сама задержалась, разглядывая витрину магазина «Волшебное оборудование для умников». Она помнила, что там есть целый стенд, посвященный Астрономии. Цены на оборудование на этом стенде были довольно высокие. Именно поэтому Франка Диего, ее подруга с Когтеврана, отдавала всю себя изучению звезд, сама делала гороскопы и звездные карты. Помимо нее был только один человек, так любивший небесные тела… — Альфис! — Джона дернул ее за рукав. — Пойдем в «Волшебный зверрринец»! Пожалуйста! Там такие животные! — У нас не так много времени, милый, — ответила ему сестра почти что грустным голосом. — И не так много денег. Помнишь, я тебе рассказывала, откуда берутся деньги? — Из Гррринготтса, — выговорил мальчик сложное слово. — Мы можем пойти и взять еще. — Мне еще нет семнадцати. То есть, я не такая взрослая, чтобы брать оттуда деньги сама. Там ведь работают гоблины. Знаешь, почему с гоблинами сложно работать? Джона кивнул, но не ответил вслух. Наверное, папа не очень лестно отзывался об этих существах. А ругаться Джона не любил. — Идем, мы там встретим Диану, — Альфис повела брата к банку. — Твою подррругу! — мальчик улыбнулся. — Ты была у нее уже. И ты ей пишешь все лето! — Потому что мы друзья, — усмехнулась девушка. — Друзья пишут друг другу и ездят в гости. Мы с ней учимся вместе. Вместе поедем в школу, вместе будет учиться… — Дрррузья, — хмыкнул Джона. — У тебя много дрррузей в школе? — Не знаю, — пожала плечами Альфис. — Теперь уже не знаю. Со мной могут перестать дружить. — Из-за того мальчика! — брат снова потянул ее за руку. — Я слышал. Он тебе снится. — Мы тебя разбудили, когда говорили об этом? — виновато спросила Альф. — Нет, ты еще говоррришь во сне, — поведал ей мальчик с интересом. — Я помню, как ты мне о нем говорррила. Он тебя сильно обидел, ты из-за него болела. А вчеррра ты сказала его имя… — Поговорим об этом дома, — перебила его сестра. — Это будет наш с тобой секрет. Широкая заговорщицкая улыбка Джоны говорила о том, что он готов снова поиграть в важных разведчиков. Тетя Куинни наверняка знала, о чем они говорят, ведь мальчик не защищал свои мысли, а, наоборот, открывал их всем, но промолчала, только лишь раз взглянув на племянницу. Они втроем шли еще недолго, хоть и часто останавливались или замедлялись по пути. Альфис увидела парочку знакомых учеников, помахала им рукой. Первым был Томас, один из ее дуэлянтов. Он был рад ее увидеть. Следом в толпе промелькнула Джоанна, но она очень торопилась, так что просто помахала рукой, постеснявшись закричать приветствие на весь Переулок. Знакомые лица стали мелькать в толпе чаще. Некоторые ребята за лето сильно изменились: вытянулись, похорошели, загорели, да и просто отдохнувший вид прибавлял им красок. Ни к одному знакомому Альф не подошла. Она боялась увидеть на их лицах страх, разочарование, презрение или даже гнев. Вот кого девушка была без сомнений рада увидеть, так это семейство Макгонагалл. И к ним она подошла без колебаний. — Альфис! — Минерва с озорными искрами в глазах, радостно улыбаясь, крепко ее обняла. — Куда же ты растешь? — Туда же, куда и ты! — усмехнулась Альф, взглянув на их маленькую разницу в росте. — Как твои дела, Капитан? — Вот, покупаю все братьям, — Минни показала на двоих мальчишек за спиной. — Малькольма ты уже знаешь, — парнишка, очень похожий на свою сестру, растянул тонкие губы в скромной улыбке. Он тоже был гриффиндорцем и в этом году должен был учиться уже на четвертом курсе, — а это Роберт, я уверена, что рассказывала тебе о нем. — Помню, твой младший брат, — девушка протянула руку первокурснику с темными волосами и светлыми глазами, которые смотрели на нее снизу вверх, очень робко. — Ну привет, Роберт. Я Альфис. Было видно, что он смущен и побаивается, но руку ее пожал без колебаний. — А это Джона, — Альф показала на своего брата, который уже бежал к ней, приметив