И почему он?

— "Я бы не хотела уходить от Гарри." Серьёзно? Не хотела бы она, хах. Тебя будто бы кто-то тогда спрашивал. Он был по ту сторону этих каменных отростков, как бы ты он него не ушла? Стояла бы рядом с этой "пусечкой" и сторожила? Ах, ты его так любишь, какая прелесть. Вот только, — послышался противный смешок, — ты моя. Иб и Мэри стояли в комнате в коричневых тонах. На стене висела непонятная картина с неким существом, у которого был лишь один глаз, это создание было изображено на голубом фоне. Красноглазой казалось, что подобное изображение она уже где-то видела, но только под другим углом. Помещение было освещено крайне плохо, свет был тусклым, однако создавал некую атмосферу загадочности. Любимица Гуэртены располагалась напротив русой, девчонка улыбалась и своими голубыми, по цвету напоминающими небо, очами пыталась будто просверлить в юной особе дыру. Создавалось ощущение, что блондинка сошла с ума, хотя, это и было таковым в некоторой степени. У Иб же было как всегда невозмутимое лицо, школьница сжимала свою алую розу в руке. Роза цвела, и та тоже цвела, однако по мнению Мэри это не должно было продолжаться дальше. — Как всегда молчишь? Что же, молчи дальше, а продолжу... Так вот. Ты очень много ходила с ним по этой галерее, разгадывала загадки, убегала от монстров, что вам встречались. Так почему же я не могу побыть с тобой?! Почему ты хочешь быть с этим придурком? Мы могли бы играть в куклы и гладить милых кроликов. Мы могли бы заплетать друг другу косички как настоящие подружки. Или даже сестры. А как насчёт браслетиков дружбы? Венков из цветочков? А может, ты хотела бы готовить вместе со мной сладости, а, что думаешь, Иб? В ответ лишь тишина. Изабелла смотрела на новую знакомую далеко не одобрительно. Скорее, безразлично. Вообще, её "каменное" выражение лица редко сменялось на иное из-за воспитания. Но сейчас лолите действительно не хотелось показывать хоть какие-то эмоции. А внутри же всё дрожало, хотелось убежать куда подальше от этой безумной спутницы, а лучше к Гарри, который хоть и был до жути трусливым и пугливым, но зато всегда мог помочь и позаботиться. — Хах? Всё ещё? Ты вообще понимаешь, что я сейчас чувствую? Нет? Так вот, представь, что чувствует человек, который пытался найти своего отца, создавшего его. А потом этот человек встретил одну прекрасную девочку. Он хотел стать с ней как можно ближе, но она игнорировала его. И мало того, что игнорировала, так ещё и всё время липла к другому. А этот другой, возможно, и был готов на многое ради неё, но точно не на всё. А знаешь, кто был готов на всё? Я. Хи-хи-хи. Я хочу быть с тобой, Иб. Ты меня слышишь? Я тебя полюбила, даже не смотря на то, что я не могу любить по сути. На мгновение на личике голубоглазой возникло удивление. — Забыла сказать. Я не человек, Иб, не человек. Я картина. Такая же, как и те, что гонялись за тобою ранее. Забавно, но и я за тобой гоняюсь, только те хотят твоих сладеньких лепестков, а мне нужно твоё сердце. Я не такая, как они. У меня, как минимум, ноги есть. Ах, и ещё. Меня Гуэртена не срисовывал, возможно, из-за этого я получилась такой хорошенькой, не думаешь? Ладно-ладно, не о моей красоте сейчас. Я повторяю, Иб, мы будем п-подружками? Веки скрыли алые радужки глаз, а голова одиннадцатилетней медленно повернулась в правую сторону, после чего малышка уже хотела повернуть её в противоположном направлении, но не тут-то было. Мэри подбежала к той и, взяв за голову двумя руками, остановила движения вышеупомянутой части тела. — Ах, да, мы не можем быть подругами, ведь мы можем быть возлюбленными. Неправда ли? Я столько времени пробыла в одиночестве, столько времени не могла найти себе