А под снегом лёд

Открыв глаза, Келл понял, что солнце уже давно встало. Значит, он не был дома всю прошлую ночь. Рик точно узнает об этом. Хотя юноша ничего и не собирается скрывать. Он расскажет ему всё. Поднявшись на кровати, Келл увидел, что находится в комнате один. Значит, Андре выполнил своё обещание. Так же, как и Келл своё. Но… надолго ли хватит этого обещания? Келл не знал ответа на этот вопрос, да и не хотел на него отвечать. Слегка улыбаясь, он встал с кровати. Всё так и должно было закончиться. Келл достиг своей цели. Вот только почему… он не чувствует облегчения? Посмотрев на стол, юноша нашёл то, что искал – записку. Он знал, что так и будет. Просто знал. Потому что после этой ночи и не могло быть по-другому. «Если он выгонит тебя, знай, что я всегда буду ждать тебя. Прости за то, что был в твоей жизни. И за эту ночь прости…» Быстро прочитав короткое письмо, он разорвал его и бросил в горящий камин. Смотря на то, как белая бумага превращается в пепел, Келл понял, почему не чувствует облегчения. Он потерял навсегда. Потерял что-то неуловимое и столь сильное, что внутри от этой потери становилось невыносимо больно. Как будто тело наполнилось осколками, которые давили и резали кожу изнутри. - Зачем ты просишь прощения? Это я появился в твоей жизни, а не ты! Ненавижу это в тебе больше всего! – не сдержавшись, выкрикнул юноша. Прогоняя ком, сжимающий горло, Келл быстро пришёл в себя и осмотрел своё грязное липкое тело. Андре так и ни разу не кончил в него. Только на него: на живот, бёдра, грудь… Намочив полотенце, он вытер своё тело и быстро одевшись, ушёл из этого отеля. По дороге домой Келл ничего не чувствовал и даже не понимал, по какой дороге идёт и на какой улице находится. Внутри него была только пустота, наполненная острыми осколками. Как будто бы он только что отдал душу. Не думать и не чувствовать – лучший выход из сложившейся ситуации. Зайдя в дом, Келл несколько раз представил, как встретит Рика и как будет смотреть ему в глаза. Не долго думая, он решил сразу избавиться от этой проблемы и тут же пошёл к нему в кабинет. Лучше пусть это случится сразу, чем тянется до неизвестно какого времени. Пусть вся боль наполнит его сегодня. Как он и полагал, Рик оказался у себя в кабинете. Он как обычно работал с каким-то документами. Или, точнее, пытался работать. Подняв глаза на вошедшего, мужчина замер, крепко сжимая перо в руке. На бумагу упало несколько капель чернил. Келл спокойно смотрел на него, ожидая, что тот начнёт разговор первым. - Я думал, что ты больше не вернёшься. Или ты просто за вещами заехал? – тихо спросил мужчина. - Нет, не за вещами. Если бы мне нужно было это, я бы сделал незаметно, чтобы не видеть тебя. - Тогда что? Где ты провёл сегодняшнюю ночь? – боясь ответа, спросил Рик. Келл молчит, а потом делает шаг к столу. - Ты сможешь простить меня? – смотря в глаза, прямо спрашивает он. Рик опускает голову, поняв, что то, чего он боялся, случилось на самом деле. Перо в его руке начинает мелко дрожать. Он не знает, что нужно ответить. Рик всегда знал, что может произойти что-то подобное, потому что юноша не привязан к нему, как он. Но никогда не думал, что будет так больно. - Зачем ты это сделал? Потому что любишь его? Если так, то я прощу. А если снова играл, то… - Нет. Не играл и не искал удовольствия. Мне не нужны другие партнёры. А сделал это потому, что считаю нужным. Тогда я совратил его, а теперь за всё расплатился. Он освободился от меня. Если не сейчас, то потом точно. Ему хватило сил уехать, - ровным тоном проговорил Келл. – А любовь… я не знаю, как она выглядит, - опустив глаза, добавил он. - А если не прощу? Тебе уже не шестнадцать лет, как тогда. Тогда я закрыл на всё глаза, потому что вы оба были ещё детьми и сделали это по глупости. Но теперь… Теперь ты делал это осознанно. Я не могу простить измену. Какими бы благими не были твои намерения, ты предал меня. Зачем ты вернулся? – сокрушаясь, спросил Рик. - Потому что ты просил меня об этом, когда я уходил. А я сказал, что тебе решать остаться мне, или нет. А теперь я просто хочу услышать ответ. - Я не могу тебе его сейчас дать, - холодно произнёс Рик. - Я знаю, что ты простишь меня. Ты милосердный и любящий, с мягким сердцем. Поэтому я играю и раню твои чувства. Потому что знаю, что мне всё сойдёт с рук, - Келл скривил губы и несколько раз моргнул. Осколки в его теле снова начали шевелиться, причиняя