новых людей рядом с сестрой. — Ему уже исполнилось четыре. — Пррривет! — мальчик улыбнулся Минерве и ее братьям. — Мы видели вас, — сказала она. — Месяц назад вышла та газета… — Ах, да… — Альфис отвела взгляд, неловко закусив губу. — Мы знаменитости, я же тебе говорррил! — младший брат обратил на нее гордый взгляд. — Весь мирр теперррь о нас знает. — Очень скромный мальчик, весь в сестру, — улыбнулась Макгонагалл. — Вообще-то, я так и не поняла, что с вами случилось. Никто не пострадал? — Нет, наша семья в целости, — успокоила ее (и себя) соседка. — А Шадисы? — Они быстро эвакуировались. Кстати, я сейчас к Диане на встречу иду. Может быть, пересечемся еще сегодня? — Альфис подмигнула, начиная испытывать тот старый добрый задор, который появлялся у нее в преддверии школьного года. — Посмотрим, — Минни не смогла удержаться от ухмылки, а потом едва сжала ее плечо, забывая о той сдержанности, которую проявляла на людях. — Рада, что ты в порядке, Скамандер. До встречи. Роберт, Мальком, не отставайте! Соседка тут же выпрямилась и пошла вперед, уводя за собой двух мальчишек. Альф посмотрела им вслед, держа за руку своего брата. Снова заморосил дождь, Джона захихикал про себя, вытерев лоб тыльной стороной ладошки. Макгонагаллы быстро исчезли в толпе, волшебники в которой начали натягивать шляпы на глаза, чтобы влага не намочила им лицо. — Ребята! — тетя Куинни появилась из магазина напротив, подав им зонтик. — Держите. Хоть бы забежали под козырек. Хотите заболеть? — Спасибо, — сказала девушка, взяв зонт и раскрыв его. — Который сейчас час? Тетушка прикрыла глаза, затем чуть дернула головой в сторону какого-то прохожего. Альфис обожала в детстве этот трюк, когда Куинни не спрашивала прохожих, а просто читала их мысли в поисках нужной информации. И, честно говоря, даже спустя несколько лет она не перестала любить эту штуку. — Без пяти десять, — сказала тетя через пару секунд. — Я определенно расслышала голос Дианы. Вздохнув, Альф снова пошла в сторону банка, теперь уже ускорив шаг. Теперь она хотела еще скорее увидеть подругу, обнять ее снова, а потом наговориться, чтобы можно было не посылать несчастного Сниффла в Уэльс хоть один денек. У Гринготтса было много людей. Они входили в банк целыми семьями, выходили оттуда. Пожилые волшебники, взрослые работники Министерства, молодые люди, кадеты-мракоборцы, ученики от седьмого до первого курса. Диана стояла чуть подальше от двери, стараясь не мешать. На ней была надета желтая накидка, в руках у нее был клетчатый зонт. Увидев Скамандеров и миссис Ковальски, она прямо расцвела, чуть ли не подпрыгнув на месте. — Я тоже очень рада тебя видеть! — Куинни сжала ее в крепких объятиях. Диане пришлось убрать зонт за плечо, чтобы прическа женщины не запуталась в прутьях. Затем Альфис поторопилась обнять свою подругу, широко улыбаясь. Пока они вместе спускались с порога банка, Джона подбежал к пуффендуйке, хватая ее за руку, хотя он не видел ее вживую уже достаточно долго и вряд ли узнавал в лицо. — Диана! Ты у нас была дааавным-давно! Ты и Альфис посылаете сов каждый день! — Потому что я очень по ней скучаю. И по тебе тоже. Ты, наверное, и не помнишь, как я гостила у вас в последний раз, — Шадис наклонилась к мальчику, прикрывая его своим зонтом. — А ты уже умеешь писать письма? — Я умею рррисовать дррраконов, — гордо ответил мальчик. Альфис решила не уточнять, что эти драконы — просто змеи с каракулями вместо крыльев, шипов и огня из пасти. Они все равно были по-своему прекрасны. В папином чемодане в кабинете над столом висела целая коллекция таких рисунков. — Когда Альфи уедет в школу, я буду прррисылать ей нового дррракона каждый день! — Звучит прекрасно! — с энтузиазмом поддержала Диана, ведя его за руку дальше по переулку. — Тогда и мне пришли одного. А, как научишься писать, подпиши их, пожалуйста. Я ведь не знаю, как они