Sed quaestio est?

      Эта ночь показалась Василисе сущим кошмаром. Бабушка, как нарочно, решила сегодня не появляться дома, а переночевать у отца. А позвонить ей девушка постеснялась. В конце концов, женщина приехала сюда отдыхать и проводить время с сыном, а не с больной внучкой. Хотя, она была уверена, бабушка бы со всех ног примчалась обратно, стоило несчастной Лиссе свистнуть. Но она этого не сделала и теперь жалела.       Болезнь решила прогрессировать. Начался сильный кашель, насморк, запершило горло и, чтобы до кучи, температура решила зафиксироваться на отметке 38.8. Хоть караул кричи. А вызывать скорую, мы, естественно, не будем.       В итоге, всю ночь, промучившись от жара, и пытаясь сбить его всеми возможными способами, Василиса так и не спала. Утром она едва удерживала веки в поднятом состоянии, а своё бренное тело рядом с раковиной. Утренние водные процедуры никто не отменял.       Часы показывали девять часов утра, когда в двери заскрежетал замок. Сразу стало понятно, что пришла бабушка, которая ещё не знает о скверном состоянии внучки. И едва она её увидит, моментально поднимет скандал. Ох…       — Доброе утро, Лисичка! — громко сказала Нерейва, проходя в квартиру. Застав свою драгоценную девочку закутанной в одеяло и с кружкой «Колдрекса» в руках, она удивлённо застыла. С минуту она лицезрела сию картину, после чего прочитала девушке такую гневную тираду, что Василиса ещё долго отходила от неё. В конце концов, женщина приземлилась рядом на диван и поправила одеяло. — Ты почему мне не позвонила, бестолочь? А если бы тебе совсем плохо стало? Ты вообще думаешь своей пустой головой, что было бы тогда?       — Ну, всё же нормально, — слабо улыбнулась синеглазая, пытаясь задобрить бабушку. Та укоризненно покачала головой и заботливо прижала внучку к себе.       — Дурында. Вся в отца, — вздохнула она. — Пей свою гадость. Температура, вроде, спала.       — Ура-а… — измученно протянула свой победный клич Огнева и устало положила голову бабушке на плечо.       Утро, в целом, прошло вполне сносно. Бабушка сходила в аптеку и притащила целую гору таблеток, а вместе с этим ещё и два пакета еды. От такого её количества у Василисы моментально проснулся аппетит. Поэтому, быстро стащив из пакетов яблоко и мандарины, девушка ускакала обратно в комнату и упала на диван рядом с Барсиком. Тот высказал своё откровенное «фу» громким «мяу», потому что ему придавили хвост, поморщился от запаха мандаринов и убежал на кухню, клянчить колбасу.       Обнимаясь с мандаринами, Огнева валялась на своём скромном ложе, когда в дверь настойчиво позвонили. Послышались бабушкины шаги, а затем приглушённые голоса. В следующий момент её Величество появилась на пороге комнаты.       — Тут к тебе гость, — усмехнулась она и вновь исчезла, а вместо неё в помещении появился драгоценный сосед. Он кривовато улыбался и держал в руках пакетик с очередной порцией мандаринов. Василиса, как большой любитель этого замечательного фрукта, радостно сжала ладошки и улыбнулась.       — Я смотрю, тебе лучше, — сказал он, проходя дальше и присаживаясь на диван рядом.       — Нифига, нет, — ответила она, мотая головой, принимая из его рук пакет. — Температура не спадает, а ещё у меня теперь кашель, сопли по колено и всё такое прочее. Ну, в общем, я заболела.       — Что ж ты раньше не сказала-то, что заболела? — саркастично сказал он и фыркнул.       — Ну, извините, — ответила она. К сожалению, чудесного запаха мандаринов она не чувствовала, и это сильно омрачало ситуацию. Парень улыбнулся, поражаясь её весёлости. Даже больная и слабая она всё равно умудрялась улыбаться и чему-то радоваться.       «Каждый раз я выявляю в тебе какие-то новые качества. Ты не перестаёшь меня восхищать, Огнева, — усмехнулся про себя Драгоций, наблюдая за тем, как девушка чистит мандарин и даёт понюхать цедру своему настойчивому коту, который уже явился с кухни обратно к хозяйке. — Чем же ты ещё меня удивишь? За шесть тысяч лет я многое повидал».       — Ты удивительная, — сорвалось у него с губ прежде, чем он успел подумать. Василиса удивлённо посмотрела на него, забыв про своё занятие. Но Фэш тут же улыбнулся и погладил кота по голове. — Ты радуешься простым мелочам, типа мандаринов и котов. Почему? Если бы я болел, я бы ненавидел весь мир.       Девушка пожала хрупкими плечами и закинула одну дольку себе в рот. Несколько секунд она обдумывала ответ, после чего внимательно посмотрела парню в глаза.       — Но, если не радоваться простым мелочам, зачем тогда жить? — тихо спросила она, вновь растягивая губы в улыбке. — Знаешь, я всё детство и юность провела в доме своего отца. У меня было всё. Хороший большой дом, семья, средства, одежда. Всё. Однако это никогда не делало меня счастливой. Именно поэтому я и съехала, найдя себе маленькую квартиру, стараюсь зарабатывать сама. Я не хочу, чтобы мне всё подавалось на блюдечке. Я хочу радоваться своим маленьким достижениям. Радоваться простым мелочам жизни. Просто, наверное, я её слишком люблю, чтобы разменивать на угрюмое восприятие мира и ненависть.       Фэш удивлённо выгнул бровь, смотря на неё. Девушка вновь увлеклась Барсиком, давая ему время поразмыслить над её словами.       «Разменивать жизнь на ненависть… А ты ведь права, — пронеслось у него в голове. — Действительно, такая маленькая, а рассуждаешь так здраво, по-взрослому. Ты достойна уважения, куколка».       Он не следил за ходом своих мыслей. Вчерашнее желание, которое застало его врасплох, вновь взыграло в нём. Ему безумно захотелось позаботиться о ней. Но вместе с этим желанием появилось и другое — никому её не уступать. Нет, это была не симпатия, не страсть, не влюблённость. Это было чувство собственника. Когда ты хочешь сказать всему миру «Это моё! Никому не позволю даже притронуться!» и закрыть хрупкое тело собой. Чтобы никто в этом мире не посмел коснуться её. Сломать.       Но проблема состояла в том, что ему самому требовалось это сделать. Сломать её светлую душу, переманить на тёмную сторону. Обречь её на вечные страдания в Аду.       Её волосы, длинные, ниже пояса, напоминали огонь. Они ярко переливались в солнечных лучах, что проникали в комнату сквозь большое окно. Захотелось к ним притронуться, проверить, действительно ли они такие мягкие, какими кажутся на первый взгляд.       Драгоций сжал руку в кулак, заставив себя отказаться от этого желания. Нужно показаться милым, добрым, хорошим. Это его маленькое задание. Он должен втереться к ней в доверие. Она должна довериться ему настолько, чтобы он мог взять её без особых проблем. Добровольно.       — Что? — заметив, как парень внимательно смотрит на неё, спросила Василиса, наглаживая своего кота по его чёрно-белой шёрстке. Тот бессовестно вцепился в её ноги своими когтями, за что тут же получил по ушам. — Петрович! А ну не царапайся!       — Почему Петрович? — не удержался от смеха Фэш.       — Потому что изначально его звали именно так. Это папа дал ему такое имя. Но я подумала, что это больше отчество, поэтому назвала его Барсиком. Теперь он Барсик Петрович. Вот так-то, — немного спутано ответила она. Парень попытался понять хоть что-то из её слов, но потом забил и вновь улыбнулся.       — Так что насчёт Макбета? — решил перевести тему он, откинувшись на спинку дивана.       — А что насчёт него? Я готова. Главное, выучить это всё, — пожала она плечами.       — Но ведь тебе придётся играть коварную женщину, — он хитро прищурился и понизил голос. — К тому же, придётся изображать, что ты без ума меня любишь.       — А, тебя это беспокоит, — рассмеялась она, после чего вдруг закашлялась. Чёртова болезнь. — Я сыграю, можешь быть уверен. Хотя я не в восторге, что придётся тебя «любить».       — Ой, я вам не нравлюсь, госпожа Огнева? — саркастично поинтересовался он, изогнув бровь.       — Неа, ничуть, — закивала она головой, жуя свой очередной мандарин.       — Ах, так? — театрально возмутился он и вдруг отобрал пакет с мандаринами прямо из её рук. Девушка возмущённо воскликнула и потянулась за ним, но парень отвернулся, сделав вид, что обиделся. — Вот и нет тебе ничего.       — Эй! Так нечестно! — заныла она, надув губы, — отдай!       — А ты скажи, что я тебе нравлюсь, тогда отдам, — хитро заявил он, поворачиваясь к ней.       — Ты хороший. Ты мне нравишься, как человек. А теперь отдай мне мандарины, — она вновь попыталась отобрать пакет, но парень не отдал ей его, продолжая улыбаться.       — Не-ет, — протянул он, чуть склонившись к ней. — Скажи, что я нравлюсь тебе, как парень.       — А если нет? Мне нужно врать? — прищурилась она, — ты хороший друг, но…       — Зануда, — обиженно вздохнул он и протянул ей пакет обратно. Василиса вдруг поняла, что на этот раз обида в нём не театральная, а самая настоящая.       Поджав губы, она тяжело вздохнула. Но и врать она тоже не хотела. Зачем?       — Ну, прости, — примирительно улыбнулась она и легко погладила его по плечу. Но Драгоций вдруг разулыбался, а потом и вовсе расхохотался в голос.       — Повелась! А я всё думал, получится ли тебя развести, или нет, — сказал он сквозь смех. — Ладно, забудь. Я пошутил. Хотел проверить, насколько я хороший актёр. Как оказалось — хороший.       — Да пошёл ты! — недовольно фыркнула она и оттолкнула его от себя, вновь забираясь под одеяло. С минуту помолчав, делая вид, что обижается, Василиса вновь заговорила. — Знаешь… мне кажется, что ты на меня благотворно воздействуешь. Ну… понимаешь… как бы выразиться… до твоего прихода я тут почти пластом лежала. А сейчас даже настроение поднялось и легче стало.       — Наверное, потому что ты выпила гору таблеток, — он склонил голову вбок, наблюдая за ней. Он делал вид, что её слова его нисколько не заинтересовали, но на самом деле это было совсем не так.       — Нет. Кстати, я ещё таблетки не пила… Бабушка! — попыталась крикнуть Василиса, но у неё ничего не вышло, ибо голос совсем сел. Тяжело вздохнув, она поняла, что это бесполезно и решила потом об этом позаботиться.       — Ладно, — постарался улыбнуться он, — я пойду. У меня там сестра одна осталась. Боюсь, что она зайдёт на кухню и устроит мне в ней погром.       — Хорошо, — вдохнула Огнева. — Спасибо за мандарины. Тебя проводить?       — Нет, не стоит. Сам как-нибудь доберусь, — пожал он плечами и быстро скрылся из виду. Через секунду хлопнула входная дверь.       — Интересный молодой человек, — Нерейва появилась в комнате крайне неожиданно. Девушка даже вздрогнула от испуга, поднимая взгляд на неё.       — Да уж. Только бывает крайне невыносимым, — буркнула она в ответ и упала на подушку. — А можно мне таблеточку, а? Что-то мне нехорошо. Кажется, температура вновь поднимается.       Драгоций влетел в свою квартиру, жутко нервный и чем-то встревоженный. Печально вздохнув, парень присел на свой любимый пуфик подле рояля и упёрся локтями в колени.       — Легче, значит, со мной становится? — раздражённо пробормотал он вслух, взъерошив свои волосы. — Вот как, значит?.. Нора!       Он крикнул это в пустоту, но уже в следующее мгновение, прямо на диване, закинув ногу на ногу, появилась небезызвестная сестра Сатаны. Она, как всегда, выглядела крайне привлекательно и ухоженно, а в её волосах своими многочисленными камнями поблёскивала тонкая диадема.       — Ну и? Я вообще-то через десять минут встречаюсь с послом из Северного сектора. Чего надо? — спросила она недовольно, расправляя складки на чёрно-красном длинном платье. Сейчас она, как никогда, была похожа на королеву.       — Это ведь ты позаботилась о том, чтобы рыжая заболела, да? — спросил он, не собираясь ходить вокруг да около. Пожалуй, он был единственным после её брата, кто смел так разговаривать с ней. И ничуть этого не стыдился.       — Чуть что — сразу Нора! Я не виновата, что твоя подружка такая слабенькая, — раздражённо скривилась она, постукивая длинными ноготками по подлокотнику.       — Ей рядом со мной лучше становится, — огрызнулся он, вскочив на ноги. — Хочешь сказать, что это не твоя работа? Да ладно, заинька, мы же прекрасно знаем, какие ты методы для достижения целей выбираешь!       — Знаешь что, Фэш, — королева медленно поднялась на ноги и встала напротив него, почти вплотную, позволяя ему услышать тонкий аромат её парфюма. — Я не буду это выслушивать! То, что у неё хреновый иммунитет — не моя забота. Эта девчонка вообще меня не интересует. Она — твоё задание, твой спор, дорогой. Хватит с меня твоих истерик!       — Значит, по-твоему, я истеричка? — спросил он, оскалившись. — Отлично! Тогда проясним одну вещь, Вашество. Её душу я никому не отдам. Она моя. А ты знаешь, как я отношусь к своей собственности.       — Смеешь мне угрожать, Драгоций? — скривила губы она, оказываясь совсем близко. — Я — твоя королева. Не смей мне угрожать.       — Я не твой подчинённый, Нора, — прошипел он. — Я — советник твоего брата. И это ему я служу, а не тебе.       Девушка плотно сжала губы и отступила, сверля парня взглядом. Она не ожидала от него подобной дерзости, поэтому решила всё же не испытывать его. Кто знает, на что он способен? Его побаивались многие в Преисподней.       — Да пошёл ты, — с чувством сказала она. — Не зови меня больше по подобным пустякам. Со своей подружкой разбирайся сам. Мне она ни к чёрту не сдалась.       А в следующий момент королева исчезла, оставив после себя лишь едва уловимый цитрусовый аромат.       Кулаки падшего сжались от ярости. Вот она, значит, как? Подумать, он такой глупый мальчишка, который не распознает её магию! Ну, ничего, она ещё получит сполна…       — Как будто мне больше делать нечего, кроме как лечить эту девчонку! — в сердцах выкрикнул он и обречённо приземлился на диван, зарываясь пальцами в волосах. Настроение укатилось в тартарары.       — Грусть, печаль, тоска… Сопли, слюни, слёзы, мольбы о помощи, страстные речи о том, как тебе надоел этот мир… стандартная ситуация в нашей семейке, — послышался ехидный голосок младшей сестры. Фэш закатил глаза и повернул голову к ней.       Захарра стояла в дверном проёме, вертя в руках сковородку. Выглядела она с ней крайне воинственно. Это едва не рассмешило брюнета. К тому же, её лицо, так или иначе, говорило о весёлом расположении духа.       — Заткнись и посиди со мной, — усмехнулся он и похлопал рядом с собой, как бы приглашая сестру. И та не заставила себя долго ждать. Улыбнувшись, она перевалилась через подлокотник и положила голову парню на колени.       — Чего психуешь с утра пораньше? — спросила она, рассматривая новую, судя по всему, сковородку. Кажется, сестра была очень довольна её гладкой антипригарной поверхности, ибо у неё всё и всегда пригорает. Удивительно было то, что в этом доме никто не ел, ибо им это не требовалось, а готовка была любимым занятием.       — Я тут выяснил, что наше дражайшее Величество подсунуло мне свинью! — возмущённо проговорил он, наглаживая девушку по волосам. — Это она заразила соседку… Хотя пытается отрицать это.       — Каким это ты образом выяснил? — кареглазая хитро усмехнулась и ткнула брата сковородкой в плечо.       — Я был у неё с утра. И когда я пришёл, ей стало легче. Даю сто баксов, ей сейчас хуже, — надулся Фэш и вздохнул. — Понимаешь ли, радость моя, Нора уверена, что я должен быть к ней как можно ближе. Ну, там, знаешь, постоянно рядом, помогать, быть добрым, славным… А я не умею!       — Могу научить, — предложила девушка и фыркнула. — Познакомь меня с ней, мне интересно её узнать. Какая она?       — Я бы сказал, удивительная в некоторых аспектах. А в целом так себе. Не в моём вкусе, — скривился он и передёрнул плечами.       — Как же, заливай, — отмахнулась Захарра и потянулась. — Ладно. У меня есть безумно вкусная запеканка. Я пробовала. Вроде бы, пока живая. Чуть позже схожу к ней в гости. Ты не против?       — Против! — вскинулся Драгоций, — я не хочу, чтобы ты с ней знакомилась!       — Не будь занудой, — девушка похлопала его по щеке и, поднявшись на ноги, вальяжно отправилась на кухню. — У меня есть бутылка виски!       — И я тебя люблю, — голубоглазый растянул губы в улыбке и направился в след за сестрой.

