Пора взрослеть, Кёя.

— Думаю, тебе тоже понравится, хотя, сады намного лучше и приятнее, — сквозь поток речи Каваллоне можно различить некоторые слова, все-таки он опять начал говорить на смеси итальянского и японского. Хибари мало того, что не был итальянцем (хоть и знал этот язык), так еще и думал не совсем о смысле слов сопровождающего: "О каком дворце он говорит, если я от его глаз оторваться не могу?" Тем временем гости города выходят на просторную площадь, вся поверхность которой выложена плиткой, а не обычной каменной кладкой. Их окружают здания, будто создавая замкнутый круг, если бы не улочки, идущие между домами. Одно из строений сделано в виде замка, над которым возвышается высокая башня, что привлекает внимание многих туристов. — Вот и тот самый дворец, — осматривая местность, затем переводит взгляд на брюнета. — Ага, — а тот скользит взглядом по спине, опускаясь на ягодицы, после чего отворачивается и слегка краснеет, удивляясь своим мыслям. Дино же списывает это на то, что Кёя не любит места, где много людей. Японец начинает отставать, поэтому его спутник берет его за руку и ведет за собой, проводя через толпу народа, слоняющуюся по знаменитой площади. Ощущая непривычное тепло ладони, хранитель понимает, что такими темпами его совсем доведут. — Видимо, я выбрал неподходящее место, — уходит от площади подальше. — Я совсем забыл, что ты не любишь места, где много народу, — нежно улыбаясь, проговаривает. — Нет, все нормально. Меня все устраивало, — как можно спокойней проговаривает, отмечая, что Каваллоне думает в правильном направлении. Но не смотря на то, как сильно он не любит толпы и сборища, ему было намного комфортнее там, чем рядом с блондином, так близко, держась за руки. Но даже если они и идут по людной улице, ни один из них не хочет отпускать руку другого. Словно в этот момент их связывает нить, которую кажется невозможным оборвать, только не сейчас. — Тогда пойдем в парк. Там тихо и обычно туда идут все ближе к вечеру, когда можно посмотреть на закат, — улыбаясь, проговаривает блондин, он похож на комок счастья и беззаботности, когда на его лице появляется улыбка. Гости солнечной Флоренции решили пойти пешком, от чего, честно говоря, явно устали, ведь до нужного места было далековато. Зато по городу прогулялись и получили еще больше впечатлений, ибо у Дино, видимо, был солнечный удар. Просто его поведение никак иначе не обоснуешь, ведь он остановился посреди улицы и, прижав к себе брюнета, поцеловал того в губы, хоть и легко коснувшись их, но все-таки. Они были в месте, где каждый прохожий глазел бы на них. Но на удивление ГДК, такого не было, люди как шли по своим делам, так и продолжали будто бы игнорировать парочку. Эта выходка Боссу Каваллоне не сошла бы с рук, если бы Кёя не имел совесть, хотя бы её зачатки глубоко в душе. С горем пополам, уже ближе к вечеру они все-таки добрались до нужного парка. Уже там гуляя по зеленым террасам, вдыхают свежий аромат зелени. Место, действительно, довольно-таки живописное. "Облако", вспомнив слова про закат, понимает, что, наверное, было бы жутко приятно встретить с Дино закат. — Тебе здесь нравится? — приостанавливаясь, итальянец все же спрашивает своего спутника. — Да. Красиво, — отвечая на автомате, про себя отмечает, что пристально следит за столь соблазнительными губами. А тот лишь идет куда-то, постепенно уводя в парк дальше. Уже скрывшись за деревьями от посторонних людей, которых и так было немного, "Небо" притягивает хранителя к себе и обнимает за талию, припав к его губам. Когда Хибари забывается в теплых и нежных объятиях, где-то на периферии сознания понимает, что их могут увидеть, что нужно