называются. Знаю, что есть один вид в Уэльсе. — Валлийский зеленый! — с придыханием подметил Джона, затем засунув палец в рот. Он так делал, когда задумывался. — Он добрррый. Людей не ест. Живет высоко-высоко, у самых облаков. И он красиво поет. Скамандер улыбнулась, услышав, как брат взахлеб рассказывает об одном из своих любимых драконов. Она тоже любила огнедышащих существ, вот только уже слишком выросла, чтобы выставлять это напоказ и подолгу говорить об огненных крабах с папой. Альф любила их в тайне, потихоньку. В книжном магазине, пока они с Дианой ходили за продавцом, вытаскивающим книги с полок, Куинни и Джона застряли в отделе последних журналов со всего мира. Тетушка едва пролистала «Ведьмин Досуг», потом, пролистав какой-то журнальчик о моде, пробормотала что-то о безвкусности автора статьи. Джона тянулся к справочнику о русалках. Альфис, не удержавшись, купила ему книгу Марвуда о русалочьем языке. Конечно, Джоне пока было рановато это читать, но девушка была уверена, что через пару годиков он сможет посвятить себя и этому делу. Да и папа с радостью мог ему помочь. — Письменные принадлежности, снадобья для расширенного курса зельеварения, стандартный котел №3, новая школьная мантия… кхм, весь школьный комплект одежды, — Куинни едва приподняла брови, но тут же снова приобрела невозмутимость. — Я что-то упустила, девочки? Точно ничего? Альфис с Дианой переглянулись, вспоминая, что они еще могли забыть. Скамандер вспоминала, что она покупала, когда рядом был Говард и Барни. Она даже не успела себя одернуть, как обычно, когда тетя Куинни встрепенулась: — Да, астрономические карты и дневник для наблюдений, — закивала она. — Пойдем пока за формой для Альфис. А, пока на ней будут делать мерки, мы успеем купить все оставшееся. Заодно в магазине отыщу, наконец, список в своей сумочке… Альф вздохнула, тут же растеряв весь свой чуть ли не праздничный азарт. Стоять в магазине в одиночестве, не имея возможности пошевелиться, пока мадам Малкин будет заниматься шитьем, было не самым лучшим времяпрепровождением. Это был Косой Перулок, день покупок к школе, а она половину списка пропустила бы, покупая одну только форму. Ее школьная одежда была бы цела, если бы не… Ну, надо было прекратить думать об этом! — Мы после покупок еще зайдем за мороженым, — тетя приобняла ее за плечи. — Можем зайти в магазин волшебных шутих. Сколько из них можно пронести в Хогвартс? — Зависит от размера и шума, — ответила Шадис с ухмылкой. — Говард знает об этом все. Альфис подумала, что это подмечено очень точно. Для Гова проверка почты в школе не была проблемой, а уж чемоданы их и то практически не проверяли. Самой большой проблемой для него было купить и пронести шутиху мимо своей мамы. Тетя Куинни тихо рассмеялась, очарованная то ли такой беззаботной болтовней, то ли ностальгическими мыслями племянницы. Девушка и сама улыбнулась, поддавшись общему веселью. Мерлиновы кальсоны, она и не думала, что так может по всему этому скучать. Может быть, дело в том, что за все это лето она не особо много хорошего повидала. В магазин мадам Малкин Скамандер вошла уже одна, погрузившись в эту приятную прохладу, звуки шороха и шелеста и запахи разных тканей. Молодая работница за стойкой, читающая журнал для ведьм-домохозяек, подняла на нее глаза, спрятанные за толстой оправой очков. — Добрый день, что вы хотели? — поинтересовалась она любезно. — Хотела бы полный комплект школьной формы и одну мантию на себя, — сказала Альфис, немного робея, но подходя ближе и положив руку на стойку. Работница прищурилась, приглядываясь к ней. Девушка, почему-то, поняла, что сотрудница швейного магазина присматривается вовсе не к ее формам. Глаза-щелки внимательно вглядывались в ее лицо, прежде чем от женщины послышалось многозначительное «оу», а потом уже не такой уравновешенный громкий зов: — Мадам! К вам