***

      Василиса, обняв подушку, бездумно смотрела телевизор. Так шёл какой-то боевик, который не очень-то увлекал. День проходил крайне скучно.       Неожиданный стук в дверь заставил девушку вздрогнуть и повернуть голову. Послышались шаги бабушки, а в следующий момент Василиса узнала приятный бархатный голос отца.       Получше закутавшись в одеяло, Огнева приняла сидячее положение и обняла кота, который, к слову, пытался залезть к ней на руки. В следующий момент в комнату вошёл Нортон, а вслед за ним и его старший сын.       — Норт! — радостно воскликнула Василиса. Парень, так сильно похожий своими повадками и внешностью на отца, тут же кинулся к сестре и крепко её обнял. Они давно не виделись, поэтому их обоюдную радость можно было понять.       — Как ты умудрилась заболеть, Лисичка? — улыбнулся он, приземляясь рядом на диван. Критично осмотрев рыжеволосую, он скривился и покачал головой. — Я перееду к тебе и буду тебя кормить. С ложечки!       — Не-ет! — протянула она, надув губы. — Не смей мне угрожать!       — Я тебя предупреждаю, — хохотнул он и потрепал её по голове.       Отец усмехнулся, наблюдая за ними, а затем приблизился к дочери и легко коснулся её макушки губами.       Вообще, Нортон Огнев, как отец, никогда не был близок с детьми. Он, скорее, держался от них на расстоянии, не позволял себе особых нежностей с ними. Лишь изредка он мог обнять или поцеловать своего ребёнка. Однако и Василису, и Норта это устраивало. Да, казалось, что родительской любви им не хватает. Но Лисса, мама Василисы, любила баловать детей. Поэтому Норт был совершенно не против неё. Наоборот, он очень уважал гордую рыжеволосую женщину.       Бабушка быстро навела всем чай, заставив Василису поднять свою тушку с дивана и перенести её на кухню. Кот отказался идти туда самостоятельно, поэтому повис на одеяле, вцепившись в него когтями, и благополучно переехал в святую святых квартиры.       Размешивая сахар в ароматном чае с жасмином, Василиса о чём-то непринуждённо болтала с родственниками. Её голос, правда, серьёзно подводил, хрипел, сипел, а при малейшем напряжении начинало саднить горло. Но это её не расстраивало.       — На самом деле, я хотел передать тебе приглашение, — вспомнил Нортон, залезая в свою сумку. Сегодня он выглядел не так, как обычно. Строгости в его наряде не было. Скорее, мальчишество и безалаберность. Джинсы и довольно плотная толстовка — странное сочетание для сорокадвухлетнего мужчины. Хотя Василиса всегда говорила, что он выглядит моложе своих лет. Может, во всём виноваты его платиновые волосы?       Услышав про приглашение, Огнева едва не подавилась чаем. Внутри тут же зародилась паника.       — Куда? — прохрипела она, поставив на стол чашку.       — Лазаревы решили собрать небольшой ужин. Нику исполняется двадцать три, — пожал плечами Нортон, протягивая девушке конверт.       Лисса улыбнулась. Что ж, к милому блондинистому парню, к тому же, второй половинке её подруги, она с радостью сходит. Хоть и знает его всего ничего.       — А что надеть? — вспоминая, что Лазаревы — люди высокого полёта, спросила она.       — В приглашении указан дресс-код. Но уважаемая матушка подберёт тебе платье, — кивнул мужчина и посмотрел на часы. — Норт, нам пора. Стоит заскочить в офис. Я забыл кое-какие бумаги.       — Хорошо, — кивнул парень и, перегнувшись через стол, чмокнул сестру в лоб. — Буду скучать, лисичка!       — И я по тебе, — ответила она тихо, провожая своих мужчин взглядом.       На пороге отец остановился и вновь обернулся. Несколько секунд он смотрел на дочь, а затем произнёс:       — Я хотел извиниться за Елену. Она повела себя крайне нетактично.       Девушка фыркнула.       — Я уже забыла про неё, — ответила она, — пускай подавится своим ядом.       — Василиса, — недовольно вздохнул Нортон, но больше ничего не сказал. Только вышел за дверь. Послышались голоса и звук закрывающейся двери.       Собственно, больше ничего не оставалось делать, как пойти и залезть обратно под одеяло. Выздоравливать придётся ещё очень долго. Василиса это буквально предвидела.