Сильное напряжение

      Холодный зимний вечер. В такие дни приятно сидеть у камина, с кружкой горячего какао, наслаждаясь любимой книгой или фильмом. Фриск же вместо этого, брела по заснеженной дороге, в глухом лесу. Она пару раз спотыкалась и падала в снег, от этого полностью промокнув и замерзнув. Но девочка не собиралась возвращаться домой, она жила со своей приёмной матерью — Ториэль, которая сегодня уехала куда-то не предупредив её. Ребёнок шёл до тех пор пока полностью не выбился из сил, но даже тогда она не теряла решительности. Сноудин был уже близко и дом двух братьев-скелетов тоже. Они пригласили Фриск к себе в гости ещё на той неделе, для совместного просмотра фильма, но кто же мог знать, что в эту пятницу будет так холодно.       Уже подходя к дому ребёнок еле передвигал ноги. Фриск слегка постучала и вдруг чихнула, стукнувшись головой о дверь. Внутри послышался грубоватый мужской голос — это был Санс, старший из братьев. — Да иду я, иду. Зачем так ломиться?! — он явно был чем-то раздражен и не был расположен к тёплой дружеской беседе. Но открыв дверь, и увидев маленький, замёрзший, промокший, сжавшийся у двери комочек, сразу потеплел, голос его смягчился: — Фриск — это ты. Здорово, мы уже с Папсом думали, что ты в такую стужу дома останешься. — но оглядев девочку с ног до головы более сурово добавил, — Но лучше бы дома сидела, вот если простудишься Ториэль взбесится неимоверно и с нас три шкуры сдерет. Так ладно, — он укоряющим взглядом посмотрел на Фриск и покачал головой, та лишь сильнее сжалась, прижимаясь к его ноге, — Проходи, будем отогревать тебя. — Девочка поплелась за старшим скелетом. В доме было гораздо теплее, чем снаружи. С кухни послышался голос Папируса: — О ЧЕЛОВЕК! Я ТАК РАД, ЧТО ТЫ ПРИШЕЛ! — он всегда так радостно встречал её, когда она приходила к ним. — Смотри не окостеней от радости. — отшутился Санс, его и так ни сходящая с лица улыбка, стала ещё шире, девочка тихо хихикнула, прикрыв это чихом, чтобы не злить Папса, но, увы, не вышло. — САНС! ПЕРЕСТАНЬ КАЛАМБУРИТЬ! ЗНАЕШЬ, КАК ЭТО БЕСИТ? ГЛУПЫЙ МЕШОК С КОСТЯМИ! — в глазах горела не поддельная ненависть к брату. — Ага. — ухмыльнулся он, подмигнув братцу — ЧЁРТ! ОПЯТЬ! В СЛЕДУЮЩИЙ РАЗ Я, ВЕЛИКИЙ ПАПИРУС, НЕ ПОПАДУСЬ НА ТВОИ УЛОВКИ! — и сгорбившись от злости он ушёл на кухню, готовить своё «превосходное» спагетти. — Конечно, — подшутил он над братом, повернувшись к Фриск, скелет собирался ей что-то сказать, но не успел, с кухни раздался оглушительный крик: — САААНС, Я КОГДА-НИБУДЬ УБЬЮ ТЕБЯ! — Дружок, извини, но кажется ты чуток опоздал. — послышалось тихое и недовольное бормотание, Папс понимал — спорить бесполезно, Санс снова превратит все это в шутку, а он ещё сильнее разозлится. — Ладно, поговорим позже, а сейчас надо тебя подсушить, — скелет коснулся фиалкового свитера в лиловую полоску и сурово взглянул на девчонку, — Да она же вся насквозь мокрая, — Фриск подтвердила это очередным чихом, — А ну живо в ванную, — щеки старшего слегка подернулись синевой, — Я принесу тебе что-нибудь из своего. — девочка кивнула и побежала на второй этаж, — Вот же неугомонная, — добавил он, когда та уже скрылась за дверью, все сильнее «краснея». — Так, надо ей что-нибудь найти, пока её одежда будет сохнуть. — пробурчал старший поднимаясь по лестнице.