клиент! — работница, приподняв большую юбку, выбралась из-за стойки, оставив там свой журнал, и убежала куда-то на склад. Альфис, чувствуя себя уже совсем неловко, огляделась. Она в магазине, пока что, была одна. Неподалеку огромный рулон шелка разворачивался сам по себе, сматываясь на другой катушке. У другой стены стоял целый шкаф-витрина, уложенный исключительно тканью в шотландскую клетку, все различались по цветам, были с разными квадратами, абсолютно разные и в то же время одинаковые. Манекены у входа махали прохожим изящной рукой, манили сюда. Наряды на них, конечно, были по последнему писку моды. Спустя полминуты тишины, когда девушка уже начала подумывать о том, чтобы выйти отсюда, а одежду приобрести попозже, уже точно с кем-нибудь из взрослых, мадам Малкин появилась сама, широким шагом пересекая весь зал, изящно огибая вешалки и катушки. — Мисс Скамандер! — она приветственно склонила голову. — Рада вас видеть. Мне сказали, что вам нужен весь комплект школьной формы и новая мантия, верно? — Да, совершенно точно, — кивнула Альфис. Швея пробежалась по ней оценивающим взглядом, а потом кивнула самой себе. — Встаньте-ка на ту подставку, — по мановению ее палочки подставка вылетела из-под прилавка, улетая вдаль зала. Девушка поднялась на нее, вытерпела все манипуляции с измерительной лентой. Как и во все прошлые разы, Альфис все еще побаивалась, что эта лента, извивающаяся, словно змея, может ненароком ее задушить. Мадам, посмотрев на результаты, записанные самопишущим пером, бодро вздернула нос. — Как я и думала! — изрекла она, уже нагруженная тканью. — Что ж, мисс, вам придется очень надолго замереть. И Скамандер с трудом сдержала стон отчаянья. В первые полчаса она считала минуты, потом сбилась со счета, когда ее чуть уколола булавка. — Надеюсь, моя сотрудница вас не смутила? — подала голос Малкин, не обращая на нее внимательного взгляда. — Не обращайте на нее внимания. — Отчего она так смотрела на меня? — спросила Альфис. — Потому что ваше лицо было в газетах минимум дважды за последние три месяца, а у нее хорошая память на лица, особенно на те, которые часто мелькают на первых страницах, — мадам зажала булавку между губами, а потому больше ничего не говорила. Скамандер совершенно не привыкла к тому, что эта женщина так много говорит. Она общалась так легко только лишь с Барни, когда они пришли сюда перед третьим курсом. Но ведь его отец был ее деловым партнером. А кто для нее Альфис? Подруга сына делового партнера, которую этот самый сын втянул в большую беду. С чего бы ей так общаться с ней? Тем не менее, отмахнувшись от паранойи, которая чуть ли не заставила напрячься всем телом, Альф решила воспользоваться этим. — Могу я задать вам вопрос о Сэмюэле Роджерсе? — спросила она тихим, но серьезным тоном. — Можете попробовать, юная леди, но не думаю, что я его хорошо знала, — отозвалась швея спокойно. — Мы не так часто пересекались, а теперь и вовсе не видимся по понятной причине. Переведя дух, девушка начала задавать вопросы: — Как думаете, кому он мог понадобиться? — Не имею ни малейшего понятия, — покачала головой Малкин. — Уже лет пять в волшебном мире царит спокойствие. В Косом Переулке даже в темные времена редко случались плохие инциденты. Если уж мракоборческий отдел не может справиться с этим делом, куда уж мне, простой швее. Хоть в голосе женщины и не было слышно даже намека на укор, но Альфис все равно почувствовала, как предательски краснеет, машинально начиная злиться. — Извините, я ни в коем случае не хотела вас задеть, — мадам быстро это заметила. — Я имела в виду, что я не слишком сильна в догадках. Да и не мое это дело, хотя его сына мне было жалко. — Может быть, вы слышали что-нибудь о Роджерсах от коллег? — Альф прогнала мысли о Барнабасе, вытесняя следующим вопросом. — Нет, здесь о них практически никто не говорит и не вспоминает. Они