боль. – Неважно. Даже если ты простишь, я сам себя не прощу. Наверное, так и должно быть. - Я не хочу, чтобы ты винил себя. Но и простить так просто не могу. Хотя и понимаю, зачем ты это сделал. Все твои решения переходят грань дозволенного. Может, потому что ты не видишь её? – спросил сам себя Рик. – Мне нужно время. А сейчас уходи, пожалуйста. Я не могу тебя больше видеть. Сейчас ты единственный человек, которого я ненавижу. *** Около недели они не разговаривали друг с другом. Если и встречались в коридоре, то Рик просто проходил мимо, не заглядывая Келлу в глаза. Как будто они не знакомы. Любовник сносил такое обращение и не жаловался ни на что. Он принимал это как должное и смирился со своей судьбой. Смирение всегда было его сильной стороной. Добившись внешнего, он добивался этого и внутренне. Больше не было приёмов и раутов. Хотя Келл и раньше не особо их жаловал, а теперь совсем стал затворником. Из усадьбы никуда не выходил, а всё своё время проводил у небольшого прудика или в конюшне. Раньше он предпочитал не пачкать руки и только ради животных полностью вымазывался в грязи и пах навозом. Это приносило некое удовлетворение. Хотя каждодневная ругань с конюхом продолжалась и стала чем-то вроде традиции. В последние дни Келл всё время ездил верхом. Уже наступила осень и на улице заметно похолодало. Начались дожди. Юноша не обращал на это внимание. Весь взмыленный, он скакал с утра до вечера, умываясь холодными каплями дождя. Ему нравилось чувствовать, как ледяной ветер и острые, словно иглы капли дождя сталкиваются с его разгорячённой кожей. Острые осколки внутри и снаружи пронзали его насквозь. Он знал, чем это всё может закончиться, но останавливаться даже не собирался. В один из таких дней Келл после бешеной скачки сидел на земле и смотрел на озеро, затянувшееся кувшинками. Он уже не чувствовал температуры собственного тела, которое начало гореть не от скачки. К нему подошёл Рик. Неожиданно. Хотя прошло уже достаточно времени. Мужчина молча встал за его спиной и тоже начал смотреть на озеро. - Ты принял решение? – нарушил тишину Келл. - Да, - помедлив, тяжело произнёс он. - Я больше не могу жить с тобой, - медленно выдохнул Рик, не спуская глаз с озера. - Мне и раньше было тяжело, а после твоей измены невыносимо больно видеть тебя. Я терпел долго, но всему может прийти конец. Келл сжал кулаки и невольно вздрогнул от такого. - То есть, ты выгоняешь меня? – уточнил он. - Я куплю тебе небольшой дом и буду перечислять деньги. За свою жизнь ты можешь не беспокоиться. Но видеть тебя я больше не могу. Прости… Но мне не по силам растопить твоё сердце. Может быть, кому-то другому это удастся. Но если это случится, я не хочу об этом знать. - Ясно. Я всё понял. Просить остаться не буду, хотя и признаю, что твоё решение прозвучало неожиданно для меня. Но ты хозяин, и я подчиняюсь тебе. Можешь ничего мне не давать. У меня есть деньги. Я сам могу купить себе дом, - тихо ответил Келл. - Нет. Я хочу это сделать для тебя, - уверенно ответил Рик. - А может быть, тебе лучше забыть меня? Так будет легче, – бесцветно спросил Келл. – Нужно перерезать все нити, что нас связывают. - Память и чувства принадлежат мне. Я сам решу, что мне помнить, а что нет. Я всё сказал. Прощай, - жёстко произнёс Рик. - Так сильно хочешь избавиться от меня? – усмехнулся Келл. - Думай, как хочешь, - Рик развернулся и медленно побрёл к дому. Келл просидел у озера до самого вечера. Всё-таки то время, что они прожили вместе изменило его. Он привык к спокойной и размеренной жизни. И к партнёру тоже. Будет жаль, если он всё это потеряет. Потеряет четыре года своей налаженной жизни. И потеряет его. Того, кто подарил ему эту самую жизнь. Того, кто избавил от нищеты и унижения. Того, кто дал ему всё, о чём он только просил. Кто ещё способен на такое? Кто способен выдержать столько лет, снося все прихоти и капризы? Измены… Но… ведь Рик так решил. А Келл никогда не шёл против его воли. Не потому что боялся или хотел подчиниться. Нет. Просто этим самым он выказывал протест. А сейчас? Снова протестовать? Уйти из этого дома… к Андре. Ведь он сам написал, что будет ждать его, неважно сколько времени пройдёт. Это было бы удобнее всего. Но… Келл печально смотрел на крышу дома, с козырька которой лилась вода. Его тело окончательно замёрзло. Он уже не чувствовал пальцев. Простояв ещё немного, он ссутулил плечи и отправился собирать свои вещи.