***

      Санс осторожно постучал в дверь, его лицо было все «красное», оттуда послышалось одобрительное: «Входите». Приоткрыв дверь, он заглянул внутрь, посередине комнаты стояла Фриск, обернувшись в… Что?!.. Обернувшись в его полотенце. Возмущённый, но до сих пор весь синий, он вошёл в ванную. Почему именно его? Почему не Папса, а? Но резко остановился прямо перед Фриск. Капли воды, медленно стекающие с волос на плечи, и невинный взгляд, которым она смотрела на него, а самое главное, что его остановило, то что под полотенцем совершенно ничего не было… Старший «покраснел» от пяток до макушки. Тихо что-то промямлив, и отводя взгляд куда-то в сторону, он протянул ей свою старую любимую толстовку и шорты, как только девочка взяла это, скелет сразу выбежал из ванной, ни сказав ни слова. Захлопнув дверь за собой, Санс облокотился на неё и тяжело отдышался, вспомнив, какой беззащитной она была перед ним, как капала вода из душа, как от пара распушились её ресницы, её хрупкие руки, покрытые царапинами, тонкая, покрытая испариной шея, её разбитые коленки, такие маленькие ступни, и полотенце лишь слегка прикрывавшее её бедра. От каждой этой мысли синева становилась все более густой. Немного успокоившись он отошёл от двери и спустился в гостиную. Папс, к этому времени уже простивший «нахального», по его мнению, братца, крикнул: — САНС, ЗОВИ ФРИСК! МОЁ ПРЕВОСХОДНОЕ СПАГЕТТИ ГОТОВО! — только брат приподнялся с дивана чтобы позвать девчонку, как вновь вспомнил её, полуобнаженную, мокрую, столь невинную, стоящую посередине ванной, он вмиг осел, и нервно крикнул Папирусу в ответ: — Как выйдет, так и выйдет, Папс, не мешай мне телек смотреть… — его лицо снова густо «покраснело». — НУ ЛАДНО… ЧТО-ТО ТЫ СЕГОДНЯ САМ НЕ СВОЙ, САНС. ЧТО-ТО СЛУЧИЛОСЬ? — полюбопытствовал младший. — Можно и так сказать, хах, — тихо ответил он, — Нет, все нормально, — уже громче сказал скелет. — ОК… — протянул Папс, стоя посреди комнаты с тарелкой спагетти, — НО ЕСЛИ ЧТО, ОБЯЗАТЕЛЬНО ГОВОРИ, ВЕЛИКИЙ ПАПИРУС НАЙДЕТ ВЫХОД ИЗ ЛЮБОЙ СИТУАЦИИ! — гордо заявил он — Ага, конечно, — усмехнулся Санс. — А вот и я! — со второго этажа послышался звонкий, как колокольчик голос Фриск, спускаясь по лестнице, она потянула носом, — Мммм! Сегодня твои спагетти, Папирус. Обожаю его. — наигранно сказала девчонка, Санс понимал, что это чистой воды ложь, потому что спагетти Папса, не будем врать, отвратительно. Как ни прискорбно, но Сансу приходилось есть это каждый Божий день. Ужасно не правда ли? — САНС, ДА ОНА ВЫЛИТЫЙ ТЫ! ТОЛЬКО С КОЖЕЙ И ВОЛОСАМИ И ЕЩЁ ОНА ДЕВЧОНКА, НО ЭТО НИЧЕГО! ВСЁ РАВНО, КАК ДВЕ КАПЛИ ВОДЫ! — воскликнул от восторга скелет, эта была правда. Но не сейчас, так как на ней была его ЛЮБИМАЯ толстовка, которую он снял прямо с себя, и сейчас он сидел только в футболке и шортах. Пройдя к дивану, Фриск плюхнулась прямо рядом с Сансом заставив его слегка посинеть. Он с интересом начал разглядывать её, она не обращала на это особого внимания. И сразу же ему стало ясно, что его одежда достаточно сильно велика девочке, потому что толстовка болталась на плечах, сильно оголяя шею, а шорты спадали так, что были видны бедра, но не дальше, так как Фриск вовремя это замечала и успевала их подтянуть.

***

— Папс, ты скоро там? Кино скоро начнётся. Мы тебя ждать не будем. — протянул Санс не отрывая взгляда от телевизора. — УЖЕ БЕГУ! — крикнул он, выходя из кухни, и держа перед собой тарелку этих ужасных мучных изделий, — ПРОСТО МОИ СПАГЕТТИ БЫЛИ НЕДОСТАТОЧНО ИДЕАЛЬНЫ! — Хорош бубнить, не слышно ничего, садись уже. — злобно сказал старший, так же взглянув на Папса, тот лишь гордо задрал голову вверх и поставил этот тихий ужас на журнальный столик. — ПРИЯТНОГО АППЕТИТА… — обиженно сказал он. — ПАПС! — в один голос крикнули Фриск и Санс.