ведь работали у входа в Лютный переулок, наверняка там о них слышали лучше и говорили больше. Но это, как вы знаете, не самое надежное место. Если бы не сотрудничество с мистером Роджерсом, я бы и вовсе обходила это место стороной. — Не знаете, что теперь будет с лавкой? — девушка до этого самого момента внушала себе, что ей плевать на ту чертову лавку, но, тем не менее, спросила. — В Лютном переулке не так много посетителей и жильцов, так что она, наверное, будет пустовать. Хотя мне неизвестно, какие там установлены порядки. Может быть, кто-то и выкупит себе это здание, — мадам пожала плечами, затем набросила на девушку еще одну ткань с вырезом для головы. Из всего этого разговора Скамандер выяснила только то, что Малкин либо и впрямь ничего не знает, либо врет, стараясь держаться особняком посреди своих посетителей. Ее не в чем было винить, она шила одежду для разных волшебников, надо было иметь достаточно самообладания, чтобы ходить по нейтральной грани между этими сторонами, не вызывая неприязни к себе ни у кого из клиентов. Больше Альфис вопросов не задавала, так как ответ уже был очевиден. Время снова замедлилось и шло чертовски долго. Уже начали подкашиваться ноги, когда ей принесли готовую мантию. Спустя еще, казалось, час, мадам разрешила спуститься с пьедестала, уходя в свою комнату для шитья, чтобы доделать юбку и рубашку. Сидя на стульчике у стойки, Скамандер дожидалась либо того, что ей принесут одежду, либо того, что тетя, наконец, появится здесь вместе с Дианой и Джоной. Когда колокольчик над дверью зазвенел, оповещая о новых посетителях, девушка вскинула голову, но увидела вовсе не своих близких. Брайан, ее сокурсник, член ее Дуэльного клуба и бывший участник «Пятерки», смотрел на нее в ответ так же удивленно и с той же опаской. Его отец, пройдя следом, кинул на нее откровенно враждебный взгляд. — Мистер Эйвери, здравствуйте, — мадам Малкин отвлекла на себя внимание. — Что нужно вам? — Подшить школьную мантию, — ответил мужчина. У него были темные волосы, завязанные в длинный хвост, вытянутое лицо, на котором вытянулся острый длинный нос. Брайан был похож на отца тем, что у него были такие же глубоко посаженные глаза. Сам юный когтевранец стоял в стороне, выпрямившись, как натянутая струна. — Тогда встаньте на подставку, мистер Эйвери, — швея обратилась прямо к юноше, он молча занял положенное место. Альфис отвернулась к окну, тоже напряженная. Она разглядывала всех волшебников в толпе, пытаясь разглядеть за ними свою родню. Отец Брайана прошел чуть дальше, предпочитая держаться ближе к сыну. — Расплатитесь пока, — мадам указала на стойку, за которую снова села ее помощница, нервно поправляя свои очки. — Тут дело только в рукавах и подоле. Займет не больше часа, да и стоит будет… — Цена не имеет значения, только поспешите закончить за полчаса, — отрезал взрослый волшебник, холодно глядя на нее. — Что ж, я постараюсь, — немного покраснев от растерянности, Малкин ушла в швейную комнату вместе с мантией. Пока мистер Эйвери расплачивался с ее сотрудницей, Альфис взглянула на Брайана, заметив, что он тоже на нее поглядывает. Уже спустившись с подставки, он потирал затекшие руки, бросая на сокурсницу редкие взгляды. Скамандер знала, что когтевранец ей не помеха. У него ни разу не получилось причинить ей хоть толику вреда, хоть он и состоял в группе опасных молодых колдунов, которым она не раз бросала вызов. Брайан и в Дуэльном клубе не разговаривал с ней, он был только ее дуэлянтом и учеником, не претендуя ни на что другое. Тогда, во времена Надзора, у чистокровных не было другой альтернативы. Из замка практически все предпочитали не выходить, заняться было нечем, кроме учебы и прогулки по бесконечным коридорам Хогвартса. Можно было бы играть в Плюй-камни, а можно было пойти в Дуэльный клуб, где Скамандер была капитаном. И, если