в этой жизни места, столько времени смотрела, как мою любовь у меня отнимают, столько времени притворялась просто наивной и весёлой дурочкой, а теперь мы точно будем вместе. Носительница зеленого платья, всё ещё держа за голову Иб, приблизилась своими губами к её губам, и коснулась ими. Губки посетительницы галереи были очень мягкими и пахли клубникой, похоже, Белла пользовалась помадой с данным ароматом; также уста была тёплой, что прекращать поцелуй совсем не хотелось. Но Мэри не было достаточно просто прикосновения, так что спустя минуту, а может и меньше, язык ожившего шедевра уже проник в ротик малоэмоциональной, которая в это время только лишь мычала от неожиданности. Но блондинка не была настолько жестока, она видела, что темноволосой сей действо не нравилась, а потому отстранилась от лица Изабеллы и отошла от той на пару шагов назад, прикрывая своё лицо ладошкой и хихикая. — Ну, как тебе, Иб? Здорово же иметь любимого человека, с которым можно ходит за ручку, обниматься, целоваться, и... — Нет. — Чего? Иб? Что с тобой? А, точно, ты, наверное, хотела сказать, что... — Я сказала "нет". Мэри, прекрати уже. Я тебя не люблю. И это связано не только с тем, что я слишком юна для такого, не только с тем, что сомневаюсь, можно ли любить девочек и не только с тем, что ты картина... Просто... — Что "просто"? Что "просто", Иб?! Ничего не просто! Я тебя люблю больше всего в этой жизни, я хочу посвятить свою жизнь тебе, я хочу стать частью твоей жизнью. Я хочу быть с тобой, Иб, — Мэри перешла на крик, — Ты хоть понимаешь, что я сейчас говорю? Ты понимаешь, что я вообще такое?! У владелицы желтой розы дернулся глаз, а лицо будто потускнело. Всё произошло резко, Мэр будто бы подменили. — Я... Я жалкая. Я всего лишь картина. Я прекрасная нарисованная девочка. Я никогда не буду такой, как ты. И такой, как Гарри. Я не могу измениться, Иб. Меня сделали такой, какая я есть, я никогда не стану лучше. Я никогда не стану хуже. Я всегда буду такой. Мне не суждено быть с тобой и не суждено быть с папой... Да и с Гарри тоже... Если он ещё жив. Хотя, знаешь, что Иб? — Что? — Почему это я виню только себя? Ведь если бы не ты, то я бы сейчас такое не говорила. Ты же мне обещала, что мы будем всегда вместе, что ты не покинешь меня. Но, почему же ты тогда пошла сюда без меня, Иб? Белокурая схватилась за головы и безумно улыбнулась, а её глаза стали визуально шире. — Почему ты бросила меня? А я тебе верила. Я верила в то, что могу получить взаимность, но не судьба... Ах, знаешь что, Иб?, — девочка сделала вдох, а её улыбка стала ещё шире, — Я тут подумала и поняла, что если тебя, ну, вдруг не станет, то у меня есть шанс стать любимой хотя бы для Гарри, хи-хи. В руке ожившего изображения возник мастихин, который девчонка, по всей видимости, достала из-под юбки. Мэри снова подошла к Иб, делая шаги куда больше последней. И вот, Изабелла прижата к стене, а рядом с её горлом уже находится инструмент для художников. — Знаешь, что делают мастихином, Иб? Мастихином убирают лишнюю краску. Хи-хи. Так вот, думаю, что сейчас этой лишней краской являешься ты, — подмигнув проговорила "убийца", — Прощай, ещё встретимся, любимка. Замах и... — Мэри, стой! Что ты делаешь? ... Гарри и Иб стояли в этой же комнате, где моментом раньше маленькую девочку, что потерялась в галерее чуть не убили. Сама же виновница данного чуть не случившегося происшествия лежала на полу без сознания. А рядом с ней её роза ярко-жёлтого цвета. И этот цвет в сей случае символизировал зависть. — Выглядит как настоящая, но это лишь подделка, — сказал парень лет двадцати на вид, чуть приподняв розу, а после тут же отпустив, — Пойдём, Иб, нам нужно дальше.