***

— Хорошо посидели, — сказал старший, потягиваясь, и по-дружески приобнимая девчонку, которая под конец фильма задремала на плече у скелета. — Ага, — кивнула она, потянувшись — ЧЁРТ! СНОВА МЫ НИЧЕГО НЕ СЪЕЛИ! ДАЖЕ Я ЗАБЫЛ О СВОИХ ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫХ СПАГЕТТИ! — начал причитать Папирус. — Так, малая, думаю одежёнка твоя уже высохла, — протянул скелет, зевая, и прикрывая ладонью рот, — Я тогда тебя провожу до дома, но на всякий случай позвоню на ваш домашний, вдруг Ториель ещё не вернулась, — он подмигнул Фриск и перенесся к телефону, стоявшему, на небольшом столике напротив входа. Набрав номер, он прослушал несколько гудков и услышал автоответчик: «Здравствуйте, Вы дозвонились Ториэль Дриимур. Меня сейчас нет дома, оставьте своё сообщение после сигнала.»       Санс не стал дожидаться сигнала и положил трубку. Весело повернувшись он сказал: — Малая, гуляем! Ториель ещё не вернулась. Хочешь на ночь у нас остаться? — девочка активно закивала головой, радостно улыбаясь. — А что она скажет если вернётся, а меня дома нет? — улыбка пропала с её миленького личика. — Хммм… И правда… Есть всего два варианта, либо она разберет нас по косточкам, либо скажет: «Какие Вы молодцы, приютили у себя мою дорогую Фриск, чтобы ей не было так страшно одной всю ночь». — скелет попытался подделать голос Ториель, но у него не вышло, от этого стало ещё смешнее, девочка уже лежала на диване, опрокинувшись на спину, и едва не упала с него. Но старший вовремя телепортировался и успел подхватить её на руки. Пускай и высота была не большой, но девчонка могла сильно удариться спиной о пол. Санс сам пару раз так падал, задремав, лежа перед телевизором, скатывался во сне, был сильный грохот, а потом его спина ужасно ныла где-то неделю. Внезапно шорты Санса, которые были на Фриск сползли, от падения, ниже чем обычно, скелет резко «побагровел» и отвернулся пока девочка подтягивала их. — Всё, — гордо сказала она, — Можешь поворачиваться. — повернувшись, он увидел, что она сама вся покраснела, особенно это было заметно по носу и кончикам ушей, которые будто вот-вот задымятся. — Прости, что дал такую одежду, другой у меня не было, — виновато промямлил синий скелет, — Пойдём, посмотрим, может твои вещи уже высохли, — потирая затылок сказал он. — Пошли, — радостно согласилась девчушка.       Поднимаясь по лестнице он шёл сзади. Шорты начали потихоньку сползать с Фриск, но Санс вовремя это заметил, и отвернувшись, как следует посинев, аккуратно, кончиками костяшек, подтянул их.

***

— Все сухо! — крикнула девочка скелету, решившему остаться за дверью. — Хорошо, — сказал он, добавив, — Я тогда пойду вниз, а ты переодевайся, — и он с облегчением выдохнув, спустился.

***

      Фриск переодевалась так долго, что Санс за это время уже успел уснуть. Разбудил его вес давящий на ноги. Встряхнув головой, и согнав остатки сна, он увидел сидящую на его коленях девчонку, смотрящую прямо в его глазницы, и довольно улыбающуюся. — Малая, слезь. Мне больно. — на этот раз слегка поголубев, сказал скелет. Фриск слезла, положив рядом с ним аккуратно свернутую толстовку, которую он сразу же натянул на себя. На ней остался, такой лёгкий, едва уловимый, запах Фриск. Девчонка села рядом, облокотившись на него, и почти сразу же задремав, так что старший не мог пошевелиться, и в скором времени сам тоже задремал.       Папирус, выйдя из кухни, остановился, и начал умиляться этой картине. Затем, после того, как минут семь простоял, любуясь ими, накрыл парочку лёгким синим пледом. Фриск дернула носом, и немного поерзав, ещё сильнее прижалась к Сансу, старший же повернулся и крепко обнял девчонку.