По ту сторону себя.

Его давно уже никто не называет по имени. Прозвище Охра – немного непонятное, неизвестно откуда взявшееся, должно быть еще из детства: по малолетке все друг другу дают дурацкие клички по поводу и без. Он не помнит, был ли повод на самом деле, уже давно перестал задумываться, не пытаясь насиловать память. Его родное имя стало совсем далеким, чужим, будто так звали кого-то другого, не его совсем. И только Ваня иногда напоминает об истинных корнях, а Охра лишь затыкает брата, притворно делая вид, будто вовсе не понимает о ком идет речь. С Ваней они совсем разные, такие непохожие друг на друга близнецы. У Вани светлые волосы, хоть и крашенные, но белые, почти седого цвета, и выбритые виски. У Охры темные пряди чуть длиннее, со свисающей на лоб челкой. У Вани глаза голубые, с темновато-синей окантовкой и светлыми просветами ближе к зрачку. У Охры глаза глубокого синего цвета, с вечно расширенными зрачками, делающими цвет радужки почти черным. У Вани в ушах тоннели, обычные плаги небольших размеров. У Охры в ушах отверстия диаметром больше и тяжелые серьги внутри. У Вани забитые руки и плечи. у Охры изображения присутствуют почти на всем теле, включая ноги и грудь. Улыбка Вани открытая, искренняя, придающая его взрослому лицу оттенок детской наивности. У Охры улыбка больше походит на оскал, всегда наглый и местами пугающий, совершенно не дающий понять, что у того на уме. Ваня любит объемные футболки, теплые свитера и разноцветные шапки-бини. Охра любит носить худи с капюшоном, массивные кроссовки и кепки. Ваня известный в своей среде фотограф, любящий свое дело. Охра бэк-мс знаменитого рэпера, но занятие свое любит не меньше. Ване нравится звонить по вечерам брату, когда тот в туре, и долго расспрашивать про дела. Охре нравится слать пошлые сообщения на ночь, прежде чем пожелать спокойной ночи. Ваня любит видеоигры, какао и оладьи. Охра любит энергетики, порно и диснеевские мультфильмы. Ваня домашний, теплый и уютный, любит домашнюю еду и котов. Охра непостоянный и увлекающийся, пропадающий в барах и шумный пабах. Ване нравится долго обнимать брата при встрече, шепча на ухо, как сильно скучал. Охре нравится поправлять съехавшие очки Вани, говоря, какой он красивый в них. Ване нравится татуировка наручников на ключицах брата, возможно, он хотел бы себе такую же. Охре нравится, когда Ваня, лежа рядом, чертит по ней своими пальцами, огибая контуры, с интересом разглядывая и словно заново изучая каждый раз. Охре нравится, как Ваня смотрится в постели, лежа под ним, немного взмокший и подставляющий шею. Ване нравится, когда Охра ведет немного агрессивную и грубую игру, все же оставаясь достаточно внимательным до чувствительных мест. Охре нравится кусать губы и сжимать пальцами светлые волосы, вовлекая в настойчивый поцелуй уже после. Ване нравится подолгу зализывать места темных бордовых отметин, оставленных им на шее брата. Охре нравится курить вдвоем, приводя в норму сбитое дыхание. Ване нравится засыпать рядом, чувствуя тяжесть руки на своей пояснице и горячее дыхание, опаляющее затылок. Ваня ответственный и иногда чересчур серьезный. Охра раскрепощенный и незаморачивающийся, местами похуистичен донельзя. Ване нравится работать по вечерам, занимаясь оформлением фотографий за своим ноутбуком. Охре нравится заваливаться в квартиру слегка накуренным, и отвлекать Ваню от дел. — Занят? – мурлычет Охра, подойдя сзади и оглаживая плечо брата, ведя носом по его шее к росту светлых волос. От него несет куревом и алкоголем, что вполне привычно, но Ваня все равно морщит нос. — В игрушки играю, не видишь? – беззлобно отзывается Ваня, кивая в монитор с открытым на нем фотошопом, — Как и всегда. Дохуя заказов, до пятницы нужно успеть. — Успеешь, - не терпящим возражений тоном произносит Охра, прикусывая кожу на шее, — У меня вот для тебя есть кое-что, - тут же заискивающе шепчет он на ухо и достает из-за спины диск с видеоигрой, в которых сам мало разбирается, — Мне сказали это новье, и я подумал тебе необходим этот ништяк. — Тебе напиздели, - смеется Ваня, забирая диск, — Я прошел ее неделю назад, так что всё, не прокатило у тебя, отъебись, - он со смешком отнимает руку брата от себя, откладывая диск и возвращаясь к обработке очередного портрета, — Мне правда нужно работать сегодня, ложись без меня. Охра и не расстраивается вовсе, он лишь возвращает руку обратно, второй оттягивая Ванину голову за волосы назад и кусая нижнюю губу. Пусть с видеоигрой и не прокатило, но один он сегодня точно не ляжет. — Прекращай, - просит Ваня чуть подсевшим голосов, когда укусы вперемешку с поцелуями движутся вниз по скулам и шее. — Нихуя, - тихо рычит Охра, разворачивая компьютерное кресло и Ваню вместе с ним лицом к себе. Ваня не любит оставлять работу на утро, но Ваня слишком любит эти требовательные поцелуи, чтобы сопротивляться слишком долго. Ваня быстро сдается. Охра любит добиваться своего. Ваня редко зовет брата по имени. При людях и вовсе никогда: ревнует, не хочет делиться, словно могут отнять, забрать далеко, словно тот больше не будет принадлежать только ему. Ваня даже дома имени почти не произносит, опасаясь, что услышат стены. Лишь иногда, во сне, либо по утрам, тихо желая доброго утра, но чаще всего ночью в постели, протяжно выстанывая по буквам, когда удовольствие слишком велико. Ваня любит брата до сумасшествия, Охра любит Ваню до безумия, и хотя бы в этом они похожи.