честно, она тоже пошла бы в клуб, будь там капитаном хоть Сигнор Трэверс. Плюй-камни никогда ее не привлекали, как, видимо, и половину школы тоже. — Мисс Скамандер, вы тоже расплатитесь, — сотрудница подала голос. Альфис заплатила назначенную цену, и у нее даже осталось несколько сиклей, которые можно было потратить с чистой совестью. Эйвери, стоявший рядом, успешно ее игнорировал, как и девушка его. Даже не взглянув в сторону мужчины, она ссыпала монеты в свой кошелек и развернулась обратно к своему стульчику. — Подождите еще немного… Над дверью снова прозвенел колокольчик. О, Мерлин, никогда еще девушка не была так рада увидеть свою тетю. — Тебе еще долго ждать, милая? — спросила она, не обратив внимания ни на кого больше. — Еще где-то час, — ответила помощница Малкин, когда Альфис повернулась к ней. — Час, — кивнула тетя. — Давай я дождусь за тебя, дорогая. Ты уже расплатилась, хорошо. Диана и Джона в магазине напротив. Ты же сможешь купить мороженое и себе? Отлично. Альфис едва оглянулась, заметив озадаченное лицо мистера Эйвери и растерянного Брайана. Не раздумывая и секунды, она благодарно улыбнулась Куинни и вышла из магазина мантий, чуть ли не бегом добираясь до кондитерской. Подругу удалось разглядеть с пяти метров. Она опиралась на свой зонт, Джона тоже взялся за рукоятку, чтобы не потеряться. В других руках у них обоих было по рожку мороженого. У Дианы, конечно, медовое, у младшего Скамандера — земляничное. — Та еще загвоздка с этой одеждой, — улыбнулась Шадис, даже не заикаясь о времени. — Мы тут неплохо провели время. Правда, медвежонок? — Да! — протянул мальчик. Он и не сказал бы ничего другого, кушая большой шарик мороженого под присмотром красивой доброй девушки. Альфис не смогла сдержать улыбки. — Не хотите прогуляться? — спросила она. — Куинни еще долго будет ждать мою школьную форму. Если она освободится раньше, то все равно нас не потеряет. Диана с сомнением пожала плечами, но потом, переглянувшись с подругой и ее братом еще разок, кивнула. Раскрыв зонт, девушки ступили на брусчатку снова. Неспешной походкой они пошли вперед, по искривленной улице, где даже во время мороси прохожих не стало меньше. Окидывая поверхностным взглядом все лавочки, магазины и цветастые вывески, Альф рассказывала Диане про то, что с ней происходило в магазине мантий, о разговоре с мадам Малкин, даже о том, как она пересеклась с двумя Эйвери. Шадис молча и терпеливо слушала, Джона еще увлеченно лизал свое нескончаемое мороженое, явно не вслушиваясь в непонятные разговоры, где было много непонятных слов и фамилий. — Ну, мадам Малкин действительно не может ничего знать, — подала голос Диана, когда подруга закончила рассказ. — Свидетелей в Косом Переулке может быть не так много. Ты не спрашивала маму о том, как продвигается это дело? — На самом деле, нет, — тихо призналась Альфис. Этим летом, она, конечно, думала о Роджерсе старшем, ведь, по всеобщему мнению, из-за его пропажи Барни сошел с ума, но вот погружаться в подробности расследования девушке хотелось меньше всего. Она либо не думала об этом, отвлекаясь на другие важные мысли, либо вообще не хотела думать, когда стала запрещать себе всякие волнения из-за Барнабаса. Как всегда, это было опрометчиво и глупо — спрашивать посторонних, когда ее родная мама принимала самое непосредственное участие в расследовании. Надо было включить мозги и спросить ее. — Она рассказывает тебе все, что ты хочешь знать, — Шадис погладила подругу по плечу. — Так что не переживай. И не стыдись. — С чего бы мне стыдиться? — нахмурилась Альфис. — Эта семейка чуть не угробила меня. Конечно, я хочу знать… — Передо мной можно не оправдываться, ты знаешь, — поспешила сказать ей Диана без тени улыбки, глядя с сочувствием. Скамандер кивнула самой себе, подмечая, что подруга права. А, подняв глаза через пару секунд, девушка увидела его — поворот