Привет, я Кларенс!

Солнце нагло лезет через штору по полу и на кровать. В квартире пахнет цветами и кофе. Кажется, этот запах уже захватил все. Скоро начнется сезон звездопада. Скоро квартира опустеет. Скоро сон переберется с ночи на день. Кошка лениво моргает. Еда приятно шкваркает на сковородке. Люсинда лениво перебирается на подоконник, выпуская хозяина с кровати. Аромат притягивает, гипнотизируя. — Кофе… — Уже давно ждет тебя. — Кошмар, я заставил его ждать! Я здесь, кстати, ни при чем, это все Люсинда. Кофе растекается лавой по всему телу, даря пробуждение. Стоять еще не хватает сил, поэтому он устраивается на столе. — Какие планы? — Отсутствуют, Ночной Кошмар. — Ох, как ужасно! — Изображает обморок. — Теперь ты точно не уснешь спокойно. — С тобой никогда не удается уснуть спокойно. Это слово вообще не находит себе применения в нашей жизни. — Это ты так жалуешься? Maybe. Нет, ответить — сдаться. Их разговоры полны язвительности и сарказма, но так проявляется любовь. Ирландский квартал изменил их. Из Ирландского квартала вышли другие люди. Те, предыдущие, погибли в Ирландском квартале. Папочка и Кларенс погибли на дне бутылки, на остатке бычка, на конце иглы. Кошка — первое важное решение в новой жизни. — Чудовище? — Да? Теперь роли поменялись. Теперь поменялось все. Теперь все произносится вслух. — Ты ужасно прекрасен после сна. — Ты ужасно сентиментален после сна. Кларенс теперь плюется ядом. — Ох, нет, я растворяюсь. Кларенс теперь ведет. Кларенс теперь управляет спектаклем. Кларенс первым накрывает чужие губы своими, притягивая ногами за талию. Кошка недовольно шипит, когда они врываются в спальню.

***

Дом и сад, конечно, немного опустели и запылились. Но уют никуда не сбежал. Он разделился между домом, садом и квартирой на другом конце города. Кошка всегда с ними. Она никогда не оставляет хозяев в покое. Кошка любит сидеть на окошке кухни. Прошел год с того серого дня. Сегодня все вернется. Такие правила. Так всегда в сказках. Но в это верит только Кларенс. — Почему ты веришь? — Потому что… Потому что я знаю наверняка. Ночью Кларенс запирает двери и окна. Ночью Кларенс колдует над маленьким прудом. Ночью Кларенс добавляет травы в прозрачную воду. Кошка бежит от них. Кошка же не любит воду. Зря. Кошке вода поможет. — Чудовище! — Бегу. Чего кричать то? — Потому что ты, Ночной Кошмар, сам сказал, что надо сразу лезть на дерево. — Это же старое суеверие, Дневная Греза.

***

Солнце сменяет Луну на посту. Бриз сменяет Шквал. Тепло сменяет Прохладу. Люсинда меняет все вокруг себя, сглаживая острые углы этого мира. Люсинда смягчает их воспоминания. Люсинда хочет былого комфорта. — Знаете, что? — Что? — Сонно отзываются в один голос. — Это было мучительно долгое ожидание. Ты же демон, а ты великий колдун. Не могли поторопиться?! Она, отряхивая платье, вылезает из прудика. Они сваливаются с дерева по очереди. — Мы… Мы не помнили. — В смысле? — Ну, мы совсем забыли о всей это белиберде. — Мы решили прождать год, чтоб наверняка не накосячить. Они и вправду забыли все. Только за день до бури. Только за сутки до вихря. Только за 24 часа до перемен. Они вспомнил все. Все обряды, все истории, все заклинания. Не зря ведь так долго были просто людьми. — Прости. — Замолчи! Не люблю это слово. Вы, я смотрю, совсем все забросили. Лопаты, грабли в руки и марш в сад. А я пока в доме приберусь. Наверняка пыль везде. Тоже мне «Великие и ужасные создания», тоже мне «Правители миров», тоже мне «Единственные правильные и верные души». Дети, ей Богу.

***

Волшебница доверяет обоим. Оба — Кошмары для своего мира. Оба — Великие и Ужасные. Обоим плевать на статус.