Часть 5
28 января 2017 г., 01:43
— Кстати, мандарины твои — дрянь полнейшая, как говорил один мой знакомый буфетчик — второй свежести. Жди здесь, я сейчас.
Сказав это, кот прошмыгнул к выходу мимо стоявшей в недоумении Полумны. Та обратилась к Коровьеву.
— Так вы… вы существуете? Это правда? Вас, вас же просто не может быть!
— Ну, во-первых, мне довольно странно слышать это от человека, пользующегося магией. А во-вторых, прошу помнить: одному моему знакомому как-то заявили, что его, понимаете ли, не существует, а в итоге…
— Одному отрезало голову, другой с ума сошел. Я читала книгу.
— Да… Гениальный всё же был писатель. Морфинист правда, но всё равно гениальнейший писатель. Мне лично очень понравилось. Кое-что правда додумал, но основную мысль все же донес.
— То есть, всё это правда? И вы, и Бегемот, и Азазелло?
— Я тебе больше скажу, даже Иван Бездомный — чистейшая правда.
— А…, а мессир?
— Разумеется. — внезапно серьезным голосом ответил Коровьев. — О, Бегемот вернулся.
Бегемот действительно вернулся, держа в лапах горсть мандаринов.
— Вот, угощайся. Эти мандарины мы с Фаготом…
— Бегемот! Ты заставляешь меня краснеть! — ничуть не краснея сказал Коровьев, — Мало того, что ты имеешь наглость предлагать юной леди шестидесятилетние мандарины, так ты еще и момент из книги рассказать собрался, а она еще не дочитала до того момента!
— Да вкусные ведь!
— Да знаю, что вкусные, Торгсин как-никак, не в этом дело. Вот скажи, дорогой Бегомот, если бы кто-нибудь лет, этак, сто назад сказал бы, что ты будешь сидеть в пещере и воровать мандарины, тебе бы было интересно? Да ничуть не было бы, дорогой друг, поверь бывшему регенту и запевале! Это всё равно, что сказать нашей юной знакомой, что… ну, допустим, года через три, ей придеться вести гриффиндорца в башню Коггтеврана! — выпалив эту тираду, Фагот зажал себе рот рукой и хлопнул себя по лбу, — Ну вот сам проговорился, растяпа! Прошу, забудьте, что я сейчас сказал, тем более это к делу не относиться.
— Хорошо. Кстати, а как к вам правильно обращаться? Просто в книге у вас два имени.
— Зови меня Фагот. А то слышал я, как вы, британцы, русские фамилии выговариваете, язык сломаете, а все равно получиться какой-то «Корофьеф».
— Ладно.
Они провели еще несколько часов в пещере. Полумна читала вслух, в то время как Фагот с Бегемотом вставляли свои комментарии. Описание бала Сатаны несколько шокировало Полумну, но для забредших к ней в гости демонов это было лишь одним из сотен подобных балов. Также Полумна узнала, что значит таинственное и неподвластное переводчику слово «Тorgsin».
Гарри, Рон и Гермиона сидели в Общей гостиной. Они весь вечер дожидались, пока все уйдут. Даже Джинни, которую в любой другой вечер Рон бы уже отправил спать, разрешили остаться, ведь она была практически единственным, хоть сколько-нибудь знающим Полумну, человеком. Разложив на столе несколько листков пергамента, Гермиона начала:
— Итак, что мы имеем: Полумна начинает читать книгу. Прошу заметить, именно книгу, не дневник. Книга называется «Мастер и Маргарита», так?
— Так.
— Вот здесь, — Гермиона указала на листки пергамента, — всё, что я узнала об этой книге. Я опросила всех, кого смогла, но никто даже и не слышал об этом романе. Кроме… профессора Флитвика, но он сказал, что мы сами должны прочитать и что содержание он нам пересказывать не собираеться.
— Я тоже пыталась расспросить Полумну. Она сказала, что мне скорее всего не понравится и больше ничего.
— Так, судя по описанию, которое я нашла, эта книга о том, как в Советскую Россию прибыл с визитом черный маг Воланд и в Москве начали происходить необъяснимые события.
— А Москва, это что?
— Город в России. Столица. Господи, Рон, то что ты волшебник, не значит, что ты не должен знать географию!
— Ладно, понял, извини. Валяй дальше.
— Тут еще написано: «Роман Булгакова многие проклянут, ведь главное зло в нем не сатана, а люди». И еще: «В далекой Москве профессор черной магии Воланд со своей свитой начинают свое представление, но окажется, что он далеко не тот кем кажется…».
— То есть Полумна читает книгу о… о дьяволе?!
— Не факт, Гарри. Видишь ли, вполне возможно, что маглы, которые читали эту книгу, да и сам автор, будучи маглом, восприняли этого «профессора», как нечто высшее, в то время как это мог быть вполне «обычный» темный маг. Так, продолжим. Полумна читает эту книгу, Амбридж ее, в смысле книгу, сжигает, заметьте, по словам Полумны. А затем эта книга возвращается к ней без единой царапины, но с запиской, на непонятном языке. Далее, ты Джинни, говоришь, что Полумна начинает вести себя странно, а именно: начинает петь, верно?
— Верно.
— В итоге, мы имеем: книгу со странным содержанием, которую нельзя уничтожить огнем, темного персонажа с именем Воланд и Полумну, которая, по словам Джинни, становиться одержима этой книгой.
Все одобрительно закивали, даже Рон, которому, по правде говоря, очень хотелось спать и не было никакого дела ни до Воланда, ни до книги, ни до, тем более, России.
— Проблема в том, что для полной ясности нам нужна сама книга, а во всей школе есть только два экземпляра. Один прячет Полумна, другой — у Флитвика.
— А почему нельзя попросить у профессора Флитвика?
— Потому что тогда мы нарушим один из декретов Амбридж, а нам, в особенности Гарри, и так проблем хватает.
— Ну ладно. Джинни, а ты пробовала попросить книгу у Полумны?
— Она сказала, что даст почитать, когда закончит. Но я понятия не имею, когда именно это произойдет и… и не будет ли слишком поздно? Дневнику пары месяцев хватило! — голос Джинни срывался, — а Полумна свою книгу читает уже очень долго!
— Тише, успокойся. Все будет в порядке, — Гарри пытался успокоить Джинни, зачем-то при этом поглаживая ее по голове, — Мы этого не допустим.
— Но как? — сквозь всхлипы спросила Джинни.
— Я… нам придеться забрать ту книгу, что у Полумны. И, боюсь, только ты можешь это сделать.
— Т-ты имеешь ввиду украсть?! Я не буду красть у подруги!
— Пойми, же так всем будет лучше, — сказала Гермиона — Ты сделаешь это для ее же блага! Ради нее. Ради общего блага!
— Х-хорошо, я попробую.
— Пойми, это необходимо. Если в книге ничего опасного нет, мы сразу же вернем ее обратно владелице, я обещаю.
— Ладно. — тихо ответила Джинни.