Охотники Империи

А белый снег падал… падал, падал, падал… Как и падал в бездну поверженный воин. Сознание почти вернулось к нему, но не совсем: кажется, что оно витало где-то рядом, словно расплывшееся кровавое пятно на снегу. Первая мысль, посетившая разум – горечь. Горечь от поражения, первого за долгое-долгое время. Первая встреча с серьезными противниками закончилась крахом – все, что было до этого, казалось лишь игрой: Лилит, Арлекин… их серьезными и не назовешь, а тем более пушечное мясо, точнее кости, скелетов. Горечь сменилась ненавистью. «Ненавижу людей! – яростно промелькнуло в сознании. – Всегда ненавидел! Особенно тех, что решают количеством». Рэвейдж плохо помнил свою прошлую жизнь до того, как стал мутантом. Кажется, что он родился в лаборатории, где, лежа в полузабвении, видел сны про глупцов и лжецов, ведущих бессмысленное и беспощадное сосуществование. Сам он был иным, честным, благородным, воспитанным, но не мог оказывать противодействие в виду своей физической слабости. Изгоем никогда не был, но всегда находился в тени. В тени беспредела и произвола. В общем, влачил жалкое существование и так бы сгнил, если бы не «ФенТех». «Феноменальные Технологии» – корпорация, специализирующаяся на экспериментах над людьми: клонировании, создании мутантов, боевых дроидов и тому подобного. В те времена особо актуальными были военные госзаказы на сверхсолдат, однако ни одной корпорации так и не удалось провести удачный эксперимент. Полученные экземпляры либо становились безумными, восставая против своих создателей, и в конечном счете оказывались умерщвлены, либо сами умирали в страшных муках, не вынося адской боли. Один из немногих выживших, он сумел в свое время оправиться от болевого шока, устоять перед соблазном переубивать всех вокруг и даже был готов к сотрудничеству. Но слишком большие обязательства были возложены на него: правительство и армия опутали со всех сторон, словно огромный паук своей липкой и мерзкой паутиной. Пристальное внимание и полное повиновение. Такого он выдержать не смог. Вполне логично, что подопытный в итоге сбежал, не дождавшись даже своего полного апгрейда. Что стало с ним дальше? Неизвестно… Слухи гласили, что эксперимент превзошел все мыслимые ожидания, но, образец, как водится, вышел из-под контроля, не захотев служить людям и их благородным идеалам. А потом… потом о нем забыли, решив, что к настоящему времени испытуемый, скорее всего, уже мертв – отошел от наркоза и прочувствовал на себе всю силу агонии. Корпорация, не особо переживая, двинулась дальше – штамповать новых бойцов, а Рэвейдж в итоге всеми правдами и неправдами отправился на планету Чистилище в трюме грузового имперского транспорта. Почему же он решил стать мутантом? На закате XXIII столетия «ФенТех» тестировал новую броню для завершения эксперимента по скрещиванию людей и таратов – колючих существ с одной из диких планет. Все предыдущие опыты были учтены, неточности сглажены, нюансы соблюдены. Но требовался доброволец… Желание отправиться под нож возникло у Рэвейджа спонтанно. Он устал от скучного невзрачного существования, всегда находясь за бортом жизни, и решил либо стать супергероем, либо отправиться в ад. Эксперимент прошел почти удачно, если не считать некоторое неудобство от вживленного под кожу металла и рахни – скелет паукообразного существа, поддерживающего поврежденный позвоночник. А дальше… Какие-то проверки, тесты… которые он не прошел. Слишком умен, слишком силен, слишком хитер. И безумен. А еще имеет собственные взгляды на жизнь и не поддается дрессировке. Опасный тип. Надо избавляться… Хорошо, что он сбежал, но попал в итоге в какую-то дыру, где с ума сходил от безысходности: бил кулаками в землю, орал проклятия, колотил черепа местным обитателям-скелетам. Но за пределы локации не шел – боялся. Либо неизвестности, либо какой-нибудь подставы от людей, доверие к которым было окончательно утрачено. Позже отыскал других мутантов – этих скрещивали с медузами, и они были еще более безумны, чем он. Характерами в итоге не сошлись – даже дрались частенько, особенно с Арлекином. А тут внезапно пришла она… – Ненависть мутанта сменилась глубокой грустью и отчаянием. – Девушка… Рэвейдж видел на своем веку немало девушек, но эта оказалась не похожа на других. Что-то в ней было особенное… Что-то подсказывало, что не зря она тут, в этом кошмарном месте, очутилась. И что-то побудило его при первой же возможности вырвать ее из костлявых лап скелетов и сделать то, чего он до этого дня не решался – покинуть зловещую лощину. Вместе. В течение нескольких недель они блуждали по новому миру. Новому, как для него, так и для нее. Испытания, победы, новые знакомства. Сформировался целый отряд, который готовился к турниру – состязаниям, о котором каждый был наслышан. И вот, незадолго до квалификации, он решился выдернуть ее на денек, чтобы пообщаться с глазу на глаз. И пожалел… Потому что почти сразу же потерял ее… не защитил… не смог… Да, их было больше, но факт в том, что он не справился – пострадал сам и отдал ее в лапы врага. И неизвестно, что с ней теперь будет… «Эх, Джули… Надеюсь, ты еще жива…» Рэвейдж открыл глаза. Он все еще лежал у обрыва на краю парка. Тело покрылось инеем. Закончившийся снегопад засыпал следы недавней кровавой бойни. Хрустя суставами, Рэвейдж попробовал подняться. Голова закружилась, к горлу подступила тошнота. Изрыгнув пару литров кровавой каши на свежевыпавший снег, он почувствовал себя немного лучше. «Жив, и на том спасибо, – подумал мутант, вдыхая холодный зимний воздух разбитым носом. – Нужно ехать на базу, – решил он. – За помощью, к наемникам. Надеюсь, меня там не пришьют, как чужого». Прихрамывая, он двинулся до ближайшего строения. Сторожка… Повезло, что пустая. Рэвейдж приоткрыл дверь и тут же растянулся на полу, споткнувшись о порог, со стен на него с грохотом посыпались лопаты и лыжный инвентарь. Потирая нос, которым здорово приложился о паркет, Рэвейдж, поднялся. Вокруг стояла темень непроглядная. Наконец, привыкнув к ней, он разглядел небольшой шкаф с висящими на вешалках пальто. То что нужно. Приодевшись и замаскировав свою принадлежность к нечеловеческой расе, а также замотав лицо бинтами, предварительно почищенными от крови снегом, Рэвейдж двинулся к ближайшей железнодорожной станции.