Животрепещущий вопрос

Конь, запнувшись о ступеньку, чуть не упал с лестницы. – Дружище, ты это только что вслух сказал, – он хватанул ртом воздух и отчаянно попытался восстановить равновесие. Хотя бы физическое. Душевное же равновесие Коня было под смертельной угрозой. – Говорю, что я на него дрочу. – На кого? – на всякий случай переспросил Конь. – На Курильщика, – невозмутимо повторил Лэри и настолько же невозмутимо затянулся сигаретой. – Вот то есть прямо дрочишь? – Конь всё ещё не мог поверить, пусть Лэри и был убийственно серьёзен. – Да. Дрочу. На Курильщика. – Ты же недавно на нём живого места не оставлял. Он весь избитый ходил. А теперь, прости, ты на него дрочишь? – Дрочу, – как заколдованный, повторил Лэри с какой-то туповато-приторной интонацией и мечтательно улыбнулся. – Я этого не слышал, – Конь попятился в сторону третьей, – и не хочу ничего знать! Никаких подробностей. Вообще. Никогда. Лэри задумчиво потушил окурок о стену и пожалел, что не успел спросить совета до того, как Конь так скоропалительно взял самоотвод. *** – Тут такие дела, – начал Лэри после пяти минут серьёзных раздумий. Он бочком подошёл к Лорду и Шакалу. Те играли в шахматы и обращали на него не больше внимания, чем на выбывшие фигуры. – Я дрочу на Курильщика. – Вот прям так, – отвлекся от доски Табаки. – Внезапно, друг мой Лэри, внезапно. – Весьма, – вяло отозвался Лорд и поставил Шакалу шах, – весьма… *** Лэри топтался вокруг Сфинкса битых десять минут, пока тот не одарил его своим вниманием. – Ты по делу или как всегда? Лэри решил, что по делу. – Я дрочу на Курильщика. Что мне делать? – Ни за что не говори об этом Чёрному, – после недолгого молчания посоветовал Сфинкс, – он тебе руки поотрывает. И решать проблему тебе станет намного сложнее. Под конец фразы голос у Сфинкса стал каким-то странным. «Знает, что советует», – печально и с изрядной долей сочувствия подумал Лэри. *** – Горбач, как бы, такая ситуация... Я дрочу на Курильщика. Горбач отвлекся от выстругивания скворечника. – Это ты от Черного заразился. Выпей успокоительного. – Табаки еще на той неделе весь запас на «Камасутру» обменял. – Ну выпей мяты, у Мака есть. – Горбач критически осмотрел отверстие в скворечнике, и Лэри почувствовал, что краснеет. – Или займись чем-нибудь полезным. *** Македонский разливал по чашкам горячий чай, когда Лэри решился подойти за советом и к нему. – Мак, ты это, знаешь… – замялся он. Македонский поднял на него взгляд, понимающе и проникновенно спросил: – Тебе помочь? – Нет, – попятился Лэри, – спасибо, всё в порядке. В конце концов, он и без посторонней помощи пока справлялся. *** Толстый жевал суперобложку от «Камасутры» и довольно пыхтел, не обращая на Лэри никакого внимания. – Только ты один не будешь надо мной смеяться, старина. – Лэри потрепал Толстого по голове. – Гы-ы, – забулькал тот, и весело покосился на Лэри, – хы-ы. *** – О, это, я думал, тут никого нет, – Курильщик выглядел бледнее обычного. А Лэри в буквальном смысле не знал, куда деть руки. Он попытался отвернуться, но удивлённый и пристальный взгляд Курильщика не оставлял сомнений, что прятаться поздно. – Ты не подумай ничего, просто, ну ты это, понимаешь, ничего такого и вообще. Курильщик поморщился, явно обдумывая свою следующую реплику. И выдал нейтральное: – Ну ты обращайся, если что, – и быстро закрыл дверь. – Да мне, в общем-то, уже и не надо, – ответил Лэри закрытой двери туалета и пошёл мыть руки.