Осло негодует

      День сборов -так ознаменовал пятницу Магнус.       С самого утра его мама и ее молодой парень, шумно переругиваясь, начали упаковывать вещи Магнуса в картонные коробки, даже не спросив его об этом и, вроде бы, забыв об идее предварительного посещения дома для проверки его пригодности для жизни.       Магнус же на всякий случай молчал и делал вид, что спит. Ему до чертиков не хотелось, чтобы мама вспомнила о своем решении проверить все самостоятельно. Прошло пять минут, десять, полчаса, и Магнус действительно провалился в глубокий сон, и ему не мешали ни споры, ни топот ног по лестнице туда и обратно, ни падающие на пол вещи. А все потому, что прошлую ночь он провел, общаясь в скайпе с пьяным в хлам Юнасом, который позвонил ему, Магнусу, и начал изливать душу. Сначала парень к невнятным словам друга не прислушивался, а потом, после того, как Юнас заговорил про вечеринку у Криса, насторожился, собрался, и весь обратился в слух.       Юнас орал и ругался, даже пытался рыдать, но упорно продолжал рассказывать о том, как его пригласили на вечеринку тех парней, что имеют привычку раздавать всем девушкам, с которыми спали, черные толстовки с отвратительным при том, и как он с удовольствием пошел потому, что был уверен, что обязательно подцепит себе кого-нибудь. На слова о том, что у него вообще-то есть девушка, Юнас никак не отреагировал. Не стенка ведь — подвинется.       И вот. Он пришел туда, в дом Криса, но не к самому началу тусовки, а гораздо позже, в надежде, что все уже успеют прилично надраться, и отреагируют на школьника так, как этому школьнику нужно — чуть больше, чем положительно. Так и случилось. Юнасу даже удалось склеить одну девчонку и выпить пару бутылок пива, когда он заметил Еву, выходящую из спальни Криса- все тусили в гостиной- в этой чертовой толстовке вместе с самим Крисом, таким довольным и со следами чего-то красного на щеках. Было темно и Юнас не смог точно рассмотреть, были ли это засосы или просто отпечатки помады Евы. Потом парень заговорил о других девушках — подругах Евы, которые, отчего-то, тоже присутствовали на той вечеринке, да не одни, а в компании каких-то парней, скорее всего студентов.       Там была Вильда. Была с чертовым парнем! Скорее всего спала с ним в одной из комнат на втором этаже, целовала его, смеялась и уничтожала все шансы Магнуса на отношения с ней. Теперь уже ему самому хотелось вдрызг надраться чем-нибудь крепким, чтобы, как и Юнас, ныть и ругаться, а потом с утра ни о чем не помнить. Но Юнас под утро вырубился, а Магнус так и не напился.

***

      Голову прострелило адской болью, она прошлась от одного уха до другого и засела где-то в макушке. Каждый удар сердца словно током бил в виски. Магнус оторвал себя от спасительной подушки и сел, потирая слипшиеся от долгого сна глаза. На секунду ему показалось, что он проснулся не у себя дома, а у мистера Оддерли, но вскоре начали проступать знакомые очертания предметов: шкафа, рабочего стола, узкого высокого окна, и какая-то неожиданная радость сменилась будничным состоянием. Отчаянной трелью разрывался телефон. Магнус обернулся на звук, чтобы, наконец, вырубить его, но, увидев светящийся на дисплее незнакомый номер, остановился. Подумал с секунду, и ткнул пальцем в экран, куда-то в сторону зеленого кружочка. — Алло. — Голос парня звучал сдавленно и сипло, будто его только что пытались задушить. — Добрый день, Магнус. — Не узнать этот мягкий акцент было невозможно. — Ты ничего не хочешь мне сказать? — Нет, — совершенно наивно ответил парень. Он только что проснулся, и поэтому не мог разобрать все еще тянувшимся ко сну сознанием недовольные нотки в голосе своего нового преподавателя по английской литературе. — Это определенно не то, что я хотел услышать. Но, что уж поделаешь… — Я не понимаю вас. — Даже вялое состояние не помешало Магнусу испытать раздражение. Что этот… себе позволяет? — Скорее всего и не должен, — усмехнулся мистер Оддерли. — Твоя мама звонила мне уже трижды. Она собирается приехать посмотреть дом сегодня вечером и завтра утром. Не мог бы ты намекнуть ей, что у преподавателей тоже есть личная жизнь? «Нет, — на автомате хотел сказать Магнус говорящему недовольным голосом учителя мобильнику, но чей-то голос в голове упорно шептало о том, что тогда беды не миновать. Интересно, кому он принадлежал?» В итоге, парень выбрал тот вариант ответа, который показался ему наименее опасным: — Я постараюсь поговорить с ней. — Отлично. Рассчитываю на твою сообразительность. — Хорошо. — И Магнус, — остановил мистер Оддерли уже собравшегося отключить звонок парня, — выздоравливай. — И бросил трубку.       Магнус, как и его собеседник несколько мгновений назад, усмехнулся и опустил трубку рядом с подушкой, куда в последствии уложил и свою голову. Делать ничего совсем не хотелось. Можно, конечно, было позвонить Юнасу, спросить как у него дела, или Исаку. Нет, Исаку точно не нужно. Он бы и не ответил, увлеченный времяпрепровождением с Эвеном. Смешно было даже представить, чем именно эти два романтичных придурка могли заниматься.       Поэтому Магнус никому не позвонил. Даже матери, чтобы хотя бы попытаться выведать ее, определенно, коварные планы. Он просто разблокировал и блокировал телефон пока снова не заснул. И на этот раз его никто не будил до самого утра.