в Лютный Переулок, из которого тянуло еще большей прохладой. — Я больше не хочу, — буркнул младший брат, отдавая ей мороженое и заглядывая в недра мрачной улицы, напротив которой они практически остановились, сильно замедлив шаг. — Туда мы не пойдем? — Нет, жмырик, — тихо ответила ему сестра, пытаясь отвести взгляд от дома Роджерсов, что стоял к ним лицом. — Мы просто… Мы просто стоим и отдыхаем. — Нам лучше отойти отсюда, — Диана потянула ее подальше. Взгляд ее был направлен на какую-то сгорбленную фигуру, промелькнувшую в глубине Лютного переулка. Альфис, едва увидев там движение, и сама поспешила отойти, загораживая Джону собой. Тем не менее, они не пошли дальше, лишь разглядывали лавку артефактов издалека. Казалось, что она работает, что там, на втором этаже, кто-то наверняка суетится, хлопоча с утра. Вот только ставни были намертво закрыты, окна изнутри завешаны плотными темными шторами. На первом этаже в стеклах витрины были заметны большие и маленькие трещины, которые мракоборцы, видимо, для пользы расследования, не стали чинить. Или же это был след какой-то исключительно разрушающей магии, которая не подчинялась любому заклинанию из раздела Репаро. Альфис почувствовала, как любопытство бодро шевелится у нее в груди. Хотелось подойти ближе, присмотреться к тому, что творится за окном. Каким был магазин Роджерса за этими черными балахонами на стеклах? Какая разруха царила внутри? Наверняка там было темно, холодно и так пыльно, что не было возможности вздохнуть. Скамандер поняла, что, увидь она хоть какие-то следы борьбы, то могла бы предположить, как сильно сопротивлялся Сэмюэль, как сильно ему навредили. Знал ли Барни о том, что творилось в его доме в тот день? Был ли он там хоть раз за полгода? А, если сигнальные чары не наложены или отменены, он мог быть там внутри прямо сейчас… — Альфис! — послышался предупреждающий оклик. Девушка очнулась, понимая, что она уже в полутора метрах от дома, едва ли не протягивает руку, чтобы положить ладонь на витрину и вглядеться внутрь, хоть это и было совершенно бессмысленно. Оглянувшись, Скамандер увидела, как Диана стоит неподалеку, опасливо следуя за ней маленькими шагами. Джона крепко держал пуффендуйку за руку, не отрывая от сестры растерянного взгляда. — Не переживай, — спокойно ответила Альф, отведя глаза на мороженое в своей руке. — Пойдем отсюда. — Я еще… — Шадис вздохнула, пытаясь не говорить о том, что сейчас случилось, — я еще хотела сказать… Не заморачивайся по поводу газет. Это все пройдет, когда ты уедешь в школу. — Да, там меня ждут проблемы крупнее, — Скамандер не сумела сдержать горькой усмешки. Тем не менее, Диана смеха не поддержала. Вздохнув, девушка отвела взгляд снова, пытаясь выбросить из головы все эти чертовы заботы. Волшебницы с очень хорошей памятью, которые помнят ее лицо из газет, сны, которые видела тетя Куинни, напряженный Брайан, который почему-то часто поглядывал на нее. Надо было освежиться. Если она приедет в школу в таком виде и с таким кислым лицом, на нее набросятся, словно хищники на жертву. Вообще-то, Альфис очень сильно не хотела меняться. Переменами она была сыта по горло. Но, стоило ей вспомнить, что она не пыталась хоть что-то в себе изменить, потому что Барни любил ее такой… — У меня остались деньги. Хочу пойти и подстричься снова, — заявила она, обратив глаза на подругу. Мгновение Диана оставалась удивленной, прежде чем улыбнуться и кивнуть в поддержку. — Тогда пойдем скорее, — сказала Шадис, в чьем мягком взгляде блеснуло озорство. — Когда тетя Куинни узнает… — Нет, никаких туфлей на каблуке и юбок-тюльпанов! — решительно покачала головой гриффиндорка, затем рассмеявшись. Казалось невозможным, что после встречи с домом Роджерсов они смогут улыбнуться так быстро, но они не просто улыбнулись, они рассмеялись. Вместе. Повернувшись к заботам спиной, как и хотели.