Все или ничего.

Наш полет до нового города составил целых одиннадцать часов. О, как же это было ужасно. Рядом со мной сидел маленький ребенок, и всю поездку он не переставал хныкать. Казалось, еще мгновение, и я просто задушу его своими руками. Выспаться, как вы уже поняли тоже не удалось. Ну, я вообще-то никогда не сплю в самолетах. Считаю, что в них просто невозможно уснуть: на тебя постоянно наваливаются пассажиры спереди, либо когда кто-нибудь идет в туалет обязательно заденет тебя. И все, конец твоему чудесному сну. Никогда не любила самолеты. В них ты - атомная бомба. Сидишь и ждешь — когда же ты наконец взорвешься. Но я не взорвалась, на удивление самой себе. Это на меня не похоже. Обычно я не контролирую свои чувства, а тут смогла и высидела всю эту поездку, как заключенный — тихо и спокойно, глядя в иллюминатор и наблюдая за различным, открывающимся мне видом. Мама читала газету всю дорогу, и ей почти не было дела до меня. Она так сильно была погружена в свои мысли, что мне не хотелось ее отвлекать. « — Пусть хоть немного отдохнет от меня, » — подумала я. Слишком уж много она пережила за этот месяц. Мы все пережили слишком многое. Пора бы уже передохнуть от этого. Все мои мысли на протяжении полета были направлены на новый город. Какой он? Красивый ли? А какой наш дом? Найду ли я друзей? Мотнув головой в сторону и отгоняя от себя эти мысли, я постаралась ни о чем не думать. Слишком сложно было сейчас, а я еще себя и нагружаю. Достав из кармана телефон и наушники, я вставила их в свои уши и стала слушать свои любимые песни. Это не надолго, но все же успокоило меня от всего. Просто расслабиться сейчас было необходимо, и я всеми силами старалась сделать это.

***

Спустя час мы приехали. И я, как завороженная, с улыбкой на лице, спускалась по авиационному трапу. Ветер бил мне в лицо и снес мою широкополую шляпу с головы, но мама успела ее поймать. — Спасибо, — улыбнувшись и смущаясь от своей неловкости, ответила я. Она подмигнула мне, и мы продолжили наш путь. Как же много людей оказывается путешествуют. Их было просто нескончаемое количество. А, ну да. Сейчас ведь самый разгар лета. И как я могла это забыть? Память, как у рыбки. Не одни же мы решили переехать и забыть обо всем на свете. Многие люди тоже решили сделать это. Так мне кажется. Получив свой багаж, мы отправились немного передохнуть и посидеть в ожидании машины, которую мама заказала, как только мы приехали. Опустившись на железные сидения аэропорта, я тяжело вздохнула и посмотрела на маму. Ее лицо почти ничего не выражало: глаза были красными от недосыпа и тушь, которая осыпалась с ресниц, не придавала ей прекрасного вида. Но все равно, глядя на нее, я не могла не улыбаться. Она такая красивая и сильная. "Это ради нее", — твердила я сама себе. Она повернула голову в мою сторону и посмотрела на меня, улыбка так и не сходила с моего лица, на что она невольно улыбнулась. Это было хорошим знаком. Затем она заговорила: — Милая, мы поживем в доме сестры. Извини, что ничего не сказала тебе, совсем вылетело из головы. Нельзя сказать, что я была расстроена. Маму можно понять. Она устала, и эти нескончаемые разборки с папой просто ее достали. Но мне не хотелось жить с сестрой мамы — она была самым вредным человеком на земле, и я не понимаю, как мама вообще может с ней общаться? Протерев лоб рукой, я поспешила ответить: — Все хорошо, мам. Я уже большая и все понимаю. Она обняла меня и, поцеловав в щеку, ответила: — Я знала, что ты будешь за. Ты у меня самая лучшая. Закончив говорить, она погладила мою голову рукой, а потом ушла, отвечая на телефонный звонок. Я вжалась в сидение и закрыла лицо руками. Не думала, что придется жить с тетей Роузи. Это выше моих сил, но я выдержу. Кстати, тренировки с утра до вечера помогут мне видеть её намного реже. Так будет лучше. Все ради мамы. Спустя каких-то шесть минут, мама подбежала ко мне и воскликнула: — На выход! Наша машина нас ждет. Это приятная новость порадовала меня, и я, схватив чемоданы, просто помчалась к выходу счастливая и безмятежная. Наш путь до нового дома составил не меньше часа. Ноги уже так затекли, что я не могла спокойно сидеть, приходилось ворочаться из стороны в сторону, при этом раздражая водителя, который косился на меня, нахмурив брови, но мне было совершенно все равно, главное — доехать до этого чертового дома, а там разберемся. Прибыв к месту назначения, даже не поблагодарив водителя, я выскочила из машины и принялась осматривать дом. Он был большим, с красивой архитектурой и верандой. Думаю, я смогу тут прижиться, несмотря на мою гневную тетю и ее тупые принципы. Вдохнув побольше воздуха в легкие, я вытащила наш чемодан из машины и поспешила ко входу в дом. Подождав маму около порога, я еще раз взглянула на нее и улыбнулась, смахивая волосы с лица. Она улыбнулась мне в ответ. А затем мы позвонили. Спустя минуту, дверь нашего нового дома открыла тетя Роузи. — Здравствуйте, — промолвила я и поспешила обнять ее. Чем скорее, тем лучше. — Мои милые, дорогие, наконец-то вы здесь. Добро пожаловать в Бат, — ответила она с фальшивой улыбкой на лице. Уж я-то это знаю. Они с мамой принялись оживленно о чем-то говорить, а я тем временем зашла в дом. Внутри он выглядел еще лучше, чем снаружи. Тут все прямо благоухало чистотой и заботой. Огромные люстры, переливающиеся всеми цветами радуги, украшали потолки, как Рождественские елки; какие-то картины на любителя украшали пожелтевшие стены. Как в психиатрической больнице. Мне это нравится. Поставив чемодан у входа, я отправилась на второй этаж на поиски своей комнаты. Не терпелось посмотреть на это произведение искусства. Коридор на втором этаже заразил меня своей таинственностью. Тут все выглядело как в фильмах ужаса. Просто нереально круто и необычно. Искать пришлось не долго. Пройдя по всему коридору, я заглянула в первую попавшуюся комнату, которая была вся в светлых тонах и абсолютно пустой, не считая кровати и шкафа, который занимал четверть комнаты. — Это моя! — улыбнувшись, произнесла я. Затем подошла к кровати и просто упала на нее без сил. Я слишком устала за этот день, чтобы думать о чем-то.  « — Сейчас мне это не нужно, » — пронеслось в голове, и я провалилась в царство Морфея, закрывая глаза.