оттолкнуть... Но только не сейчас, только не тогда, когда такое приятное, немного щекочущее чувство разливается по грудной клетке. Дино же времени не теряет, рукой забираясь под майку ближнего, проводя пальцами по позвоночнику. Языком проникает в плен чужого ротика, уже исследуя его, касаясь нёба, ровного ряда зубов и кончиком обводя язык, сплетающийся с его собственным. Но пару мгновений спустя, Кёю словно током прошибло, из-за чего он моментально отпрянул от итальянца, ошарашено на него смотря. — Что ты творишь? — поправляет майку, все еще продолжая так удивленно смотреть на своего собеседника. — А сегодня во время завтрака ты так не вырывался, — как бы просто так замечает. — Ну не на улице же! — брюнет заливается краской, понимая, что только что дал этому чуду разрешение делать с ним подобные вещи у него в поместье. — Нас все равно никто не видит, — снова настойчиво притягивает любимого к себе за талию и наклоняется к его губам. — Все равно, не надо. Здесь... — Ты боишься общественного мнения? Хм, никогда не думал, что оно тебя вообще интересует, — усмехаясь, все же отстраняется. — Мне просто не по себе, когда мы на людях, — мысленно обзывая новоиспеченного маньяка дураком. — А разве это не одно и то же? — вопросительно смотрит на "Облако" Вонголы. — Я не боюсь того, что они подумают, я вообще не хочу, чтобы они нас видели, — "или тебя. Ты же меня любишь? а если тебя кто-нибудь уведет?!", — какие-то странные мысли начали закрадываться в голову. — Иди сюда, — берет главу Дисциплинарного Комитета за руку и притягивает к себе, — мне совершенно нет ни до кого дела, — еще раз проведя языком по контуру мягких губ темноволосого, — кроме тебя, — обхватив его нижнюю губу своими, из-за чего тот, прикрыв глаза, отдается во власть Каваллоне, отбросив все предрассудки до лучших времен, неуверенно его обнимаю в ответ. Дино, довольно улыбнувшись, собственнически придвигает Хибари к себе за талию, изредка опуская руки с ребер на бедра и поднимая на поясницу, поглаживая. Босс Каваллоне готов вечность вот так, просто быть рядом, просто ощущать тепло родного тела. Все чувства разносятся фейерверком перед глазами, и четко ощущается, как в крови выделяется адреналин. От этих ласковых прикосновений у Хибари все внутри замирает, сжимается, разливается болезненной тянущей болью по животу, образовывая тугой комок в самом низу. Сердце бешено бьется, руки дрожат, а тело уже перестало его слушаться, из-за чего ему остается только прижаться еще плотнее к любимому. Ни один из них не знает, сколько они так простояли, но их так никто и не заметил. Отстранившись, "Небо" снова улыбнулось, заметив, что его "Облачко" еще милее, когда на бледных щечках появляется легкий румянец. Он берет за руку своего любимого, отмечая, что можно пригласить его на ужин в каком-нибудь кафе или ресторане. Вечерело, поэтому ему пришлось вести хранителя в ближайшее кафе, попросив уединенное местечко. Зайдя в одно довольно-таки неплохое местечко, они были приглашены в ВИП-зону, естественно, по просьбе Каваллоне. Ведь это вполне устраивало обоих. Нужно было, чтобы никто их не видел. Когда они расположились, официантка, мило улыбаясь, принесла меню, и задержала взгляд на татуированной руке блондина. Ну, татуировка, естественно, привлекала внимание, но вот когда она взглянула на вторую руку, то светловолосый итальянец просто терялся в догадках. Неужели смотрела, нет ли обручального кольца? Дино просто ради приличия приходится очаровательно ей улыбнуться, вторя ее улыбке. А Кея лишь пристально смотрит на них, наблюдая за реакцией официантки и Дино: "Он ей улыбается!" Эта мысль просто выводит из себя и жутко раздражает. Из-за переполняющих его чувств он кидает уничтожающий взгляд на девушку, которая, кажется, все поняла сразу и без замедлений. — Кёя, ты чего? — интересуется, когда официантка вышла из места, закрытого для их столика. — Ничего, все хорошо, — сам не ожидая того, произносит как-то обиженно. — Боже. Ты ревнуешь? — нежно касается губами виска хранителя. — Мне нравится... Я так хотя бы чувствую, что ты меня тоже любишь, — от этих слов брюнет чувствует себя немного некомфортно и мысленно просит своего собеседника помолчать хоть минуту. — И еще ты очень-очень милый, — целует в уголок губ и чуть отстраняется. — Закажи себе что-нибудь, что хочешь... — Я не знаю итальянский, — солгал, краснея совсем не из-за этого, скорее от какого-то чуждого прежде смущения. — Ладно... Что ты хочешь? — Не знаю... То же, что и ты. — Ну, я буду мороженное и какой-нибудь слабоалкогольный коктейль. Относительно тебя, по поводу первого я не возражаю, но вот второе тебе явно надо изменить. — Просто чай. — Хорошо, как пожелаешь, — когда официантка возвращается, то постоянно бросает косые взгляды на Хибари, словно опасаясь. Десятый Каваллоне проговаривает ей заказ, после чего она удаляется, снова подарив обворожительную улыбку. "Все-таки жизнерадостная эта девчонка, и, видимо, ничто не заставит ее надеть маску человека, чем-то опечаленного", — про себя отмечает итальянец. Глава ДК, ничего не говоря, отвернувшись, смотрит в окно, изучая пейзаж. — Кёя, — его обнимают за талию, шепча на ушко, — я люблю тебя. От этих слов и действий японцу начинает казаться, что краснеть ещё больше невозможно, даже не смотря на то, что у него неплохо получается. Виновник такой бури эмоций лишь улыбается, просто смотря на его лицо, после чего они встречаются взглядами. Девушка вновь возвращается, разрывая этот зрительный контакт, в ее руках уже лежит поднос с заказом, сначала она испуганно на них смотрит, а потом краснеет и отводит взгляд, торопливо расставляя на столик то, что они заказали. После этого официантка извиняется и быстро уходит. За то, что эта особа позволила себе помешать им, "Облако" смеряет девушку презрительным взглядом, беря в руки свой чай и отпивая из чашки. Дино, нехотя, все же выпускает хранителя из объятий, принимаясь за мороженное: "Когда я в последний раз его ел? Прошлым летом. М-да...", — пока он медленно кушает мороженное, следит за своим соседом, понимая, что от него просто невозможно оторвать взгляд. Когда этот объект воздыханий украдкой следит за тем, как другой ест, как его язык скользит по ложке. Он сам не осознает до конца, почему, но это начинает смущать, отводит взгляд. Заметив это, Каваллоне вполне понимает причину того, что его любимый отводит взгляд. Улыбаясь своим мыслям, продолжает наблюдать за ним, что доставляет блондину некое удовольствие. А Хибари все пьет чай, продолжая пытаться не смотреть на своего учителя, мечтая, поскорей бы уже вернуться, еще больше осознавая, что ужасно устал. — Вернемся домой? — пытается угадать его мысли. Видит, что Хибари явно не в духе продолжать там сидеть. — Да, — удивляясь проницательности блондина. — Тогда, — достает телефон и набирает номер Ромарио, сообщая, где они находятся, после чего кладет в счетную книжку нужную сумму с чаевыми и встает с места, беря Кёю за руку, направляясь к выходу, — минут десять подождем, и нас заберут. — Ага... — медленно плетется следом. Как и было сказано, они недолго подождали машину и потом уже спокойно возвращались домой. По приезде обратно разошлись по комнатам, Дино — проверять отчеты и договоры, которые еще не успел разобрать, Хибари — отдохнуть, почитать книгу, подремать, в общем смысле, — расслабиться. Если бы не некоторые "но".